Мой парень идиот или как вывести супер-спокойного папочку из себя

Ближе к вечеру, когда Дима заканчивает со всеми документами и собирается домой, ему пишет Серёжа с просьбой забрать из клуба. Дима несколько раз вчитывается в слова чтобы понять, что там вообще написано. По тексту понятно: Серёжа пьяный. У них в университетском кругу сегодня намечалась крупная вечеринка. Серёжа хотел, чтобы он пошёл с ним, но Дима, которому не нравились шумные и душные вечеринки, отказался, сославшись на работу. Обидевшийся Серёжа укатил на вечеринку с грустной мордой, а потом вообще отключил телефон. Дима понял, что рыжая бестия обиделся, когда хотел позвонить и спросить как у того дела. И Дима едет по адресу в клуб, забирать своё чудо, за какие такие грехи оно ему досталось, а не важно. В клуб его пускают без проблем, ещё бы, блять, его не пустили за такое количество зелёных. В клубе шумно, темно, музыка долбит по мозгам, а неоновый фиолетовый цвет по глазам. На Диму косятся, и Дима понимает почему. В клубе все одеты как на маскарад, да точно, это костюмированная вечеринка, и он в костюме тройка, здравствуйте, я Бэтмен. Какой нахрен Бэтмен, чёрт возьми? Ему бы найти своё рыжее чудо, которое не отвечает на звонки. Через какое-то время хождения по мукам, ой, то есть по клубу, он пробирается к барной стойке и вуаля, что же он там видит? Чудо его сидит верхом на барной стойке. Дима щурит глаза, потому что на мгновение кажется, это не его Серёжа, одетый в платье. Нет, это действительно Серёжа, действительно в платье с белыми и черными оборками, с пышной юбкой и в чёрных чулках. У Димы дёргается глаз. С бутылкой любимого пива и подводкой на глазах. Смотрит в сторону и улыбается пьяной улыбкой. Дима уже неоднократно думал, что Серёжа – весь сплошной наёб. Он подходит ближе, но Серёжа его не замечает, Серёжа о чём-то разговаривает с барменом. Тот с улыбкой отвечает ему. Приехали, так Дима, спокойно, не хватало ещё тут твоих сцен ревности. Дима садиться на высокий стул, почти касаясь локтем обтянутого в чёрное колена и не глядя на бармена, делает заказ в стиле «дайте водки и желательно ведро, я заебался по полной», хотя по-настоящему ему хотелось сказать следующее: «дайте вот этого вот крашенного рыжего и желательно прямо на этой стойке». Серёжа на его голос оборачивается к нему. Его губы расплываются в такой сладостной усмешке, что ему впору играть змея, нет, не Горыныча, змея-искусителя. Во-первых, потому что выглядит он как распоследняя простигосподи, что тут и удержаться сложно, а во-вторых... Дима смотрит в накрашенные глаза цвета холодного океана, это ещё откуда у него взялось, и явственно ощущает, как некоторые части его тела на Серёжу реагируют очень ярко. Лямка платья активно желает свалить с худого плеча и одновременно довести Чеботарёва до инфаркта, никак иначе. Бармен наливает ему сто грамм, хотя хотелось на полном серьёзе попросить ведро, и отходит к другому клиенту. Дима выпивает осторожно, краем глаза замечая, как Серёжа скидывает ногу с ноги. Грациозно так, не даром танцем занимался, так спокойно, поперхнуться водкой в Димины планы не входило. Серёжа вообще слезает с барной стойки и садиться рядом с ним. То, как задирается юбка при этом Дима оценил на 12 из 5. Его ненаглядный поворачивается в его сторону, и Дима считает, что это сигнал к разговору. — Серый, ну какого хрена ты снова чудишь? — Тот к нему так близко, что Дима видит маленькую серёжку в ухе. — У меня к тебе...от- ответная предъява —Серёжа звучит обиженным и несвязным. — То есть ты выбрал бумажки свои, а не меня? — Серый, драматизируешь, это второй раз, когда я тебе отказывал в чем-то. И это, в первый раз я буквально был в другой стране. — Хоб...хобби у меня такое - драматизировать, н-не устраивает что-то? — Серёжа говорит пьяно, немного спутанно, расстягивая слова. — Слышь, королева драмы, заканчивай и поехали домой, - Дима бесится, потому что на короткую юбку Серого его член встал по стойке смирно, прости господи, российская армия. Серёжа, стервец такой, конечно же видит, как топорщатся его брюки и облизывает губы так медленно как только может. Дима думает о том, сколько суток дают за секс в общественных местах и кладёт руку на бедро обтянутое чулком. — Сударь, ваша рука кажется заблудилась, перестройте маршрут, а то шлагбаум закроется как гильотина и оторвёт её. — Серёжа говорит это чтобы побесить, его зрачки такие огромные, совсем не видно серой радужки глаза, а губы призывно открыты. — Серёг, — твёрдо говорит Дима, смотря прямо в наглые глаза. — Я привезу тебя домой и выебу так, что ты неделю не вылезешь из кровати и не доставишь мне неприятностей и никуда не влезешь. Я не хочу в следующий раз вытаскивать тебя из канализационного люка. Серёжа закатывает глаза и усмехается. По его довольной морде понятно, что предложенный Димой вариант ему пиздец как нравится, словно он этого и добивался. Но всё ещё не собирается сдаваться и нагло говорит, приподняв бровь и сделав максимально сучий взгляд: — Дедуль, а из тебя песок не посыпется часом? Всё, если Дима был быком, а быку бы нужна красная тряпка чтобы как сказать - пойти в атаку, то это была она. У Димы чернеет в глазах, он хватает Серёжу за руку и тащит через всю толпу к выходу. На улице немного прохладно и накрапывает мелкий дождик, Дима затаскивает Серёжу в машину на задние сиденья, отлежаться там, снимает пиджак и садиться за руль. Шаловливые ручки с маленькими коготками принялись ползать по его плечам, и Дима уже подумывает о том, что штраф за вождение в не очень трезвом виде и арест за аварию ничто по сравнению с тем, что он может сейчас остановиться прямо на дороге, остальные машины пошли к чёрту, и начать трахаться со своим конченным парнем у которого постоянно шило в жопе. Увы, но придётся себя сдерживать, ибо с бумагой в стране напряжёнка, а если эта бумага ещё и зеленькая, то вообще полный хаос, и не хочется тратить их на ненужные проблемы такие как парковка посреди дороги. Но так как за разговоры не сажают, можно было со спокойной душой и совестью поведать Серёже, который балдел у приоткрытого окошка, небольшую презентацию о том, в каких позах он его трахнет с небольшой порцией мата о том, сколько нервов Серёга у него сожрал. И Серёжа был совершенно не против, а очень даже за. Наверное Дима бы смог смириться с его дерзкими выходками, если после этого ему давали угощение так сказать. И Серёжа был готов дать ему эти угощения, за моральный ущерб так сказать.