Маяк

Сириус докуривал уже третью по счёту сигарету, когда в тёмном переулке между пабом «Кабанья голова» и лавкой «Искра» с тихим хлопком появилась Корри. Увидев мужчину, она радостно пропищала приветствие, низко поклонилась, задев своими большими ушами землю, и вновь уставилась на Сириуса с немым обожанием в глазах. — Прошу прощения за задержку, хозяин, — виновато ссутулилась Корри. — Миссис Грейнджер сегодня задержалась на работе. Сириус лишь кивнул и, докурив сигарету, устало провёл рукой по лицу. — С ними всё хорошо? — сиплым голосом спросил он. — О, всё в полном порядке, хозяин, не беспокойтесь. — улыбнулась Корри и принялась отчитываться: — Они здоровы, их ничего не беспокоит, клиника процветает и мистер Грейнджер подумывает о расширении, а ещё недавно к миссис Грейнджер заходила соседка по имени миссис Патриц... — Корри! — раздражённо проворчал Сириус. Домовик виновато замолчал. — Я спросил лишь в порядке ли они, а не просил перечислить их досуг. Слишком много болтаешь! Широкие и остроконечные уши Корри виновато опустились, а большие зелёные глаза наполнились слезами. Корри закусила нижнюю губу и едва сдерживалась, чтобы не расплакаться. Смотря, как большая слеза всё же скатилась по серовато-зеленой щеке Корри, Сириус ощутил иррациональное чувство вины и тут же фыркнул от неуместности этого чувства. В самом деле, глупость какая чувствовать вину перед домовиком! Собираясь привычно прикрикнуть и одёрнуть Корри за излишние эмоции, Блэк живо представил, как на это отреагировала бы Гермиона, будь она здесь. Он прекрасно помнил, как яро она ругалась с ним, защищая Кикимера. Хотя видит Мерлин, этот неблагодарный кусок дерьма ни разу не заслужил её благосклонность, наоборот, при каждом удобном случае не упускал возможности побольнее оскорбить. «Домовики живые и разумные существа, Сириус» — мягко увещевала она. «Мы должны уважать их, Сириус» — назидательно повторяла девушка. «Ты же знаешь, как я к ним отношусь, Сириус» — сердито повторяла Гермиона. Блэк усмехнулся своим воспоминаниям, хотя грудь стянуло привычное чувство тоски. Вновь посмотрев на Корри, утирающую слёзы краем своей рубахи, Сириус устало вздохнул. Смотря в сторону и, старательно глуша в себе неловкость, он тихо пробормотал: — Извини, Корри! Мне не стоило грубить тебе. — слова были сказаны так быстро, что сам Сириус бы их с трудом разобрал. Но Корри не упустила ни слова. Её глаза широко распахнулись, а тонкий рот открылся в изумлении. — Хозяин Сириус... — пролепетала она, — Зачем хозяин извиняется? Хозяин не должен! Корри сама виновата. Корри знает, что много болтает. Крафти всегда ругает Корри за лишние разговоры, но Вилли защищает Корри. Вилли говорит, что у Корри красивый голос и... — Корри, — вымученно вздохнул Сириус. Корри ойкнула и замолчала, для надёжности закрыв рот ладонями. Сириус безнадёжно покачал головой. Достав из внутреннего кармана куртки новую сигарету, он вновь закурил. — Корри может спросить? — не выдержала длительного молчания Корри. Сириус раздражённо посмотрел на домовика, но всё же кивнул. — Почему хозяин извинился перед Корри? Хозяин никогда раньше не извинялся. — Гермиона не любит, когда я ругаюсь на домовиков. — ответ был кристально очевиден и слишком откровенен. Душевное равновесие Корри не беспокоило Блэка. Сириусу было откровенно плевать на домовых эльфов. Как и все чистокровные снобы, он воспринимал их на уровне табуретки, ну или любой другой мебели. И навряд ли это хоть когда-нибудь изменится. Но Гермиона была другой. Его добрая, милосердия пчёлка ратовала за этих существ всем своим горячим гриффиндорским сердцем. Она бы расстроилась, если бы услышала, как Сириус вновь обращается с домовиком — особенно с такой послушной и, по сравнению с Кикимером, милой Корри — как с пустым местом. Сириус и так слишком часто её расстраивал. При упоминании Гермионы, Корри отвела взгляд, нахмурилась и неловко переступила с ноги на ногу. Сириус заинтересованно