Студенческие похождения

Тэхён весь день только об этом и думал. Всё случилось так, как он и представлял, хотя надеялся, что вселенная и в этот раз пошлёт все его позитивные мысли нахер. Но вот он, тот самый студент, запах которого не даёт покоя, а взгляд такой тёплый, не смотря на потрёпанный вид. Ему бы сорваться, накричать на Чимина и цирк прекратить, но доказательств нет. Только браслет на запястье, который он, Тэхён, когда-то купил для своего поклонника. Но откуда силы повышать голос, когда эти большие глаза так завороженно смотрят, игнорируя странность своего поведения. Большой и грозный альфа. Спортсмен, что получил травму в драке. А на деле невинный пацан, что сидит и смотрит с такой любовью, что едва дышать умудряется. Еще немного, и лапкой застучит. —Добро пожаловать, —приветливо улыбается Тэ, протягивая ладонь, чтобы её пожали, но альфа опускает ошарашенный взгляд на протянутую руку и вновь зависает. А Тэхён что? Тэхён только что закончился, как приличный, воспитанный и просто взрослый, и серьёзный – нет так-то – омега. Он отдаёт то, что держал в руках опешившему Чимину и освободившуюся руку опускает на макушку альфы, что так и сидит перед ним без движения. Мягко массирует и вздрагивает, когда младший поднимает на него слезящиеся глаза. —Божечки, Тэ, ты перегибаешь, —шипит Чимин, отталкивая движением бёдер друга в сторону и закрывая ему вид на Чонгука, который тут же приходит в себя и тыльной стороной ладони стирает слёзы. В мыслях благодаря Чимина, который стерва редкостная, но в ситуациях, связанных с Ким Тэхёном, помогает всегда. —Странно, а меня его запах успокаивает, —задумчиво произносит Тэ и пожимает плечами, наблюдая за тем, как резко разворачиваются Чимин и Чонгук, в недоумении, но с толикой надежды, смотря на Кима. Тэхён же просто посмеивается с забавной реакции и переводит внимание на двух других студентов, которые в не меньшем шоке с ситуации. Все давно знают, что Тэхён принимает подавители, а потому, как его запах никто не ощущает, так и он их не чувствует. Но запах истинного, похоже, пробивается сквозь блокаторы. Чонгук опускает голову, закрывая лицо ладонями, чтобы никто не заметил его тупой и счастливой улыбки. А у Чимина рот в возмущении приоткрывается, да только ничего сказать он не успевает. Тэхён усмехается и подмигивает, мол, смотри, Пак Чимин, и я выёбываться умею. Едва не захлёбываясь в возмущении, Чимин провожает друга взглядом, пока тот не бросает на последок: «До завтра!», от чего Пак и вовсе сжимает губы, понимая, что Ким Тэхён понял всё и так просто он этого не простит. —Пиздец, Гук-и, —изрекает старший. —Он чувствует мой запах, —подтверждает очевидное Чон. —Истинность – вещь страшная. —И тебя только это смущает? —А что ещё? —изгибает бровь Пак, смотря прямо в глаза младшему, который от чего-то усмехается болезненно и воет в ладони. —Что с тобой? —Он возненавидит меня. Я уверен, он всё понял. Никогда этого не простит. —Чонгук, прекрати, —настаивает омега, даже не пытаясь успокоить его мягко. —Не создавай проблем! «Проблем и так слишком много. Прекрати их создавать!» —ударяет прямо по сознанию, а перед глазами лицо папы, который в очередной раз плачет, когда маленький Чонгук спрашивает об отце. «Будь хорошим мальчиком, Чонгук, не создавай папе проблем» —вторил отец в одну из редких встреч, чем сделал так больно, но пришлось сжать зубы и сдержать слёзы. Альфы – сильный пол. Альфы не плачут и не создают проблем. Особенно омегам. Особенно дорогим сердцу омегам. —Ладно, потом с этим разберёмся, —натянув улыбку, Чонгук уходит, оставляя троих омег в тяжелой тишине.

