Зависимость и замена

До аварии Адам был готов совершить убийство. Ему пришлось покинуть мягкие и тёплые объятия любимой кровати только потому, что какому-то недоумку (и он догадывался, какому) пришло в голову стоять у него под дверью почти в шесть часов утра и нагло тыкать своим длинным пальцем в звонок. Он даже не постарался натянуть на своё лицо хоть немного приветливое выражение, глядя на почти ночного гостя заспанным и жутко недовольным взглядом. - И тебе доброе утро, - до неприличия бодрым тоном поприветствовал его сияющий Кай. - Ещё. Нет. Шести. Утра. - Знаю, я видел время, - Кай протиснулся в дверной проём и захлопнул за собой дверь, держа в руках новёхонький скейтборд с ярко разрисованной декой. Адам заторможенно уставился на предмет в чужих руках, который уже видел вчера в магазине, куда его потащили против воли, пытаясь провести логическую цепочку между появлением в квартире друга в такое раннее время вместе с ним. Он сдался в самом начале, мысленно всё ещё нежась в тёплой кровати. - С одной стороны я хочу спросить, зачем ты пришёл ко мне в шестом часу утра со скейтом, но что-то мне подсказывает, что я не хочу этого знать. - Очень жаль, потому что я всё равно тебе расскажу, - Кай сочувствующе похлопал его по плечу, поджимая губы. – Мы идём кататься! - А? - Кататься. На скейте. Адам похвалил себя за стойкость, сумев сдержать поток не самых вежливых советов на тему того, куда друг может прокатиться прямо сейчас. Вместо этого он выдал: - Ты не умеешь кататься. - Поэтому мне нужна твоя помощь. Кай нисколько не изменился в лице даже под пристальным сонным взглядом, который смотрел так, будто его обладатель продумывал другие варианты использования скейта, в которых обязательно фигурировала чужая голова. Его голова. - Не жаль тебя разочаровывать, но я тоже не умею этого делать. - Ты чего бурчишь, ещё не проснулся? - Тебя ударить сейчас или потом? - Ууу, злюка, - протянул Кай, скидывая кроссовки. Прислонив скейт к стене, он прошёл мимо Адама на кухню. – Иди умойся, я сделаю тебе кофе. - Эй, не командуй! – хрипло возмутился Адам. – Не знаю, что там опять пришло тебе в голову, но я собираюсь доспать свои положенные несколько часов, а ты делай, что хочешь. - Без проблем, - подмигнул ему Кай. Вернувшись в комнату, Адам с наслаждением растянулся на кровати, кутаясь в одеяло и утыкаясь носом в подушку. Он с предвкушением ждал, когда сонливость мягкими волнами накатит на него и погрузит обратно в сон, из которого его вырвали таким жестоким образом, но что-то явно шло не так. Вместо сонливости накатывало раздражение, вызванное тем, что желание спать начало испаряться, сменяясь любопытством по поводу очередной затеи Кая. Приходя к выводу, что заснуть уже не получится, Адам с досадой откинул одеяло, подскакивая на кровати. - Так и знал, что тебя надолго не хватит, - непонятно когда успевший пробраться в его комнату Кай цокнул языком, присаживаясь на край кровати, и протянул ему чашку. – Кофе?

