Fading Bright Eyes Dark

      Кларк снова отвела Лексу в «Звездное место», чтобы отпраздновать завершение всех их экзаменов. Это был школьный вечер четверга, так что у обеих девушек был комендантский час, поэтому они были в полном одиночестве. Было несколько человек на более популярных смотровых площадках с модными гамаками и платными телескопами, но Гриффин отвезла их в другое место, где не было абсолютно никого. Девушки не были настолько глупы, чтобы заниматься сексом или заходить слишком далеко в общественном месте, но, по крайней мере, они могли целоваться и не беспокоиться ни о ком другом.       Это место не слишком отличалось от первого, за исключением того, что в нем было несколько кресел из обработанного дерева, которые откидывались назад, давая сидящему в нем человеку хороший вид на небо. Что-то вроде тех шезлонгов на пляже, только без возможности изменения угла наклона. Кресла были приличного размера, и у девушек не было проблем с тем, чтобы удобно расположить их тела на одном из них, под тем же пледом, что и в прошлый раз.       Они лежали там пару часов, просто разговаривая, время от времени целуясь и находясь в объятиях друг друга. — Я вспоминаю о Короле Льве. — размышляла Лекса.       Кларк хмыкнула, промурлыкав: — Мне нравится вера Муфасы, — тихо сказала она. — О том, что звезды — это души тех, кто ушел из этого мира. Может быть, мой отец тоже там, наверху, смотрит на нас.       Вудс грустно улыбнулась своей девушке и нежно поцеловала ее в висок. — Держу пари, он очень гордится тобой. — прошептала она. — Я знаю, что он полюбил бы тебя. — улыбнулась Гриффин. — Ты так думаешь? — Ты умный и хороший человек, — кивнула блндинка. — И ты относишься ко мне с огромным уважением, делая меня по-настоящему счастливой. — Она собиралась это сделать. Она собиралась сказать Лексе, что любит ее. Прямо сейчас. — Я люблю тебя.       Только Кларк не успела сказать эти три слова. Лекса опередила ее.       Гриффин была ошеломлена, поэтому она начала смеяться. Брюнетка выглядела смущенной и немного обиженной. Боже, ей срочно нужно перестать смеяться. — Прости, — сказала она, вытирая слезу. — Я смеюсь не над тобой, а над ситуацией, — Наконец девушка взяла себя в руки и прижалась губами к губам Лексы. — Ты украла мою фразу. Я буквально только что собиралась это сказать, а ты... — Что? — Губы брюнетки дрогнули. — Я люблю тебя, — усмехнулась Гриффин, оставив еще один крохотный поцелуй на губах Лексы. — Даже несмотря на то, что ты украла мои слова.       Вудс соединила их губы в еще одном жарком поцелуе, на этот раз чуть более страстном, чем она планировала, но в данный момент ни одну из них это не волновало. — Скажи это еще раз! — потребовала Кларк, отстраняясь для переведения духа. — Я люблю тебя, — повторила Лекса, прижимаясь лбом ко лбу блондинки. — Я безумно люблю тебя, Кларк Джейн Гриффин.       Блондинка почувствовала, как ее глаза наполнились слезами, которые потекли по красным щекам, когда она снова поцеловала Вудс. — Не знаю, почему я плачу. — усмехнулась она, отстраняясь.       Лекса поцеловала Кларк в щеку, смахивая слезы с ее лица. — Надеюсь, это потому, что ты счастлива. — Определенно, — прошептала девушка, кивнув. — Я тебя люблю. — Я тоже тебя люблю.

