Любовь, меняющая судьбы, любовь, меняющая мир

На следующий день Бладфэнг проснулся позднее обычного. Разум воргена хоть и казался отдохнувшим, всё ещё был под тягостным впечатлением от той истории, которую Майкл вчера услышал от Тале. Майкл понимал, что его новая знакомая сейчас нуждается в поддержке даже несмотря на то, что она уже мертва. А может быть как раз именно потому, что мертва. Ведь если даже после своей смерти она до сих пор испытывала такую острую боль, которая не отпускала её даже в те краткие моменты, когда она пыталась заснуть, значит ей нужна была помощь. Очень серьёзная помощь. Бладфэнг прекрасно это понимал — собственный опыт служил друиду отличным примером. Но что он мог? Что был в силах сделать юный друид двадцати трёх лет от роду, чтобы помочь уже умершей дренейке, которая, к тому же, была на несколько тысяч лет старше самого Бладфэнга? Майкл не знал, как ответить на этот вопрос. Однако он знал, чувствовал, что должен что-то сделать. Оглядевшись по сторонам, ворген обнаружил, что его гостья до сих пор не покинула поместья. Дренейка действительно сидела в кресле, прикрыв глаза. Однако на этот раз, к радости Бладфэнга, температура в комнате не понижалась — видимо, вчерашний рассказ о собственном горе в какой-то степени помог, и теперь она могла относительно спокойно отдохнуть, по крайней мере какое-то время. Ворген улыбнулся своим мыслям, тихо поднявшись на верхний этаж своего поместья. Оказавшись там, он стремительно направился к обитому медью дубовому сундуку, в котором хранились семейные накопления. После получаса поисков Бладфэнг с торжествующим видом сжал в руке ключ и несколько мгновений спустя откинул крышку сундука, подняв небольшое облако пыли. После тщательнейшей проверки, сопровождаемой несколькими подсчётами и пересчётами, друид тихонько взвыл, сжав зубы, скрипнувшие от злости — в сундуке почти не осталось наличных денег. Зоркий глаз воргена, тщательно всё подсчитав, обнаружил сумму, лишь немногим более превышающую три сотни золотых монет. — Господи боже, за что мне эта нищета? — прошептал Майкл, несколько раз моргнув глазами, чтобы не выдать себя невольным плачем. Однако несколько минут спустя он всё же смог успокоиться. Немалую роль в этом сыграло воспитание и преподанные покойной матерью уроки. — Помни о том, что, как бы тебе ни было больно, всегда найдётся кто-то, кому ещё больнее, чем тебе. Если ты встретишь такого несчастного, сделай всё, что можешь, чтобы помочь ему и хоть как-то облегчить его страдания. Свет не забудет этого, ибо он всеведущ и замечает всё, что делают люди. Помоги страждущему, кем бы он ни был. Не важно, чем именно ты поможешь — приютишь путника, накормишь голодного или утешишь добрым словом страждущего, это не имеет значения. Важно то, что помогая другим, ты творишь дела, угодные Свету. И если ты делаешь это, сынок, запомни — Свет никогда не покинет тебя и всегда протянет руку помощи — тогда, когда ты этого не ждёшь и от того, о ком ты не мог даже и подумать. И, что самое главное, если ты будешь делать подобное — ты никогда не будешь одинок, даже если тебе покажется, что жизнь потеряла свой смысл. Помни об этом, мой мальчик, и тогда тебе будет легче жить. Даже когда мы с твоим папой оставим тебя, мой милый, — раздался в голове Майкла нежный голос его матери. Перед глазами друида вновь возник образ того единственного человека, которого юный ворген любил даже больше, чем собственную жизнь. Это внезапное видение снова наполнило душу Бладфэнга болью, отчего по щекам воргена заструились горючие слёзы. Но слова покойной Марты Бладфэнг, с такой болью возникшие в памяти, достигли своей цели — несколько минут спустя юный друид, поднявшись на ноги, решительно сгрёб половину содержимого сундука в небольшой кожаный кошель