***

Три долгих звонка и несколько минут тишины, пока дверь не открывают, а на пороге не предстаёт наполовину обнаженный омега с несколькими купюрами в руках. —Маловато он заплатил за такое тело, —усмехается альфа, взглядом сканируя загорелую кожу, без единого изъяна. А лицо и вовсе модельное: с правильными чертами, в меру пухлыми губами, что сейчас зацелованы до безобразного состояния, но это не важно, когда они поджимаются в оскорблении. Да, каждый омега, попадая в эту квартиру, желает чувствовать себя избранным, пока реальность не бьёт так сильно, что даже разрыдаться сил нет. —Проходите, —выдавливает из себя парень и пропускает незнакомца внутрь, а сам плетётся следом, по пути собирая свои разбросанные вещи. —Уходи, —негромко произносит, даже не оборачиваясь. —Хочу это увидеть, —усмехается в ответ омега. —Чтобы заявление на меня накатать? —Идиот. —Знаю. —Милый, с кем ты там разговариваешь? — в ответ молчание, а после вскрик и стоны боли вперемешку со звуками ударов. Достаточно крови в приглушенном свете, чтобы омегу потянуло блевать. Он падает на колени и опустошает желудок, в котором кроме желудочного сока и нет больше ничего. Горечь. Запахи становятся ярче и тяжелее, а перед глазами плывёт. Отголоски резкого запаха металла в душной комнате, что и вовсе лишают сознания. Мелодия входящего вызова приводит в чувства. Стоило остановиться раньше, чтобы избежать проблем, но вот в спальне уже два бессознательных тела, одно из которых, кажется, не дышит. Номер не определён, как и реакция на то, что каждая цифра перед глазами отчеканена. Он сам эту сим-карту когда-то купил. Номер лично подобрал, чтобы запомнить проще было. —Я думал, никогда тебя больше не услышу. —Юнги-я… —Я для тебя хён, —только бы сердце его не выдало. Только бы не кричало о том, какая реакция у него на этот голос. —Юнги, прости меня. —Мне не за что прощать тебя, Хосок, —на самом деле Юнги очень ждал этих слов, но признаться себе в этом не мог. Ему действительно не за что просить прощения. Они оба столкнулись с истинными, и если Юнги продолжил бороться, то Хосок просто сдался и поступил так, как было проще – уехал, оставив все проблемы позади. Да только они оба понимают, что уезжать надо было вместе, чтобы сохранить то, что было между ними. Хосок не решился, а Юнги не стал настаивать. На том всё и закончилось. —Мне нужна твоя помощь, хён, —вырывает из мыслей Чон. —И какая же? —Ты же помнишь, что у меня есть брат, —начинает издалека, чтобы прощупать почву заранее, даже не подозревая, что Юнги на всё согласен, только бы иметь причину поддерживать связь. —Естественно. Твой любимый младший брат с испорченной психикой. Бедный, обиженный жизнью. И ты жить без него не можешь, но, как я понимаю, ты и его тут бросил. —Ты прав, но я хочу хоть что-то сделать для него. —А я-то при чем? —Присмотри за ним, хён. —И как ты себе это представляешь? —Юнги нервно ходит по комнате, пытаясь отвлечься от желания ударить что-нибудь, или кого-нибудь, но в ход идут ногти, что страдают каждый раз. —Что мне сделать? Подойти к нему и сказать, что я буду его хеном, или может всему универу рассказать о том, что пиздец любому, кто обидит мальчишку? —Пальцы не болят? —как всегда интересуется Хосок, если старший начинает нервно себя вести. Взгляд Мина падает на сбитые костяшки и ниточку крови под ногтем, который слишком глубоко оторвался, а он и не заметил. —Не твоего ума дело, —язвит, осматривая помещение, в котором находится. Из коридора доносится шум и Мин быстро прощается, обещая, что присмотрит за Чоном младшим и скидывает звонок.

