private

      — А я... Так и думал! С самого начала! — проглотив кусок, несколько восторженно проговорил Конни. — Вы их видели? Ходят, сюсю...       — Не то слово, — прохихикала Саша, поддерживая своего друга. — До этого было сложно догадаться, вы же такие разные... Но вы совсем не умеете скрывать свои отношения.       Я почувствовала, как Армин нашел мою руку под столом и сжал её. Я украдкой посмотрела на парня и обомлела: тот, не смотря на волнение, он оставался всё таким же улыбчивым. У меня же не оставалось уверенности влезать в дискуссию.       — И как давно вы? — утешал свой голодный интерес Спрингер.       — Я думаю, что с весны. — с ехидством предположила Саша. — Ник, я права? Особенно, когда в приюте постоянно переглядывались друг с другом. Нет, ну вы взгляните на них! Надо будет Микасе рассказать, вот она обрадуется!       Я устало усмехнулась, посмотрев на друзей. Кто-то что-то одобрительное говорил Армину, кто-то – не переставал восторгаться услышанной новости, а кто-то – до сих пор задумчиво молчал, не сводя взгляда с растерянного Арлерта.       Жан выглядел озадаченным и крайне настороженным после подтверждения его догадок. Родилось желание растормошить Кирштайна, сказать: «Эй, о чем ты задумался?», а потом вместе с ним неловко посмеяться. Но я быстро затушила внутри себя это желание, когда друг, накинув на плечо лямку рюкзака, поднялся с места и вышел из-за стола.       — Мне нужно идти. Классно посидели, ребята. Ник, Армин, — обратился он к нам. — Я рад за вас, очень... А за штаны ты мне ещё ответишь, Конни.       — Ты тоже, бро. — заухмылялся Спрингер, двумя пальцами показывая на сначала на свои глаза, а потом – на Жана.       Дверь заведения захлопнулась, и колокольчики над входом снова зазвенели. Я проводила фигуру друга виноватым взглядом, не переставая кусать щеки с внутренней стороны. Некрасиво получилось. Но больше меня волновал внезапный уход Жана.       В пальцах я ощутила покалывание – ещё один признак нервозности. Спрингер, первый расправившийся с ужином, громко чавкнул и скомкал использованную салфетку. Саша уже минуты две не открывала взгляда от карманного зеркальца, ища в зубах куски капусты. Армин постарался как можно тише прочистить горло, открывая бутылочку с водой. Перед моими глазами начали собираться тучи. Неловкий момент, надо было срочно что-то сказать.       — Конни, Армин не рассказывал тебе о своей новой мечте? — игриво спросила я, на что Спрингер отреагировал почти моментально.       — Что... Что за мечта? — будто не понимая, произнёс парень. — Что-то интересное?       — Само собой, не хочешь ему помочь?       Саша отвлеклась от использования зубочистки и спрятала зеркало в свою сумку. Ей тоже было интересно послушать.       — В чем? — на удивление, этот вопрос последовал от самого Армина, а не от Спрингера или Блаус. Я таинственно заулыбалась, посмотрев на удивленного Армина.       — Научить его управлять мотоциклом.