и, стараясь производить как можно меньше шума, тихо спустился на первый этаж, а затем, покинув поместье, отправился на поиски ближайшего распорядителя полётов. Ему пришлось плутать не меньше часа, всё же он почти не появлялся в городе с того самого дня, как вернулся из Ведьминого леса после смерти родителей шесть лет назад. К счастью для него, ему удалось не попасться никому на глаза — тычков пальцами или колких расспросов Бладфэнг сейчас бы не перенёс. Наконец друид смог найти то, что искал. В нескольких десятках метров перед ним стояли просторные загоны, по которым прохаживались взад-вперёд грифоны и несколько дракондоров, а находящийся чуть в стороне домик был украшен вывеской с символичным изображением крылатой сандалии. Надпись под символом сообщала, что перед нашим путником находилась резиденция гилнеасского распорядителя полётов. Друид, подойдя к загонам, остановился. — Есть тут кто? — неуверенно позвал он. В ответ на этот вопрос дверь домика распахнулась, и навстречу Бладфэнгу, прихрамывая, поспешил представительного вида пожилой мужчина с проседью в волосах и лукавыми серыми глазами. — Гилнеасский распорядитель полётов Декстер к вашим услугам, мой господин. Чем могу быть полезен? — произнёс он, почтительно кланяясь. — Мне нужно попасть в Штормград, уважаемый. И желательно побыстрее. Есть ли у вас подходящий транспорт? Ах да, ещё кое-что — желательно, чтобы животное было поспокойнее, у меня боязнь высоты, поэтому от сильной тряски я могу… ну, в общем, вы понимаете, — при последних словах Бладфэнг густо покраснел, словно сказал нечто запретное и неприличное. Однако распорядитель полётов лишь понимающе кивнул: — Конечно, конечно, молодой человек, не беспокойтесь. Всё сделаю в лучшем виде, дайте мне несколько минут. С этими словами Декстер вошёл в загоны и начал обходить своих питомцев, внимательно их осматривая. Наконец, примерно десять минут спустя, он вышел, ведя под уздцы крупного грифона с чёрной, как ночь, шерстью на теле и крыльями с кремово-бежевыми перьями. — Думаю, Теренас вам отлично подойдёт, юноша. Сильный, выносливый, быстрый, отлично слушается команд и, что самое важное для вас, никогда не горячится, — произнёс распорядитель полётов, указывая на грифона. Бладфэнг робко подошёл к грифону, оценивающе осматривая животное. Однако оно не делало никаких попыток как-либо навредить воргену, наоборот, внимательно смотрело на него, словно бы изучая потенциального пассажира. — Да, думаю, он мне подойдёт, — произнёс друид, с помощью Декстера забираясь на спину зверя. — Отлично. Теперь осталась одна маленькая формальность, юноша. Распишитесь в журнале аренды транспорта и внесите плату за пользование, — с этими словами Декстер протянул Бладфэнгу длинный пергаментный свиток и перо с небольшой чернильницей. Ворген, обмакнув кончик пера в чернила, вывел на пергаменте своё имя, поставив витиеватый вензель фамильной подписи. — Сколько я должен заплатить? — спросил он. — Путь будет неблизкий, юноша, да и Теренас — один из моих лучших грифонов, так что… три серебряных и восемьдесят медных монет, — подсчитав в уме выдал Декстер. Бладфэнг, порывшись в кошельке, вытащил оттуда один золотой и, подкинув на ладони, протянул собеседнику. — Ваша милость, обождите несколько минут, я принесу сдачу, — тут же засуетился тот. — Оставьте себе, Декстер. Я сейчас очень спешу и у меня нет времени ждать. Сдачи не надо, — с невольно проступившей на лице улыбкой произнёс Майкл. — Да благословит вас Свет, молодой человек, да благословит вас Свет, — рассыпался в благодарностях распорядитель полётов, прижимая монетку к сердцу. — Что касается вашего грифона… — начал ворген. — О, не беспокойтесь, ваша милость, Теренас прекрасно знает все маршруты. На редкость умный зверь. Просто отдайте ему