Ты мне снился

- Это… эм… впечатляет… - пробормотал Тсуна, рассматривая разложенные на журнальном столике снимки. - Ага, по тебе видно, - хмуро заметил Хибари, буквально впихивая шатену в руки кружку с горячим шоколадом. – Бледный, как мел. - Но ведь это… - Верно, трупы людей, очень похожих на меня. Я ведь говорил, что тебе это не нужно видеть, - Кёя коротко глянул на замерших Емицу и Дино. Выражение лиц примерно одинаковое – удивление и легкая паника. Правильно, никто не думал, что все настолько серьезно. – Но ведь меня никто не слушает. - Я имею право знать, что творится в вашей шарашке! – вспылил Тсуна, покрепче сжав кружку и быстро отхлебнув горячий напиток. – Сам ты мне никогда не расскажешь! - Потому что берегу твою хрупкую психику, - Хибари даже не заметил резкий скачек с «вы» на «ты», его сейчас это волновало меньше всего. - Поздно уже, сломали, - мрачно кивнул шатен, придвигая к себе один из снимков и брезгливо морщась. – Это правда трупы? - Да, - брюнет сел рядом, быстрым движением взлохматив и без того непослушно торчащие волосы Савады. – Тщательно подобранные, загримированные люди. Никак между собой не связаны. Умерли, попрошу заметить, своей смертью. - Чего?! – в один голос вскрикнули Емицу и Дино, подавшись вперед. Хибари успокаивающе махнул рукой. - Никакого подвоха, все так и есть. Патологоанатомы превзошли себя и провели настолько детальное вскрытие, что уж точно обнаружили бы следы чего-то постороннего. Как и эксперты. Я еще ни разу не видел столь подробного анализа. Но ничего найдено не было. Двое умерли от передозировки наркотиков, третий был диабетик на инсулине, умер от инсулиновой недостаточности, а у четвертого наблюдались серьезные проблемы с сердцем. - Значит, этот наш тип… - протянул Каваллоне, взяв в руки один из снимков и придирчиво его разглядывая. - Не убийца. Максимум – патологоанатом с сатанинскими наклонностями, - задумчиво кивнул Емицу, не сводя глаз с Хибари. – Это ведь обряды жертвоприношения? - Все, кроме первого случая, - брюнет выдвинул в центр стола одну из фотографий. – Мужчина-диабетик. И тут во всех красках показано приготовление к похоронному обряду. Не могу точно сказать, какой народности, но не японский точно. - Было бы не так страшно, если бы не твое лицо у этих трупов, - Тсуна вздрогнул и неосознанно прижался к боку мужчины. Ему было необходимо чувствовать тепло его тела. – Что за псих додумается до такого? - А вот насчет этого у нас нет ни одной догадки, - устало прикрыл глаза брюнет, откидываясь на спинку дивана. Тсуна устроился поудобнее, юркнув к Хибари под руку. - Какой-то псих, которому ты перешел дорогу, - пожал плечами Емицу. – Но раз он не убивал их, то хочет просто припугнуть или старается навести на какие-то мысли. - Только вот на какие? – Хибари машинально перебирает каштановые пряди посапывающего у него под боком юноши. Тсунаеши слегка подрагивал и по-прежнему был бледным. – Даже Мукуро не смог ничего придумать. А уж ты, Емицу, точно знаешь, насколько он жуткое создание. - А кто такой Мукуро? – заинтересовано наклонил голову Дино. - Ученик Реборна. Тебе понравится, - хмыкнул Кёя, а Тсуна озадаченно посмотрел на любимого. – Как раз в твоем вкусе. Вот только за ним Бьякуран вьется. - О, и этот маньяк все-таки тут? Как же тесен мир, - картинно печально вздохнул Каваллоне, не скрывая блестящие от интереса глаза. – С Джессо интересно будет соревноваться. - Рокудо не из простых, - заметил Тсуна, наклонив голову. – Сколько он уже динамит Бьякуран – сана? - Довольно долго, если я правильно понял, - хмыкнул Хибари, поглядывая на бывшего учителя. Дино нетерпеливо ерзал, не в силах совладать с обуявшим его интересом. Блондина всегда привлекали неприступные натуры, и что-то подсказывало – от двойной атаки Мукуро быстро свихнется. - И вот так вот плавно мы перешли от темы трупов к теме зада Мукуро, - не удержался Емицу, прыснув в кулак. На него посмотрели три абсолютно серьезные пары глаз, так что мужчина