***

Бессонная, для многих, ночь перерастает в утро полное уныния. Юнги не спал всю ночь, занимаясь самобичеванием и проматывая в мыслях улыбку и задорный смех Чимина, который в последнее время улыбается очень редко и пьёт каждый день, пытаясь заглушить ту боль, что они создали друг для друга. Не будь омега так настойчив и не корми Хосок его фальшивыми надеждами – ничего бы этого не было. Но и сам Юнги несёт ответственность за испорченные жизнь. Громкое заявление, но у каждого есть склонность к мании величия. Утро встречает его палящим солнцем и чьим-то смехом из коридора. На балконе неоткрытая пачка сигарет и почти закончившийся газ в зажигалке. Он купил их одновременно. Чонгук всю ночь просматривал детские фотографии и держал в руке телефон с набранным номером, но так и не решился позвонить. Оно и к лучшему. Лезть в прошлое не нужно. В нем только боль, приправленная разочарованием. Чистая любовь ещё, но кого она волнует? Он не смог позвонить. Ответить на звонок тоже не смог, а еще на второй, третий, даже десятый. Он проигнорировал их все. Утро встречает его ослепительными лучами солнца и головной болью, с желанием надеть солнцезащитные очки и натянуть капюшон, чтобы никто не видел его. Но пришедшее сообщение заставляет его взять себя в руки и привести внешний вид в порядок. Не важно ведь, что в душе он больше похож на промокшего и грязного воробьёнка. Снаружи все хотят видеть красивую и статную оболочку, которая будет радовать глаз. Он больше не создаст проблем. Хосок проклял себя миллион раз за эти несколько часов до рассвета, а потом просто ушел на тренировку, потому что так легче. Как бы сильно там тебя мысли не потрепали, нельзя сдавать позиции. День всё равно настал новый, новые дела и проблемы. Новые люди и новые задачи на работе. Он строит себя идеальным, чтобы в будущем иметь возможность натворить то, о чем он и пожалеет, возможно, но в глазах людей не упадёт за счет того, кем является. Так будет лучше. Он уверен. А всё остальное придётся решать по мере поступления. Чимин стоит под холодным душем, не сводя взгляда с телефона, что лежит на полке с полотенцами, и ждёт ответного звонка. Чонгук может и разумный вполне, но всё ещё ребенок, а потому может и глупостей натворить. Он замечает прошедшее время, только когда приходит сообщение в чат клуба. Тэхён решил собрать всех. Очень вовремя. У кого-то ночь наступает, когда на город опускается темнота. А для кого-то ночь наступает с моральным истощением, когда весь день ты всем улыбался и вёл себя как флиртующая со всеми сучка, а оказавшись наедине с собой, у тебя не хватает сил даже на дыхание. Ты просто падаешь на любую горизонтальную поверхность и закрываешь глаза, каждой клеточкой тела ощущая навалившуюся тяжесть. Уснув задолго до сумерек, ты просыпаешься в ночи и долго не можешь прийти в себя. Тупая головная боль не даёт сконцентрироваться, а сухость во рту ужасно усугубляет состояние. С дрожью рука тянется к телефону, чтобы найти диалог с одним единственным человеком, который лучше сдохнет, чем солжет тебе, как и ты сам. Вместо ровного и глубокого голоса, динамик ловит охрипший и севший, вызывающий волнение и странную ненависть к людям, потому что не мир до такого доводит, а люди. Только люди. —«Хён, теперь я тебя понимаю. Ты говорил, что ваша с Чимином истинность – является причиной, по которой ты так стараешься избежать вашей связи. Я и не думал, что это на самом деле так давит, —он всхлипывает, а каждый звук эхом отражается от стен, от чего лишь сильнее хочется разрыдаться и завыть в голос. —Истинность – не круто и не счастливо. Он такой милый ребёнок. Я его таким вижу. Но ведь это не так, для всех остальных он совсем другой. Ещё и Чимин…блять…он будто считает, что я ничего не вижу, что все вот эти его исчезновения и переписки, которые он никогда мне не показывает. А я фотографии видел, слышал, как Джексон с Югёмом обсуждали этого чертового новичка, который долбанный кролик на первый взгляд, а на самом деле…а на самом деле я всё равно ничего этого в нём не увижу. Да я будто розовые очки нацепил. Я, рядом с ним, собой не владею и меня это до усрачки пугает. Никогда так сильно мне не хотелось сбежать.» Голосовое отправляется и мгновенно обозначается прочитанным. Проходит пара минут и приходит ответ. —«Давай сбежим вместе, Тэ» А Тэхён плачет и улыбается, потому что они сбегут. От истинности, от боли и привязанности. Хосок предал Юнги и только Тэхён знает всё то, что хёну пришлось пережить. Чимин поступает похожим образом и только Юнги знает, как младшему сейчас тяжело. Ближе к утру Тэхён объявляет сбор всех членов клуба фотографии, потому что обязанности никуда не делись. Их ждёт фестиваль, и они достойно в нём поучаствуют, а все проблемы подождут.