наклонил голову к левому плечу, не зная как расценивать странную реакцию своего домовика. — В чём дело? — спросил он, — Тебе не нравится Гермиона? — Что вы, хозяин! Милая мисс Гермиона очень-очень... милая! — неуверенно кивнула Корри и приняла самый невинный вид. — Хм... — протянул Сириус и медленно затянулся, — Говори правду! — приказ рассек воздух как хлыст. Корри нервно сглотнула и, смяв рубаху на груди, неуверенно заговорила: — Корри действительно считает милую мисс Гермиону милой и... немного странной. Она задавала Корри неудобные вопросы. — Это какие же? Если ты о тех вопросах про защитную магию, то она просто пыталась найти способ, чтобы защитить родителей, а не проникнуть в Блэквуд. — Нет, хозяин, это были другие вопросы. — покачала головой Корри и нервно огляделась, словно их мог кто-то подслушивать. Выглядя очень неуверенно, она подошла к Сириусу и с глазами полными отчаяния и ужаса, тихо прошептала: — Мисс Гермиона спрашивала Корри, не хотела бы она... стать свободной. Дым застрял где-то на уровне трахеи, а тёмный переулок между пабом «Кабанья голова» и лавкой «Искра» заполнил громкий безудержный хохот. *** Было слишком душно и шумно. Его чувствительные обонятельные рецепторы раздражал запах каких-то слишком приторных духов, отчего постоянно хотелось чихать. Справа от него слишком громко хохотал пьяный мужчина, слева — полноватая женщина средних лет несколько раз ощутимо саданула его локтем по плечу и даже не думала извиниться. Поэтому, когда рядом возникла улыбчивая Розмерта и услужливо поставила перед ним бокал с виски, Сириус был уже на грани взрыва. Заметив у него во рту сигарету, хозяйка трактира нахмурилась. — В моём заведении запрещено курить, милый, — пожурила она его, уперев руки в бока. Сириус уже хотел огрызнуться в ответ, но в последний момент прикусил язык. В конце концов, люди вокруг не виноваты в его паршивом настроении. Поэтому, обаятельно ухмыльнувшись, он демонстративно потушил сигарету и послал женщине воздушный поцелуй. Розмерта притворно закатила глаза и, не сумев сдержать улыбку, направилась к другим посетителям, соблазнительно качая бёдрами. Сириус проводил взглядом её весело подпрыгивающие кудри и перед его внутренним взором вспыхнули совсем другие волосы. Тоже кудрявые, но темнее и более непослушные. Он помнил, как они развевались, когда она чуть ли не сбежала от него всего пару часов назад. Помнил её тонкие руки, нервно сжимающие сумку. Не мог отвести взгляда от искусанных губ, по которым она, время от времени, проводила языком. Помнил, её гордо вздёрнутый нос, с которого исчезли почти все веснушки. Из груди Сириуса вырвался хриплый вздох. — О, это же Сириус! — раздался за спиной радостный голос. Блэк обернулся и был почти ослеплён солнечной улыбкой Джинни, которая тащила за собой не сопротивляющегося Гарри. Сириус хитро усмехнулся, когда увидел их сцепленные руки и бросил на крестника красноречивый взгляд. Поттер ужасно смутился и безуспешно постарался натянуть на лицо самое невозмутимое выражение. — Как ты, Сириус? Давно не виделись! — привычно обнявшись с Блэком, Джинни вновь прижалась боком к смущённому Гарри. — У меня всё по-старому. — улыбнулся Сириус и подмигнул ребятам, — А вас можно поздравить, как я погляжу. Гарри покраснел и неловко взъерошил волосы, но выглядел невероятно довольным. А Джинни кивнула и улыбнулась настолько широко, что Сириус всерьёз забеспокоился, как бы она себе челюсть не вывихнула. — Мы хотели покушать. Присоединишься к нам? — предложил Гарри. — Я не хочу мешать... — Не говори глупостей! — отмахнулась Джинни, — Вон там свободный столик. Пойдёмте! — и она потащила за собой уже двух не сопротивляющихся мужчин. Гарри и Сириус лишь беспомощно переглянулись. За столом Джинни весело щебетала за троих, делилась с Сириусом последними Хогвартскими сплетнями, с гордостью рассказала как прошёл последний квиддичный матч и жаловалась на предстоящие экзамены. Через двадцать