Fading Bright Eyes Dark

      Лекса откладывала неизбежный неловкий разговор так долго, как только могла. У ее матери было три выходных дня подряд, но она должна была вернуться на работу рано утром следующего дня, где она будет на дежурстве вместе с Эбби. Пришло время. — Мам, можно с тобой кое о чем поговорить? — нервно спросила брюнетка, подходя к матери, которая складывала белье в хозяйской спальне. Они были единственными, кто остался дома, ее отец увез Эйдена из города на бейсбольную прогулку, а Аня была занята бог знает чем с Рейвен.       Айрис остановилась, складывая джинсы, отметив серьезный тон голоса дочери. — Конечно, — сказала она, опуская наполовину сложенные джинсы. — Мне стоит сесть? — поддразнила она, надеясь снять напряжение. — Возможно. — вздохнула младшая Вудс. — А, — ответила Айрис, ее улыбка исчезла. — Ладно. Пойдем на кухню.       Лекса кивнула, и они направились к кухонному столу. Именно там обычно проходили все самые серьезные разговоры.       Голова старшей Вудс была полна мыслей, когда они шли на кухню, остановившись на одной, которая заставляла ее особенно нервничать. Не из тех, кто ходит вокруг да около, она схватила Лексу за руку, как только они сели, и пристально уставились на нее. — Кларк беременна?       Честно говоря, Лекса совсем не была шокирована этим вопросом. Она спокойно покачала головой: — Нет, мам, — ответила она. — Я не собираюсь делать из тебя молодую бабушку. — Слава богу, — сказала женщина, положив руку на грудь. — Не пойми меня неправильно, мне нравится Кларк, но вы обе еще так молоды. — Знаю, — кивнула брюнетка. Она увидела возможность. — Мы обезопасились. — Это хорошо, что... — Айрис остановилась на полуслове, поняв смысл слов дочери. — Обезопасились?       Лекса медленно кивнула, а затем слова просто потекли из ее рта в виде группы обкатанных предложений. — Я подумала, что ты должна знать, потому что Эбби знает, и я не хотела ставить ее в неловкое положение, так как вы работаете вместе, и я не хочу, чтобы ей пришлось чувствовать себя неловко, потому что она мне нравится, и мне нравится Кларк. Я имею в виду, мне правда нравится Кларк. Я люблю ее. Мы обезопасились и взяли полную ответственность, мы обе были готовы и много говорили об этом. До. И после. Ну, в общем, Эбби, когда убирала мусор Кларк, увидела презервативы. Это на самом деле привело к довольно забавной истории, потому что Эбби сразу же подумала, что Кларк изменяет мне, потому что она все еще не знала, что я интросекс, поэтому у Кларк была паническая атака, она не знала, что делать, и я предложила ей просто рассказать обо всем матери. Поэтому теперь она в курсе того, что у меня есть пенис, и она знает, что мы занимались сексом. Теперь ты тоже это знаешь. Так что... Да. — Лекса наконец перевела дыхание.       Айрис сидела несколько мгновений, широко раскрыв глаза и моргая больше, чем обычно, разинув рот. Ее голова шла кругом от всей информации, которую только что вывалила ее явно очень взволнованная дочь. Лекса была не из многословных, но в такие моменты она, как правило, продолжала разглагольствовать без остановки. — Пожалуйста, скажи что-нибудь. — наконец нарушила молчание девушка, и Айрис поняла, что ей еще предстоит заговорить. — А что я должна сказать? — спросила она, искренне не зная, как реагировать.       Лекса облизнула внезапно пересохшие губы. — Не знаю, — тяжело вздохнула она. — Накричи на меня. Скажи, какое я разочарование. — Она опустила взгляд на свои колени и пожала плечами. — О, милая, — сказала женщина, понимая, как, должно было быть воспринято ее молчание. — Посмотри на меня, — Айрис ждала, что ее дочь сделает именно это. Она протянула руку и прижала ее к лицу Лексы. — Ты меня не разочаровываешь, понятно? Я не совсем понимаю, как отношусь к тому, что вы с Кларк занимаетесь сексом, но ты все еще моя дочь, и я люблю тебя. Я очень горжусь тем, что я твоя мама.       