***

Три стаканчика с кофе и всего три человека вокруг одного стола, на котором разложены несколько планшеток с набросками плана. Время поджимает, а Чимин так и не появился, как и Чонгук. Не удивительно, но всё равно не особо приятно. Ожидание продолжается, вместе с возрастанием уровня неловкости. —Х-хён, —младший омега решает заговорить, чтобы прекратить затянувшуюся паузу. Неловко. Они сидят в тишине почти полчаса, лишь кофе выглядит свежим и бодрит, потому что Джинён принёс его всего пару минут назад, хоть и принёс он всего два стаканчика. Ён всем интересуется, мимо его внимания не прошёл и клуб фотографии, однако принёс он только разочарование. —Ты уверен, что они вообще придут? Тэхён тяжело вздыхает и выпрямляется, устремляя взгляд на зардевшегося паренька. Клуб состоит почти из одних омег, что давало повод думать, что пунктуальность и собранность будут его неотъемлемой частью. Ага, как же. А ведь Тэхён так не хотел злиться сегодня. Он ничего не отвечает на заданный вопрос. Берёт в руки телефон, но не успевает даже разблокировать, как дверь в кабинет распахивается и внутрь вваливается запыхавшийся альфа. —Извините, —довольно громко произносит он и сгибается в поклоне. —Ну наконец-то, — возмущается светловолосый омега, Оливер, что молчал до этого времени. —Сколько можно тебя ждать? У всех есть дела, так какого хера новичок смеет заставлять хёнов ждать так долго? —Я…я очень виноват, простите! —ещё громче звучит Чонгук, а Тэхён взгляда отвести не может. Огромная розовая рубашка поверх белой футболки привлекает внимание сразу, но ей не удаётся скрыть рваных, невероятно узких голубых джинсов, что так сочно обтягивают накаченные бёдра альфы. На счет чокера на шее и круглых очков вообще ничего подумать не удаётся. —Успокойтесь, —встревает другой омега. —Чем раньше начнём, тем скорее сможем разойтись. У меня свидание, и я не хочу опоздать. —Чон Чонгук, милый, —едва не мурлычет Тэ своим глубоким голосом. —Подними голову и садись уже, дела не ждут. Я тоже хочу освободиться раньше. —Ого, хён, —вновь заговаривает Оливер. —Тоже на свидание собрался? —Верно, —кивает головой Тэ, делая серьёзный вид. Чонгук же резко поднимает голову, устремляя на омегу вмиг заслезившиеся глаза. —Со своей правой рукой. Все взрываются смехом, а Чонгук улыбается неловко, стараясь незаметно избавиться от влаги в глазах. —Не знаю, как вы, а я уже и колечко подобрал, —Тэ поднимает вверх ладонь, демонстрируя всем. —Если свидание пройдёт хорошо, то приглашу вас на нашу свадьбу. —Будто оно может пройти плохо, —по-доброму фыркает Оливер, с ухмылкой посматривая на Чонгука, что притих, наблюдая за беседой омег. —А что на счёт тебя, наш единственный альфа? —А ведь точно, —подключается Тэ. —Наш милый Гук-и, у тебя есть кто-то? —У меня…эм…—альфа жуёт нижнюю губу, бегая взглядом по заинтересованным лицам омег, с каждой минутой смущаясь всё больше. —Возлюбленный…у меня он есть, да… —Прекращайте смущать пекусов, а то разбегутся все от вас! —сходу возмущается Юнги, входя в помещение. Тэхён сразу меняется в лице, рассматривая хёна, который выглядит слишком уж бодрым и улыбается даже. —Меня сложно удивить, но если следом зайдёт Пак с опухшими губами, то я просто аху…—тихо, чтобы только омеги слышали, начинает Оливер, но его прерывает Тэхён, кивая на третьего омегу, что застыл с немым восторгом, с момента появления Юнги. —Какое скучное у вас собрание, —хмыкает Мин, хватая два стула у входа, подтаскивает их к столу со стороны Тэ, из-за чего Киму приходится подвинуться. А после садится рядом с другом, хлопая по второму стулу, приглашая Чонгука сесть. —Ну что-ж, Зайки, поболтаем? —довольно лыбится Мин, кладя руку на плечо Чону, который с опаской, но занял предложенное место. У Чонгука же холодок по спине пробегает. У Мин Юнги нет причин хорошо к нему относится, а вот избить – да, унизить и испортить жизни – да, да и да. —Ты чего это вдруг, хён? —Оливер сужает глаза и смотрит в упор на альфу. Тот повторяет его действия. И вот они смотрят друг другу в глаза и медленно наклоняются к центру стола. Было бы романтично, если