***

      — Ты не поверишь, как тебе повезло с учителем! — не переставал гордо трепетать Конни, помогая Армину усеться на свой мотоцикл.       Байк у Спрингера был, к слову, похож на тот самый тип ретро мотоциклов, что был ещё дедушкой Конни выкуплен где-то на аукционе в Марлии и по сто раз отремонтирован. Если мой внешне походил на классический «Дукати», которым любят хвастаться парни перед девочками, то байк Конни ничем не отличался от знаменитых Боббер.       — Думаю, ты знаешь, что такое педали, газ и тормоз, да? Про ключ зажигания тоже?       — Да, знаю. — на удивление спокойно ответил Армин, вцепившись руками в руль мотоцикла. Мы с Сашей стояли чуть поодаль от ребят и наслаждались видом ночного неба.       Чтобы научить Армина управлять байком, пришлось заехать на пустующий автодром за Тростом, где немногими источниками освещения служили только вывески местных заправок и круглосуточных магазинов, а не бесконечные яркие огни высоток и фар машин, как в городе.       — Не волнуйся, тут почти никого нет, никто не помешает обучению. — убежденно сказал Спрингер. — Для начала тебе нужно убрать подножку. Давай, убирай, смелее. Не бойся, всё в порядке, мы тебя подстрахуем.       Телефон в кармане коротко завибрировал. Я проигнорировала это, ведь наверняка знала, чьё СМС мне пришло. Незадолго до этого я напомнила себе написать дяде и предупредить его, что сегодня возможно задержусь или останусь на ночёвке у кого-нибудь. Почему-то я была уверена, что это был ответ от дяди.       — Ключ зажигания поворачивай. Ага, ага. — деловито указывал Конни Армину. Тот же, стараясь во всё вникать, часто переспрашивал:       — До упора?       — А как же ещё? Только нежно, нежно... Представь, будто девушку обнимаешь... Мотоциклы они такие, любят бережное отношение.       Мы с Сашей переглянулись между собой и тихо захихикали. Послышался глухой рык мотора, и Конни поспешил проверить надёжность крепления шлема на голове Армина.       — Теперь слушай внимательно. Сейчас будет ответственный момент... Правая ручка у тебя это ускорение, правый рычаг – тормоз. Правая педаль – тоже тормоз, но задний. Левая рукоятка – сцепление. Им мы пользуемся, когда нужно включить, переключить или выключить передачи. Дело остаётся за левой педалью. Ей мы, естественно, переключаем передачи. Сцепление, левая педаль вниз, отпускаем сцепление, плавно тянем ручку газа на себя. Запомнил?       — Да, — как-то сдавленно согласился Армин, усаживаясь за руль, я взволнованно дернулась, привлекая к себе внимание Саши.       — Конни за руль своего двоюродного брата посадил, а тому было всего девять. Не думаю, что Армин не справится. — попыталась меня успокоить Блаус.       Байк Спрингера аккуратно сдвинулся с места и начал плавно разгоняться в другую сторону от нас. Я, всё ещё охваченная переживаниями, проводила убегающую фигуру Спрингера, что спешил догнать своего нового ученика. С виду это, признаться, выглядело даже забавно: будто ребенок попытался угнать мотоцикл папы, но ещё не умел быстро ездить на нём.       — Да он неплох, — заухмылялась подруга. — Я даже завидую ему. У меня получилось только с пятого раза, и нервы я Конни измотала знатно.       — А у меня с третьего. — поддержала я разговор, поджав губы.       Прокатав по автодрому с перерывами парочку кругов и измотав Спрингера, Арлерт эффектно подогнал мотоцикл к нам с Сашей. Заглушив мотор, парень снял шлем с головы и шумно вздохнул. Влажные от пота волосы слегка потемнели, а на щеках юноши заиграл румянец. Я не заметила тот факт, что смотрела на парня в упор пару минут.       К нам поспешил запыханный и немого встревоженный Спрингер.       — Сцепление нужно постепенно сбрасывать, я же говорил. Нежно!       Армин виновато опустил взгляд на свои руки, что сжимали руль мотоцикла. Я скучающе взглянула в сторону.       — Но всё равно неплохо, для первого раза. — попытался успокиться Конни, похлопывая Армина по плечу. — Чем чаще будешь катать и слушать меня, тем быстрее научишься. И Ник будет тебе помогать.       — Спасибо, — горько улбынулся парень. — Было здорово, из тебя получился бы крутой учитель.       Конни сразу засмущался, будто эту информацию услышал впервые. Каждый раз, ручаяясь за новых учеников, он слышал комплименты. Вполне заслуженные, стоит признаться. Просто похвалу любил дюже сильно.       Холодная капля, с тихим всплеском упавшая на моё лицо, заставила меня слабо вздрогнуть и поднять голову вверх, подставляя лицо под ещё несколько слёз темного неба. Увлечённо разговаривая с Сашей, я и не заметила, как яркие звёзды скрылись за мутными ночными облаками.       — Блеск, — только и буркнула досадно Блаус, натягивая на голову капюшон. — Погуляли на славу.       Осенний дождь тем временем постепенно усиливался, Конни протянул Саше её шлем и жестом руки подозвал ближе к себе.       — Ник, — повышая немного голос, ко мне обратился Спрингер. Армин обеспокоенно оборачивался вокруг. Ветер всё шумел и был переменным, наклоняя капли дождя то в одну сторону, то в другую. — Я довезу Сашу до дома, а ты как?       — Я отвезу Армина, не волнуйся. — достаточно громко ответила я, прощаяясь с друзьями. Подойдя к своему мотоциклу, я быстро надела на голову холодный шлем и похлопала для Армина рукой по пассажирскому сидению. Повторять дважды не пришлось, парень быстро пристроился сзади меня, надежно обнимая мою персону со спины.       Автодром на выезде из Троста снова стал пустым.