***

Адам редко выбирался из дома в такое раннее время, и сейчас почти безлюдные улицы затихшего города действовали на него умиротворяюще. Совсем скоро эти улицы заполнятся людьми, спешащими по своим важным и не очень делам, на дорогах образуются пробки, а от утренней тишины не останется ни намёка, и поэтому Адам надеялся сохранить в памяти именно этот момент, который в этом шумном и вечно бодрствующем городе застать удавалось лишь в редкие моменты. Он даже перестал ворчать на Кая за то, что тот разбудил его в такую рань, потому что это того стоило. - Хотел бы я почаще заставать такие моменты, - поделился он с другом. – Когда так тихо и почти никого нет. - Город сразу воспринимается совсем иначе, да? – Кай замедлился, чтобы было проще разговаривать. – Мы ходим по этим улицам каждый день и не обращаем внимание на то, что здесь находится, но в такие моменты всё становится другим. - Ага, и даже что-то совсем обычное становится необычным. Ты когда-нибудь задумывался над тем, почему так происходит? Кай остановился, принимая задумчивый вид. - Это ведь как с людьми. Днём человек тонет в своих ежедневных заботах и придерживается стандартной модели поведения, к которой привык он сам и окружающие его люди. А ночью часть оков, сдерживающих его днём, исчезает, и тогда он становится другим. Давно известно, что по ночам люди открываются больше, иногда даже совсем с другой стороны, с такой, какой от них никто не ожидал. Поэтому я думаю, что никогда нельзя утверждать, будто ты хорошо знаешь человека, если у вас не было разговора под покровом ночи. Только до восхода солнца мы готовы полностью открыться, чтобы потом снова погрязнуть в своих проблемах и корить себя за излишнюю откровенность. - С ума сойти. Твои сравнения – это нечто. Адам всегда искренне восхищался Каем в моменты рассуждений, поражаясь, насколько точно и красиво тому удавалось передать свою мысль. Может, для кого-то другого такие рассуждения показались бы чем-то совершенно обычным и неинтересным, но Адам никогда не уставал их слушать, чтобы потом прокручивать в голове строчки, которые произвели наибольшее впечатление, и пытаться проводить собственные аналогии, которые, как ему казалось, были слишком сухими и ничуть не цепляли. - Их только ты и готов слушать, - фыркнул Кай, возобновляя движение. Он осторожно оттолкнулся ногой от асфальта, держась за плечо Адама, чтобы не потерять равновесие. – Другие бы с тобой точно не согласились. Не помню ни одного человека, который бы смотрел на меня с таким восторгом, когда я начинаю говорить что-то подобное. - Не смотрю я на тебя с восторгом, не выдумывай, - отрезал Адам, слегка дёргая плечом, от чего друг пошатнулся на скейте и вцепился в него мёртвой хваткой. - Ещё как смотришь! Должен сказать, что я польщён. - Ой, заткнись. - И не надейся, - хмыкнул Кай. – Я готов целыми днями рассуждать обо всём ради восхищения в твоих глазах. - Я загадал кое-кого. Фанат сладостей, ужасен в катании на скейте, раздутое самомнение. Угадаешь с первого раза или дать подсказку? - Эй, я только учусь! – возмутился Кай, начиная активнее отталкиваться от асфальта и вынуждая Адама ускорить шаг. – Я посмотрю на тебя, когда ты первый раз встанешь на эту штуку. Дай мне несколько часов. - Ты предлагаешь мне всё это время идти рядом с тобой, чтобы ты держался за меня? - А зачем, по твоему мнению, я потащил тебя с собой? Я, конечно, могу научиться и без твоей помощи, но мне хотелось бы обойтись без разбитых коленей. - Тогда поменьше болтай и смотри под ноги. - Я и так смотрю. И вообще… Ой! У Адама даже сердце подскочило от этого «ой», которое точно не сулило ничего хорошего, и уже в следующую секунду он с выражением полного смирения на лице начал склоняться к земле, утягиваемый падающим Каем, так и не убравшим руку с его плеча и вцепившимся в него ещё крепче. Столкнувшись с асфальтом, он болезненно поморщился, хорошенько приложившись о твёрдую поверхность локтем. Судя по недовольным стонам сбоку, Каю, даже не позаботившемуся об элементарной защите для катания на скейте, тоже досталось. Мельком оглядев друга и приметив ссадину на руке и разодранную ткань штанов на колене, Адам тяжело вздохнул и начал подниматься. - Смотрел под ноги, говоришь? – скептически поинтересовался он, натыкаясь взглядом на здоровый кусок кирпича, который, очевидно, и стал причиной их мини-аварии. - Ой, заткнись, - проворчал Кай, хватаясь за протянутую руку и поднимаясь на ноги. – Ты цел? - Локоть разбил. В остальном, вроде, нормально. Ты? - Порядок, - отозвался друг. – Джинсы жалко, мои любимые. А рука быстро заживёт. - Идём домой? - Ага. В следующий раз я буду внимательнее. - В следующий раз?.. - Именно. – Кай подхватил скейт, поворачиваясь к другу с хитрой ухмылкой. – Ты же не думаешь, что я собираюсь на этом остановиться? Адам закатил глаза, делая пометку в голове, что на день рождения Кая, который будет уже через несколько дней, к приобретённому подарку нужно обязательно докупить комплект защиты для катания на скейте. И себе, пожалуй, тоже.

