Ты мне снился

Тсуна чувствовал, что сегодня не его день. Какая-нибудь подлянка обязательно случится, уж больно хорошо все началось. Никаких провокационных снов, пробуждение по первому же сигналу будильника, не сгоревший завтрак, прекрасная погода за окном и идеально приготовленное домашнее задание. Обязательно случится что-то: потоп, град, метель, конец света. Или часы вдруг решили перевести, а он не в курсе и притащится как дурак на час раньше или позже. Да что угодно может произойти. Он ведь ходячий косяк, запнется на ровном месте и свернет шею. У него не бывает так, чтобы все было хорошо и как у людей. Прежде чем выйти из дома, Тсунаеши вытащил из шкафа лежащую до этого без дела алую шелковую ткань, которую он использовал только лишь на первом курсе в качестве драпировки к натюрмортам. Аккуратно сложенная тряпка настолько слежалась, что, расправив ее, Савада получил странное удовольствие, отслеживая взглядом четкие уголки складок. Правда, с шелка они довольно быстро разойдутся, но это довольно красиво. Легко встряхнув мягкую ткань, Тсуна накинул шелк на дорисованный портрет. Снимать изображение с мольберта и убирать в шкаф «на хранение» не хотелось, уж больно много сил и вдохновения вложено в каждый карандашный штрих, но и каждый раз смотреть было больно. Лучше так. Вроде есть, а вроде и нет. Душу не травит тем, что это было так близко, почти в самых руках, осталось только правильно ухватиться, а он ловко все профукал. Обидно до слез, но он больше не позволит себе плакать. Слабость может быть лишь однажды. Быстро собравшись, юноша неспешно покинул квартиру, позвякивая ключами и закрывая дверь. В кой-то веки он не опаздывает, так что можно позволить себе заторможенные движения, а не как обычно скакать на одной ножке. Внизу он слышит звук открывающейся двери и тяжко вздыхает. Так не хочется видеться с кем-то из соседей, он совсем не настроен улыбаться. Хочется только пожаловаться Энме на жизнь и несправедливости судьбы, тем самым успокаиваясь. Нытье – самый лучший антидепрессант. Спускаясь по лестнице, Тсуна все отчетливее слышит тихий звон ключей, а потом замирает на последней ступеньке, не решаясь шагнуть дальше. Он снова словно во сне. Прекрасный брюнет в строгом костюме, небрежно со странным аристократичным изяществом распахнутый пиджак и брюки отглажены по стрелочкам. Закрывает дверь и вскидывает голову на звук шагов. А, может, услышал бешеное сердцебиение Савады. Серые глаза оценивающе окидывают взглядом хрупкую фигурку. Тсуну обдает холодом. Он отводит взгляд, закусывая губу. Только оказавшись в такой ситуации можно понять, насколько же ты обожаешь человека. - Доброе утро, - бархатный голос вырывает из апатии. Тсуна удивленно моргает и неловко спрыгивает со ступеньки, оказываясь в манящей близости от мужчины. - Д-доброе утро, - шатен постарался улыбнуться, быстро поклонившись, но получилось как-то неестественно и криво. Молчание. Они спускаются по лестнице к выходу. Тсуна идет за брюнетом, уткнувшись взглядом в линию между лопатками бесшумно скользящего впереди мужчины. Идеальная осанка, гордо вскинутая голова, широкие плечи, по которым очень хочется провести пальцами, прихватывая плотную ткань пиджака. Что он знает о герое своих снов? Его зовут Кёя, прекрасен как античный бог и великолепно владеет огнестрельным оружием. Не любит, когда его обманывают. Опасный. Сильный, одиночка. Очень жестокий и холодный. - Не пялься, травоядное, - пронизывающий насквозь своим льдом голос. Тсуна опускает взгляд в пол. Стыдно. Но ему хочется смотреть на него. А еще хочется прикоснуться, прижаться и сказать все, что вертится на языке еще со