***

— Ты же знаешь, что теперь мы официально старшеклассницы?       Кларк уставилась на Октавию через весь стол. — Ты права, — сказала она. — Господи, год до выпускного класса... Я чувствую себя очень старой. — Тебе семнадцать, — вклинилась Лекса. — Нам всем по семнадцать. — Да, — пожала плечами Гриффин. — Но в следующем году мы закончим школу и отправимся в колледж. — Она надулась, зная, что Лекса мечтала о футбольной стипендии в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, в то время как Кларк положила глаз на Нью-Йоркский университет. Хотя она все больше и больше думала о том, чтобы пройти предмедицинскую подготовку, так что, возможно, она все равно окажется в Калифорнии. Она все еще не была уверена, чем хочет заниматься: искусством или медициной, ведь ей нравилось и то, и другое. — Я не могу дождаться этого дня! — сказала Рейвен, сидящая рядом с Блейк. Она уже начала работать над текстом для заявления в колледж своей мечты с надеждой на полную стипендию. Кларк подумала, что она сойдет с ума, если отлучится от подруги.       Все четверо сидели за столиком местной пиццерии, празднуя официальное окончание учебного года. По традиции Октавия устраивала свою ежегодную ночевку, прежде чем они расставались на лето. Последние три года Рейвен работала вожатой в шестинедельном летнем лагере для детей из бедных семей, а семья Октавии проводила большие каникулы. Меньше чем через неделю они планировали поехать в Ирландию. Гриффин обычно оставалась дома одна на большую часть лета, по крайней мере, с тех пор, как умер ее отец, но у семьи Лексы тоже не было никаких грандиозных планов, кроме недельной поездки в Сиэтл, чтобы навестить всю семью в середине июля. Это было первое лето за долгое время, когда блондинка не будет скучать до безумия, ожидая возвращения своих друзей. У нее будет Лекса.       Что-то подсказывало ей, что этим летом все может быть по-другому, так как ее мать, казалось, придерживалась своего слова быть рядом с дочерью. Может быть, они снова отправятся в пляжный домик или куда-нибудь еще. Единственной плохой частью этого было бы упустить время, которое она могла бы провести с Вудс. — Я просто рада, что сейчас лето, — сказала Лекса. — Мне нравится в школе, но почему, черт возьми, здесь все начинается так рано? Мы начали учится в пол восьмого в Вашингтоне, а тут в семь утра. — Это связано с жарой, — сказала Кларк. — Многим студентам приходится проходить пешком более двух миль до школы, потому что округ слишком дешев, чтобы нанять больше водителей автобусов. А самая жаркая часть дня — после трех. Поэтому они заставляют нас заканчивать к двум. — Это так рано... — пробормотала брюнетка. — Я с тобой согласна, — закивала Рейес. — За то, чтобы больше спать! — Она подняла стакан со спрайтом вверх, и все присоединились к тосту.       Блондинка внимательно наблюдала за Лексой. Это был первый раз, когда она небрежным тоном упомянула о своей школе в Вашингтоне. Как будто воспоминания не отправили ее в темное место. В данный момент она смеялась над Рейвен, которая пищала над дополнительным куском сырной пиццы, который она запихивала в рот. Кларк любила этот смех. Она хотела бы слышать этот смех всегда.       Она не могла не улыбнуться своей девушке, когда та использовала нож и вилку, чтобы съесть пиццу. Остальные игриво дразнили ее, но Гриффин считала, что это было восхитительно. Лекса поймала ее взгляд со своей глупой улыбкой. — Что? — спросила Вудс.       Кларк, все еще улыбаясь, покачала головой: — Ничего, — ответила она. — Я просто не могу поверить, как мне повезло с тобой.       Лекса нежно поцеловала ее. Октавия издала звук «о-о-о» и положила руку на сердце. Рейвен поперхнулась и велела им снять комнату.       Она хотела рассказать Лексе о своих чувствах. И она собиралась найти время, чтобы сделать это этой ночью. Она не могла больше ждать.