минут пустого трёпа, Сириус почувствовал головную боль и слушал девушку через слово, кивая ей время от времени. Глаза начали слипаться, и он едва сдерживался, чтобы не зевнуть. На самом деле, он чертовски устал. Последнее задание вымотало его и в данный момент он мечтал только доползти до постели. — Гермиона сделала для меня эти цветные заметки в расписании. — усмехнулась Джинни, не заметив как при упоминании подруги, вся сонливость Блэка исчезла как по щелчку пальцев. — Я раньше постоянно смеялась над ней из-за этого, но эти заметки здорово помогают всё упорядочить. Нужно будет заглянуть в «Сладкое Королевство» и купить ей шоколадных лягушек в качестве благодарности. Гарри согласно кивнул, усмехнувшись своим воспоминанием об этих заметках. Им с Роном они тоже очень помогли, когда они готовились к экзаменам. В груди парня тут же кольнуло чувство вины и острого сожаления. — Чёрт! — вдруг процедила Джинни. Гарри и Сириус удивлённо посмотрели на девушку, которая вся напряглась и недовольно уставилась вглубь зала. Обернувшись, они заметили, что к их столику уверенным шагом направлялся Дин Томас. Теперь напрягся Гарри и невольно убрал ладонь с бедра Джинни, что очень не понравилось последней. — Привет, ребята! Сириус, как дела? — приблизившись, улыбнулся Дин и, как ни в чём не бывало, сел за их столик. Сириус, который помнил, что Джинни не так давно встречалась с Дином, с напряжением следил за развитием ситуации и был готов вмешаться в случае чего. Он, как крёстный отец, по умолчанию был на стороне Гарри, даже если тот десять раз был не прав. Перекинувшись с парнем парой вежливых фраз, Сириус отпил свой виски. Дин так же не спешил уходить, наоборот, заказал себе сливочное пиво и теперь не спеша потягивал его. Гарри и Джинни не произнесли ни слова с тех пор, как к ним за столик присоединился однокурсник. Но Джинни, которая не любила ходить вокруг да около, решила сразу перейти к сути. А то, что Дин преследовал определённую цель, присоединившись к их столику, она нисколько не сомневался. — Дин, ты что-то конкретное хотел или просто решил составить нам компанию? — перебив Сириуса на середине фразы, в лоб спросил девушка, — Просто у нас тут довольно личный разговор. — М-м, вообще-то, я действительно кое о чём хотел поговорить с тобой, Джинни. — ответил Дин и скользнул по напряженному Гарри насмешливым взглядом, — Расслабься, Гарри, это не про нас и не про вас. Ну почти. — Так чего ты хотел? — нетерпеливо спросила Джинни, успокаивающе погладив под столом руку Гарри. Словно набираясь смелости, Дин залпом осушил свой бокал, отставил его в сторону и серьёзно посмотрел на Джинни. — Я хотел узнать, нет ли у вас, девчонок, никакого кодекса типа «нельзя встречаться с бывшими своих подруг»? — Чего? — нахмурилась Джинни. — Ну скажем, если я приглашу на свидание твою подругу, не испорчу ли я ваши отношения? За столом воцарилась тишина. Гарри удивлённо вытаращился на Дина, Джинни до сих пор сидела со скептическим выражением на лице, а Сириус присвистнул. Такого явно никто не ожидал. — Вообще такой кодекс негласно существует, — деловито кивнула Джинни, серьёзно обдумывая этот вопрос. С не читаемым выражением лица, она подалась вперёд и сложила локти на столе, испепеляя Дина грозным взглядом, от которого даже Сириусу стало не по себе, а бедный Дин и вовсе начал неуютно ёрзать на месте. Несколько долгих секунд за столом царила зловещая тишина. Но затем губы Джинни очень медленно растянулись в хитрой улыбке, а голос опустился до томного шёпота. — И так, значит ты запал на кого-то из моих подруг. Как интересно! — протянула она, — И на кого же, если не секрет? Сириус почувствовал это прежде, чем Дин успел произнести её имя. Просто в голове вдруг что-то щёлкнуло, а в ушах загудело от осознания. Неестественно медленно, словно наделялся, что тот исчезнет, Сириус повернул голову к Дину. Не исчез. Выглядел немного смущённо из-за повышенного к себе внимания и нервно