***

      Леденящие капли дождя с силой ударялись о шлем и о мокрый асфальт. Найти на дороге место без луж становилось с каждой минутой всё сложнее и сложнее. Стоки не справлялись с подобным количеством воды, и основная её часть оставалась на магистрали.       Я стала паниковать, когда машина впереди завиляла из стороны в сторону в попытке затормозить. Обзор спереди был сильно затуманен непрекращающимся потоком льющейся с неба воды.       Моя осенняя куртка полностью промокла, спасал один шлем, защищающий голову и волосы от ледяного дождя. Руки Армина, крепко обнимающие меня, сильно тряслись, но не от страха, а от холода.       Светофор на перекрёстке загорелся для нас ярким зелёным, и я, желая поскорее доехать до дома Армина, сделала глупейшую ошибку в своей жизни: резво повернула руль мотоцикла, проезжая по мокрой дороге.       Сердце быстро заколотилось и резко утихло, когда в глаза мне ударил свет фар машины, несущейся в мою сторону. Я машинально попыталась наладить управление, но попытки были тщетными. Байк набекренило вбок, я мысленно начала считать секунды до неизбежного столкновения. Вместо поворота направо меня занесло на встречную полосу.       Страх в мгновение отрезвил меня, и я сильнее повернула руль налево, вместо того, чтобы попытаться вырулить вправо. И, слава Святой Сине, это сработало. Я круто снесла бордюр и выехала на пешеходную часть улицы, но успешно избежала аварии.       Ноги тряслись, а дыхание стало беспорядочным. Армин не думал отпускать меня, от шока, казалось, сам не до конца понял, что произошло, лишь усилил свою хватку. Тот самый автомобиль проехал мимо и протяжно засигналил мне. Можно понять чувства того водителя, но тут опасность светила не только ему... Была бы я в более боевом настрое, просигналила бы в ответ!       Я аккуратно перешла дорогу на правую сторону и завела мотоцикл. Дождь не прекращался, а простывать хотелось меньше всего. Переборов страх, я снова села за руль и медленно поехала по нужному адресу. Пришлось плестись по правой полосе за многочисленными грузовиками, ведь смелости обгонять их у меня уже не было.       Припарковав байк под крышей какой-то беседки, я поспешила вслед за Армином. Парень жил в кирпичной десятиэтажке, чей тип домов был достаточно востребованным среди желающих переехать в лучшие квартиры. Подъезд встречал нас теплом и еле ощутим запахом моющих средств: убирались тут ежедневно, на совесть. Лифты ездили без перебоев, ступеньки лестниц были всегда чистыми. Но дом всё равно был довольно старой постройки.       — Деда, Николь приехала в гости! — радостно прокричал Армин, стягивая с шеи шарф. В сторону прихожей начали быстро топать чьи-то ноги. Растегивая куртку, я встретилась взглядом с дедушкой Армина. Господин Арлерт был одет в старую футболку, уже поношенные домашние брюки и кухонный фартук, скорее всего, принадлежащий когда-то его жене.       По рассказам дедушки из больницы, я поняла, что бабушка Армина была не менее чудесным человеком, чем её муж.       — Нико... Николь! — дедушка заметно удивился моему приходу, и искренний восторг ясно читался в его улыбке. — Дорогая моя, проходи, я оладушек испек. Поедите вместе. Армин, — старик приказным тоном обратился к своему внуку. — Сделай чай нашей гостье. Вы не замёрзли на улице?       — Немного да... — честно призналась я, с завистью поглядывая на дверь ведущую в ванную комнату. Было сильное желание принять горячую ванну и переодеться в сухое, а ещё поскорее лечь спать.       — Армин, принеси ей полотенце. Ещё одежду найди, пусть девочка искупается. Потом и ты поплескайся в воде. — скрипучим голосом негромко произнес дедуля. — Идите! — добродушно начал он нас прогонять с коридора в сторону ванной. — Сам вам стол накрою. Переодевайтесь.       Квартира была просторной, и в ней всегда, когда я была там, чем-то неведомым вкусно пахло. Помесью запахов чабреца и лаванды, а ещё распакованными лекарствами.       Уж погрузившись в горячую воду, я услышала стук в дверь.       — Я положу на стул рядом одежду. — робко поведал мне Армин, и я услышала его отдаляющиеся от ванной шаги.       За стеной уже долгое время шумел телевизор. Судя по возмущениям дедули, он смотрел прогноз погоды, что был весьма не радостным. Похоже, на следующий день придётся снова ждать ливень. Свистящий ветер на улице был отчетливо слышен и внутри квартиры.       Водонагреватель не первый раз барахлил, и настроить температуру воды было трудно. На согнутые коленки сильной струей лился кипяток и стекал по голеням. Кожа начала покрываться ярко розовыми пятнами. Я облегченно выдохнула, запрокинув голову слегка назад. Ничего же страшного, если я собралась погреться чуть дольше планированного?       Жаловаться на отсутствие женских средств гигиены смысла нет. Главное, что были вода и полотенце, а ещё сменная одежда. Осталось заставить себя вылезть из ванны, одеться и ещё раз написать дяде, чтобы снова его предупредить. Выходить на улицу желания не было никакого. В такую-то погоду, уж увольте...       Армин принес мне его старые домашние шорты, которые были уже парню очевидно малы, зато мне приходились в пору, а еще футболку с забавной надписью «Главное в жизни – любовь и сладкая вата».       Проведя рукой по запотевшему зеркалу, я прищурилась, вглядываясь в своё отражение. Волосы из-за влаги успели распушиться, зря только утюжком их в порядок приводила с утра. Я постаралась пригладить их руками, но кудри убрать полностью было сложно. Я устало фыркнула и вышла из ванной, неуклюже подтягивая спадающие шорты.       В глаза ударил яркий свет включенной на кухне лампы. Я даже не хотела представлять, как исказилось в кислой мине моё лицо, не лучшее зрелище, определённо. В ванной освещение было более мягким, что ли...       — Садись, Николь, я заварил тебе чай с малиной. — с заботой обратился ко мне дедуля, открывая скрипучую дверцу бефутницы и доставая из неё несколько увесистых кульков. Я заинтересованно перевела взгляд на гостинцы. Этот мужчина знал подход ко мне. Арлерты все такие? — Ешьте оладьи. Ещё я имбирные печенья сегодня купил. Армин их очень любит, а ты?       — У нас с ним отличный вкус, — радостно согласилась я. — Спасибо за всё.       — Сегодня погода разыгралась, как же ты поедешь домой? — задумчиво закивал головой дедушка, дрожащими пальцами раскрывая пакет. — Опасно ведь ездить в такую погоду. Если хочешь, можешь остаться... — заметив, как я замешкалась, дедуля продолжил настаивать на своей идее: — У нас так сосед чуть в грузовик не въехал, ещё и на один глаз слепой был, ужас. Благо, глухим не был, услышал вовремя сигнал от другого автомобиля. Сам-то не понял, что произошло, но как будто по инстинкту свернул в нужную сторону, и на тебе! Чуть бы помедлил, и устроил бы аварию! А всё потому что слепой, да и...       — Да, я поняла вас, — робко ответила я, сжимая губы. От воспоминаний сегодняшнего инцидента на дороге у меня до сих пор немного подрагивали коленки. Это было страшно, глупо отрицать, когда своей глупостью чуть не устроил переполох на трассе, ценой которой могли стать чьи-то жизни или чье-то здоровье. — Очень хорошо понимаю.       