Неудачный призыв или не совсем удачный...

Альтаир

Утро в магическом лесу, каким его любят описывать писатели, наверняка выглядело бы как чудо. Деревья всех возможных оттенков, от изумрудных до янтарных, причудливо переплетённые кронами. Воздух, наполненный ароматами цветов и мха. Сказочные звери, не знающие страха, и райские птицы, чьё пение способно усыпить бдительность даже у бывалого воина. Наверное. Потому что лично я угодил в лес, который, по всем ощущениям, создавался под чутким руководством его величества Стивена Кинга. Причём в не самом добром его настроении. Кривые, будто переломанные, деревья тянулись вверх, словно когти, цепляясь за небо. Туман стелился низко, обнимая корни и скрывая землю так, что каждый шаг приходилось делать на ощупь. Лес жил своей жизнью: где-то что-то шуршало, хрустело, фыркало и подозрительно сопело, а тишина между этими звуками давила сильнее любого крика. И как же меня сюда занесло? — наверняка спросил бы мой инстинкт самосохранения, если бы у него сейчас было время на философию. А ответ прост и до безобразия глуп: в рамках драконьих учений по принципу «умри, но сделай», организованных одним розоволосым пироманьяком. Или, как он сам себя величал, Учителем Нацу. — Рр-р-р… Передо мной, четырнадцатилетним парнем в одних только шортах и сандалиях, стояло нечто. Огромное, фиолетовое, саблезубое и крайне недружелюбное. По очертаниям оно напоминало то ли волка, то ли бурундука, если бы кто-то решил скрестить их, а потом увеличить результат почти до двух метров в высоту. Глаза существа горели нездоровым интересом, а из пасти стекала слюна, капая на землю с глухим чавканьем. Уже двадцать минут этот покемон, иначе я его назвать не мог, гонял меня по лесу с вполне очевидным гастрономическим интересом к моему бренному телу. И, судя по тому, как легко он сокращал дистанцию, я был в его меню пунктом весьма желанным. Да чтобы я ещё раз попросил Нацу меня потренировать! Да ни в жизнь больше! — пронеслось в голове, когда я в очередной раз чудом ушёл от прыжка мутанта, почувствовав, как поток воздуха от его лап прошёлся по спине. Лёгкие жгло, ноги наливались свинцом, а мир перед глазами начинал слегка плыть. Сил убегать почти не осталось, и в какой-то момент я понял: если продолжу в том же духе, меня просто догонят и сожрут. Без лишней драмы. Тогда я решился на отчаянный, откровенно идиотский шаг. Резко развернувшись, я бросился прямо на зверюгу, дико вопя, размахивая руками и вкладывая в этот крик всё отчаяние, страх и злость, накопившиеся за утро. Не успел я сделать и пары шагов, как произошло невозможное. Покемон взвизгнул. Именно взвизгнул, тонко и почти обиженно, после чего развернулся и рванул прочь с такой скоростью, что только ветки зашуршали. Я замер, тяжело дыша, не сразу поверив в происходящее. Что-то тут не сходилось. Либо я внезапно стал воплощением ужаса для местной фауны, либо… Прикрыв глаза и зашипев сквозь зубы, я приготовился к худшему. Сердце колотилось где-то в горле, а тело было готово в любой момент снова сорваться с места. — Если выберусь из этого ада, Нацу, я тебя… — начал было я, подбирая в голове подходящее проклятие. Договорить мне не дали. Сверху раздался треск веток, и буквально в паре сантиметров от меня на землю едва не рухнуло нечто антропоморфное. Существо напоминало примата, но было явно не из моего родного зоопарка: зелёная кожа, длинные руки и пятна в виде розовых сердечек, разбросанные по телу, словно кто-то переборщил с краской. Оно повисло на ветке вниз головой, уставившись на меня огромными глазами. — Я нашёл! Самка! — радостно заорало это нечто, тыча в меня пальцем. Я медленно открыл глаза. — Я парень… — сдавленно произнёс я, понимая, что это утро только начинается.