прокашлялся и присмирел. - Так, ладно, давайте думать, - хлопнул в ладоши Дино, привлекая к себе всеобщее внимание. – Кому ты мог так крупно насолить, Кёя? - Конь, - брюнет презрительно скривился. – Ты забылся? О чем ты сейчас говоришь? - А… Ааа, - глубокомысленно протянул Каваллоне. И правда, они же ведь сейчас про Хибари. А кому только брюнет не переходил дорогу… Емицу посмотрел на все еще бледного сына и решил, что пора им прерывать эту милую беседу на прекрасную тему трупов и прочих «прелестей», раз все равно ничего путного они придумать не могут. Чего переминать одну и ту же тему, если это заведомо лишено смысла? Пустыми догадками они ничего не добьются. Им нужен Реборн и его связи. А пока можно отвлечь сына от всех этих ужасов. - Тсуна, а как давно вы с Хибари встречаетесь? – Савада-старший улыбнулся, видя, как бледность сменяется легким румянцем. - Я думал, ты уже все давно разузнал. У тебя же работа такая, - Тсунаеши хмыкнул, вновь припоминая, что вообще-то он еще немного обижен на отца за его скрытность. - Я старался не лезть в такую… ммм… пикантную часть твоей жизни. - И правильно делал, - на этот раз в разговор вмешался сам Хибари, который до этого пытался убить взглядом Дино за его неосторожные слова. Это беспечное создание вообще не думает, когда что-то говорит, и теперь зверек напуган еще больше. - Хибари Кёя, я все еще его отец, поэтому должен знать, насколько тут все серьезно. У вас секс уже был? - Папа! – шатен подскочил с места, заливаясь ярким румянцем. Кёя тихо кашлянул в кулак, пряча смешок, тоже поднимаясь и красноречиво указывая гостям взглядом на дверь. - Емицу, а вот эти подробности тебе не стоит знать. Побережем на этот раз твою психику, - с видом довольного кота проговорил Хибари, тычком пресекая расспросы со стороны уже открывшего было рот Дино. Вот только любопытных Коней ему и не хватало. - Хибари – сан, и вы туда же! – еще ярче вспыхнул шатен, с ногами забираясь на диван и утыкаясь носом в колени. – Все вон из моего дома, - плаксиво протянул он, сжимаясь в комок. Провалиться бы сквозь землю в обществе этих извращенцев. - Я провожу, - тихо засмеялся Кёя, выталкивая обоих мужчин в коридор. Тсуна не слышал, что именно говорил им Хибари, но догадаться не сложно – отчитывал за несвоевременную, опасную и по его мнению лишнюю информацию. Когда же Савада услышал звук закрывающейся двери, то непроизвольно дернулся. Его осенило – он ведь даже не спросил отца, где тот остановился! А ведь должен был и хотел, но сначала дико разозлился, а потом из головы вылетело напрочь все, кроме того, что на Хибари ведут серьезную охоту. Черт! - Они оба остановились в гостинице, не волнуйся, - ласково проговорил вернувшийся Хибари, заправив за ухо торчащую каштановую прядку. - А с чего вы взяли, что я про них думаю? – насупился Тсуна, все же подвинувшись и сразу же прижимаясь к теплому боку. - У тебя на лице все написано, - хмыкнул Кёя, обнимая льнущего к нему юношу. Фото со стола были успешно сграбастаны Каваллоне, который решил их изучить более детально и прогнать по своим каналам. – И, кстати, определись уже: на «вы» или на «ты» ты ко мне обращаешься? К этим скачкам невозможно привыкнуть. - Можно на «ты»? – робко и очень тихо спросил Тсуна. Хибари хмыкнул и кивнул, замечая, какой неподдельной радостью засветились большие карамельные глаза. Наконец-то он чувствует себя дома. Рядом с этим зверьком снова вернулось ощущение дома и уюта, уже порядком подзабытое, но от этого еще более желанное. - Что будем делать с этим всем? – по-прежнему тихо спросил Тсуна, утыкаясь носом в изгиб шеи мужчины. Пахло терпким одеколоном и Кёей. - Пока стоит забыть, - расслабленно ответил Хибари, перебирая волосы шатена. – И не переживать. - Да как не… - Успокойся, - мягкий ласковый поцелуй, от которого все мысли напрочь вылетают из головы, оставляя внутри только тепло и нежность. – У нас очень надежные и сильные союзники, зверек. - Я знаю, - выдохнул Савада, снова