Лекса проиграла битву со слезами, и одна из капелек скатилась по ее щеке, пока не встретилась с рукой матери. Айрис вытерла ее большим пальцем. — Прости меня, мам. — Ш-ш-ш, не извиняйся, — сказала женщина. — Ты подросток. Все это — часть взросления. Но я думаю, что мне нужно поговорить с Эбби, прежде чем я приду к каким-то выводам или приму какое-либо решение. — А как же папа? — спросила брюнетка, чувствуя тошноту при мысли о том, что ей придется рассказать обо всем отцу. Он действительно потрясающий человек, но он невероятно защищал Лексу, особенно после инцидента в Вашингтоне. Поэтому сейчас девушка искренне не знала, чего ожидать, если он узнает, что она занимается сексом. — Я не думаю, что это то, что ему нужно знать, — вздохнула Айрис. — Мне не нравится хранить секреты от твоего отца, но я думаю, что в данном случае это к лучшему.       Лекса с облегчением кивнула. Она все еще волновалась и она будет волноваться, пока ее мать не поговорит с матерью Кларк, но она чувствовала, что с ее плеч свалился груз. — И когда ты хочешь поговорить с Эбби? — спросила младшая Вудс, надеясь, что это произойдет как можно раньше и быстрее. — Завтра? — Если мы найдем возможность поговорить во время наших смен, тогда да. Все зависит от того, насколько она занята.       Лекса кивнула, зная, что смены их мамы могут быть весьма разрозненными в плане графиков. — Я действительно люблю ее, ты же знаешь. — Да, я знаю, — сказала она. — Мне нравится Кларк. Она тебе подходит. Но мне нужно время, чтобы все обдумать, хорошо? — Когда Лекса грустно кивнула, женщина встала и обняла ее. — Я не сержусь, ясно? И у тебя нет поводов волноваться. Спасибо, что рассказала мне.       Лекса обняла маму в ответ и понадеялась, что в конце концов все наладится.

***

— Черт, Рейвен, ты пытаешься меня убить?       Рейес одарила обнаженную Аню самодовольной улыбкой, встав с коленей с пола своей спальни и положив голову между бедер девушки. Она вытерла рот тыльной стороной ладони, посмотрев на свою... (кем бы ни была для нее Аня) и легла на кровать.       Рейвен не ответила, просто стянула с себя остальную одежду (которая к тому времени состояла только из джинсов и нижнего белья) и оседлала стройные бедра Вудс, ее центр прижался к нижней части живота девушки.       Аня ахнула и распахнула глаза, тут же приподнявшись, чтобы поцеловать свою... (кем бы ни была для нее Рейвен).       Вскоре Рейвен задыхалась и кричала во власти волшебных пальцев Вудс, а затем рухнула на матрас, прерывисто дыша. — Расплата — она такая. — сказала Аня, лежа рядом с запыхавшейся девушкой. — Я чертовски люблю расплату, — пробормотала Рейес, сосредоточившись на том, чтобы восстановить дыхание. — Люблю трахаться. — Очаровательно. — сказала Аня.       Рейвен посмотрела на Вудс и легла на бок, лицом к ней. — Ну, если честно, мне просто нравится делать это с тобой. Мне не с чем сравнивать, но все же. — Вау, правда? Тебе стоило бы поработать над своими фразами для пикапа. — Говоря технически, зачем мне пикап, если я трахала тебя всю ночь? — Туше, — закатила глаза Аня. — Я больше не собираюсь здесь ночевать. — Ага... — сказала Рейвен, и на ее губах заиграла улыбка. — Серьезно, — настаивала девушка. — В прошлый раз это была случайность. Я была измотана работой над своей статьей. — Хорошо.       На несколько мгновений воцарилась тишина, пока Рейвен не потянулась и не выключила свет на прикроватной тумбочке. Было всего четверть одиннадцатого, но она была измучена. Если Аня захочет уйти, ей придется принять это.       Прошло еще несколько минут, и Рейес почувствовала, что засыпает, но Вудс, наконец, нарушила молчание. — Рейвен? — Голос Ани был мягче, чем Рейвен когда-либо слышала. — Да? — Ты мне нравишься. — Ты мне тоже. — Рейес улыбнулась в темноту.       В итоге, Аня разбудила ее только на следующее утро. Своим языком.

