Исследователи

Мы обживались. Ну… точнее, это я привыкал к новому месту и быту, а Алекс, очевидно, уже приспособился. Я смотрел сквозь оконное стекло, как он, голый по пояс, рубит дрова: взмах – и хряп. Взмах – и хряп. Только чурки летят в разные стороны. И чем здесь только ни начнёшь заниматься от скуки… В заготовке дров не было необходимости. Огонь в камине не настоящий, он не требует топлива. И деревья вокруг – искусная симуляция, написанная мной лет семь назад. Алекс занимался этой грубой работой, просто потому что ему так хотелось. А я наблюдал из дома и переживал. Знаете, у мнительных личностей всегда полно причин для переживаний. Вдруг неудачно отлетевшая щепка воткнётся Алексу в глаз? Вдруг он уронит топор и поранится? Вдруг натрёт мозоли на ладонях?.. хотя почему «вдруг»? Совершенно точно натрёт – его кожа такая же мягкая и чувствительная, как моя. Его руки такие же тонкие, астеничные, не приспособленные для физического труда, как и мои. Я учёный!.. ну, и он тоже… Мы мозгом работаем. По крайней мере, так было при жизни. А здесь решительно нечем занять мозг. Есть книги – хорошо, но Алекс наверняка все их уже прочитал. Мне тоже надолго не хватит. Почему я не додумался оснастить дом библиотекой побольше? Ещё настольные игры, паззлы, головоломки какие-нибудь… вместо них я вдохновлённо программировал лес и водопады. В какой момент я, подобно своему двойнику, начну разгонять тоску топором? А здесь красиво, да. Стоит таки прогуляться – только скажу Дворецкому налить мне чаю в термос. Но вместо чая я почему-то получил от цифрового слуги методичку: «Правила техники безопасности для копий Александра Громова в период пребывания на Лунной сфере». - «Период»? – решил позанудствовать я, - Понятие «период» подразумевает, что у временного отрезка есть начало и конец. С наличием начала я ещё могу согласиться – но конца не будет, я здесь навечно. Хотя уже и не особо этому рад… - Предыдущие шестнадцать тоже так думали, - туманно выразился Дворецкий, - На практике, длина вечности – понятие относительное. Моя функция – заботиться о вашей безопасности. Но я не смогу помочь, если вы не будете соблюдать правила. Я открыл методичку на случайной странице: • Не превращаться в призрака, картошку или мясной шар • Не заниматься садоводством • Не принимать ванну с пеной • Не менять настройки кондиционера • Не превращать коттедж в линейную сингулярность • Не носить оранжевый дождевик • Не распадаться на атомы • Не доверять разумной мебели • Не очищать своё сознание при помощи бытовой химии • Не погружаться в транс • Не употреблять сверхконцентрированный кофе • Не использовать приложения от корпорации «Лунные системы» • Не сжиматься в точку одномерного пространства • Не пытаться покинуть коттедж при помощи темпоральных часов • Не запираться в холодильнике • Не сходить с ума Я вопросительно уставился на Дворецкого, но тот, похоже, никак не собирался это комментировать. - А это случайность, что в списке ровно шестнадцать пунктов? – надавил я, и всё равно не получил ответа. За окном моя семнадцатая копия по-прежнему рубила дрова. Я вышел на крыльцо. - О, тебя уже проинструктировали? – Алекс заметил методичку в моей руке, - Я перечитал эту книжицу раз двадцать, но всё равно мало что понял. Похоже на загадки, верно? - Ты уже изрядно взмок, передохни, - предложил я, - Поговори со мной. Отложив топор в сторону, Алекс присел на колоду. Я видел обильную испарину на его голом торсе, и это немного смущало. Стоило бы, вероятно, сначала попросить своего двойника одеться, а уже потом приставать с расспросами… но не глупо ли – стесняться наготы собственного тела? - Есть выражение: «Правила техники безопасности писаны кровью», - начал я, - Я не вижу на этих страничках ни единой осмысленной фразы, но… может, смысл просто неочевиден? Вот ты, к примеру, хоть раз менял настройки кондиционера? - Нет, - Алекс смахнул мокрые от пота пряди со лба, - Как по мне, кондиционер и так настроен превосходно. - Ванна с пеной? - Предпочитаю душ. - Кофе? Холодильник? Оранжевый дождевик? - Нет, Алекс! – семнадцатый критически осмотрел свои ладони и поморщился: ну конечно, как я и ожидал – мозоли, - Эти правила выглядят абсурдными, но я пришёл к тем же выводам, что и ты – лучше их на всякий случай соблюдать. Может, потому я и дожил до твоего прибытия… в отличие от предыдущих шестнадцати. - Считаешь, они мертвы? - Их здесь нет. А я не помню, чтоб программировал «посмертие-после-посмертия». Похоже, лунная симуляция полна багов. В ней множество небезопасных элементов, убивающих моих двойников с изысканностью сумасшедшего психопата… нет, серьёзно? Оранжевый дождевик? Оранжевый. Я всегда любил этот цвет – и наверняка решил бы принарядиться, если б нашёл его в гардеробе. Жаль, я никогда не узнаю, как именно погибла копия, пострадавшая от коварного дождевика. А может, и к счастью, что не узнаю. - Слушай, Алекс… - я снова покосился на травмированные ладони семнадцатого, - Уверен, в методичке нет ни единого упоминания смерти от мозолей, но… может, поищем какую-нибудь мазь? И как же всё-таки это странно – смотреть на себя со стороны. Но я начинаю привыкать. Мне определённо не хотелось бы, чтоб с семнадцатым произошло что-то плохое. Потому что тогда я останусь один, на весь остаток своей (возможно, недолгой) вечности.