***

Альтаир

Прошло уже примерно три недели с того момента, как я попал в этот мир и пополнил ряды хвостатых фей. Первые дни пролетели на удивление спокойно. Даже слишком. Меня не пытались убить, съесть или принести в жертву, и на фоне предыдущих приключений это уже считалось успехом. Более того, моим образованием занялись всерьёз и, что самое удивительное, добровольно. Люси и Леви буквально взяли надо мной шефство. Хартфилия с живым интересом и искренним воодушевлением пересказывала краткую историю Земного края, подробно останавливаясь на королевстве Фиор: его гильдиях, конфликтах, союзах и вечных проблемах. Она умела рассказывать так, что сухие факты превращались в увлекательные истории, и я ловил себя на мысли, что слушаю её, затаив дыхание. Леви же занялась тем, что она называла основами магических наук. Невысокая, синеволосая и всегда улыбающаяся, она с лёгкостью объясняла сложные вещи, словно речь шла о чём-то совершенно обыденном. Именно от неё я узнал, что волшебников во всём Земном крае всего около десяти процентов от общего населения. И что все они делятся на два основных типа: держателей и заклинателей. Чем именно отличаются эти два направления, мне наглядно продемонстрировали друзья Леви — Джетт и Дрой. Джетт оказался заклинателем и использовал магию скорости. В его исполнении это выглядело как размытые силуэты, резкие рывки и внезапное появление за спиной. Дрой же был держателем: он творил магию растений с помощью специальных семян, которые носил с собой. Стоило ему бросить одно из них на землю, как оттуда мгновенно пробивались лозы, корни или цветы, повинуясь его воле. Из уроков Леви и разговоров с другими членами гильдии я постепенно понял, что магия в этом мире способна почти на всё. Главное — богатое воображение и достаточный запас магических сил. Но, как однажды заметил мастер, почти все маги со временем выбирают одно направление. Либо из-за врождённой предрасположенности, либо по принципу «где проще и выгоднее». Работая вместе с Мирой в гильдии, я познакомился с её младшим братом — Эльфманом. Хотя назвать его младшим у меня язык не поворачивался. Загорелый шкаф под два метра ростом, с грудой мышц и громким голосом, он занимался ремонтом разрушений, которые регулярно учиняла наша браво-отбитая компания в гильд-холле. При этом он искренне исповедовал некий путь МУЖИКА, о котором мог говорить часами. Именно Эльфман первым взялся за мою физическую подготовку. На его профессиональный взгляд я был слишком хлипким для настоящего МУЖИКА, а значит, нуждался в срочном и беспощадном исправлении. Так начался мой специфический курс молодого бойца-волшебника, полный приседаний, отжиманий и философских речей о мужественности. Сам Эльфман пользовался крайне занятной магией частичного перевоплощения. Он мог превращать свои конечности в лапы, когти или клыки зверей, которых когда-то поглотил. Штраус даже пытался научить меня чему-то подобному, но, увы и ах, у меня ничего не получилось. Будучи человеком, выросшим в технически развитом обществе, я довольно быстро начал замечать, как сильно магия влияет на людей этого мира. Один только цвет волос у большинства волшебников чего стоил. Но по-настоящему я это прочувствовал на собственной шкуре. На пятый день моего пребывания здесь утром из зеркала на меня смотрели уже не привычные голубые глаза, а бирюзовые. А спустя ещё немного времени и волосы начали менять цвет: из обычных чёрных они стали, как выразилась Люси, благородного оттенка оникса. На пару с Мирой они в категоричном порядке запретили мне коротко стричься. Мою шевелюру без зазрения совести укладывали, расчёсывали и приводили в порядок всеми доступными способами. Черты лица тоже не остались в стороне. Если раньше я был просто миловидным, по мнению дам из гильдии, то теперь у меня не было ни единого шанса пройти мимо них и не быть затисканным. Как позже объяснила Мира, для подростков-волшебников это совершенно нормальное явление. Маги, состоящие в гильдиях, зарабатывают на жизнь выполнением заказов. Сами по себе заказы — это своего рода задания: от совсем простых, вроде зарядить лакриму или перевести древнюю книгу, до более серьёзных, где просят обезвредить бандитов или прогнать дикую, злобную живность. Если говорить в общих чертах, работа там находилась на любой вкус и цвет, если, конечно, позволял ранг. — Эх, скорее бы и мне попасть на крутой заказ с хорошей оплатой. Это же такие приключения… — мечтал я, стоя на табуретке и развешивая новые бланки заданий на доску объявлений. Разумеется, по просьбе Миры.