вчерашнего дня, но Тсуна прекрасно понимает – брюнет в лучшем случае фыркнет и пойдет дальше. - Странный ты, - мужчина придержал дверь, позволяя юноше быстро выскочить. Тсуна легко покраснел – каким бы холодным брюнет не был, все равно заботился, хоть эта забота и выглядела со стороны чисто как формальность, от этого не менее благородная. Любая девушка растаяла бы. - Не менее странный, чем вы, - стараясь не позволить проскользнуть в голос ноткам ехидства, буркнул Тсуна. – Кёя – сан. - Для тебя Хибари – сан, - мужчина нахмурился. Тсуна закусил губу, понимая, что только что ляпнул. Они ведь не знакомы, но… Он ведь слышал, как Мукуро звал его по имени? Слышал. Все можно свалить на соседа. Как удобно. - Вы давно здесь живете? – нерешительно спросил Тсунаеши. Похоже, идти им в одну сторону, а затягивающееся молчание угнетало. - Нет и, надеюсь, надолго не останусь, - Хибари и сам не понимает, зачем говорит это. Мальчишка ведь ему никто. Как Рокудо его звал? Тсунаеши, кажется?.. - Понятно, - шатен сцепил руки в замок за спиной, с трудом перебарывая желание взять Хибари за руку. У него наверняка очень теплые ладони, как во снах, а Тсуне просто необходимо о него согреться. После тепла снов холод мужчины постепенно превращает его в глыбу льда. А ведь он узнал его фамилию. Вот только теперь наводить справки нет никакой необходимости. Хибари не совсем понимает суть происходящего. Почему этот незнакомый мальчишка-сосед идет с ним в одну сторону? Ведь не может же такой юнец работать в полиции? Хотя кто их знает, сейчас берут всех подряд, а потом удивляются полному развалу и низкой раскрываемости дел. Типичные травоядные. Но было в парнишке что-то такое неуловимое, болезненно знакомое. Кёя не мог его считать, словно упустил что-то важное, позволил тонкой связующей ниточке выскользнуть из рук. Глубокое, на уровне подсознания чувство. Да и вообще, выглядит это милое создание так, словно знает главную тайну всего мироздания, но боится сказать ее вслух – как бы зазнавшимся глупцом не посчитали. - Хибари – сан, а… - едва слышно заговорил Тсуна, робко посмотрев на внимательно прищурившегося мужчину и тут же опустив взгляд себе под ноги. – Вам снятся сны? - Нет, - коротко бросает Кёя. Чистая правда, хотя можно было сказать и мягче. Шатен заметно сжался, втянув голову в плечи и шмыгнув. Хибари вздохнул. Ребенок ребенком. – Я слишком сильно устаю на работе, чтобы еще и сны успевать видеть. - А кем вы работаете? – вопрос вылетает прежде, чем Тсуна успевает понять, что вообще открыл рот. - Это вот уже точно не твое дело, - хмыкнул брюнет. Савада покорно кивнул, соглашаясь. Да, не его. Хотя на самом деле еще как его. Он ведь так давно хочет это узнать. - Не в университете, случаем, преподаете? – состроив самое невинное личико, поинтересовался Тсуна. Хибари от неожиданности поперхнулся, а потом удивленно заморгал. - Численность студентов резко понизится, если я пойду в педагогику, - спустя пару минут проговорил брюнет, задумчиво покусывая губу. Тсуна не сдержался и позволил себе хихикнуть, прикрывая рот рукой. Вот теперь он узнавал того мужчину из снов. Наконец-то проступила личность, а не лед. - Что смешного? – Кёя нахмурился, окидывая взглядом шатена. Тот беззаботно улыбнулся. - Вы… Я не смогу это объяснить, - пожал плечами Тсуна, продолжая широко улыбаться. Хибари поймал себя на мысли, что невольно засматривается на его улыбку, хотя раньше не замечал за собой подобного. Ему мало кто нравился, а этот парнишка вызывал симпатию, особенно когда переставал хмуриться. - Я не клоун, - с напускной строгостью прищурился мужчина. – Нечего надо мной