нужную команду и он сам полетит куда вам будет угодно, — ответил Декстер, продолжая низко кланяться. — Отлично. Летим в Штормград, дружище, — произнёс Бладфэнг, погладив грифона по голове. Теренас, услышав команду, взял разбег и, испустив из горла каскад клёкота, взмыл в небо, взяв курс на столицу Альянса. Друид, крепко вцепившись одной рукой в посох, другой обхватил шею грифона и приник к ней словно приклеенный, боясь посмотреть вниз. Наконец, примерно три часа спустя, Теренас с утробным клёкотом пошёл на снижение. Когда грифон приземлился, Майкл, бледный словно приведение, спрыгнул на землю, пошатываясь от пережитого шока. — Хороший мальчик, хороший. А теперь лети домой. Лети к Декстеру, — обратился он к грифону, погладив его по голове. Зверь, довольно урча, прижался к своему пассажиру, проведя головой под руками Майкла, словно бы хотел помочь ему восстановить равновесие, а затем, испустив всё тот же каскад гортанного клёкота, взмыл в небо, улетев в сторону Гилнеаса. Бладфэнг тем временем, пробродив по столице Альянса около получаса, наткнулся на дом с многообещающей вывеской, на которой была изображена пивная кружка. Зайдя внутрь, ворген был практически мгновенно оглушён множеством голосов и шумом застолья. С трудом опираясь на посох, он прошёл к свободному месту и грузно рухнул на стул, жалобно заскрипевший под его весом. Минут через десять к нему подошла миловидная девушка в белом переднике, судя по всему — одна из официанток. — Добро пожаловать в таверну «Меч и щит», чем могу помочь? — приветливо улыбаясь спросила она. — Я даже не знаю, можете ли вы мне помочь. Дело в том, что я ищу подарок для одной… хорошей знакомой, но не знаю, где его можно было бы найти, — ответил ворген. — О, об этом вам лучше поговорить с хозяйкой таверны, сэр, — с этими словами официантка, улыбнувшись, указала в сторону прилавка, за которым стояла ещё одна женщина, довольно неплохо выглядящая для своих лет и одетая куда более роскошно. Бладфэнг, коротким кивком поблагодарив собеседницу, направился к прилавку. — Простите, — робко начал он, не зная, как обратиться к хозяйке заведения. — Да-да, молодой человек, я вас слушаю, чем могу быть полезна? — с дежурной улыбкой на губах ответила ему собеседница. — Видите ли, мне нужно где-то найти подарок, я хочу порадовать одну хорошую знакомую, но не знаю, где можно достать что-то, что ей могло бы понравится, — зардевшись от смущения начал ворген. — О, вы обратились по адресу, молодой человек. Что именно вас интересует? Цветы? Деликатесы? Быть может, духи? — поинтересовалась хозяйка таверны. — Да, да, духи, я думаю, подойдут, — улыбнулся Бладфэнг, — Однако есть одно маленькое «но». Дело в том, что моя знакомая, для которой я хочу приобрести этот подарок, как бы это сказать… уже не принадлежит этому миру. При этих словах владелица трактира побледнела, словно призрак, а в следующую секунду уже кричала, как полоумная: — Вон! Немедленно вон отсюда! — Но послушайте… — робко начал было возражать Майкл, никак не ожидавший подобной реакции. — Я сказала вон отсюда! Убирайтесь, пока я не позвала стражу! — взвизгнула его собеседница, переходя на фальцет. Друид попытался было что-то сказать, но, поняв бесполезность спора, отступил от прилавка и, понурив голову, вышел прочь из таверны. Однако, не успел он отойти от заведения и на двадцать шагов, как на его плечо легла чья-то рука. — Юноша, я слышал, о чём вы говорили с этой дамой. Может быть, я смогу вам помочь? Обернувшись, Майкл увидел перед собой старика почтенных лет с длинной седой бородой, облачённого в длинную, до пят, мантию роскошного пурпурного цвета. — Чем же вы мне поможете? — с горькой усмешкой спросил ворген. — Я преподаю в Даларане. А в своё время там же учился искусству магии и хорошо знаю все