***

      Эбби просматривала послеоперационную карту пациента, радуясь, что молодой реципиент трансплантации сердца, казалось, восстанавливался довольно хорошо. Она посмотрела на часы и отметила время. Поскольку следующие два часа у женщины были свободны, сейчас было бы идеальное время, чтобы пообедать и провести пару исследований.       Она заворчала, когда вошла в больничную столовую, мысленно ругая себя за то, что забыла свой обед в холодильнике дома. Теперь ей придется довольствоваться тусклым салатом и сырым бутербродом. Отлично! — Доктор Гриффин, — Чей-то голос прервал ее сосредоточенность, когда она раздумывала, какой бутерброд выбрать: с тунцом, курицой или индейкой? Она подняла глаза и увидела Айрис Вудс, стоящую позади нее в очереди. — Здравствуйте, сестра Айрис, — улыбнулась Эбби. Она знала, что женщина хочет сесть и поговорить об их дочерях. По крайней мере, так она предположила, когда Кларк упомянула, что мама Лексы хотела побеседовать с ней. — Я слышала, что ты хотела поговорить. Полагаю, речь пойдет о наших дочерях? — Она остановила свой выбор на бутерброде с индейкой и двинулась дальше.       Айрис взяла свой сэндвич и кивнула: — Да. У тебя есть несколько свободных минут? — Конечно, — ответила Эбби. — Только давай пойдем в мой кабинет? Там мы сможем поговорить наедине.       Заплатив за еду, они направились в кабинет Гриффин на пятом этаже — новый для нее с тех пор, как она ушла с поста главы Кардио. Неделю назад в ее старом кабинете обосновался новый руководитель. Это был один из недостатков ухода в отставку, ведь прошлое место было огромным, с большими окнами от пола до потолка, которые выходили на горы. Там был отдельный душ и диван, достаточно большой и удобный, чтобы вздремнуть. Но здесь такого не было. Этот кабинет была достаточно просторным, с большим количеством естественного освещения из окон, но диван был маленьким, и тут не было отдельной ванной комнаты. Но все же это стоило того, чтобы чаще бывать дома. По крайней мере, здесь тоже был маленький столик с четырьмя стульями вокруг него, идеально подходящих для таких случаев, как этот. — Я так понимаю, вы в курсе? — спросила Эбби, как только закрыла дверь и обе женщины сели за стол. — Если ты имеешь в виду то, что наши дети занимаются сексом, то да, — кивнула Айрис. — Лекса рассказала мне вчера вечером. Она сказала, что не хочет, чтобы нам с тобой было неловко. — Что ж, очень мило с ее стороны. — Я думаю, она беспокоилась о том, что ты расскажешь мне. — добавила Айрис с легкой улыбкой. — Теперь это больше похоже рассуждение подростка, — Засмеялась Гриффин. Затем она вздохнула, и выражение ее лица стало более серьезным. — И как ты к этому относишься? — Честно говоря, я не в восторге. Не пойми меня неправильно, Кларк — замечательная девушка, и мне нравится, что она помогла вернуть прежнюю Лексу. Я просто волнуюсь. Ты знаешь о том, что случилось с ней в Вашингтоне? — Нет, не знаю. — покачала головой Эбби.       Айрис выглядела обеспокоенной. — Тогда я кратко поясню, — начала она. — На нее напали в раздевалке ее старой школы за то, что она была девочкой с пенисом, и дети, которые это сделали, никогда не подвергались судебному преследованию, потому что их семьи были видными политиками. Это действительно сбило ее с толку. Она провела в больнице неделю, а затем отказывалась выходить из дома еще три. Когда пришло известие, что никаких обвинений выдвинуто не будет, она впала в депрессию. Именно тогда мы и решили переехать, как только закончится семестр.       