вертел в руках бокал. Наблюдать, как этот мальчишка открывает рот, было словно всё равно что наблюдать, как расползаются трещины на льду под ногами. — На Гермиону. — тихо признался Дин. Лёд треснул окончательно, и Сириус провалился в тёмные глубины ледяной воды. Джинни удивлённо моргнула, а Гарри резко перевёл взгляд на крёстного. — Гермиону? — удивилась Джинни, — Э-м... И давно она тебе нравится? — Вообще-то, она всегда мне симпатизировала. — пожал плечами Дин, за общим гвалтом посетителей трактира не замечая каким тяжёлым и хриплым стало дыхание Сириуса. Зато это заметил Гарри. — Я даже помню, как хотел пригласить её на Святочный бал. — хохотнул Дин. — И почему же не пригласил? — спросила Джинни. — Ну, понимаешь, я всегда считал её... недостижимой. Она красивая, умная, с хлёстким характером, всегда была в центре всех школьных событий. Я считал, что у меня просто нет шанса с ней. — А теперь стало быть есть? — хмыкнула Джинни, которую кольнула обида. Хоть она и ничего не чувствовала к Дину, было неприятно узнать, что с ней встречались, лишь потому что Гермиона была «недостижима». — Ну... эм... был у нас один момент, — с намёком улыбнулся Дин и смущённо почесал затылок. — И теперь я постоянно думаю о ней. Сириус склонил голову к плечу, холодно смотря на парня. — Момент? — уточнил он. Гарри сглотнул, внимательно следя за действиями крёстного. К ужасу Поттера, никто кроме него не замечал, как Сириус свирепел на глазах. Может всем вокруг тоже нужны очки, в отчаянии размышлял он. — Я бы не хотел об этом говорить, — отмахнулся Дин и вновь обратился к Джинни. — Так это не проблема? Я просто хочу убедиться, что у вас не возникнут недопонимания. Ну... как у нас с Гарри недавно. Гарри в который раз за вечер был готов провалиться сквозь землю. Такого уровня неловкости он не испытывал даже на уроках окклюменции, когда Снейп потрошил его мозги, вытаскивая наружу все его мысли, чувства и отпуская едкие комментарии о его первом поцелуе с Чжоу. — Никаких проблем! — пожала плечами Джинни. Дин широко улыбнулся. — Отлично! — он бодро поднялся на ноги, — Ну, я тогда пойду. — Если что, Гермиона обожает пионы. — крикнула ему вдогонку Джинни и рассмеялась, когда Дин весело помахал им на прощание. Как только спина парня скрылась за входной дверью, Сириус потянулся к своему бокалу и сделал небольшой глоток, стараясь не выдать то, чего ему стоило это напускное спокойствие. Внутри же всё крошилось и горело. Но так и должно было быть, верно? Сириус не был полным идиотом и, конечно, понимал, что рано или поздно у Гермионы всё равно кто-то появился бы. Да и кто пропустит такую девушку? Конечно, он понимал... хоть и не ожидал, что это произойдёт так скоро. — Кто бы мог подумать! — рассмеялась Джинни, — Хотя я лично рада за них. Дин хороший парень, может хоть он сможет расшевелить Гермиону. Она уже столько месяцев ходит такая несчастная. Смотреть больно! Ох, ну и устрою я ей взбучку за то, что скрыла от меня такое! Хотя, она может поэтому и не сказала? Всё-таки бывший! Интересно, что между ними такого произошло, что теперь Дин постоянно думает о ней? Бокал в руках Блэка треснул, осколки впились в ладонь. Гарри и Джинни одновременно вздрогнули. — Чёрт! — зашипел Сириус, пачкая кровью стол. Джинни подскочила с места, помогая Сириусу с рукой, Гарри схватил салфетки, а возле их столика материализовалась Розмерта, держа в руках флакончик с бадьяном. — Что же ты так неаккуратно?! — причитала женщина, заканчивая обрабатывать его руку, — Это не последний бокал с виски в твоей жизни. Нечего так сжимать посуду! — напоследок фыркнула она и вернулась к работе. — Наверное нам тоже пора, — устало улыбнулась Джинни. — Завтра последний экзамен и можно паковать чемоданы. Сириус сухо попрощался с ребятами и остался сидеть на месте. Мимо снова прошла Розмерта и заботливо поставила перед ним бутерброды и виски, что-то сказав ему про аккуратность. Но Сириус её почти не слышал. Он