даларанские магазины и лавки. — Но как же специфика моего дела? — уточнил Майкл. — О, не беспокойтесь, юноша. Даларан — нейтральная территория, где никто не станет мешать вашим сделкам и экспериментам, если они не нарушают законов, разумеется. Никакого притеснения или дискриминации, будь вы хоть гномом, хоть орком, хоть даже Отрекшимся или рыцарем смерти, — усмехнулся в бороду маг. — Но что мне нужно будет искать? Я ведь совсем не знаю города, — задал друид следующий вопрос. — О, это не составит труда, молодой человек. Спросите, как пройти к лавке «Ведовские сестрички», вам сразу же укажут путь. Я практически уверен, что там вам помогут найти то, что нужно. Я могу открыть для вас портал, чтобы отправить в Даларан немедленно, мне как раз пора уже возвращаться и готовить материал для новой лекции, — ответил воргену колдун. В следующее мгновение послышался треск электрических разрядов, и несколько секунд спустя позади собеседников открылся огромный, сверкающий портал перехода. — Спасибо вам, сэр. Примите это в качестве скромной благодарности, не обижайте отказом, — благодарно улыбнулся ворген, протягивая магу золотую монету. Маг попытался было возразить, но, увидев решимость собеседника, сдался, приняв монету из его рук. — Думаю, это будет честная сделка, юноша, — с этими словами маг протянул Майклу небольшой кристалл, — Когда закончите свои дела в городе, разбейте этот кристалл об землю, предварительно проговорив, куда хотите попасть. Откроется портал, который перенесёт вас аккурат в указанную вами точку. Не беспокойтесь, этот кристалл — предмет разового действия, портал закроется сразу же, как только доставит вас в пункт назначения. Процедура переноса подобным способом абсолютно безопасна, я сам не раз подобным пользовался в молодости. Ворген благодарно кивнул собеседнику и в следующую секунду они оба скрылись в портале. Несколько мгновений спустя Бладфэнг оказался посреди оживлённой улицы Даларана, города магов и заклинателей, известного на весь Азерот. Уточнив направление у одного из прохожих, он направился по указанному пути. Вскоре друид оказался перед лавкой, над которой красовалась вывеска, изображающая два схематичных женских профиля, окружённых несколькими склянками. Толкнув дверь, Майкл вошёл внутрь. Звон колокольчиков, сопровождавший его появление, не остался незамеченным и вскоре к нему неспешно подлетела миловидная эльфийка в красной с золотом мантии. — Добро пожаловать в лавку «Ведовские сестрички», чем я могу вам помочь? — спросила она довольно приятным контральто. — Видите ли в чём дело, я ищу подарок. Подарок для очень хорошей знакомой, можно даже сказать, подруги, — смущённо улыбнувшись, начал Майкл. — Ни слова больше, молодой человек, следуйте за мной. Сейчас подберём что-нибудь для вашей суженой, — с этими словами эльфийка, подлетев к воргену поближе и протянув ему руку, поспешно увлекла его в сторону прилавка, за которым стояла ещё одна девушка, облачённая в точно такую же красную с золотом мантию, очевидно — напарница той, что встретила Майкла на входе. — Итак, что конкретно вас интересует, юноша? — с улыбкой спросила у воргена его собеседница. — Духи. Для дренейки, если это имеет значение, — ответил друид. Эльфийка согласно кивнула головой, начав сосредоточенно что-то искать на полках и под прилавком. — Ах да, ещё одна важная деталь. Дело в том, что моя подруга, как бы помягче выразиться… уже не принадлежит нашему миру, — начал Бладфэнг. При этих словах обе продавщицы замерли, побледнев от страха, а та из эльфиек, что находилась за прилавком, уже собиралась обрушить на друида гневную тираду. — Ну что же, значит мне не суждено её порадовать. Моя бедная крошка Тале, прости меня, если сможешь. А ведь она была паладином-воздаятельницей, героически сражавшейся