Эбби почувствовала острую боль в животе при мысли о том, что что-то подобное может произойти и с Кларк. Она даже представить себе не могла, какая там суматоха. — Боже... — только и смогла вымолвить женщина. — Когда Лекса начала учиться здесь, она паниковала, но когда она встретила Кларк и ее друзей в тот первый день, она все больше и больше стала походить на прежнюю себя. — Но ты беспокоишься о ней. — сказала Гриффин, полностью понимая ситуацию. — Я знаю, что Кларк хороший ребенок, — кивнула Вудс. — Они все хорошие. Я просто не вынесу, если моему ребенку снова будет так больно. — Кларк никогда бы не стала... — Знаю, — перебила ее женщина. — Я не имела в виду, что она может причинить вред Лексе. Я в целом. Все это сделало меня чрезмерно защищающей матерью, поэтому, услышав, что моя малышка занимается сексом, я хочу перейти в режим мамы-медведицы.       Эбби мягко улыбнулась ей: — Я понимаю. Но я знаю, что они все равно будут делать то, что захотят. Мы не можем это остановить. Они взрослеют. — Согласна, — кивнула Айрис. — Я просто хотела бы, чтобы она была в безопасности. — Поверь мне, я знаю это чувство, — ответила Гриффин. — Если ты не возражаешь, я спрошу, сколько тебе было лет, когда ты впервые занялась сексом? — Наверное, поэтому я так сопротивляюсь этому, — засмеялась Вудс. — Мне было двадцать один. Я училась в колледже. До тех пор у меня никогда не возникало желания с кем-нибудь переспать. У меня даже не было парней до девятнадцати лет. — Тогда это имеет смысл, — Эбби понимающе кивнула. — Лекса просто нашла кого-то раньше, чем ты. — А тебе сколько было? — Я познакомилась со своим покойным мужем Джейком, когда мне было двенадцать. До него я никогда ни с кем не встречалась. Мы впервые переспали на втором курсе, сразу после того, как мне исполнилось шестнадцать. Кларк родилась, когда мне было двадцать три, и я все еще училась в медицинской школе. — Я соболезную, — сказала Айрис. — О вашем муже.       Эбби печально вздохнула: — Я полностью понимаю чувства, которые испытывают Кларк и Лекса, потому что я была на их месте. Я наблюдала за ними и видела сходство с моими собственными отношениями с Джейком. Ты сказала, что Кларк подходит Лексе, но Лекса также подходит Кларк. Она описывает ее так, как мне никогда не удавалось. На следующей неделе Кларк пропишут противозачаточные, — сказала она, сделав паузу. — Я доверяю своей дочери. Она достаточно умна, чтобы знать, с чем может справиться. И я чувствую, что Лекса такая же. Хотя, очевидно, ты знаешь ее лучше, чем я. — Я тоже доверяю своей дочери, — понимающе кивнула Вудс. — Хотя это все еще трудно воспринимать. Я не думаю о ней как о почти взрослой, понимаешь? Она все еще моя маленькая девочка. — Думаю, так будет всегда. — улыбнулась Гриффин.. — Итак, что нам делать с нашими девочками?       Эбби решила быть абсолютно честной. — Я сказала Кларк, что только потому, что они сделали это однажды, не означает, что они должны продолжать это делать, но давай будем честны. Они не перестанут.       Айрис молча кивнула. — Итак, я сказал ей, что хочу, чтобы они были в безопасности, и я имела в виду не только противозачаточные. Я имела в виду, что не хочу, чтобы их застукали где-нибудь на заднем сиденье машины. — Так как же нам это остановить? — спросила Вудс. — Мы можем просто позволить им делать это под нашими крышами? — Я бы предпочла это, нежели темный переулок или дворы. — пожала плечами Эбби. — Полагаю, ты права, — глубоко вздохнула женщина. — Но у нас дома отец Лексы и Эйден. — Ну, у нас дома только я и Кларк, — сказала Гриффин. — Буду честна, я дала понять Кларк, что если они решат снова это сделать, то пусть запрут дверь в свою комнату, чтобы я ни на что не наткнулась. Я знаю, что это в значительной степени дало им зеленый свет, но... — Это лучше, чем темный переулок, — прервала Айрис. — Мне это не особо нравится, но ты права. — Мы должны позволить им вырасти. — Заче-е-ем? — спросила Вудс, в шутку застонав. — Круговорот жизни, моя дорогая подруга. — засмеялась Гриффин. — Сейчас я чувствую себя очень старой...