***

«В гробу я видал такие приключения!!!» — пронеслось у меня в голове, когда я во всей красе рассматривал этого обезьяна-извращенца. Зелёный макак, не утруждая себя размышлениями, протянул ко мне свою лапищу. Моя попытка улизнуть закончилась предсказуемо: меня схватили за руку. Довольно гыгыкая, словно только что выиграл в лотерею, он легко поднял меня на уровень своего лица. От него пахло сырой листвой, потом и чем-то крайне подозрительным. Паника быстро сменилась лихорадочным поиском выхода. Чем его напугать? Я выставил свободную руку вперёд, оттопырил указательный палец и максимально сосредоточился. Остатки магии, которые ещё теплились во мне после марш-броска от саблезубого Элвина, я попытался превратить в огонь. На кончике пальца дрогнула тоненькая струйка пламени. Этот чернобыльский орангутанг заржал так, будто услышал лучший анекдот в своей жизни. Он поднёс меня ближе к своей морде, слегка прищурился и, даже не напрягаясь, задул мой огонёк, как свечку. После чего уставился на меня с таким самодовольным видом, будто только что доказал своё превосходство всему миру. «ВОСЕМЬ ЧАСОВ!!!» — в голове вспыхнули воспоминания. Восемь часов объяснений от Нацу о том, как правильно преобразовывать магию в огонь. И целая ночь безуспешных попыток повторить это самому. «Ну всё, макак… хана тебе». Судя по тому, как самодовольная ухмылка начала медленно сползать с его морды, что-то он всё-таки заподозрил. Не дожидаясь дальнейших действий с его стороны, я со всей дури врезал ему пяткой прямо в удачно подставленный глаз. Такого поворота событий примат явно не ожидал. Он резко выпрямился, потерял равновесие и с размаху влетел башкой в ту самую ветку, с которой недавно спрыгнул, переломив её пополам. Лапа, что держала меня, ослабла, и я грохнулся на землю. В последнюю секунду я успел уйти перекатом из-под заваливающейся на меня туши. Земля дрогнула от удара. Поднявшись на ноги и переводя дыхание, я, насвистывая похоронный марш, принялся собирать костерок. Погребальный. За поруганную гордость, так сказать. Пара сухих листьев, немного магии — и огонёк весело затрещал. Я тут же нырнул в ближайшие кусты и затаился, наблюдая, как настоящий партизан. Пламя медленно, но уверенно подбиралось к заветной цели. Через минуту или две весь лес мог наблюдать поистине незабываемое зрелище: один крайне озабоченный примат носился кругами по поляне, елозя горящим задом по земле и издавая вопли, достойные оперы. Осознав, что это не помогает, макак вскочил и умчался в неизвестном направлении, ломая кусты и деревья на своём пути.

***

— Нацу, а ты уверен, что Альт пошёл именно сюда? — с сомнением спросил Хэппи, летя рядом. — Тут его запах чувствуется сильнее всего, — ответил драгонслеер, принюхиваясь к воздуху. Через секунду он недовольно сморщил нос. — Ты тоже это чувствуешь, Хэппи? — Ага… пахнет шашлычк… Закончить фразу ему не дал лесной вулкан, пронёсшийся мимо них с диким воплем о злых самках и горящих задницах. — Э…

