Смерть — это не выход

Клодетт заварила себе травяной чай, укуталась пледом и села в кресло. Сегодня она планирует побыть одна и почитать свой старый дневник, который писала ещё в детстве. — И почему я перестала его вести? — думала Клодетт. Она открыла первую страницу… 10 сентября Привет, дорогой дневник! Меня зовут Клодетт Морель. Мне 7 лет. У меня есть мама и папа, и я их очень люблю. Я учусь во втором классе. У меня всё вроде как хорошо, но со мной не хотят общаться одноклассники. Они считают меня странной. Они отбирают у меня учебники и бьют меня по голове. Вчера мой одноклассник разорвал мой учебник, я расплакалась и пошла к библиотекарю. Он не поверил, что это не я разорвала учебник, и назвал меня пустоголовой. От страха перед людьми я иногда начинаю заикаться или задыхаться, говорить слишком громко или слишком тихо. Учитель часто жалуется моим родителям, что я на уроках витаю в облаках. Но я ничего не могу с этим поделать. Меня очень расстраивает, что я не такая, как все. 13 октября Сегодня в школе я краем уха услышала, что моя одноклассница приглашает всех на свой день рождения. Всех, кроме меня. Меня никто и никогда не приглашал на праздники. Я всё время отмечала их с родителями. Мама часто спрашивает, с кем я играю на перемене. Вместо ответа я смотрю в пол. У меня нет друзей. Моё любимое занятие — наблюдать за природой. Меня интересуют цветы, трава, жуки, черви и камни. Некоторые дети просто любят быть сами по себе, ведь так? Родители каждый день спрашивают меня, не подружилась ли я с кем-то, и мне снова становится стыдно. Они так хотят, чтобы я нашла друзей и сказала, кого позову на день рождения… но в моём списке нет ни одного имени. Клодетт глубоко вздохнула. Когда она читает это, она будто бы снова переживает все эти моменты. Она продолжила читать: 21 марта Прошла зима, наступила оттепель. Пока мои одноклассники играют в салочки на площадке, я внимательно наблюдаю за жуком. Я хотела бы поиграть, но знаю, что мне будут не рады. Я не хочу расстраивать маму. Маме так хочется, чтобы я с кем-то подружилась… Но найти друга для меня непросто. Больше всего на свете я желаю, чтобы заводить друзей мне было так же легко, как другим. Мне этого хочется, чтобы родители меньше за меня переживали. Может, они даже будут гордиться. Стоит ли ради этого забыть о жуках и цветах? Вдруг это поможет стать такой, как все? Но эти увлечения и неиссякаемая жажда исследований — не что-то внешнее. Они — часть меня. 2 апреля Я сижу и расклеиваю растения в своей тетради. Рядом со мной в банке возится жук. Хоть сверстники и считают меня странной, но папа говорит, что именно потому я такая потрясающая. Он рассказал мне о человеке по имени Дарвин, который тоже собирал жуков и растения. Он обладал богатым воображением, прямо как я, много размышлял и строил разные теории. И придумал ого-го какую теорию! Отец объяснил её суть, и я все поняла. Папа всегда может объяснить сложные вещи доступным языком. «Дарвин». Мне нравится это имя. Я улыбнулась и посмотрела на сине-зелёного жука, своего любимца. Теперь его зовут Дарвин. 28 апреля Моя мама плачет. Она расстроена, потому что я не успеваю в школе: мои оценки упали ниже некуда. Она считает себя плохим родителем. Но это не так! Мой папа пытается успокоить маму. Он говорит ей, что она прекрасная мама, а я просто слеплена из другого теста, и в этом нет ничего плохого. Мама говорит, что не хочет, чтобы я собирала жуков и растения. Мой отец ответил ей: «Эти интересы — лучшее, что в ней есть, и самый обыкновенный ребенок мне не нужен.» Он убежден, что величайший след в истории оставили те, кто не стремились походить на остальных, не вписывались в устаревшее понятие «нормальности». Толстой, Тесла, Эйнштейн, Шекспир… Но мама его не слушает и внезапно тихо всхлипывает: «Не хочу, чтобы она осталась на второй год». Я слушала их разговор, и мне было очень грустно от её слов. Я спряталась под одеяло, но до меня всё равно доносились крики матери. Она считает, что мне нужна помощь специалиста, но папа уверен, что это ещё больше отдалит меня от сверстников. Я думаю, он прав: надо мной будут смеяться, если узнают, что со мной занимается какой-то специалист. Я справлюсь сама, я обещаю себе это. 7 мая Недавно папа нанял мне новую учительницу. Её звали миссис Кахил. Она поддерживает меня куда больше того учителя, который постоянно говорил мне не витать в облаках. Отец убеждён, что стресс губителен для развивающегося детского мозга. «Оставь её в покое, пусть растёт в своем темпе,» — говорил он маме. — «Стресс ограничивает воображение, лишает уверенности, мешает творить.» Папа считает, что я не должна зубрить на переменах: они нужны для настоящего развития. В свободное время надо расти как личность и не бояться совершать ошибки. Учиться не для того, чтобы хорошо написать контрольную. 