***

      Несколько часов спустя друзья бездельничали в подвале Блейк, смотря фильм на Netflix. Кларк даже не могла сказать, какой именно фильм шел по телевизору — она не обращала на него никакого внимания.       Кларк и Лекса заняли мягкое и гигантское кресло в дальнем углу комнаты. Рейвен убедила Аню присоединиться к ним, и они разделили второе кресло, в то время как Октавия лежала на диване у противоположной стены. Она недовольно ворчала, что была единственной, у кого в данную секунду не было второй половинки, с которой можно было бы пообниматься, но Рейвен и Аня настаивали, что не будут обниматься (спойлер: они обнимались весь вечер).       Ноги Гриффин были перекинуты через бедра Лексы, их руки были переплетены, а одеяло полностью прикрывало их тела. Они были достаточно далеко от подруг, чтобы их не было слышно из-за звука фильма, поэтому в данный момент Кларк рассказывала Вудс о том, почему она ненавидит гинеколога. — Доктор была достаточно милой, — сказала она. — Но я не хочу, чтобы там был кто-то, кроме тебя. И было так холодно и неприятно! — Бедняжка, — рассмеялась брюнетка, откидывая волосы Кларк. — Она задавала тебе неудобные вопросы? — На самом деле нет, — она пожала плечами. — Просто слишком личные. Но в любом случае, теперь у меня есть таблетки, так что нам больше не нужно об этом беспокоиться. Ну, я имею в виду, как только они начнут действовать... — И как скоро это произойдет? — усмехнулась Вудс. — Через семь дней после того, как я начну их принимать, — ответила Кларк. — Но я не могу начать до первого дня следующей менструации. Она должна начаться примерно через неделю или около того.       Брюнетка взглянула на остальных и убедилась, что они полностью поглощены фильмом, прежде чем снова заговорить. Она повернулась к девушке и наклонилась к ее уху. — Значит ли это, что я скоро буду трахать тебя без презерватива?       Мгновенно мокрое. Таково было состояние нижнего белья Гриффин. Мысль о том, что Лекса войдет в нее без латексного барьера, возбудила ее почти до боли. Она сглотнула. — Врач сказала, что мы все еще должны использовать презервативы, чтобы предотвратить попадание инфекции, но я же не буду делать это с кем-то другим… — Она позволила себе замолчать, решив вместо этого поцеловать свою девушку.       Вудс удивила ее, отстранившись через несколько секунд — Я буду делать так, как тебе удобно, Кларк, — сказала она. — Потому что я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, Лекса. — довольно улыбнулась блондинка. Внезапно ей отчаянно захотелось, чтобы они были одни, в ее собственной спальне. Желательно голым. Она сказала об этом брюнетке, и та тихо застонала. — Ты нечестно играешь. — надулась Вудс.       Гриффин только усмехнулась и снова поцеловала ее. Она хотела, чтобы это был легкий, дразнящий поцелуй, но он быстро нарастал, пока Лекса не прикусила нижнюю губу девушки. Она невольно издала звук удовольствия, который привлек внимание всех остальных. — Эй, вы двое! — раздался голос Октавии, заставив их отпрыгнуть друг от друга. По телевизору с большим экраном шли титры. — Никакой порнухи в моем подвале. Особенно когда не у всех из нас есть с кем целоваться.       Кларк смущенно посмотрела на Блейк, удобно избегая зрительного контакта с Аней. — Упс? — Что? Ты припала к ее губам, Гриффин? — Рейвен вскочила с дивана. — Это особая атмосфера. — О, разве не руку Ани я видела у тебя в штанах под одеялом несколько минут назад? — подняла брови Лекса.       У Рейес действительно хватило порядочности покраснеть, но старшая Вудс выглядела самодовольной. Октавия схватила подушку и швырнула ее в Рейвен и Аню. — Перестаньте резвиться в моем доме! — закричала Блейк, и Кларк вдруг обрадовалась звукоизоляции комнаты. — Отвали, О, — сказала Рейвен. — Ты просто злишься, потому что Линкольн не может быть здесь, чтобы теребить тебя под одеялом.       Кларк хихикнула, а Лекса прикрыла рот рукой, чтобы сдержать смех. — Да пошла ты в задницу, Рейес. — проворчала Октавия. — Нет, спасибо, — усмехнулась девушка. — У меня уже есть кое-кто для этого.       Гриффин закатила глаза и посмотрела на Лексу, чтобы увидеть ее реакцию. Та лишь пожала плечами: — Так и есть. — пробормотала она, больше не шокированная Рейвен и ее отношениями с ее старшей сестрой. — Фу, — проворчала Октавия, встав и потянувшись. — Мне нужно больше нездоровой пищи и отдыха от вас, отвратительных животных. — Она направилась к лестнице, включив свет.       