***

- Меня на вечеринку позвали. Пойдёшь со мной? Адам, копавшийся в рюкзаке в надежде отыскать там бесследно исчезнувшую тетрадь с важным конспектом, оторвался от своего занятия и посмотрел на друга так, будто тот сморозил бред. - Скажи, что ты шутишь. Кай вздохнул. - Что-то такое я примерно и ожидал. - Что ещё за вечеринка? - Помнишь Уилла? Сидит на один ряд ниже нас, встречается с Кейтлин. У неё ещё волосы розовые. Адам наморщил лоб, пытаясь вспомнить этих людей, но в памяти ничего не шевельнулось. Большая часть его одногруппников расплывалась в голове белыми безымянными пятнами. - Ладно, вижу, что не помнишь. В общем, они организуют что-то вроде небольшой вечеринки и только что написали, что ждут меня. Я сказал, что пойду, только если ты тоже пойдёшь. Если тебе интересно, то они только за. - Я то им зачем сдался? – нахмурился Адам. Это Кай был тем, за кем увивалась толпа народу, и хоть он всегда проводил время только с Адамом, ему каким-то образом удавалось сохранять приятельские отношения со многими. - Скажи ещё, что не замечаешь, как многие пялятся на тебя, когда мы проходим мимо, - хихикнул Кай. - Чего? - Вот вроде умный, а некоторые вещи до тебя так трудно доходят, - притворно вздохнул друг. – Если бы ты только знал, как часто меня просят с тобой познакомить… - Чего?! Кай поднялся с кресла и покинул комнату. Когда он вернулся обратно с двумя чашками кофе, лицо Адама всё ещё выражало полное недоверие. - Что ты так удивляешься? Ты вообще хоть раз себя в зеркало видел? - Ну видел, а дальше что? – пробубнил Адам, возвращаясь к своему занятию. - А то, что на твоё лицо девчонки слетаются, как моя мама на скидки в магазине посуды, - фыркнул Кай. - Прибавь к этому ауру загадочного парня – и ты одна из самых обсуждаемых личностей на потоке. Адам проигнорировал это заявление, чуть ли не с головой погружаясь в рюкзак и чувствуя, как лицо начинает предательски полыхать. Разве такое возможно? Он всегда думал, что из них двоих именно Кай был тем, кто притягивал к себе внимание. Он привлекателен, имеет яркую личность, умеет расположить к себе любого, а от его улыбки растает даже лёд. Как рядом с ним вообще можно заметить кого-то вроде него? - Можешь не прятаться, я вижу твоё красное лицо, мистер помидор. Адам, наконец, нашёл нужную тетрадь и тут же швырнул её в друга, чтобы тот перестал так раздражающе лыбиться. - Ладно, я схожу с тобой на эту дурацкую вечеринку. Но взамен ты поможешь мне с сегодняшним заданием. - Есть, босс! – торжественно воскликнул Кай. – Давай сюда свой конспект, сделаю в два счёта.

***

Адам с тоской осматривал помещение просторной гостиной в приглушённом свете, сидя в самом углу дивана и потягивая какой-то непонятный напиток. Он даже не знал, был ли в нём алкоголь или нет, просто схватил первый попавшийся бокал, лишь бы чем-то занять руки. Кай сидел рядом, кидая взгляды то на него, то на главную пару вечера, которые мило улыбались и рассказывали что-то всем собравшимся, кто был готов слушать. Играла музыка, недостаточно громкая для того, чтобы заглушать слова говорящих, но достаточно для тупой пульсирующей боли в висках, от которой Адам страдал вот уже на протяжении часа. Он честно не хотел портить вечер Каю своим недовольными лицом, но делать вид, что ему нравится окружающая обстановка, не получалось. Возможно, он бы приложил больше усилий, если бы вдруг не заметил, что улыбка Кая, обращённая ко всем остальным, была не совсем искренней. Он слишком хорошо знал своего друга, чтобы сказать, что тому здесь тоже не нравилось. Адам был тысячу раз благодарен Каю за то, что тот сидел вплотную к нему, не давая шанса подсесть ближе двум девушкам, которые сверлили его взглядами с того самого момента, как он пришёл. Под этими взглядами он чувствовал себя до ужаса неуютно, надеясь, что они не задержатся здесь надолго и уйдут куда-нибудь в другую часть гостиной. Уилл и Кейтлин вызывали у него раздражение и ещё что-то другое, не совсем поддающееся описанию. Каждый раз, когда он ловил взглядом их переплетённые руки и замечал то, как они смотрят друг на друга, ему хотелось встать и немедленно выйти из комнаты, потому что казалось, что