прикрыл глаза и отчётливо ощутил, как внутренности растаскивало на сотни эмоций, из которых самой сильной была — ревность. «Что между ними произошло, что теперь Дин постоянно думает о ней?» — зазвенел в голове вопрос Джинни. Сириус не сразу отреагировал, когда к нему за столик кто-то присоединился. Потребовалось несколько секунд прежде, чем он моргнул и увидел перед собой лицо крестника. — Что-то забыл? — спросил Сириус, удивлённо выгнув бровь. — Я оставил Джинни с Невиллом, Луной и Падмой. Хотел убедиться, что она не отправиться в школу одна, — пояснил Гарри, — А сам вернулся. Думаю, здесь я сейчас нужнее. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. — Ты в порядке? — спросил Гарри. — Конечно! — незамедлительно ответил Сириус. Гарри покачал головой, а взгляд его был такой уставший. Такой взрослый и мудрый, что Сириуса пробрало до костей. — Знаешь, я отвечал примерно так же Рону и Гермионе, когда в прошлом году меня по ночам мучили кошмары, затем днём Снейп выворачивал мои мозги наизнанку, а по вечерам мне приходилось идти на отработку к Амбридж или тренироваться с ОД. Или сейчас, когда мы с Дамблдором путешествуем в омуте по его воспоминаниям и я вижу Волан-де-Морта, такого ещё мальчишку, едва ли старше меня. Я вижу его взросление, его становление, вижу каким всё менее человечным он становился и... Потом мы выныриваем из этих воспоминаний. И Дамблдор смотрит на меня, проверяет на прочность. Он заботливо спрашивает: «ты в порядке, Гарри?» Я отвечаю: «конечно, профессор!» Хотя всё внутри меня вопит от ужаса. Потому что мне страшно. Я боюсь его, Сириус! Я не в порядке! Но я не могу говорить об этом, потому что от меня ожидают совсем другого. — Конечно можешь! — горячо возразил Сириус, подавшись вперёд, — Ты всегда можешь поговорить со мной. Я всегда буду на твоей стороне. — Я знаю. И мне жаль, что когда это было нужно тебе, я не был на твоей стороне. Но я хочу всё исправить. Однажды... — Гарри перевёл дыхание, — Однажды ты сказал, что когда-нибудь мы станем настоящей семьёй. Я хочу этого, Сириус. Больше всего на свете хочу, чтобы мы доверяли и поддерживали друг друга. Поэтому я спрашиваю ещё раз, ты в порядке? Стало так тихо, что Сириус слышал, как кровь бежала по его венам. Всматривался в стену над головой Гарри, видел небольшие трещины, прокладывающие карту магической Британии, и улыбался. Он хотел плакать и смеяться одновременно. — Нет. — наконец сипло произнёс он. — Я не в порядке. И Сириус и Гарри выдохнули с облегчением. Слова сказаны, оковы скинуты, а в душе разлилось такое умиротворение, которое ни один из них никогда раньше не испытывал. *** — Библиотека закрывается через десять минут. Попрошу всех вернуть книги на место. — меж длинных рядов книжных стеллажей раздался протяжный голос мадам Пинс. Гермиона с досадой отложила в сторону учебник и потёрла покрасневшие глаза, в которых уже рябило от усталости. На столе перед ней были разбросаны пергаменты, перья, а кое-где остались пятна от чернил. Обведя взглядом этот бардак, она устало вздохнула. Сил не было даже на то, чтобы потянуться за палочкой. — Пять минут до закрытия библиотеки. — вновь протянула мадам Пинс. Гермиона заставила себя встать и собрать все пергаменты в одну кучу. Когда она привела свой стол в порядок и устало поплелась к выходу, мадам Пинс уже ждала её у двери, недовольно притоптывая ногой. — Прошу прощения за задержку, мадам! — пробормотала Гермиона и поспешно выскочила за дверь. Солнце только клонилось к закату, но Гермиона уже валилась с ног от усталости и лишь тихо радовалась, что сегодня не её очередь дежурить. — Привет, Гермиона! — поздоровался проходящий мимо Колин, — Тебя там Хагрид искал. Говорил, что ты вроде как обещала зайти к нему. Гермиона остановилась, как вкопанная и чуть не заплакала от досады. Она совсем забыла про обещание, данное Хагриду неделю назад, а именно — помочь ему с его животными. — Да чтоб меня! — воскликнула Гермиона. Колин