Мой любимый лучший друг

Весь следующий день я собиралась с мыслями к прилёту родителей, чтобы преподнести им новые новости о Дэвиде. Он меня действительно разозлил, и я, не зная, о чём с ним говорить, просто не решилась посетить его. Друг оставлял мне сообщения, пытался со мной связаться, но я игнорировала, а чтобы убедиться, что всё нормально - списывалась с Риччи, который ругался на нас за наше упрямство и просил меня приехать в клинику. Сегодня утром приехали предки. Ошарашенные новостью, они наскоро приняли душ, перекусили и вместе со мной поехали к Дэйву. Медсестра не хотела нас впускать, но дипломатичный подход со стороны моей матери сделал своё дело, и нам позволили всем вместе зайти к нему в палату на несколько минут. - Дэвид, дорогой,- мать с сочувствующим выражением лица подошла к кровати, на которой лежит парень.- Ева рассказала нам обо всём только сегодня утром,- я встретилась взглядами с другом и лишь пожала плечами.- Мы с Беном согласны с тем, что тебе нужно отсюда выписаться. Но только для того, чтобы немедленно съездить в Нью-Йорк, показаться хорошему специалисту. - Я уже говорил об этом с Евой позавчера,- отозвался Дэвид, усаживаясь.- Мы даже поругались с ней на этой почве. - Потому что ты - упёртый баран,- ответила я со стороны дальнего угла. - И ты не дала возможности мне договорить, Ева. Да, я не могу взять ТАКУЮ сумму денег у твоих родителей, когда у них проблемы с бизнесом и куча долгов,- он заговорил так, словно их нет в палате.- Да и кроме того...Ты ведь понимаешь, что дело тут не только во мне, правда..?- парень болезненно поморщился и перевёл взгляд на резервуар поставленной ему капельницы.- Дело в родителях. Ты...Вы все прекрасно понимаете, что пока мне нет восемнадцати, согласие на любую операцию должны подписывать предки. Моя подпись вообще не значит. Так...закорючка на бумаге. Ма просто не согласится брать в дар у вас столько бабла. Тем более, что операция может и не подействовать. Она откажется, потому что никогда не сможет отдать эту сумму. А Даг, ну...Он, конечно, возьмёт деньги с огромной радостью, но пропьёт их или купит себе что-нибудь. На меня он тратиться не станет, вы и сами это все знаете. Я - далеко не самый любимый его сын,- в слегка ослабшем голосе Уилсона не слышится даже отчаяния или злобы, обиды - он уже давно привык, что отец считает его за пустое место. - С Дагом всё понятно, но Дебра...- заговорил отец, чуть нахмурившись,- Мы поговорим с ней. - Вы будто плохо знаете её,- мрачно хмыкнул Дэвид.- Она не станет брать деньги. - Дэвид,- начал отец, но Уилсон прервал его коротким взмахом руки. - Я же серьёзно,- бледные губы парня тронула кривоватая усмешка.- Мы с ней разговаривали недавно. Ещё до...больницы. Ну...Как разговаривали. Ссорились, если быть точнее. И она вполне явно дала мне понять, что я...не входил в её планы в принципе. Что из-за меня она не поступила в медицинский колледж и вынуждена теперь работать всего лишь медсестрой. Думаете, ей так уж надо, чтобы...Да к чёрту, это не важно,- Дэйв шумно выдохнул через нос.- Обычное дело,- он поднял на нас взгляд и раздражённо нахмурился.- Что вы все так на меня смотрите? Не надо меня жалеть, я пока ещё не сраный труп. - Я не понимаю, Дэвид. Тебя,- произнесла я, шагнув к его кровати тоже.- Неужели тебе не хочется...жить? - Да я же...- начал Дэвид, но его прервала Дебра, вошедшая в палату, словно по всем законам жанра. Она подошла к кровати сына и стала проверять его капельницу, бросив на нас с родителями враждебно-настороженный взгляд. - Дебра,- начал отец,- Мы хотели поговорить. То есть...Предложить свою помощь в лечении Дэвида. - Помощь?- женщина оглянулась через плечо.- Какую такую помощь? - Мы могли бы помочь деньгами,- сказала мама, а Дебра тут же вскинулась и обернулась, оставив в покое капельницу: - Нет. Мы и без ваших денег обойдёмся. - Да неужели?!- теперь уже Дэвид, который ещё несколько минут назад озвучивал мысли о своей судье с безразличием, заметно разозлился.- Неужели, мам?! И где ты собралась брать деньги? С потолка, что ли? - У нас нет денег. Ты и сам знаешь. - А ты думаешь, они есть у всех родственников людей, больных раком?! Ничерта подобного! Люди продают всё своё имущество, чтобы их близкие выжили, а что сделала ТЫ? - Я не могу продать наш дом,- резко отчеканила Дебра.- Кроме тебя у нас есть ещё и Уолтер, прикажешь расти ему на улице? - А, Уолтер,- Дэйв рассмеялся - негромко, коротко, ненормально.- Ну конечно, мам! У вас же специально два сына на тот случай, если один вдруг сдохнет! Скажи мне! Почему посторонним людям до меня есть дело больше, чем моим же родителям?!- при словах «посторонние люди» он указал рукой на моих родителей, отчего вспылила и Дебра: - Ну так подумай, почему эти твои «посторонние» тебя не усыновят, раз уж они такие добродетели! А я скажу тебе - проще быть «добренькими» издалека, правда?!- обратилась она уже к моим маме с папой. А мои волосы едва не встали дыбом от всего происходящего.- Обхаживать чужого сына и сюсюкаться с ним, но не брать на себя никакую ответственность..! - Так ты её тоже не берёшь!