бы Юнги не схватили за волосы и не оттянули назад, заставляя в возмущении задохнуться. —А вот и Пак собственной персоной. Долго же ты, —ухмыляется омега, пожимая плечами в ответ на злой взгляд Чимина. —С омегами заигрывать пришел? —зло усмехается Пак, сильнее оттягивая волосы альфы. —Урод. Чимин выпутывает пальцы из чужих волос и опускает ладонь на спинку стула, резко дергая на себя. Юнги от неожиданности не успевает среагировать и падает на пол. —А ты с каждой нашей встречей всё стервознее, Чимин-и, —негромко произносит Юнги и поднимается, опираясь на бедро Тэхёна, который поддерживает его, никак не комментируя действия лучшего друга. —А ты специально сюда пришел? Бесить меня? —возмущается омега, намереваясь ударить альфу, но его руку перехватывает Чонгук, останавливая очередной глупый поступок. —Да не нужен ты мне! —срывается на крик, от чего все присутствующие в шоке уставляются на него. Юнги глубоко дышит, уставившись на Пака, но быстро приходит в себя и отступает. —Хорошего дня, Гук-и, —произносит альфа, опустив взгляд и взъерошив волосы на макушке Чона, уходит. —Да пошёл ты! —выкрикивает ему в спину Чимин и выравнивает стул, садясь на него. —Не надо так на меня смотреть. Вам не понять наших высоких отношений. —Да брось, Пак, —вновь высказывается Оливер. —Вот мой парень трахнул какого-то омегу и сделал ребёнка, а теперь ноет при каждой встрече о том, что любит меня и больше так не может. Бывший Тэхёна изменял ему весь период их отношений, и он это терпел. А наш скромняшка Лу, что пускает слюни на Юнги-хёна, вообще подмешивает что-то своему альфе и имеет его каждый раз, а тот так ничего и не понял до сих пор. Вот у них реально высокие отношения, а ваши так, ерунда. Дослушав, все закатывают глаза, даже не собираясь злиться на друга, потому что из этого и состоят их типичные посиделки и в этот раз отличие лишь одно. —Только Чонгук слишком невинный, даже завидно как-то, —Оли берёт свой стаканчик с кофе, – хотя факт наличия кофе в нём крайне мал – делает несколько глотков, а после прокашливается, чем выдаёт себя с потрохами. —Невинный ли, —хмыкает Тэ и улыбается, смотря на вмиг зардевшегося младшего. —Гук-и, милый, поделись же с нами своим опытом, —и взгляд перемещается с альфы на Чимина, который делает вид, что намёка не заметил. —И то верно, —подключается Оливер. —У тебя точно кто-то должен быть. —А вы не думали, что ему может нравиться альфа, поэтому он такой невинный, —Лу ломает всю беззаботность диалога. —Не говори так, словно его здесь нет, —вмиг становится серьёзным Оли. —Тот факт, что тебя обидели, не даёт тебе право так отвратительно себя вести. Совсем гордости нет? —А не заткнуться бы тебе, Оли? —резко встаёт омега, от чего стул падает, погружая кабинет в тишину. Ли до глубины души обидно, что его действия высмеивают, а единственные моменты, когда он может хоть немного отдохнуть и по залипать на того, кто нравится – превращают в спектакль. —Да, мне нравится Юнги, и да, я трахаю своего парня, потому что мщу ему за измены, но бросить его не могу. Вам меня не понять! —А никто и не должен тебя понимать, —голос Чонгука звучит слишком неожиданно. —Этот мир так устроен, что никто из людей не сможет тебя понять, никогда. Даже окажись кто-то на твоём месте, в том же положении и ситуации, он всё равно воспримет это иначе и не поймёт тебя. А люди судят тебя по твоим поступкам. Лезть в твои чувства никто не хочет. —Браво! —довольно улыбается Оливер и даже хлопает пару раз. —Я планировал воспитать из тебя сучку, а ты уже превзошел учителя. Моя ты гордость! —Может еду закажем? —А может Чонгука съедим? —предлагает Чимин. —Не откажусь, —пару раз кивает головой Тэ, а после облизывается голодно, расплываясь в улыбке. —Ой, всё, —закатывает глаза Пак, на что все начинают смеяться. Обстановка разряжается. Они заказывают еду из ближайшего кафе и приступают к обсуждению своего проекта. Несколько часов пролетают незаметно. Глупые шутки, подколы, даже перекидывание едой. Быть может, дело в возрасте, но как же хорошо, что они спокойно переключаются с плохого на хорошее.