споткнулся о собственную ногу и, обернувшись, удивлённо уставился на неё. — Ох, прости, Колин, это нервное. Скажи, а ты не мог бы захватить мою сумку и оставить её в гостиной? — Конечно, без проблем. — улыбнулся парень и, схватив её сумку, бодрым шагом направился к лестнице. Хагрид встретил Гермиону широкой улыбкой и с ведром, полным свежего навоза. Запах стоял неимоверный, у Гермионы даже глаза заслезились. — Я уж переживал, что ты не придёшь. Спасибо, что согласилась помочь. — Хагрид недовольно оглядел её с головы до ног, — Эх, зря ты надела школьную мантию, нужно было надеть то, что не жалко потом выкинуть. Работа предстоит не самая чистая. Вон там перчатки, вот ещё одно ведро. Бери и пойдём. Я тебе ещё покажу недавно вылупившихся соплохвостов. Такие крохи! — умильно протянул Хагрид. Гермиона почувствовала рвотный позыв и первые приступы паники. Она ещё с третьего курса запомнила, что соплохвосты воняли ещё хуже, чем десять вёдер с навозами. После того злосчастного урока, ей, как и всем третьекурсникам, ещё неделю везде мерещился этот тухлый смрад. — Ты в порядке, Гермиона? — обеспокоенно спросил Хагрид, — Выглядишь уставшей. Может тебе лучше вернуться в башню отдохнуть? Я ведь понимаю, что у вас сейчас экзамены. А ты небось опять засиделась в библиотеке допоздна. На мгновение Гермиона действительно думала использовать такую чудесную отговорку и сбежать к себе, чтобы как следует отдохнуть. Это ведь даже не было бы ложью, она действительно сильно вымоталась за эту неделю. Но искреннее беспокойство Хагрида и его добрые глаза перевесили её малодушие. — Ну что ты, Хагрид! Со мной всё отлично. — Гермиона надела перчатки, подхватила увесистое ведро, стараясь не морщиться от отвращения, и улыбнулась лесничему. — Ну, где там твои соплохвосты? *** Гарри пришлось буквально выдернуть Рона из объятий Лаванды, чтобы дозваться до друга. — Какого хрена, Гарри? — недовольно бурчал Рон, когда Поттер буквально припечатал друга спиной к стене в одном из тёмных коридоров. — Может быть ты не заметил, но я был очень занят. — с намёком поиграл он бровями, приглаживая взъерошенные Лавандой волосы. — Дамблдор обнаружил крестраж, — прошептал Гарри. — Что? — выпучил Рон глаза, — Как? Где? — Я не знаю, но мы с Дамблдором отправляемся за ним. Вот, возьми. — и он сунул в руку Рона флакон Феликс Фелициса. — Он вам нужен больше. Найди Гермиону и Джинни и предупредите отряд Дамблдора, пусть все держат монеты при себе. Рассредоточьтесь по замку, не спускайте глаз со Снейпа и с Малфоя. Я уверен, что в отсутствии директора они попытаются осуществить свой план, каким бы он не был. — Слушай, приятель... — Я знаю, что вы считаете это бредом, — нетерпеливо перебил друга Гарри, — но, пожалуйста, просто сделайте, как я говорю. Лишняя предосторожность не помешает. Чёрт, карта! Она осталась в спальне, под моей подушкой, возьми её и... будьте осторожны. Ещё кое-что, Рон... В случае чего, попрощайся за меня со всеми. Передай Джинни, что я... Рон железной хваткой вцепился в предплечье Гарри, не давая ему договорить. — Вот вернёшься и сам всё передашь! Понял? — отчеканил он. Гарри поджал губы и быстро закивал. Они в последний раз посмотрели друг на друга и, обернувшись, Гарри бросился вниз по коридору. Рон шумно выдохнул. Под ложечкой засосало от страха. Он нашёл надутую Лаванда там же, где оставил. Девушка едва ли не кипела от злости. — Что это было, Бон-Бон? — взвизгнула она, — Мы тут вообще-то... — Лав, мне нужна твоя помощь, — голос Рона звучал очень серьёзно, а на виске быстро билась жилка. Все возмущения Лаванды так и остались не высказаны. Горло девушки сжало плохое предчувствие. — Что нужно делать? — с готовностью спросила она и Рон нежно сжал её руку. С помощью фальшивых галлеонов удалось оповестить всех членов отряда Дамблдора, которые разбились по три человека и рассредоточились по замку. У Выручай комнаты дежурили Рон, Джинни и Лаванда. Издёрганная Джинни пыталась