Глава 3
8 сентября 2021 г., 18:27
Четверо школьников собрались в комнате общежития за работой над проектом по литературе. Защита проекта была главным заданием в этом учебном году. Необходимо было выложиться по полной, чтобы получить высший балл. Они сидели в комнате у Кёске. Чиса успевала вносить свои предложения и параллельно то там, то здесь прибираться в комнате, владелец которой, хоть и славился своей педантичностью, в чистоте, по мнению подруги, так и не преуспел.
— А это ещё что?
В вазе, которую достала с полочки Юкизоме, лежали апельсины. Фрукты слишком долгое время были обделены вниманием, даже сам Кёске не смог бы сказать точно, сколько дней пролежали они в тепле. Чиса поморщилась. Вонючие, подгнившие, местами поеденные плесенью апельсины пришлось отправить в помойное ведро с глаз долой. На лице Мунакаты не отразилось ни единой эмоции, хотя обнаружение подобного артефакта было досадно.
Мегуми равнодушно наблюдала за этой парочкой. Она мягко корила его, а он, лишь слегка выдавая своё смущение, почесал затылок, говорил, что, должно быть, слишком увлёкся делами студенческого совета и совсем забыл об этих несчастных апельсинах. Мегуми, которой было тошно смотреть на них, недовольно откинула назад непослушные чёрные пряди. Напротив неё сидел Джузо. Похоже, Сакакура тоже остался равнодушным к находке. Он угрюмо сидел, скрестив руки на груди. В какой-то момент Мегуми почувствовала, что стало скучно, и попыталась заговорить с ним.
— Как прошли недавние соревнования по боксу, Сакакура?
Джузо не ожидал, что Мегуми заговорит с ним о чём-то кроме проекта. Он смерил её взглядом и с презрительной усмешкой произнёс:
— Там и рассказывать не о чем. Ни одного достойного противника. Я надеялся, что они хотя бы в финальном бою выставят против меня кого посильнее, но этого не произошло. Последнего я победил с трёх нокдаунов.
— М, впечатляет, — ответила Мегуми.
На самом деле ей было всё равно, но самодовольное выражение ещё долго не сходило с лица Сакакуры. «Конечно, больше ведь нечем похвастаться» — высокомерно подумала она. К Сакакуре Мегуми всегда относилась с огромнейшим предубеждением. При первом же знакомстве, она мысленно охарактеризовала его словами: «сила есть, ума не надо», и особой дружеской приязни никогда к нему не испытывала.
Работа шла медленно и непродуктивно, словно сопротивляющийся осёл с грузом, которого гнали в гору, и которого для ускорения приходилось бить кнутом каждые три шага. Они постоянно отвлекались на что-то постороннее.
— Мне надоело, — резанув милую, но бестолковую атмосферу в комнате, произнесла Мегуми. — Или мы работаем нормально и завершаем этот гадкий проект, или я ухожу.
Эта саботажная нота насторожила Кёске и удивила Чису. Джузо напрягся, так как сказанное являлось прямой претензией к Мунакате. Он не сводил с одноклассницы злого взгляда.
— Итак, мы проделали основную часть работы за прошлый триместр, — снова заговорила Мегуми. — Нам остаётся только подвести итоги, коротко представить результаты и сопроводить всё это презентацией. И, раз уж сегодня ничего не вышло, нам придётся собраться снова на следующей недели.
— Этим проектом руковожу я, — наконец, вспомнив о своих обязанностях, заявил Кёске. — И доделаем мы его сегодня!
— Я надеюсь, что студенческим советом ты руководишь на порядок лучше, а иначе там такой же бардак.
— Не дерзи Мунакате! — раздражённо крикнул Джузо.
— А иначе что? Побьёшь меня? — ответила она и в её голосе ясно чувствовалась провокация, а взгляд был полон самодовольства.
— Перестаньте! — крикнула Чиса, желая прекратить эту ссору. — Мы — одна группа, одна команда, а вы готовы ссориться по каждому пустяку! Вы гнилые апельсины!
После странного сравнения в комнате воцарилась звенящая тишина. Чиса смутилась, когда три пары глаз обратили на неё удивлённые взгляды.
— Гнилые апельсины? — проговорила Мегуми и губы её тронула улыбка. — О, да, это очень меткое сравнение, — смеясь, продолжила она.
Мелодичный смех Мегуми окончательно развеял напряжённую атмосферу. Даже Кёске и Джузо сдержанно улыбнулись.
— Похоже, завершение проекта действительно придётся перенести, — признал Мунаката.
На этом и закончили. Мегуми вышла в коридор. «Это так глупо. Почему они до сих пор не признаются друг другу? Они испытывают симпатию друг другу на протяжении всего обучения в старшей школе. И до сих пор тянут! Надеюсь, с Кизакурой такого не случится. А иначе мне придётся взять инициативу в собственные руки» — размышляла она.
