Ты мне снился

Тсуна изумленно хлопает глазами, не в силах сделать хоть один вдох – дыхание перехватило. Он видит его. Они стоят фактически в двух метрах друг от друга. И это точно не сон. Для сна слишком обыденно и скучно. Плюс еще не менее удивленный Мукуро рядом – уж его-то точно не должно быть в их сне. Вот только… неужели мужчина тоже его знает? - Так, стоп, - знакомый до дрожи в коленях бархат голоса, только приправленный растерянностью. – Погоди здесь, - и брюнет быстро скользнул вглубь квартиры, что-то бормоча на ходу. Мукуро и Тсуна мигом почувствовали себя брошенными детьми, которых занятой взрослый оставил на попечение друг друга. Само по себе странно, даже очень. - Ты его знаешь? – поинтересовался киллер, наклонив голову вбок и разглядывая ошарашенного Тсуну. - Да, я… Я не уверен, - сбивчиво пролепетал юноша, прикрывая глаза. В реальности Кёя казался еще красивее. Такой сильный, безупречный, даже не смотря на домашнюю одежду, статный и такой… родной. Это-то и было хуже всего. Тсуне нестерпимо хотелось прижаться к нему, уткнуться носом в крепкую грудь, но он не может себе этого позволить. - Эй, - парни одновременно вздрагивают и поднимают головы на голос. Тсуне почти тут же прилетает в нос тонким листком, который Хибари деловито к нему прикладывает. - Кёя – кун, что ты делаешь? – полюбопытствовал Мукуро, заинтересованно поведя носом. Брюнет лишь недовольно цыкнул, продолжая свои странные манипуляции. А Савада просто замер, затаив дыхание и кожей ощущая тепло знакомого из снов тела. Точно такой же, без единого отличия. - Черт, почему в то время не было цветных фотографий? – раздраженно пробурчал мужчина, отходя от шатена на шаг и поворачивая к нему снимок. – Знаешь его? Тсуна недоверчиво уставился на фотографию. На черно-белом снимке изображен молодой мужчина, мягко улыбающийся фотографу. И этот мужчина точная копия Тсуны. Через пару лет их вообще не отличить. - Впервые вижу, - честно ответил юноша под разочарованный вздох. – Но я на него похож… Кто это? - Не твое дело, - резко и довольно грубо ответил Хибари. Тсунаеши невольно закусил губу, а на глаза навернулись непрошеные слезы. Иллюзия сказки рухнула в одно мгновение. Та романтика действительно была лишь сном. - Простите за беспокойство, - шатен быстро поклонился и стал подниматься по лестнице, перешагивая через ступеньку. Только поскорее бы оказаться дома подальше от этого места. Хотя, не так уж и далеко получится. Всего-то на этаж. - Кёя – кун, ты слишком грубо с ним обошелся, - заметил Мукуро. Он успел уловить странную перемену в обычно жизнерадостном Тсунаеши. Он давно его знает, соседи же. - Мне нет до него никакого дела, - фыркнул Хибари, убирая фотографию в карман рубашки, чтобы нигде не забыть. Неужели его расчеты дали сбой? Но ведь они так похожи… А предположить, что мальчишка не знает историю своей семьи довольно глупо, как казалось брюнету. Особенно такую историю. – Он не тот, кого я ищу. - А вот у него было такое лицо, словно он нашел то, что искал очень давно, - задумчиво протянул Рокудо, окидывая взглядом лестничный проем. – И вдруг резко это потерял… Тебе не кажется? - Я на него не смотрел, - пожал плечами подполковник. – Я хотел бы задать тебе пару вопросов относительно тех воров. - Информация бесплатно не выдается, - прищурился Мукуро, стараясь выкинуть из головы наполненные невыносимой грустью большие карамельные глаза. Плохо удавалось, если честно. Мальчишка выглядел слишком… потерянным. - Об оплате с Реборном поговорите, - усмехнулся Кёя, пропуская Мукуро в квартиру. Киллер прав, мальчишка показался странным, но об этом он подумает после. Пока же на первом месте дело. *** Тсунаеши со скоростью ветра влетел в квартиру, захлопывая