с Королём Личом. Тем самым Королём Личом, который причинил столько зла и горя всем нам, — печально улыбнулся Бладфэнг. Он развернулся и медленно пошёл прочь, сопровождая шаги постукиванием посоха, которое в наступившей тишине ничем не уступало по громкости мушкетным выстрелам. — Слушай, может всё-таки стоит…– краем уха уловил он шёпот у прилавка. — Нет, даже не проси. Она ведь рыцарь смерти. Рыцарь смерти, ты только вдумайся в это! Знаешь, сколько крови на руках таких, как она? — Но она была обращена против воли. Умерла героиней, которую подняли насильно. Да и посмотри на этого беднягу. Видишь, как он сгорбился? Она наверняка очень многое для него значит. Бладфэнг уже собирался открыть дверь, когда его спину, укрытую медвежьей шкурой, обдало порывом лёгкого ветерка. — Простите, сэр, — раздалось за его спиной виноватое контральто. Обернувшись, он увидел одну из продавшиц, которая смотрела на него с искренним сочувствием в глазах. — Нам очень жаль. Мы не хотели как-то задеть ваши чувства. Просто у нас обычно покупают что-либо для живых. Нам не приходилось сталкиваться со случаями вроде вашего. Пойдёмте, посмотрим, может быть мы сможем найти что-то подходящее для вашей подруги. Бладфэнг при этих словах посмотрел на эльфийку взглядом, полным невысказанной благодарности. Несколько минут спустя все трое уже перебирали склянки с духами в поисках подходящего аромата. — Понимаете, нужно что-то уникальное. Что-то, что напоминало бы о её народе, о той экзотичности, с которой ассоциируются дренейки, — при этих словах Бладфэнг на несколько секунд зарделся под короткие смешки эльфиек, — и при этом запах должен быть холодным и эстетичным, таким же прекрасным, как и она. Её ведь обратили в ледяного рыцаря смерти, — пояснил ворген девушкам, печально вздохнув. Наконец одна из его собеседниц нашла флакон. Он был выполнен из чёрного хрусталя, сверкал матовыми гранями, а сквозь прозрачный центр можно было разглядеть заполнявшую его жидкость, чёрную в отражаемом флаконом свете. — Может быть, это вам подойдёт, молодой человек, — произнесла девушка, пододвигая флакончик в сторону Бладфэнга. Ворген, откупорив бутылочку, на несколько мгновений принюхался. Он сразу же уловил сладкие ароматы мускуса и корицы, бодрящий аромат замороженной мяты и леденящего северного ветра. Было и ещё что-то, нотки чего-то маслянистого, что друид никак не смог идентифицировать. Но именно этот запах был тем, который он искал. — Да. Да, это оно. То, что мы так долго искали, — улыбнулся Майкл, — Сколько стоит этот флакон? — О, у вас очень хороший вкус, юноша. Он обойдётся вам в… — начала одна из девушек, та, что сидела за прилавком, когда ворген впервые вошёл в магазин. Однако она не успела договорить — напарница, ощутимо ткнув её локтем под ребро, обратилась к Майклу с виноватой улыбкой: — Мы, хоть и не хотели этого, но невольно могли оскорбить вас, сэр. Для нашей лавки подобное недопустимо. Поэтому, в качестве извинения, позвольте предложить вам скидку в половину стоимости. Таким образом этот флакон будет вам стоить всего тридцать золотых. Бладфэнг поражённо замер, открыв рот. Затем, вспомнив о манерах, захлопнул его и обратился к эльфийке: — Я польщён подобным отношением, однако мои принципы не позволят мне воспользоваться тем, чего я не заслужил, леди. — Но это от чистого сердца, сэр. Мы действительно позволили себе нетактичную грубость и просим простить нас, — ответила ему первая из девушек. — Что же, — с этими словами Майкл открыл кошель и, вытащив оттуда шестьдесят золотых монет, положил их на прилавок, — в таком случае считайте это как скидку и чаевые. Как мою благодарность за хорошее обслуживание, дамы, — он мягко отстранил руку девушки, которая пыталась вернуть ему половину лежавших на прилавке денег, после