***
— Я знаю, на первый взгляд, Джузо кажется очень агрессивным, но он совершенно иначе ведёт себя с теми, с кем он близко знаком, — произнесла Чиса в ответ на жалобы подруги. — Чем это пахнет? — она сделала ещё несколько вдохов. — Горим? И так некстати сработала пожарная тревога. Похоже, дым попал в датчики на потолке. — О, нет! — ответила Мегуми, выбегая из комнаты. — Опять? Наривара бежала прямиком на кухню. Запах гари напомнил ей об оставленной на плите кастрюле с рисом. Ситуация была безнадёжной: рис превратился в уголь и накрепко пригорел ко дну кастрюли. Юкизоме стояла, опираясь на стену, спокойно лицезреть эту миникатастрофу она не могла. Один только плачевный вид посудины с почерневшим дном причинил ей много боли. — Как же её теперь очистить? — Никак, — со стоическим спокойствием ответила Наривара. — Я куплю новую, а это выкину. Юкизоме только вздохнула в ответ на подобную расточительность. Это не первая попытка её подруги что-то приготовить, но самая «прогоревшая». С начала учебного года Мегуми пыталась готовить разные блюда. Пока что наиболее успешно выходило варить лапшу. Но Мегуми не опускала руки. — С чего вдруг ты увлеклась готовкой? Неужели в театре предложили роль повара, и ты вживаешься в роль? — Ты угадала, — с улыбкой ответила Наривара. — И раз уж мы с тобой на кухне, может, покажешь мне, как правильно варить рис?***
Это был один из рутинных учебных дней в сентябре. Кизакура сидел в классе, занимаясь документами, в частности, классным журналом. Мегуми в это время вытирала доску. Все остальные разошлись по разным сторонам. Юкизоме ушла за шваброй, а Сакакуре было поручено принести два ведра с водой. Мунаката свинтил решать проблемы студ. совета, а уборка класса в дела боярские не входит. Мегуми ужасно нравилось находиться один на один с учителем. Учительский стол и доска располагались так рядом, и в то же время так далеко… Дойдя до середины доски, непосредственно за стулом учителя, она как могла тянула со стиранием мела. Максимально неторопливыми и грациозными движениями она стирала линию за линией в надписях. — Кстати, мне сообщили, что в вашем корпусе общежития недавно случилось одно происшествие. Вроде бы речь шла о возгорании. Мегуми в очередной раз наслаждалась звучанием его бархатистого голоса. Сначала она захотела как-нибудь вывернуться и разыграть комедию в стиле «я не я и лошадь не моя», но учитель был столь деликатен, что она сдалась. Он классный руководитель. Наверняка ему уже обо всём донесли. — Это была попытка сварить рис… — Хм, вот как, — отстранённо произнёс он. Затем Мегуми услышала скрежет стула по плитке. Она повернула голову и встретилась с ним взглядом. Словно огнём запылали её щёки. Сейчас он выглядел слишком совершенным для земного существа. Во взгляде его голубых глаз читалось добродушие. Светлые, слегка вьющиеся пряди волос красиво обрамляли его лицо. Бородка, которая, как казалось Мегуми, не особо ему шла, но и не портила образ. Безупречный белый костюм с иголочки. Он был очень притягательным, от него словно исходила светлая, уютная аура. — Так что в итоге-то? Сварила рис? — всё тем же бархатным голосом проговорил он, вырвав Мегуми из власти грёз. — Да, — всё ещё заворожённая автоматически ответила она. — Весьма рад, — сказал Коичи, улыбнулся и подмигнул ей. Мегуми чувствовала, как её лицо против её воли расплывается в счастливой улыбке. Коичи чувствовал неловкость. Влюблённые школьницы всегда такие странные? Он чувствовал, что пора сменить тему разговора, иначе её щёки точно загорятся. — Однако, — вновь заговорил он, — как бы мне не хотелось портить этот момент, но … Ты уже ознакомилась с результатами предварительного экзамена? — Да, — равнодушно выпалила она и отвела взгляд. — Я ознакомился с твоими результатами за прошлый год и пришёл к выводу, что нынешние баллы низковаты. Твоя успеваемость снизилась. Мегуми виновато смотрела в сторону из-под опущенных ресниц и театрально заломила руки, показывая свои душевные страдания, ни убавить, ни добавить — настоящая актриса трагедии. — Экхем, я не ради драмы начал этот разговор, — продолжил Коичи. — Единственное, что я хотел сказать, это, — и он по-позёрски тряхнул своей роскошной шевелюрой, — Учись усерднее, а я дождусь. И подмигнул ей. Мегуми закрыла лицо руками. И, прежде чем в голове появилось осознанная мысль: «Ура! Учитель заметил мою симпатию и заботится обо мне», внутри неё словно зажглись фитили сотен партий динамита. Эмоциональный взрыв от восторга был неизбежен. То самое дикое внутри, которое Фрейд называл «Оно», сейчас хотело безудержно кричать: «КЬЯЯЯЯЯЯЯ!!!». — Мегуми? — обеспокоенно переспросил Коичи. — Всё хорошо, — тихо ответила она. — Всё просто ВОСХИТИТЕЛЬНО! И выбежала из класса.