- зло рявкнул Дэвид.- Ни ты, ни Даг! Никакой! Сраной! Ответственности!- рванув на себя левую руку, он выдрал из сгиба локтя катетер капельницы рывком встал с больничной кровати.- Как же вы меня все..!- схватив с вешалки возле двери свою кофту, он поспешил прочь из палаты. - Да как Вы...Как...- я неровно и часто задышала, бешеными глазами посмотрев на Дебру.- Это же...Ваш сын, чёрт возьми. Он умирает. Ему осталось всего...всего лишь...Вам предлагают помощь, а Вы...Миссис Уилсон... - Я не собираюсь обсуждать дела нашей семьи с глупым подростком,- отозвалась Уилсон.- Не вмешивайтесь в это вы все. А тебе, Ева, я настоятельно рекомендую не торчать здесь всё своё свободное время, а заняться чем-нибудь полезным. Учёбой, например. Или же... - Бог мой, Дебра, да заткнись хоть на минуту!- рявкнула мама, а отец положил ладони на её плечи, словно она сейчас сорвётся и накинется на женщину с кулаками. - Какая же Вы бессердечная,- проговорила я, забирая свою сумку, висящую на спинке стула.- Иногда даже сомневаюсь, что Дэвид - ваш с Дагом сын. Просто дикость. - Мы уезжаем домой,- сказала мама в то время, как я открыла дверь. - Без меня,- ответила я и вышла в коридор, чтобы найти друга. И это оказалось совершенно несложно: я знаю, что после подобных вспышек гнева лучше всего ему помогает выкуренная сигарета либо несколько глотков спиртного. Лучше всего, конечно же, если всё это смешать с разговорами по душам, но теперь я не уверена, нужны ли Дэвиду сейчас эти разговоры. Хочет ли он вообще меня видеть? Или, может, предпочитает следующие несколько часов провести в одиночестве? За раздумьями я нашла его на крыльце у чёрного входа. Он сидит на ступенях и раскуривает ужасно пахнущую сигарету. Терпеть не могу эту его привычку особенно сейчас. - Прости меня и моих родителей,- проговорила я, спустившись к нему.- И моих родителей. Из-за нас...Дебра взбесилась и наговорила всякого. Мне хочется разрыдаться, так как я не понимаю, что делать дальше. Что теперь? Опустить руки и продолжить наблюдать за тем, как Дэвид умирает? - Да причём тут вы...- протянул он, стряхнув пепел с сигареты на ступеньки крыльца.- Она в любом случае взбесилась бы, и мы бы с ней поцапались. Она давно уже злее обычного. С января примерно, или типа того. Может, ей там, в Лондоне, кто-то остатки адекватности выбил..?- Уилсон мрачно фыркнул.- Раньше она хоть немного отличалась от Дага. Да и...Кроме того...- он выдохнул облачко дыма и скосил взгляд в мою сторону, когда я села рядом с ним,- Даже если бы ма согласилась, то...Я скажу тебе, почему не хотел бы...Джонсон говорит, что с большей вероятностью после операции я стану, ну, знаешь, овощем. Я повернула в сторону парня голову и сожалением уставилась на него, не зная, что ответить. - Ев,- продолжил Дэйв,- Я не хочу доживать свою жизнь безмозглой тряпкой, тупо пялющейся в пространство и не понимающей, что происходит вокруг. И обременяющей остальных. Не хочу,- он выбросил недокуренную сигарету и посмотрел на меня. Никто бы не хотел стать «овощем» и обузой для остальных. Он прав. Но что, если доктор ошибается? Что, если Дэвид придёт в себя после операции, оклемается? Пусть не так быстро, как хотелось бы, пусть на это потребуется немалое количество времени, но что, если..? - Дэвид...Если вдруг Дебра согласится на операцию, согласится принять нашу помощь...Ты должен согласиться тоже. Ведь никто не знает, что именно с тобой будет. Врачи тоже ошибаются, ты ведь знаешь. Давай...Давай рискнём..? - Ев, я... - Просто пообещай, что подумаешь. Хотя бы подумай. Ладно? Кто знает, вдруг... «Вдруг операция пройдёт успешно, вдруг ты вылечишься?». Я снова расплакалась, положив голову на плечо друга. - Ну-ка, не лей воду, Солнечный Зайчик,- потребовал он, приобняв меня одной рукой за плечи.- Эй! Не хандри. Всё будет супер. Говорю тебе, тебе ещё придётся тащиться на выпускной в моём кошмарном обществе!- последняя его фраза заставила меня тихо и неуверенно усмехнуться сквозь слёзы.- И это...Ты тоже меня прости. Мы...мы не поговорили о позавчерашнем. Та ссора...Я не всегда могу контролировать свои эмоции. - Я знаю, Дэвид. Ты не должен извиняться... - Нет, должен. Нам...Нужно о многом поговорить. Но не хочется здесь. Давай...Давай уедем..? - Ты ненормальный,- улыбнулась я, подняв голову с плеча Дэйва. - Одна ночь, проведённая в клинике, ничего не решит. Я хочу провести её с тобой. Как бы это двусмысленно ни звучало, я сразу же поняла, что именно это значит. Проводим ночи мы за душевными разговорами ни о чём и одновременно обо всём на свете. Так, что становится немного легче перенести всё то, что творится в жизни. Мы так и сделали: вызвав такси, сбежали с территории клиники, а через час уже находились в нашем домике на дереве. Разговаривали, делились; я плакала, а Дэвид успокаивал меня. Было заметно, что он сам едва держится, но не позволяет и себе расклеиться тоже. Просто ради меня. Чтобы мне не стало ещё хуже. Нам не хватило целой ночи, чтобы «надышаться» обществом друг друга. Нам не хватит жизни. Я не смогу без него. Никак.