16 мая Моя успеваемость улучшилась, и теперь моя мама счастлива. Мне очень нравилась миссис Кахил, она стала для меня особенной учительницей. Другим детям она кажется странной чудачкой, но это не так. Просто когда-то миссис Кахил самой было сложно учиться, потому она понимает мои проблемы и очень старается мне помочь. Она стремится донести до меня то, что рассказывает всему классу, не вызывая у меня чувство неловкости. Теперь я постоянно узнаю что-то новое: не только интересные вещи и слова, но и то, как нужно учиться. Точнее, я понимаю, как нужно учиться именно мне. Но миссис Кахил помогла мне не только этим: ещё она обсуждает со мной мою «особенность». Она говорит о том, что на самом деле моя необычность — это дар. И мне просто надо понять, как вести себя в системе, которая «правильно умных» ставит выше тех, кто талантлив по-своему. В системе, которая не даёт рисковать и совершать ошибки, без которых невозможно учиться по-настоящему. Учительница говорит мне, что моя увлечённость — самое-пресамое главное. Я ей очень благодарна. 1 июня Я понимаю, что отличаюсь от других детей, но это меня устраивает. Миссис Кахил говорила: «Слепленные из другого теста оказываются в клетке, когда пытаются загнать себя в рамки нормальности.» Она показала мне путь к свободе. Порой хороший учитель может всё изменить, если появится в нужное время. Мама наконец-таки гордится мной, но ей все-таки жаль, что я не разделяю интересы других девочек. В соседней комнате они спорят о том, что подарить мне на день рождения. Мама хочет купить новую куклу, а папа — что-нибудь про жуков, растения или бактерии. Маме это предложение не нравится, но отец отстаивает мои интересы: «Она такая, какая есть, а не та, кем ты хочешь ее видеть!». Я мысленно соглашаюсь с папой. Мама замолкает и начинает тихо плакать: просто она не хочет, чтобы дочь задирали в школе, как когда-то ее саму… Я очень удивилась этим словам. Оказывается, что мама тоже слеплена из другого теста. 3 июля Завтра мне исполнится восемь. Я в нетерпении, мне так хочется получить свой подарок! Но тут я вспомнила о подарках за прошлые годы: куклы, материалы для рукоделия, украшения… то, что ни капли меня не интересует. В этом году я попробую притвориться, не показывать, что на самом деле хотела бы лупу, коллекцию минералов или книжки по ботанике. Притвориться, чтобы всем было легче… чтобы мама не боялась за меня так сильно. Мне очень-очень приятно, что маму радуют мои оценки. 4 июля Мой долгожданный день рождения. Утром меня разбудили мама с папой. Они, улыбаясь, протянули мне зелёную коробку с подарком. Я поскорее открыла её и замерла от восхищения: лупа, микроскоп, коллекция минералов, энциклопедия по жукам и путеводитель по диким растениям. Вдобавок к этому в коробке лежали три банки с заспиртованными бабочками. Я захлопала в ладоши от радости и кинулась обнимать родителей. Это самый лучший подарок за все восемь лет! Клодетт закончила читать дневник с улыбкой. У неё до сих пор хранится этот подарок, и она очень бережно к нему относится. Ей надоело читать. Она положила дневник на полку и села за компьютер. Клодетт уже 21 год. Она давно уехала от родителей в Монреаль и теперь живёт одна. Она не изменила своим увлечениям и до сих пор увлекается ботаникой. Только теперь она стала засиживаться на ботанических форумах, где общалась с такими же, как она. Прикрывшись ником Science Girl, она обсуждала разновидности высших растений. Она просидела так пару часов, но потом ей надоело. — Чем бы теперь заняться? В голову пришла идея: пойти прогуляться в лес. Машинные выхлопы и шум города Клодетт не любила. Она всегда предпочитала природу. Клодетт подошла к зеркалу и взглянула на себя. Она была темнокожей, одета в розовую рубашку с закатанными рукавами и синие джинсы. Ещё она носила дреды и очки с синей оправой. Свои дреды она всегда убирала в хвост. По обычаю, Клодетт захватила на прогулку аптечку, на всякий случай. Сегодня было немного ветрено. Клодетт жалела, что не взяла с собой кофту или свитер. Она углублялась в лес всё дальше и дальше. Она шла, разглядывая по пути кору деревьев. И вдруг до неё дошло, что она не понимает, где находится. У неё никогда не было проблем с ориентированием на местности. Она знала этот лес как свои пять пальцев, потому что ходила сюда почти каждый день. Но место, где она сейчас находится, она видит впервые. Недалеко она увидела забор и подошла к нему. — Слишком высоко, мне не перелезть. Клодетт хотела развернуться и пойти в другом направлении, но одно дерево, будто вдруг ожило, наклонило к ней свои толстые ветви, схватило бедную Клодетт и отправило её за забор. Она очутилась в очень странном и пугающем месте…