чего, взяв в руки флакон с духами, бережно спрятал его под одежду, словно редчайшую драгоценность, и, постукивая посохом, вышел из лавки, звякнув колокольчиком. — Ну что же, родной, а теперь телепортируй меня к парадному входу усадьбы рода Бладфэнгов, что на окраине Гилнеаса и Ведьминого леса, — произнёс друид, сжав в руке полученный в Штормграде кристалл и со всей силой швырнув его на землю. Камень разлетелся на множество осколков, открыв потрескивающий разрядами портал. Когда друид вошёл в него, переход схлопнулся с громким электрическим треском, осыпав всё вокруг снопом искр. Бладфэнг стоял перед входом в свою усадьбу. Открыв дверь, он собирался тихонько войти внутрь, когда внезапно у него над ухом прозвучал вопрос: — Ну и где это тебя носило, волчонок? Подняв глаза вверх, Майкл увидел стоящую у двери Тале. Рыцарь смерти смотрела на него внимательно и даже несколько…осуждающе? — Просто вышел прогуляться. А что, нельзя? — попытался съязвить Майкл. Дренейка смотрела на него с немым осуждением в глазах. — Как ребёнок, ей богу. Ты мог хотя бы предупредить, оставить записку перед уходом? Я думала, что случайно заморозила тебя. Или что ты ушёл после того, как узнал, что я добровольно присягнула Господину, — в голосе Тале нарастало недовольство. — На самом деле я ушёл не просто так, а по делу, — решил сдаться ворген. — По какому такому делу? — последовал вопрос дренейки. — А вот по такому. По касающемуся тебя, Тале. У меня для тебя подарок, — с этими словами друид, покраснев от смущения, вытащил из-под шкуры руку, в которой сжимал флакончик с духами. Повисла внезапная, долгая тишина. Наконец по комнате разнёсся хриплый от удивления и едва сдерживаемых чувств голос Тале: — П-п-подарок? Для меня? — Да. Я подумал, что тебе нужно как-то помочь, как-то утешить. Пусть я не могу исправить то, что ты пережила, но я хотя бы попытаюсь облегчить твои страдания, — робко улыбнулся Майкл, делая несколько неуверенных шагов вперёд. — Нам… мне… ещё никто не дарил подарков с тех пор, как я стала… такой, — поражённо прошептала Тале, обведя своё тело рукой. — Ну что же, всё когда-то случается в первый раз, — попытался пошутить Бладфэнг. В следующие несколько секунд его будто бы схватили незримой для глаза рукой, а ещё через мгновение он стремительно приближался к Тале, заключившей его в благодарные объятия. — Спасибо. Спасибо тебе, волчонок, — шептала она, нежно целуя его в голову. Вскоре и сам Бладфэнг несколько расслабился, и, закрыв глаза, прижался к груди Тале. — Кто мой дренейский маффин? — полузасыпая пробормотал он. Однако в следующее же мгновение его разбудил вопрос изумлённо смотрящей на него Тале: — Что такое маффин? — Эээ… А ты не знаешь? Неужели на Дреноре или Аргусе никогда их не делали? Ну ладно, скажу. Если совсем просто, то маффины — это маленькие кексики. Их выпекают, а потом едят. Как правило на завтрак, с чаем или на десерт, — ответил Бладфэнг, изумлённый тем, что его гостья, несмотря на её достаточно долгую жизнь, не знает таких довольно простых вещей. — То есть ты… назвал меня…кексиком? — столь же изумлённо задала дренейка следующий вопрос. — Нуу, получается, что да. А что, нельзя? — смущённо ответил Майкл, покраснев как рак. — Какой же ты всё-таки ещё наивный, волчонок,– с едва ли не материнской нежностью в голосе произнесла Тале, приподняв голову друида лицом к себе и нежно поцеловав в губы. После этого Майкла сморил сон, однако перед тем, как утонуть в объятиях Морфея, его разум посетила последняя осознанная мысль: «А ведь ты действительно глуп, юный друид. Ибо как можно было не заметить того, что вы оба влюбились друг в друга? Я тебя поздравляю, ты хотел всего лишь помочь ей и утешить, а вместо этого, сам того не ведая, разбудил две искры, спрятанные под пеплом».