***

После эпической битвы с озабоченным приматом местного разлива я, прихрамывая и мысленно проклиная одного розоволосого энтузиаста, направился к заветному финалу этих пятидневных экзекуций. За время моего лесного турне я успел узнать о местной флоре и фауне больше, чем хотел за всю жизнь. Те зверушки, что попадались мне сейчас, уже больше напоминали декорации из диснеевского мультика. Даже деревья стали ниже, светлее и как будто добрее. Не так давили, не так пугали. В начале пути мне встречались такие твари, на которых обычно ходят волшебники не ниже A-ранга, да ещё и группами. Взять хотя бы ту же макаку. Почти все они были полураразумные и, что удивительно, не проявляли агрессии, если к ним не лезть. Обычно они просто выгоняли меня со своей территории при помощи ментального посыла. Ощущения, скажу я вам, так себе. Как будто за тобой кто-то гонится, а ты даже не видишь кто. Ноги сами несут в противоположную сторону, сердце колотится, дыхание сбивается. Правда, с каждым разом эффект становился всё слабее. Либо я привыкал, либо магия во мне крепла. Сначала мне показалось отличной идеей идти вдоль реки. Вода, ориентир, да и пить можно. Радость длилась ровно до того момента, как из воды вылез местный аналог гидры. Повезло, что особь оказалась мелкой, но легче от этого не стало. Мерзкая тварь плевалась чем-то, подозрительно похожим на кислоту. Проверять догадку я не стал и к реке с тех пор без крайней необходимости не подходил. Метров в пятидесяти от берега меня попыталась схватить лиана со змеиной пастью. Как позже выяснилось, местный серпентарий отлично умел мимикрировать под окружающий ландшафт. Спасла меня другая лиана — ярко-жёлтая и явно настроенная не менее агрессивно. Пока дамы с грозным шипением выясняли, кто меня кусь, а кто хрусть, я уже карабкался на дерево, спасаясь от двух диких кабанов. Бивни у этих хряков были такие, что нашим слонам и не снились. Я уже морально готовился прожить остаток жизни на этом дереве. Даже грибочки нашёл. По запаху вроде съедобные… хотя цвет и форма вызывали некоторые философские вопросы. Так мы и сидели — я на ветке, они внизу — до самого заката. Я в очередной раз пожелал Нацу до конца жизни питаться исключительно мороженкой и уже прикидывал, как бы тут лечь спать и не свалиться во сне. Когда в ночном небе воцарился полный диск луны, заливая лес серебристым светом даже сквозь листву, кабанчики и не думали уходить. Но внезапно подул лёгкий ночной ветерок, и хряки занервничали. Начали крутиться, принюхиваться и как-то тревожно похрюкивать. Из густых зарослей, метрах в пятидесяти от нас, на лунный свет стали выходить волки. Восемь штук. Злые, голодные и явно настроенные не на дружескую беседу. Кабаны здраво оценили ситуацию и с оглушительным визгом рванули в неизвестном направлении, увлекая за собой новую напасть. Мне повезло остаться незамеченным. Наверное. В таком ключе и продолжалась моя лесная эпопея. Чем ближе я подходил к окраине леса, тем реже встречалась откровенно опасная живность. Хотя… не точно. Бибизьян мне свидетель. Местных насекомых я обходил десятой дорогой. Не важно, какого они были размера, окраса или семейства. Удача — штука непредсказуемая, а мне и местного зверья хватит на всю жизнь. Когда на второй день закончилась выданная провизия, я начал искать еду по принципу «что жрут местные — то можно и мне». Принцип работал ровно до того момента, как на моих глазах милый кустик, увешанный сочными красными ягодами, схомячил оленя, подошедшего слишком близко. Выплюнув при этом только рожки. «Иди на запад и через пять дней, с первыми лучами солнца, ты выйдешь на поляну недалеко от нашего дома», — наставляли меня розоволосый «Гэндальф» и его синий «Назгул», перед тем как оставить одного в лесу. Мысленно возмущаясь, я выполз на нужную по описанию поляну… в полдень. Грязный. Злой. И голодный. Осмотрев местность и не обнаружив вышеупомянутых персонажей, я уже собирался топать домой, как из-за деревьев справа на поляну вышла девушка неземной красоты. Прости, Мира. Зелёные волосы обрамляли её идеальное лицо, а в изумрудных глазах можно было утонуть навсегда. Она будто светилась изнутри. Я даже не заметил, как она подошла ко мне — настолько был очарован. Девушка взяла моё лицо в ладони и, глядя в мои полные восхищения глаза, с лучезарной улыбкой поцеловала