приникая к любимым губам более настойчивым поцелуем. Ему хочется забыться в ласках, успокоиться, почувствовать всем телом, что его Хибари здесь, рядом с ним и никуда в ближайшее время не исчезнет. И Кёя понимает его безмолвную мольбу, ненавязчиво опрокидывая спиной на диван и соскальзывая поцелуями на шею. Уж таким-то способом он точно заставит Тсунаеши забыть обо всем на свете. *** Дино Каваллоне сидел на кровати в своем номере, скрестив ноги и разложив перед собой снимки. Рядом лежали бумаги по этому… интересному делу. Изучив все детально, Дино понял наконец, что ставило в тупик все следствие и Хибари с Реборном в частности. Часы. Камень преткновения, из-за которого ничего не сходится. Картинка не может сложиться в единое целое, потому что охота идет и на часы, и на Хибари. Один и тот же человек или организация преследует две масштабные цели. Дино настолько погрузился в свои мысли, что даже не сразу услышал настойчивый стук в дверь. Буркнув нечто невразумительное, что вполне можно было расценивать как приглашение войти, блондин снова вернулся к записям, которые ему передал Кёя. - Надумал чего? – поинтересовался Емицу, прикрывая за собой дверь и присаживаясь на краешек кровати. Дино отрицательно покачал головой, откидывая в сторону папку и признавая поражение. - Даже предположить не могу, кто способен на такое. И единственной связующей ниточкой является это вырезанное на каждом трупе точное изображение часов. - Ага… Как думаешь, Тсуна заметил эту деталь? – вздохнул Емицу, рассматривая один из снимков. У трупов уже не течет кровь, плоть хорошо поддается, и поэтому герб Вонголы, заключенный в круг смотрится как идеальное клеймо. - Раз не сказал, значит не заметил, - пожал плечами Каваллоне. – Не волнуйся за него, с ним ведь Кёя. - Я до последнего не хотел его втягивать, - запустив руку в торчащие ежиком волосы, покаялся Савада. – Но даже я не смею противиться приказам нашей верхушки. - Ты и так берег его, как мог. Он рос вдали от мафии. Это делает тебе честь, Емицу, - похлопал мужчину по плечу Дино. – Ты не испортил ему детство и юность. - Да… Наверное, ты прав, - глухо отозвался Савада, покусывая губу. – Но сейчас он в опасности. И то, что он близко к Хибари, не делает его более защищенным. - Тсуна думает по-другому, как мне кажется, - хохотнул блондин, заваливаясь на спину и потягиваясь. Матрас приятно спружинил. – Так даже лучше. Проще защищать их будет. - Может быть, - кивнул Емицу, снова напряженно вглядываясь в снимки. – Вот прям чувствую что-то знакомое, но уловить не могу. - О, у тебя тоже это чувство? И Кёя говорил об этом, - приподнялся на локтях Дино, внимательно посмотрев на мужчину. – Значит, преступника мы знаем. - И очень хорошо, - кивнул Савада. Под ложечкой предательски заныло, а беспокойство за сына окатило с головы до ног холодным потоком. Все куда сложнее, чем они предполагали изначально. - Может, стоит обратиться к Еши, если мы сами ни к чему не придем? – осторожно спросил Каваллоне. Емицу вздрогнул и скривился так, словно только что съел лимон целиком. - Нет, к моему дорогому племяннику мы не будем обращаться. Ни при каких обстоятельствах. И Хибари скорее застрелится, чем согласится с ним сотрудничать. - Они до сих пор… - Готовы убить друг друга при встрече, - закивал Савада, складывая фотографии маленькой стопочкой. – Не знаю, что у них там произошло, да и не наше это дело, но им лучше не пересекаться. Да и я не хочу связываться с Еши. - Из-за Тсуны? - И из-за него тоже, - неохотно признал Емицу. - Тогда завтра я еще попробую посмотреть по своим каналам, - пожал плечами Дино. Дела и родственные проблемы семьи Савада его не касались. – Сейчас уже поздно, а еще один день наши герои проживут без всяких неприятностей. - Ты плохо знаешь моего сына, - хмыкнул Емицу. – Он магнит для неприятностей. - А ты, похоже, плохо знаешь Кёю, - в тон мужчине ответил Дино, сверкая улыбкой. – Он может уберечь от любых неприятностей. Особенно когда любит.