драбблы и зарисовки (сборник)

Мегуми не сопротивляется. Он устал. Пока чудовище с прихлёбыванием и стонами наслаждения впивалось в его плоть, Мегуми старался не обращать внимание на затёкшую в неудобном положении ногу. Мегуми не боится. Он сильнее. Пара сильных рук, вымазанных в крови, плавно оглаживала всё его тело, будто зверь каждую секунду желал чувствовать Мегуми здесь и сейчас. — Мой, — хрипло протянул Двуликий, втягивая носом любимый прелый запах, — только мой. Мегуми не будет кричать. Он попросту охрип. Та боль была невыносимой. Поясницу ломит до сих пор, Мегуми казалось, что Сукуна что-то даже сломал ему. До крови потрескались губы, после чего Сукуна искусал их. Паршиво. Но Мегуми не будет пытаться сбежать. Это бессмысленно. Приложив кое-какое усилие в последний раз, Мегуми поднял единственную целую руку и легонько коснулся виска чудовища. Сукуна, слизывая кровь с губ, поднял голову. Мегуми мазнул ладонью по грязной липкой щеке. В глазах всё плыло, но, наверное, оно и к лучшему: сквозь пелену Мегуми уловил знакомые черты. Не того, кто нависал над ним сейчас. Сукуна фыркнул. — Прощай, Юджи, — едва шепнул Мегуми.