меня. Отстранившись, она взмахом руки достала из воздуха цветок. Он напоминал розу, но лепестки были кристальными, а стебель — ярким, словно наполненным светом. Она вложила его мне в руки. — Сохрани его, маленький маг, — её голос звучал как песня тысяч птиц, как чистейшая река, как сама живая гармония. Я моргнул — и снова остался один. Только кристальный цветок в моей руке доказывал, что всё это не было галлюцинацией после пяти дней ада. Осмотревшись ещё раз, я направился в сторону дома. Судя по тишине, Нацу и Хэппи ещё не вернулись. Недолго думая, я прикопал цветок за домом и мысленно поставил пометку поискать в библиотеке гильдии книги о растениях. Примяв землю возле стебля, кивнул сам себе. Ну вот. Теперь можно и искупаться. Поскольку без меня в этом доме никто не готовил, а самому сейчас этим заниматься было откровенно лень, вопрос «где поесть» решился сам собой — конечно же, в гильдии. Там хотя бы не надо было думать, где что лежит, и вероятность, что еда внезапно окажется живой, стремилась к нулю. В отличие от леса. К обеду в гильдии, как обычно, было людно. Гул голосов, звон кружек, чей-то смех, чьи-то крики, чей-то очень эмоциональный спор о том, можно ли считать взрыв «контролируемым», если после него уцелела только одна стена. Всё как всегда. Дом. Родной, шумный, слегка безумный дом. Поприветствовав всех присутствующих — кивком, махом руки и одним особенно уставшим «всем привет» — я направился прямиком к моей начальнице, она же кормилица, она же главный ангел-хранитель этой гильдии. Мира, как обычно, стояла за барной стойкой. Улыбка — фирменная, добрая, такая, от которой даже самые отбитые маги внезапно вспоминали, что они вообще-то взрослые и воспитанные люди. Ну… на минуту. — Привет, Мира! — поздоровался я, проходя мимо неё к двери на кухню. Привилегия работника — самообслуживание. Хе-хе. На кухне я действовал по проверенной схеме: всего понемногу, но побольше. Немного мяса, немного гарнира, немного соуса, ещё немного хлеба… и ещё чуть-чуть «на всякий случай». Лес, пять дней, ноль сервиса — организм настоятельно требовал компенсации морального и физического ущерба. С полной тарелкой я вернулся в зал и устроился на своём любимом стуле у барной стойки. Тот самый, который уже почти можно было считать моим именным. Рядом, как по расписанию, сидели Макао и Вакабе — два вечных столпа местного алкогольно-философского фронта. Ел я молча, с чувством, с толком, с расстановкой. Мир на какое-то время сузился до вкуса еды и ощущения, как жизнь постепенно возвращается в тело. — Как прошли тренировки у Нацу? — поинтересовалась Мира, когда я закончил и отставил пустую тарелку. Я глубоко, очень глубоко вздохнул. Где-то внутри меня тихо всхлипнула психика и ушла в уголок. Краткий пересказ моих лесных похождений занял несколько минут. Без художественных преувеличений — они были не нужны. Реальность и так справлялась. Реакция была мгновенной. Макао и Вакабе подавились пивом. Один — с кашлем, второй — с выражением лица «я сейчас умру, но это того стоило». У Миры дёрнулся глаз. Причём не слегка, а так… уверенно. — Так это же круто, пацан! — первым пришёл в себя Макао. — Магия огня одна из самых разрушительных! Это я тебе, как практикующий пиромант говорю! — заявил он с видом человека, чьё мнение автоматически считается экспертным. — Может и так… — уныло пробормотал я. Я поднял левую руку и зажёг пламя над большим пальцем. Маленький огонёк, чуть больше пламени свечи. Он дрожал, будто сам сомневался, стоит ли вообще тут гореть. — Но вот это мой предел. Оба мага удивлённо переглянулись. — Тогда забей, парень, — философски выдал Вакабе и прикурил сигарету прямо от моего огонька. — Ищи то, что тебе подходит. — Я сколько раз просила не курить рядом со стойкой! Вакабе! — возмутилась Мира, уже стоя у меня за спиной. Я даже не заметил, как она подошла. Это было… тревожно. Она принялась что-то колдовать с моими волосами, устраивая на голове очередной одному ей ведомый шедевр. — Ну прости, Мирочка… — пробормотал Вакабе, выдыхая дым и выглядя виноватым ровно настолько, насколько это вообще возможно. Закончив издевательства над моей причёской, Мира отпустила меня, и я отправился в подсобку переодеваться в рабочую форму. Да, тут такая есть. Вернее, её ввели исключительно для меня — после коллективной жалобы женского населения