смеяться. - Конечно-конечно, - сердце болезненно сжимается – Савада слышит в бархатном голосе такие знакомые игривые нотки… У брюнета сегодня хорошее настроение. Дальше они снова идут молча, но уже не чувствуется неловкость и давящая атмосфера. Тсуна грустно улыбается, переведя взгляд с Хибари на насыщенно-синее небо. Даже не синее – ультрамарин. Желтый блин солнца режет глаза, если долго на него смотреть, на улице тепло и хорошо, хоть в душе и немного пакостно. Он очень хочет поцеловать бледные, изогнутые в насмешливой ухмылке губы. - Чего ты все на меня так смотришь? – немного недовольно спрашивает Хибари. Льстит, конечно, что мальчишка от него глаз отвести не может, но такое пристальное внимание порядком раздражает. - Н-ничего, п-простите, - Тсуна поспешно отвел взгляд, только сейчас замечая, как же близко они уже подошли к университету. А ему так не хочется отходить от объекта обожания хотя бы на шаг. - Ты здесь учишься? – наклонил голову брюнет, заметив перемену в лице мальчишки. Странный он. Кёя по-прежнему не может его считать. Даже с Мукуро казалось проще, чем с этим карамельным созданием. Карамельным?.. Откуда он взял это сравнение?.. - Ага, мучаюсь, - ловко перефразировал Тсуна, кардинально меняя смысл. Хибари легко улыбнулся – похоже, у соседа с учебой туговато. – Не хочу туда идти сейчас, - тише добавил юноша, надеясь, что Кёя не услышит. - Почему? – они остановились у самых ворот на территорию университета. Савада чувствовал себя, мягко говоря, неловко – получилось так, словно Хибари его провожал на учебу. По крайней мере, так смотрелось со стороны. - Хотел бы еще немного с вами погулять, - опустив голову, пробубнил Тсунаеши, заливаясь краской. Господи, пожалуйста, ниспошли ему спасение! Хоть какое-нибудь. - Ты ведешь себя так, словно знаешь меня, - заметил Хибари, а в голове щелкнула лампочка интуиции. Что-то не то с этим парнем. И его грустный, потяжелевший взгляд… - Понимаете, вы… - нерешительно начал Тсуна, разрываясь между желанием просто сбежать и желанием выпалить все как на духу и уже после этого сбежать. - Тсуна! Хватит прохлаждаться! Нам уже… пора, - к ним подлетел как обычно встрепанный Энма (наверняка запнулся и упал по дороге) и замер на расстоянии двух метров, ошарашено вглядываясь в лицо Хибари. – Тсуна… Это же… - Энма, я тебе все потом объясню, пошли, нам и правда пора. Хибари – сан, прошу прощения. Спасибо за компанию. До встречи, - скороговоркой оттарабанил юноша, быстро поклонившись и хватая приятеля за руку. Кёя с неприкрытым любопытством наблюдал за шагающими парнями, их обоюдно недовольные лица забавили. Вот только понять причину странного во всех отношениях поведения пока казалось невозможным. Но, если любопытство его не отпустит, Хибари всегда спокойно может подняться на этаж выше и устроить мальчишке вольный допрос. А пока ему надо поспешить в штаб. Не хочется с самого утра вступать в полемику с Реборном. Повезло хоть, что полицейский отдел находился всего в нескольких сотнях метров от университета. Пять минут – и он на месте. Уже стоит начать охоту. *** - Ну а теперь ты мне все расскажешь, - предвкушающе поерзал Энма, нетерпеливо поглядывая на спокойно вытаскивающего из сумки тетрадь и ручку приятеля. - Нечего рассказывать, - Тсуна словно в прострации поднял на юношу взгляд. – На самом деле нечего. - Как это нечего?! – взбеленился Козато, нахмурившись. – Ты стоял там с этим своим принцем, а теперь говоришь, что тебе нечего мне рассказать?! - Энма, не ори, нас весь университет слышит, - меланхолично отозвался Тсуна, раскрывая тетрадь и небрежно записывая на полях дату. – Что ты хочешь узнать? - Все, бестолочь, - юноша