такие вещи не должен видеть кто-то, кроме них самих. Адам допил бокал с непонятной жидкостью. Одна из тех самых девушек тут же подскочила к нему и предложила принести что-нибудь ещё, растягивая ярко накрашенные губы в приторной улыбке. - Спасибо, не нужно, - сдержанно отреагировал он. - Но… - А я не откажусь, если тебя не затруднит, - встрял Кай, кидая на неё взгляд из-под ресниц. – Тебе ведь не сложно? Как только та, прощебетав что-то в ответ, удалилась в сторону кухни, Кай молниеносно наклонился к нему, случайно проезжаясь носом по его щеке. - Я мечтаю свалить отсюда как можно быстрее и очень надеюсь, что ты поддержишь моё решение, - пробормотал он, кидая взгляд в сторону, чтобы удостовериться, что внимание парочки обращено только друг на друга. - Чёрт возьми, с удовольствием, - выдохнул Адам, чувствуя облегчение. Уже через секунду он шагал к выходу из дома, чувствуя на руке крепкую хватку Кая, который тащил его за собой, а ещё через несколько мгновений они оказались снаружи, полной грудью вдыхая вечерний воздух, лишённый той приторности, которым насквозь пропитались стены чужого дома. - Если бы я знал, что там будет настолько скучно, я бы ни за что не потащил тебя с собой. - Зато теперь мы знаем, что вечеринки не для нас. Кай усиленно закивал головой, показывая максимальную степень согласия с озвученной мыслью. - Мне пришлось полчаса выслушивать, как Кейтлин в деталях расписывала свою мечту открыть собственную пиццерию. Зачем только она пошла учиться на наш факультет? Ума не приложу. - Наверное, чтобы быть ближе к Уиллу? – предположил Адам, пожимая плечами. Кай неопределённо хмыкнул. Дальше они шли молча, выискивая подходящее место, где можно было бы присесть. - Ты когда-нибудь задумывался над тем, кем мы станем после выпуска? – спросил он, когда они забрели в парк и пошли в сторону скамеек вокруг небольшого озера, расположенных под протянувшимися по периметру столбами фонарей. Было ещё не совсем темно, но они уже горели вовсю, пронизывая сумеречный воздух своим прохладным свечением, которое рассеивалось и бледнело ближе к земле. - Никогда, если честно, - отозвался Адам. – Наверное, редко кто по-настоящему заранее уверен в том, кем он станет. - Согласен. А может, нам стоит открыть своё детективное агентство? Придумаем крутое название и прославимся. Адам недоверчиво хмыкнул. - Мы изучаем судебную экспертизу, какие из нас детективы? - Самые настоящие! – горячо воскликнул Кай. – Эти профессии не так уж и сильно различаются. - Ты просто фильмов насмотрелся, - хихикнул Адам, прекрасно осведомлённый о большой любви друга к детективам. – Доучись сначала. - Ну и зануда же ты, - Кай с оскорблённым видом плюхнулся на скамейку у самой кромки озера. Адам последовал его примеру. Его накрыло умиротворение, и даже неприятное начало вечера постепенно вылетало из головы. Вот только что-то всё равно не давало покоя. - Кай, - позвал он, отстранённо глядя на тёмную поверхность воды. – А ты любил когда-нибудь? Тишина стала совсем оглушающей. Даже шелест листьев будто стал тише, словно ветер в одно мгновение затих, лишь бы не мешать двоим слышать друг друга. - Ага, - ответил Кай, и Адам отчётливо услышал, как в его голосе проскользнула тоска. - Ты можешь не рассказывать, если… - Нет, всё нормально, я готов этим поделиться. – Кай мимолётно улыбнулся, поворачиваясь к нему на секунду и снова обращая взгляд к озеру. – Любил, и до сих пор люблю, если честно. Адам поёжился. Стоял тёплый вечер, но ему вдруг стало зябко, и непонятно – то ли от исходящей прохлады озера, то ли от сквозившей в голосе друга грусти. - Тебя отвергли? – тихо спросил он. Кай так же тихо усмехнулся. - Тот человек даже не знает об этом. - Ох… - впервые за последние месяцы Адам не знал, что можно сказать. Он уже пожалел, что задал свой вопрос, на который его натолкнула сцена, увиденная ранее в чужой гостиной, потому что только слепой бы не заметил, что эта тема для Кая была болезненной. – Но почему? Кай прислонился к спинке скамьи и запрокинул голову, вглядываясь в сумеречное небо. - Тот человек очень важен для меня, я ценю его так, как не ценил ещё никого, не считая семью, и я боюсь, что