***

— Значит, твоя мама в значительной степени дала тебе разрешение, но мы можем делать это только здесь?       Лекса кивнула, ответив: — Она сказала, что это безопаснее, потому что, ну, мой отец и Эйден... А здесь только ты и твоя мама…       Кларк откинула голову назад и рассмеялась: — Должна признать, я никогда не думала, что у меня будет разрешение на секс, пока я учусь в школе. Это на самом деле происходит? — По сути, я не думаю, что это разрешение. Моя мама не в восторге от этого, но она знает, что не сможет запрещать нам. И она сказала, что доверяет мне, так что у нее не было особого выбора. — усмехнулась Вудс.       После этих слов блондинка поцеловала ее, прижимая к себе и кладя руку ей на затылок. Они сидели на кровати в комнате Кларк, дверь была закрыта (и заперта!). — Твоя мама очень волновалась из-за того, что ты можешь забеременеть? — спросила Лекса, немного отстраняясь. — Да, — кивнула Гриффин. — Она назначила мне встречу с врачом на следующей неделе, чтобы он выписал мне таблетки. А вчера она вернулась домой с этим. — Девушка открыла ящик тумбочки, чтобы достать презервативы, которые дала ей мать. — Боже мой, — рассмеялась брюнетка. — Это так неловко. Я все равно не смогу смотреть твоей маме в глаза в течение следующих нескольких месяцев... — Она уткнулась лицом в плечо Кларк, и руки блондинки тут же обвились вокруг нее, а губы дотронулись до виска. — Я так понимаю, твоя мама тоже была в шоке из-за этого? — Можно и так сказать, — пробормотала Вудс ей в плечо, поднимая голову. — Когда твоя мама должна быть дома? — спросила она с улыбкой на лице. — Поздно вечером. Она гуляет со своей лучшей подругой, наверное, напивается. — Отлично. — сказала Лекса и снова поцеловала Гриффин. — М-м-м, а что? — спросила Кларк, изображая чистуейшую невинность. — У тебя есть какие-то предложения? — О, нет, — небрежно ответила брюнетка, подняв бровь. Затем она откинулась назад и сняла футболку. — Просто, знаешь, хочу закончить домашнюю работу. Может быть, посмотреть какой-нибудь фильм на Netflix, — она многозначительно улыбнулась. — Или, может быть, раздеть мою девушку. — Я голосую за последнее! — сказала блондинка, снимая свою толстовку и отбрасывая ее в сторону. — Я надеялась, что ты это скажешь, — улыбнулась Лекса, немедленно вжимая Кларк в матрас и прижимая ее руки над головой. — Потому что часть этого плана включает в себя поклонение всему моему телу. — Она быстро поцеловала девушку. — Голова, — Поцелуй. — Шея, — Поцелуй. — Живот, — Поцелуй.       Кларк издала тихий стон, когда одна рука Вудс начала исследовать ее талию. Другой рукой она крепко держала запястья блондинки над ее головой. Гриффин почувствовала, что становится до смешного мокрой от этой новой стороны своей девушки. Она никогда не думала, что ей понравится подчиняться в постели, но подчиняться Лексе? Да-а-а-а! — Не двигай руками, — приказала брюнетка ей на ухо ровным и глубоким голосом. — Не двигайся вообще. Поняла?       Кларк послушно кивнула. Лекса отпустила ее запястья и расстегнула переднюю застежку темно-синего лифчика Гриффин, отодвинув чашечки в сторону и сразу же взяв в рот один из уже набухших сосков. Кларк ахнула, ее бедра выгнулись вверх в поисках облегчения. — Кларк, — сказала Вудс, поднимая голову с груди девушки. — Не двигайся. Иначе мне придется наказать тебя.       «Твою мать...» — подумала про себя блондинка, зажмурив глаза и сосредоточившись на выполнении команд. Ее нижнее белье было уже полностью испорчено. — Молодец. — сказала Лекса. Она подула холодным воздухом на влажный сосок Кларк, посмеиваясь над хныканьем, которое издала девушка, и подразнила горячими, влажными поцелуями ее торс, используя свой язык. — Лекса, пожалуйста, — простонала Гриффин. Ей потребовалось абсолютно все, что было в ее силах, чтобы не двигаться, особенно когда брюнетка переместилась между ее ног и прижала свою твердую длину к ее центру. — Я очень сильно возбуждена. — Неужели? — спросила Вудс, обсыпая живот невесомыми поцелуями. — Ты мокрая из-за меня? — Да, — закивала блондинка, и на ее лице появилась злая усмешка. — И я побрилась сегодня днем, так что я еще более гладкая, чем обычно.       Лекса, прижавшись к животу девушки, ахнула: — Черт, Кларк, — сказала она, заставив Гриффин победно улыбнуться. — Ты никогда не играешь по правилам, да? — Не тогда, когда меня пытают, — ответила она. — Серьезно, Лекс. Если ты не прикоснешься ко мне в ближайшее время, я взорвусь.       Вудс зарычала в живот Кларк и быстро занялась молнией ее джинсов. Она даже не стянула их, прежде чем сунуть руку в нижнее белье и... черт возьми. Мокрая. Кларк не лгала. — Черт... — простонала брюнетка, проводя пальцами по гладким пухлым губам. Ей нужно было увидеть, к чему она прикасается. Она вытащила руку и стянула джинсы и нижнее белье Кларк, прежде чем раздвинуть ее бедра и уставиться на деликатес. Девушка была влажной и блестящей, а свидетельство ее возбуждения буквально стекало на одеяло под бедра. Она видела, как на сиреневой ткани образуется темное пятно. — Ты просто будешь пялиться или, может, мне придется что-то с этим делать самой? — нетерпеливо спросила Гриффин, протянув руку вниз и проводя пальцами по внешним губам.       Лекса внезапно вспомнила о своей миссии. Она схватила блондинку за запястье и отдернула ее руку. — Я же сказала, не двигайся, — напомнила она. — В следующий раз мне придется наказать тебя. Серьезно.       Кларк всхлипнула и почувствовала, что стала еще влажнее, если это вообще было возможно. Она снова подняла руку над головой.       Лекса больше не теряла времени. Она встала и сняла с себя всю одежду, все время встречаясь взглядом с Гриффин. Когда она была обнажена, она легла на кровать, расположившись над блондинкой, чтобы снова поцеловать ее.       Кларк застонала в поцелуй. Ей очень хотелось схватить Вудс, притянуть к себе и умолять трахать ее до тех пор, пока она не сможет больше терпеть, но она сдержалась. Едва сдержалась, пока не почувствовала, как пах Лексы прижался к ее собственному.       Они обе ахнули, когда верхняя часть пениса брюнетки полностью соприкоснулась с влажным центром Гриффин, которая потеряла всю свою решимость. Ее бедра сами собой приподнялись вверх, но Лекса была слишком очарована ощущением обнаженной Кларк, прижатой к ее члену, чтобы беспокоиться. Она двигалась в такт толчкам блондинки, а головка ее члена терлась о клитор с каждым толчком. Это было не то, что она планировала, но это стоило того, чтобы сорвать весь план к чертям. И судя по звукам, которые издавала Кларк, она была полностью согласна.       Нарушая все правила, Гриффин обхватила ногами бедра Лексы и обняла ее за шею, целуя и двигались в тандеме. — Черт, малышка, — выдохнула она после особенно сильного толчка, который привел ее разум в овердрайв. — Мне так хорошо с тобой.       