узнать у Рона куда подевался Гарри и едва сдерживалась, чтоб не проклясть брата, который всячески отмалчивался и искал на карте имя Гермионы. — Не мешай, Джинни! — раздраженно рявкнул Рон, — Чёрт, да где же она? — Да наверное, как всегда, в библиотеке. — подала голос нервничающая Лаванда. — Нет её там. Библиотеку я в первую очередь посмотрел. Внезапно за их спинами раздался щелчок. Они одновременно обернулись с палочками наготове, но даже не успели понять в чём дело, когда их ослепили летящие в них красные лучи. Джинни откинуло в сторону и с немалой силой впечатало в стену, отчего она сразу отключилась. С визгом Лаванда упала навзничь и больше не подавала признаков жизни. Рон успел увернуться от одного луча, но второй прилетел ему прямо в лицо. И прежде чем темнота полностью поглотила его, он услышал до ужаса знакомый хохот Беллатрисы Лестрейндж. *** Патронус от Минервы нашёл их на Гриммо. Они даже дослушивать сообщение не стали. Подскочили с места и бросились к камину, с помощью которого тут же оказались в директорском кабинете. Как только Сириус перешагнул через камин, Хогвартс сотряс оглушительный взрыв и хохот, в разы усиленный Сонорусом. Блэк узнал бы смех кузины из тысячи. Безумный и зловещий. Оказавшись в коридоре, они отчётливо расслышали крики о помощи в разных частях замка. Разделившись, Сириус вместе с Римусом, Молли, Артуром и Кингсли бросились в сторону, откуда раздавался плач. Преодолев несколько поворотов, они наткнулись на небольшую толпу в конце коридора. — Билл, прошу, приди в себя! — рыдала Джинни, которую держал Невилл. Побледневшие Артур и Молли бросились к своим детям. — Пропустите! — кричала Молли, расталкивая толпу. Сириус сглотнул, когда обнаружил на полу изодранное тело Билла Уизли, над которым колдовала Макгонагалл, чтобы остановить кровотечение. — О, мой мальчик! — закричала Молли, падая на колени возле старшего сына, — Что с ним сделали? Билл, родной! Артур тем временем бросился к дочери, обеспокоенно оглядывая её и пытаясь заглянуть той в глаза. — Где Рон, Джинни? — дрожащим голосом спрашивал он, тормоша дочь за плечи. — Он... в больничном крыле. Ему досталось! Ещё не пришёл в себя, но мадам Помфри уверила меня, что ничего смертельного. А Билл... его оборотень задрал. Толпа вокруг ахнула от ужаса. Люпин посерел, покачнулся на месте и обессиленно прислонился плечом к стене. Сириус тоже растолкал несколько зевак и подошёл к Джинни. Сжав плечо Артура в качестве поддержки, он вновь посмотрел на заплаканную девушку. — Джинни, где Гарри и Гермиона? — как можно спокойнее спросил он. — Я не знаю. — покачала она головой и по её щекам вновь потекли слёзы, — Я уже ничего не знаю! — Гермиона вроде собиралась заглянуть к Хагриду, — из толпы подал голос какой-то мальчишка. Сириус смутно припоминал, что его зовут Колин. — Она ушла к нему несколько часов назад, вроде бы помочь с чем-то. — Мы искали её по карте мародеров, но не нашли — вновь заговорила Джинни и с досадой стукнула себя ладонью по лбу. — Мы искали её по замку, но даже не подумали осмотреть окрестности. — Эй, помогите! — раздались крики с другого конца коридора. В их сторону бежал Симус Финиган, за которым с перепуганными глазами мчался Дин. — Профессор Макгонагалл, — запыхавшись, завопили ребята наперебой, — там... х-хижина... хижина Хагрида... Она вся п-полыхает! Сириус шумно выдохнул. Из него словно разом выбило дух. — О Боже! Гермиона! — закричала Джинни. Все испуганно начали что-то говорить. Кингсли тут же начал отдавать приказы фениксовцам. Но Сириус уже ничего не слышал. Он бежал. Так быстро, как никогда в жизни. Он даже не сразу понял, что бежит на всех четырёх. «Прошу! Умоляю! Только не она!» — в отчаянии молил он, а из груди вырывался жалобный собачий скулёж. Он увидел поднимающийся в небо чёрный дым прежде, чем добежал до места. На ходу перекинувшись в человека, он пробежал мимо Гарри, который сидел на земле и пустыми глазами смотрел, как огонь