гильдии. Вот так я и обзавёлся белыми рубашками, чёрными брюками, галстуком-бабочкой и парой чёрных жилеток с гербом гильдии. Кожаные туфли прилагались. Дамы довольны. Парни стараются брать задания подальше. Мастер счастлив. Баланс восстановлен. В последнее время меня даже начали отправлять на миссии в пределах города. Без доски, без фанфар. Из разряда «надо сделать». Запитать лакримы, расшугать живность в канализации, помочь мэрии. Платили немного, но можно было сделать несколько заказов за утро, а потом спокойно заступить на смену. И, как любил говорить мастер, с моим появлением в гильдию стало заходить больше простых горожан. Ещё чуть-чуть — и мы с Мирой разорим некоего Боба. Кто это такой, я до сих пор не знал. Но почему-то был уверен, что он страдает. Ближе к вечеру я наконец добрался до библиотеки и нашёл нужную книгу по магическим растениям. Мой кристальный цветок оказался не особо прихотливым, но и совсем без внимания его оставлять нельзя. По дороге домой я зашёл за продуктами и купил специальное удобрение по совету Дроя. Как хорошо, когда есть знакомый, который разбирается в странной магической ботанике. Дом встретил меня открытой дверью. Плохой знак. — Хэппи, что делать? — неужели у такого как Нацу была паника. — Мы не смогли его найти! Его не было в условленном месте и в лесу его нигде не было! Что делать? — Драгнил ходил по комнате и держался за голову. От этой картины у меня даже совесть чуть шелохнулась в сторону прощения. А нет, это она перевернулась на другой бок.       Синий кот стоял ко мне спиной. — Нацу не переживай, всё с этим нахлебником в порядке. Скорее всего он просто заблудился и скоро придёт. Ах, нахлебник значит!!! — Хэппи, ты же видел Вулкана! — в голосе огненного мага появились нотки отчаяния. — А если… — закончить он не успел, так как учуял… — А-А-А! Мой хвост горит! — крик. — Срочно звоните в Мурманск! Здесь издеваются над бедным и добрым синим котиком! — Хэппи на полной скорости полетел в ванну, оставляя за собой огненный след. Послышался плеск воды. — Хаа, блаженство… «И зачем я этому коту о зоозащитниках рассказал…» — Альт! — в меня на полной скорости влетел Нацу, повалив на пол. Сколько радости. — Я так испугался! — Где ты был?! — Ну, выйдя из леса и не увидев вас, я пошёл домой, — задумался, а потом продолжил. — привёл себя в порядок и ушёл на обед в гильдию. — Извини, просто я учуял в лесу Вулкана и решил найти тебя. Всё же эти твари обычно не приходят близко к окраинам, вот я и переживал Они очень опасны для начинающих магов — Ладно, ты прощён, — фыркнул. — Кстати, может уже встанешь, а то поза. — указал я указательным пальцем на него. А поза та была очень компрометирующей. Я лежу на досках, а Нацу нависает надо мной и его руки упёрты у моей головы и его лицо слишком близко к моему. — Не-ет, если ты любитель такого, то я не против, — Мой голос изменился. — но будь, нежен, это мой первый раз. — Произнес я томным голосом. — Я не из этих!!! — он отскочил от меня прямиком на диван, запрыгивая точно валун и на такой же скорости. — О чём ты подумал, извращённая ящерица? Я говорил о том, что ты мне поможешь встать подав руку? — Да, его лицо будет в моей коллекции воспоминаний, жаль только фотика нет. — Так, теперь не ржать. — Нацу, с тобой всё в порядке, ты красный какой-то? — и специально подхожу как можно ближе и кладу руку ему на лоб. — Есть пробитие. — Всё в порядке, просто ты слишком близко. — произнес он это, ещё сильнее краснея.       Моя выдержка была на пике, у уже начала сдавать обороту. Ну все. — Пха-хах-аха — В конце концов я не сдержался и заржал в голос. — Нацу, ты бы видел своё лицо. — Альт, это было не смешно! — вскочил прямо на диван. — Ладно, прости… И как мне загладить вину? — я решил ещё немного его по смущать, поэтому все говорил томным голосом. -Ха, дважды на одно и тоже не поведусь. — Ага, а уши покраснели — В общем, завтра мы отправимся на миссию и ты должен будешь помочь в одном деле. — тут уже у Драгнила вылезла пакастная лыба. — И что за миссия? И как я помогу? — мне стало интересно, но подозрительно. — А это уже узнаешь, когда будем на месте — ох не нравится мне его ехидная улыбочка, чует мой локатор мне будут мстить. — Ладно, хорошо поспать. — я отправился в свою комнату. — И тебе. — Драгнил наконец сел на диван, вспомнив о своем кошаке.