за собой дверь и опускаясь по стене на пол. Ему нужно всего пару секунд, чтобы из глаз полились горячие слезы. Он давно не плакал, да и сейчас бы не стал, но ситуация оказалась настолько обидной и… жалкой? Брюнет в его сторону особо-то и не смотрел даже, только лишь сравнил со старой фотографией, а после этого потерял всякий интерес. Паршиво. Хотя он и сам виноват, выдумал для себя сказку, продумал идеальную встречу, а про реальность и позабыл. Размечтался как девчонка, проиграл все реплики, и получил кукиш. Жалкое подтверждение слов Энмы – всего лишь сон и ничего больше. Глупо было рассчитывать на чудо, он ведь догадывался, что Кёя очень жестокий человек, а все равно надеялся и на что-то рассчитывал. Да хотя бы на то, что мужчине снился хотя бы один похожий сон. С трудом заставляет себя подняться и дойти до комнаты. В гостиной он даже не останавливается, чтобы ненароком не бросить взгляд на законченный портрет – от этого станет еще больнее, а Тсуна не хочет больше плакать. У него нет причин для слез. Не девица брошенная, в конце концов. Куча домашки важнее разрушенных мечтаний. К тому же, ему действительно просто необходимо отвлечься. Юноша выдвигает стул и плавно опускается на него, упираясь грудью в столешницу. Тсуна неспешно открывает блокнот с расписанием и вытаскивает из огромной стопки нужные учебники и тетради, вполне серьезно собираясь погрузиться в учебу. Но стоит только ему записать первый пример по математике, как в голову тут же лезут совершенно лишние мысли. Например, откуда Мукуро знает Кёю? Как долго они общаются? Как долго брюнет живет здесь? Почему Рокудо может быть рядом с ним, а он, Тсунаеши, нет?.. Шатен обреченно опустил голову на стол, сильно впечатавшись лбом о столешницу. Это безнадежно, он ни за что не сможет сосредоточиться на учебе. Он увидел его. Герой его снов действительно существует, и одно только это вызывает детский восторг. И он невероятно красив, пусть и холоден, как айсберг. Неожиданно для самого себя Тсуна приходит к выводу – а почему бы не успокоиться и не наблюдать за объектом обожания издалека? Они ведь все равно будут пересекаться, раз живут в одном подъезде. А когда шатен свыкнется с мыслью, что сон реальности рознь и никто с ним ласковым не будет, то наберется храбрости и сам подойдет к мужчине, и попытается объяснить, хотя сам ничего не понимает толком. Эти прекрасные сны ему всю жизнь испортили. Воодушевленный пришедшим в голову решением, Тсуна заметно повеселел, со второй попытки удачно погружаясь в математику. Если пойдем в таком темпе, то он управится со всеми примерами только часа через два, а у него еще моделирование и история. Заняться ему точно есть чем. Некогда страдать на пустом месте. *** - Эм, Кёя – кун, мы что, серьезно будем пить чай? – Рокудо недоверчиво посмотрел на спокойного брюнета, ставящего греться электрический чайник. - Могу налить яду, - презрительно фыркнул мужчина, доставая из шкафчика две чашки. – Какой предпочтешь? - А у тебя их много в наличии? – заинтересованно поерзал Мукуро. Хибари неопределенно хмыкнул, ставя перед «гостем» чашку. Киллер обиженно насупился и пробурчал: - Так чего ты хотел? - Ты много знаешь о преступном мире, не так ли? – Хибари уселся напротив Рокудо, приготовив толстую записную книжку и ручку, чтобы быстро делать пометки. Даже он никогда не надеется на свою память, хоть она и ни разу его не подводила. Лучше уж записать, так спокойнее будет. - Не сказал бы, что много, - покачал головой Мукуро, осторожно отпивая горячий чай. Вряд ли подполковник согласится дуть ему на губы, если он обожжется. – Так, общеизвестные факты. - Но ты точно знаешь, что за воришки охотятся за часами? – брюнет нетерпеливо выстукивает кончиком