ярился, поглощая хлипкую хижину целиком. — Нет! — прошептал Сириус, внутренне умирая от ужаса, — Нет! Гермиона! ГЕРМИОНА! — в отчаянии закричал он, кидаясь прямо в огонь. *** — Мы должны поспешить, Хагрид! — запыхавшись, произнесла Гермиона, перепрыгивая старое трухлявое бревно, — Ты ведь тоже слышал этот взрыв. — Гермиона, осторожней! — Хагрид ловко подхватил девушку за плечо, когда та споткнулась о торчащий из земли корень и чуть не пропахала лицом землю. — Скорее! Ну же! — отмахнувшись от боли в ноге, продолжала бежать она. Когда они наконец выбрались из Запретного леса, Гермиона вся была в грязи, а из её волос торчали листья и мелкие ветки. — Гермиона, кажется ты наступила на... — пропыхтел Хагрид, но не договорил, широко раскрытыми глазами уставившись в небо, откуда на них взирал череп, изо рта которого выползала змея. — О Боже! — охрипшим голосом прошептала Гермиона, чувствуя как у неё холодеют ладони. Посмотрев в сторону школы, Гермиона подпрыгнула на месте, когда увидела вдалеке хижину Хагрида, объятую огнём. — Твоя хижина, Хагрид! — в ужасе закричала Гермиона и бросилась вместе с лесничим вперёд. Стоило им приблизиться, как они сначала различили крики и только потом увидели людей, которые пытались потушить огонь. Джинни, Луна и Парвати прижимались друг к другу и плакали навзрыд. Невилл пытался привести в чувства Гарри, который сидел на земле и явно пребывал в шоке. Другие студенты в панике бегали вокруг и что-то кричали. Макгонагалл, Артур и Грюм пытались обуздать огонь, который явно был вызван тёмной магией, потому что потушить его никак не удавалось. Но не это привлекло внимание Гермионы сначала. Крики. Душераздирающие, отчаянные, животные. Кричал Сириус. Рвался из рук Люпина и Кингсли, которые удерживали его и пытались что-то втолковать. Тонкс хватала дядю за лицо и что-то говорила ему, всячески пытаясь успокоить его. Но Сириус по-прежнему никого не слышал. Собственное горе оглушило его. Он вопил, рычал и рвался вперёд, а по его щекам текли слёзы. — ГЕРМИОНА! ГЕРМИОНА! — орал он, — ПУСТИТЕ МЕНЯ! ГЕРМИОНА! У Гермионы сжалось сердце от этих истошных криков. Рванув вперёд, она рассекла толпу, словно нож масло, и кинулась к Сириусу. — Я здесь! — закричала она, но её голос потонул в общем гомоне толпы. Её заметили только, когда она выбежала вперёд и бросилась к Сириусу. При виде неё Тонкс испуганно отскочила в сторону, словно Гермиона восстала из мёртвых. Сириус же не сразу осознал, что перед ним стоит Гермиона, и продолжил вырываться из удерживающих его рук. — Всё хорошо. Я здесь! — повторила Гермиона и взяла лицо Сириуса в ладони, приблизившись к нему вплотную. — Это я, Сириус. Посмотри на меня! Со мной всё хорошо. Сириус под её руками дрожал. Серые глаза потихоньку наполнялись осознанием. Римус и Кингсли медленно ослабили хватку, когда он перестал вырываться. — Гермиона? — дрожащим голосом, словно всё ещё не веря, прошептал Сириус. — Я здесь! — тихо заверила Гермиона, большими пальцами поглаживая лицо Сириуса и утирая его слёзы. — Со мной всё хорошо. Секунда. И Гермиона оказалась стиснута в железных объятиях. Она охнула, когда её ребра отчётливо хрустнули. — Гермиона. Гермиона, — зарываясь лицом в её волосы, Сириус продолжал шептать её имя, словно в бреду. Его руки нетерпеливо скользнули по её спине, лопаткам, талии и плечам. Будто Сириусу нужно было физическое подтверждение, что она здесь, с ним, что она в порядке. Зарывшись руками в её волосы, он сжал их на затылке и немного оттянул назад, чтобы заглянуть в её лицо. В его глазах всё ещё плескался безумный страх. — Какого чёрта, Гермиона?! Где ты была? — хрипло зарычал он в её лицо, — Я чуть с ума не сошёл! — Я... Прости, я... Но Сириус не дослушал. Зарычал, вжал её в себя и поцеловал. Грубо, горько и глубоко. Вокруг раздались изумлённые вздохи. Но Блэку было плевать. Он держал в своих руках ту, что давно заменила ему сердце, а весь остальной мир мог катиться к чертям.