Армин грел руки о кружку с чаем, но к угощениям пока не прикасался. Представляю, как он себя чувствовал в этот момент. Возможно, конечно, он просто всё ещё был в состоянии аффекта или зависал в своих мыслях. Это легко понять, шок вызывает и не такие последствия у людей.       Я молча присела за стол напротив Армина и пододвинула к себе кружку. Дедушка нагнулся ко мне и хитро улыбнулся:       — Никуда не спеши, ешь, внучка, Армин тебе уступит диван. Оставайся сегодня у нас.       Я хотела поблагодарить дедулю, но тот быстро замотылял к себе в комнату, оставив нас с Армином вдвоём. Голова несильно закружилась, и я подняла глаза вверх, разглядывая потолок.       Телефон на столе рядом со мной внезапно завибрировал, и я с удивлением для себя узнала, что звонит Энни. Но какое-то странное чувство – шестое или даже седьмое, кто бы их знал, — подсказало мне, что лучше трубку не брать. Я послушно с ним согласилась, и отклонила вызов. Почему-то у меня тогда звонок Энни не вызывал никакого смятения, я просто не хотела с кем-то говорить, не хватало эмоциональных сил, а Леонхарт часто любила грузить меня информацией.       Вместо этого я взяла в руки телефон и набрала дяде короткое сообщение, что сегодня точно останусь на ночёвке у Армина.       На кухне тем временем стало слишком тихо. Мы молчали, но мне казалось, что что-то побеспокоило Армина, и я решила у него напрямую спросить:       — О чем задумался?       Парень поднял на меня свой стеклянный взгляд и с усталостью хрипло проговорил:       — Да вот спросить весь день хотел. Что от тебя хотел Остин?       Я опешила, но решила ни в коем случае не врать Арлерту.       — Откуда ты его знаешь?       — Энни дала наводку. — коротко объяснился Армин. — Она написала мне несколько минут назад, сказала, что видела тебя вместе с ним и он тебя запугивал. Так что он говорил?       Не знаю, чего Энни хотела этим добиться, но в чем-то она мне облегчила задачу. Начинать разговор пришлось не мне, но вот преподнести неприятную информацию всё ещё было нужно.       — Сказал, что он Бэна... Типа адвокат. — я с сомнением покачала рукой в воздухе, будто прикидывая достоверность своих догадок. Армин с интересом меня слушал. — Бэну не понравилось то, что он забыл в клубе свой чемоданчик с деньгами, и теперь пытается затащить меня в мутное болото. Чтобы я осталась с чистой репутацией, он предложил мне привести тебя к Бэну, ведь тот жить не может без красивого мальчика Банни. Таким образом, у тебя две новости: одна неплохая, другая ужасная. Неплохая – у тебя есть преданный поклонник, ужасная – этот поклонник – помешанный извращенец.       Армин криво улыбнулся, усмехаясь моим мыслям. Затем заведенно произнёс:       — Но это... Бред! В уставе клуба прописано, что любые деньги, оставленные в подарок стриптезерам, не подлежат возврату ни при каких обстоятельствах.       — Это да, но странно ещё то, что Бэн спохватился из-за денег так поздно. Если бы он о них так сильно волновался, то вспомнил бы о кейсе сразу! — и тут я всерьёз задумалась. — Это очень странно, не находишь? Энни... Тебе больше ничего не говорила?       — Сказала, что ты была сильно напугана и плакала... А этот Остин угрожал тебе. — услышав такие подробности, я сразу обомлела.       — Это ведь неправда. — растерянно произнесла я, и Армин совсем запутался. — Зачем она наврала тебе? Мы же вполне спокойно поговорили, он меня даже угостил чаем и извинился, уходя. Я не пытаюсь защищать Остина, но в тот вечер он мне не угрожал.       — Ты уверена, что всё было в порядке? — часто заморгал Армин, с трудом пытаясь усвоить всю информацию.       — Да, — убедила его я. — И, тем более, я не плакала, что за ерунду она тебе наговорила? — я медленно выдохнула, потирая лоб пальцами. Головокружение плавно переходило в головную боль. Организм настойчиво требовал сна.       — То есть, этот Бэн хочет меня видеть, чтобы ваша сделка осуществилась? — неуверенно уточнил юноша, и я заторможенно кивнула. — Но ведь это не имеет смысла. Я поговорю с нашим администратором, думаю, у тебя ещё появится алиби в защиту.       — Армин, этот человек не из тех, кто так просто сдаётся, — с досадой заявила я, отпивая уже подостывший чай. — Давай попробуем его забыть как минимум до завтра? Хочу спать, устала сегодня. Завтра всё решим.       — Я тоже хочу спать, — тихо отозвался парень, опустошая свою кружку, печенья на столе оставались нетронутыми. Аппетит после этого разговора быстро улетучился.       Я завязала на пакетике узелок и спрятала кулёк обратно в буфет, а оладьи – в холодильник. Армин ушёл в комнату стелить постель. Настенные часы показывали позднее время: половину одиннадцатого. Я снова проверила соцсети. Сообщение, отправленное дяде, было уже прочитано, что меня обрадовало. Хорошо, что я успела его повторно предупредить, надеюсь, он в этот раз не тратил нервов из-за меня. Из друзей онлайн до поздна оставались всё те же лица: Конни и Саша. Значит, без проблем добрались до дома, что тоже подняло мне настроение.       Выключив после себя свет на кухне, я на носочках поплелась в спальню парня. Это была самая маленькая комната в квартире, но, на мой скромный взгляд, самая уютная. Всё здесь создавало особенную атмосферу: и раскладной двуспальный диван, стоящий у двери, и письменный стол, заваленный журналами, и книжный шкаф, и небольшой комод, и зеркало в пол, в котором отражался кусок комнаты с диваном, и запутанные жалюзи на окнах, и большой кактус на подоконнике.       — Ложись на диван, я лягу в гости... — как-то смущённо пролепетал юноша, уже собираясь покинуть комнату.       — Какую ещё гостиную, куда собрался? — ехидно спросила я.       — Я думал, что буду тебе мешать. — сразу догнав мои намерения, Армин заулыбался и попытался оправдаться. — Думал, что тебе будет удобнее одной...       — Глупости, ложись со мной, — засмеялась я, плюхаясь на постель. — Я не кусаюсь, или тебе напомнить это надо?       Армин заметно оробел, укладываясь рядом и выключая светильник над диваном. Комната погрузилась в темноту, и только тусклые лучи уличных фонарей проникали через жалюзи в спальню.       — Армин, с тобой точно все хорошо? — томно выдохнула я, поворачиваясь на бочок лицом к нему. Старые пружины противно заскрипели.       — А почему должно быть не в порядке? — не понимал Армин. Я опять задумалась.       — Я за тебя просто переживаю.       — Я знаю, — он придвинулся ближе ко мне и оставил тёплый поцелуй на моем лбу. Я задержала дыхание, будто боялась спугнуть от себя Армина, но тот не собирался меня отпускать, и я несмело уткнулась лицом в шею Арлерта. — Пожалуйста, давай пока просто поспим, а план по спасению мира начнём придумывать завтра.       Я громко зазевала, накрываясь одеялом. Было удобно, потому что не приходилось покрывало делить с Армином, ведь тот взял себе отдельное. Под тихое сопение парня я не заметила, как быстро и сама погрузилась в сон. Нет в мире лучшего снотворного, чем изматывающий рабочий день.