***

Чонгук первым уходит с собрания клуба, чтобы успеть к профессору по философии и сдать работу. После идёт в кафе, чтобы дождаться Югёма, но всё идёт не по плану, когда на второй стул за столиком садится Юнги с двумя стаканчиками кофе. —Хён? —недоумевает Гук, начиная опасаться действий Юнги. Мин наверняка знает, кем он приходится Хосоку, а потому ничего хорошего от него ждать нельзя. Хер этих студентов поймёшь, а Юнги тем более. Под сыпет чего в кофе, а потом убьёт или ещё чего хуже. —Хён-хён, о чем задумался? —О том, как именно ты будешь меня убивать, —признаётся младший, чем вызывает улыбку на чужом лице. —Разве я давал повод так думать? —Мой брат плохо поступил, —признаётся в своих догадках. —Поэтому… —Ты не твой брат, поэтому булки разожми, анальной кары не последует. Чонгук позволяет себе улыбнуться, на что и Юнги улыбается, а после встаёт и вновь ерошит волосы младшего, прощаясь и уходя. На выходе Мин сталкивается с Югёмом, но оба отмалчиваются, удостаивая друг друга лишь равнодушными взглядами. Юнги всё это не интересно, но если бы он знал, что Югём шел в кафе вместе Чимином, то всё было бы иначе. Но Чимин увидел то, чего не стоило бы, поэтому просто развернулся и ушел. Одной ссоры в день достаточно.

***

Тэхён и Оливер редко остаются наедине, а потому совсем не умеют находить общий язык. Но этот неловкий момент всё же настал. —Чонгук твой истинный, —выдаёт Оли, настраивая объектив. —И что? —равнодушно отвечает Тэ, продолжая выбирать снимки. —Вы не подходите друг другу. —Хочешь забрать его себе? —Нет, меня он слишком быстро доведёт до суицида, —возможно, кто-то и удивился бы тому, что омега так легко говорит о собственной смерти, но не Тэхён уж точно. Тэ лично столкнулся с тремя попытками суицида этого парня. —Ты знаком с ним? —Ким опускает фотографии на стол и складывает руки перед собой, внимательно смотря на Оли. —Я часто с ним сталкивался, но он был в таком состоянии, что меня просто не запоминал, —Оливер тоже откладывает фотоаппарат на стол и встречается взглядом с Тэ. —Он двуличный? —Он лживый и нечестный человек. Не связывайся с ним. —Я верю, что ты разбираешься в людях, но что, если с ним ты ошибся? Я тоже далеко не хороший. —К тебе притягивает таких людей. Сначала Чимин, теперь вот этот вот. —К чему ты клонишь? —К тому, что я раньше был таким же, как ты. И как меня изменила эта жизнь? Реальность я так и не принял. Каждый чертов день я на грани того, чтобы всё закончить. Спасайся от таких людей, либо заставляй быть другими. Они захлебнутся во лжи и будут жалеть, когда тебя не станет. —Я не стану заканчивать всё так. —Гонишь, Тэ. У тебя поэтому запах такой слабый. Наглотался транквилизаторов и чуть не откинулся, верно? —Оливер, —кажется, кислород горит. —Юность не так прекрасна, как о ней грезят подростки. Она бросает из крайности в крайность. Ты познаёшь прекраснейшие стороны мира, но также и самые уродливые, —грустная улыбка и новый глоток. —Давай возьмём эту тему для итогов года. —Хорошо.