ручки по бумаге. - В этом я не уверен, - снова мотнул головой киллер, припоминая полученную от учителя информацию. – У того типа была эмблема Мельфиоре, но я ни разу не слышал, чтобы они опускались так низко. - В смысле до отравления? – Хибари быстро записал название организации, пририсовывая снизу корявый набросок эмблемы. Мукуро кивнул. - Травить хорошо для убийц, особенно серийников, но воры вообще предпочитают оставлять руки незапачканными. - Хм, я об этом не задумывался, - честно признал Кёя, отпивая из своей чашки остывающий чай. – Ты знаешь кого-то из Мельфиоре? - В лицо нет, но наслышан, - Рокудо поморщился, а Хибари хмыкнул. Видимо, он растормошил не самые приятные воспоминания. – Голос у их босса уж слишком елейный. - Ты себя слышал? – с трудом подавив смешок, поинтересовался Кёя. Мукуро нахмурился, сводя тонкие брови к переносице и гордо вскидывая голову. Не хватало еще, чтобы какой-то там полицейский над ним издевался. - Я агент службы безопасности, с полицией связан весьма и весьма условно, - еще ехиднее проговорил брюнет. Мукуро поперхнулся чаем. - Ты мысли читаешь? - Неа. У тебя на роже все написано, травоядное, - мужчина сделал еще пару небрежных пометок в записной книжке. - Ку-фу-фу, ты первый человек, который говорит мне такое, - как бы Мукуро не хотелось скрыть свое удивление, но нотки восхищения все равно проскальзывали в голосе. Интересный типаж, определенно. - Что-нибудь еще знаешь? – Хибари аккуратно загнул уголок страницы, откладывая ручку в сторону. Рокудо отрицательно помотал головой. О Мельфиоре он не знал ничего. - Увы и ах. Я киллер, а не разведчик. Их босс звонил мне, когда я почти прикончил его информатора. Заказ был крупный… - киллер мечтательно закатил глаза. Хибари фыркнул – вот уж кто никогда не бывает бедным, так это наемники. Они нужны всегда и везде, в любой точке планеты. - Тогда проваливай, - кивнул Кёя, закрывая записную книжку и залпом допивая чай. - Как грубо, Кёя – кун. Надо научить тебя манерам, - Рокудо протянул руку, чтобы провести кончиками пальцев по бледной коже, которая на ощупь обязательно должна быть мягче бархата. – Ай! - Не забывайся, травоядное, - хладнокровно проговаривает Хибари, чеканя каждое слово и выворачивая руку мужчины. – Меня не привлекают такие, как ты. Можешь не напрягаться. - Тогда советую присмотреться к Тсунаеши, - лучезарно улыбнулся Мукуро, прижимая к груди пострадавшую конечность и мысленно проклиная подполковника до двенадцатого колена. – Раз мой типаж тебя не устраивает, то его должен заинтересовать. И мальчик, кстати, сказал, что знает тебя. Вот вроде бы разговор был закончен, но Хибари все равно удалось выставить Мукуро за дверь только лишь через пятнадцать минут. Киллер увидел на полочке вазу с конфетами и с непосредственностью ребенка деловито принялся уничтожать ее содержимое, напрочь игнорируя протесты хозяина квартиры. Рокудо не успокоился, пока половина конфет не оказалась в его желудке, и только после этого соизволил вальяжно удалиться, наконец-то оставляя Хибари в желанном одиночестве. - Чтобы я еще хоть раз с ним связался, - недовольно бурчал мужчина, возвращаясь в комнату, где его ждала остывшая постель и работа. – И про какого такого Тсунаеши он говорил? – задумчиво протянул Кёя, заворачиваясь в одеяло и открывая крышку ноутбука. Придется поискать сервер Мельфиоре, да и вообще хоть какую-то дельную информацию про них. Было непохоже, что Мукуро врет, Хибари натренировался распознавать даже самую чистую и правдоподобную ложь. Но теперь есть хоть одна зацепка. Или даже две, если, конечно, этот странный мальчишка все же не просто так похож на Джотто Примо. Но это Хибари узнает позже. Миленький шатен от него никуда не денется.