Лекса зарычала в знак согласия: — Но я должна быть осторожна, — простонала она. — Мне нельзя войти в твою киску. На мне нет презерватива.       Блондинка чуть не кончила от того, что Вудс употребила слово «киска». Она никогда не была поклонницей вульгарности, но услышав это от Лексы, ее колени ослабли, а нижняя часть сжалась от возбуждения. — Я знаю, — сказала она. — Тогда кончи на меня.       Лекса на мгновение остановилась, пребывая в легком потрясении. — Правда? — Я хочу попробовать. — кивнула Гриффин. — Могу я... Могу я кончить тебе на грудь? — Тебе действительно нравится моя грудь, да? — усмехнулась блондинка. — Ага. — улыбнулась девушка. — Хорошо, тогда позволь мне просто снять это, — сказала Кларк, слегка приподнимаясь, чтобы снять бюстгальтер, который Лекса оставила вокруг ее рук. Она отбросила его в сторону. — Можешь продолжать. — Но я хочу, чтобы ты закончила первой. — решительно сказала брюнетка. — О, это не займет много времени. — ответила Гриффин, уже чувствуя знакомое покалывание в конечностях при приближении оргазма.       Лекса двигалась осторожно, не желая случайно войти в Кларк без презерватива (потому что она знала, что сразу же кончит, будучи обнаженной внутри нее). Но она двигалась с большей скоростью, чем раньше, зная, что это было то, что нужно блондинке. Через несколько минут Кларк задыхалась и упиралась ногами в ее задницу, умоляя продолжать. — Только не останавливайся... — выдохнула блондинка, запрокинув голову, когда Вудс уткнулась лицом в ее шею. Гриффин вскрикнула, и брюнетка почувствовала, как из ее девушки вытекает еще больше жидкости, чем когда-либо. Это почти заставило ее кончить на том самом месте, но ей удалось сдержаться. — Черт, Лекса, — вздохнула Кларк, хватая ртом воздух. Ее центр все еще содрогался от толчков. — Теперь ты.       Брюнетку не нужно было просить дважды. Она схватилась за свою эрекцию, все еще невероятно скользкую от соков Гриффин, и начала качаться, двигаясь вверх по кровати, пока не оседлала торс девушки. Однако у Кларк были другие планы. Она отбросила руку Лексы, взяв ее член в свою ладонь и села поудобнее, беря в рот головку. — Кларк, — выдохнула Лекса, почувствовав, что начинает кончать. — Я близко... — предупредила она.       Блондинка откинулась назад и продолжала свои действия, пока Вудс не закричала, и струйки молочно-белой жидкости не выстрелили из кончика, приземлившись на грудь девушки.       Лекса чуть не потеряла сознание, увидев, как ее собственный член буквально капает стекает с соска Кларк. — О-о-о... — простонала она и положила руку на изголовье кровати, прежде чем потеряла равновесие от чистой силы своего оргазма и зрелища перед ней.       Кларк продолжал мягко качать рукой, пока пенис полностью не истощился и не начал размягчаться. Она притянула лицо Лексы к себе и крепко поцеловала. — Это была самая горячая вещь, которую я когда-либо видела, — сказала она в губы девушки. — Ты чертовски сексуальная. — Так и есть. — с улыбкой ответила брюнетка. — Мне нужен еще один душ. — поддразнила Гриффин.       Вудс отстранилась и виновато посмотрела на нее, пробормотав: — Прости... — Не стоит извинятся. Просто пойди со мной и помоги мне помыться. — В душ? — Ну, мы все еще одни, — кивнула девушка. — По крайней мере, у нас есть еще два часа, а я еще не закончила с тобой.