барабанит пальцами по столу, косясь на дверь. Только бы преподаватель задержался, а то он умрет от любопытства. - Его зовут Хибари Кёя, мы живем в одном доме, он недавно там появился, до этого квартира пустовала, я точно в этом уверен. И ты был прав, это были всего лишь сны. Он не в курсе, что я знаю про него почти все, - как можно равнодушнее ответил Тсуна, рисуя на полях треугольнички. – Так что особо хвастаться нечем. - Ты ему не сказал? – Энма наклонил голову, впервые замечая за другом такое поведение. - Я похож на психа? – Савада нахмурился, закусывая губу. Пусть он и хотел пожаловаться Энме, но изначальный запал куда-то пропал, и осталось только недовольство собой и раздражение. – Мне было очень плохо, если бы я рассказал ему хотя бы часть своих снов. Хибари – сан не такой человек, чтобы спокойно отреагировать. - Оу, уже Хибари – сан? – Энма улыбнулся, теперь-то понимая причину. Шатен сильно расстроился, что сны не оказались явью. Тсуна мрачно нахохлился, пробурчав что-то неразборчивое себе под нос. Козато тихо засмеялся. – Ладно-ладно, не ворчи. Кстати, теперь ты можешь узнать о нем еще больше. Фамилию-то вызнал. - Ты прав, но я уже перегорел, - вздохнул Тсунаеши, соединяя треугольники ровными линиями. – Все равно мне от этого лучше не станет. Он никогда не будет с таким, как я. - Почему это? – Энме странным образом стало обидно за приятеля – и где он только понабрался таких мрачных мыслей?.. - Ты его видел? Прекрасен, словно вчера с небес сошел, - прикрыв глаза, проговорил Савада. - Ой, и не таких покоряют милой мордашкой, - фыркнул парень, отвешивая другу щедрый подзатыльник. – На перемене поскачем в библиотеку. Даже мне интересно, кем работает этот твой ледяной принц. - Он свой собственный, - вяло отмахнулся Тсуна, уже сотворив на полях некую абстрактную композицию. – Я… - Меньше думай, больше действуй! – наставительно изрек Козато, совершив широкий жест рукой. Тсунаеши хихикнул и уткнулся носом в конспект. Местная «разведка» докладывала, что преподаватель уже на подходе. *** - Ну, сейчас мы быстро все про него найдем, - Тсуна обреченно вздыхает, глядя на до безобразия энергичного и воодушевленного Энму, который деловито открывал уже знакомую им обоим поисковую программу. - Может не надо? – скорее для собственного успокоения, нежели рассчитывая на какие-то изменения, робко спросил шатен. - Надо-надо, Савада, - хмыкнул Энма, решительно вводя кодовые слова. – Вот оно! Сразу результат на лицо! - Неужели нашел? – Тсуна невольно подался вперед, забывая, что не хотел подавать вид. Ведь ему не должно быть интересно, но, черт, он должен знать о нем как можно больше! - Естественно. У него есть однофамилец, но, как видишь, фотография там совершенно другая, - высунув кончик языка, Энма навел курсор на нужную строку и кликнул, открывая новую вкладку. – Ну, что тут у нас? Хибари Кёя, двадцать семь лет, не женат, Тсуна, это очень важно, - по губам юноши скользнула усмешка. Шатен сердито треснул приятеля по макушке, заливаясь нежным румянцем. – Ого, он подполковник… - Что еще? - Ничего, - Козато ткнул пальцем в монитор, проведя кончиком ногтя по нужной строке. «Дальнейшая информация закрыта. Введите пароль». - Пф, - немного раздраженно фыркнул Тсуна. – А что хоть это за сайт? - Какой-то полицейский… - задумчиво проговорил Энма, а спустя мгновение широко распахнул глаза и уставился на Саваду. – Информация о нем засекречена, он хорошо владеет огнестрельным оружием и как-то связан с полицией… - Тебе тоже интересно, кто он такой?.. – Тсуна закусил губу. Похоже, он сильно вляпался, раз ему снился человек из полиции. Вот только во что?