потеряю его, если признаюсь. Это не то, что Адам ожидал услышать. За всё время дружбы с Каем он ни разу не видел рядом с ним кого-то ещё, не считая нескольких приятелей из университета. Что за таинственная девушка могла иметь для него такое значение? С одной стороны ему жутко хотелось утолить своё любопытство, но с другой он понимал, что друг имеет полное право на секреты и не обязан раскрывать ему чьё-то имя, пока не будет готов к этому. - Разве ты не боишься, что этот человек найдёт кого-то другого? - Нет, - протянул Кай, растягивая губы в улыбке. – Если это произойдёт, я буду только рад. Для меня важно, чтобы этот человек был счастлив. Если он будет счастлив, пусть даже не со мной, меня всё устроит. - Ты потрясающий, - выдохнул Адам, восхищаясь Каем в очередной раз. – Готов пожертвовать своим счастьем ради чужого… С ума сойти. - Тебе будет проще понять меня, если когда-нибудь ты тоже полюбишь. - Я не совсем понимаю, как это, на самом деле, - признался Адам, растерявшись на мгновение в попытке представить, что это такое – любить кого-то. – Но мне кажется, что ты так или иначе должен признаться. Вдруг у неё тоже есть к тебе чувства? - Исключено. Я уверен, что тот человек не испытывает ко мне того же, что испытываю к нему я, и его чувства ко мне ограничиваются лишь дружескими. - Но откуда ты можешь знать? - Адам, - Кай прикрыл глаза. – Прости, я пока не готов назвать тебе имя, но я точно знаю, просто поверь мне. Может, когда-нибудь это изменится, я готов ждать столько, сколько потребуется, но даже если и нет – чёрт с ним. Мне достаточно просто быть рядом, и я не хочу терять его ради того одного процента, в котором, возможно, мои чувства окажутся взаимны. - Это, должно быть, больно, - ватным голосом произнёс Адам. – Надеюсь, я никогда не влюблюсь. С губ Кая сорвалась грустная усмешка. - Что ж, может, так и правда будет лучше. Они молчали какое-то время, вслушиваясь в тихие всплески воды где-то в тёмной кромке озера. - А этот человек, - первым прервал тишину Адам. – Какой он? - Самый лучший. Такой лаконичный ответ не утолил любопытства, и Адам уже хотел добавить, что эта таинственная незнакомка, должно быть, как минимум спасла планету в прошлой жизни, раз Кай отзывался о ней вот так, но при одном только взгляде на то, как светились глаза друга, решил благоразумно промолчать. - И всё же мне кажется, что тебе стоит рискнуть. - Вот скажи мне, - Кай закинул ногу на бедро и повернулся к нему всем корпусом. – Если какой-то очень близкий человек вдруг признался бы тебе в любви, как бы ты отреагировал? - Ну… - Твой самый близкий друг, которому ты доверяешь настолько же сильно, насколько крепка ваша дружба. Подумай хорошо, прежде чем дать ответ. В голове зашевелилась непонятная мысль, но она появилась и исчезла так быстро, что у Адама даже не хватило времени на то, чтобы её уловить. Вместо этого он выделил себе несколько минут на заданный вопрос, вновь погружая их в сумеречную тишину. - Думаю, мне потребовалось бы какое-то время, чтобы свыкнуться с этой мыслью и найти решение, но я не стал бы рубить с плеча и обрывать все связи. Если человек мне действительно дорог, я не стану отпускать его так легко. Любую проблему можно решить. - То есть для тебя это проблема? - Слушай, я не знаю, ладно? – Адам нахмурился, не сумев подобрать точных слов для передачи того, что он хотел сказать. – Но что бы это ни было, я бы сделал всё возможное, чтобы наша дружба от этого не пострадала, или хотя бы попытался. Кай кусал губы, напряжённо рассматривая его профиль. После нескольких томительных секунд его плечи расслабились, а на лице проскочило что-то, похожее на удовлетворение. - Ты прав, – выдал он неожиданно. – Я обязательно признаюсь. Понятия не имею, когда наберусь смелости и выберу подходящий момент, но признаюсь. Адам испытывал смешанные чувства по поводу услышанного. По большей части он радовался за Кая, что тот смог принять такое ответственное решение, а внимание на коротком проблеске тоски на задворках сознания он решил не заострять. - Это здорово! Уверен, что тебя не отвергнут. Кай бросил на него нечитаемый взгляд и тут же отвернулся к озеру. - Посмотрим.