Романтический момент был решительно испорчен, блондинка вздохнула и тоже встала. — Я помогу тебе с едой. — Она быстро поцеловала Лексу и вышла из комнаты.       Аня тоже встала. — Мне нужно в туалет. — сказала она и вышла из комнаты.       Младшая Вудс тожже поднялась со своего места, чтобы потянуться, ее спина несколько раз хрустнула. Она любила Кларк и никогда бы не пожаловалась на то, что та лежала на ней, но ее тело очень сильно затекло.       Потягиваясь, она наблюдала, как Рейес села на диване, наклонив шею. Лекса вздохнула и села рядом с ней. — Ладно, что происходит между вами двумя? — спросила она, задаваясь вопросом, получит ли она от девушки больше ответов, чем от Ани. — Кто? Я и Октавия? Мы все время так шутим. Это все в шутку. — Нет, дурочка, — брюнетка покачала головой. — Ты и моя сестра.       Улыбка Рейвен померкла. — А-а-а... — протянула она. — Аня. — Да, она, единственная сестра, которая у меня есть.       Рейес на секунду отвела взгляд, затем пожала плечами: — Мы держимся непринужденно. — Непринужденно? — Да, — ответила Рейвен. — Ни одна из нас не ищет отношений. — Боже, вы двое уже в отношениях. Разве ты этого не видишь? — Нет. — запротестовала Рейес, но протест прозвучал слабо.       Лекса просто уставилась на нее. Она собиралась сказать еще что-то, но звук открывающейся двери ванной остановил ее. Аня прищурилась, глядя на девушек. — О чем вы говорите? — Ни о чем. — быстро отозвалась Рейвен, но Лекса была сыта по горло их игрой. Она встала и посмотрела на сестру. — Я тут говорила Рейвен, что вы двое не «держитесь непринужденно», — сказала она, сопровождая последние слова воздушными кавычками. — Рейвен, ты не можешь перестать говорить об Ане и о том, какая она потрясающая. Многое из этого я не хочу знать, например, насколько она хороша в постели, но есть и другие вещи, о которых тот, кто просто держит все в непринужденной манере, не будет говорить без остановки. И, Аня, ты притворяешься отчужденной, когда речь заходит о Рейес, но я никогда не видела, чтобы ты так загоралась, как когда она пишет тебе, или входит в комнату, или кто-то просто упоминает ее имя. Вы, две идиотки, уже в отношениях, и вам просто нужно вытащить головы из своих задниц и признать то, что вы нравитесь друг другу, чтобы мы все могли двигаться дальше и перестать притворяться, что вы не созданы друг для друга.       Закончив речь, младшая Вудс направилась в ванную и с громким хлопком закрыла за собой дверь, облегченно выдохнув. Она надеялась, что эти двое поговорят.       Рейвен уставилась вслед Лексе, широко раскрыв глаза и пытаясь угомонить свое бешено колотящееся сердце. Ее глаза встретились с глазами Ани, и она покраснела. — Ты говоришь о том, как я хороша в постели? — Это все, что ты запомнила из этой пламенной речи?! — вскрикнула девушка. — Я знала обо все остальном. — пожала плечами Аня. — Ты знала о том, что я постоянно говорю о тебе? — Ноги Рейес стали ватными. — Лекса сказала мне. — кивнула девушка. — Сплетница... — пробормотала Рейвен. — Она, между прочим, сказала, что ты, черт возьми, загораешься, как рождественская елка, когда кто-то упоминает обо мне. В чем дело, Вудс? — Это значит, что ты мне нравишься, тупица. — Ты только что сказала, что я тебе нравлюсь, но при этом оскорбила меня? — подняла бровь Рейес. — А это проблема? — вопросом на вопрос ответила Аня. — Только если ты не поцелуешь меня прямо сейчас.       Вудс так и сделала, притянув к себе девушку, положив одну руку ей на затылок, а другой обхватив за талию. — Значит ли это, что ты моя девушка? — прошептала Рейвен сквозь поцелуй. — Значит. — ответила Аня, растягивая слово с притворным негодованием в голосе. Но она улыбалась. — Наконец-то, блять!       Они отскочили друг от друга и посмотрели на дверной проем, где стояли Кларк, Октавия и Лекса с самодовольным видом. Именно Кларк была той, кто закричал и заставил их отпрыгнуть назад.       Блейк положила в рот попкорн, наблюдая за происходящим перед ней. — Никакого праздничного секса в этом доме. — сказала она. — Ладно, — Аня закатила глаза и снова повернулась к Рейвен. Выражение ее лица смягчилось, и она улыбнулась. — Мы закончим этот разговор позже. — Ладно, моя девушка, — сказала она с самодовольным видом. — Я голодна. Надеюсь, вы принесли чипсы и французский луковый соус. — Она подмигнула Ане, и все остальные застонали.       Подруги продержались примерно до трех часов утра, прежде чем сдаться и решить, наконец, поспать. Октавия произнесла всем последнюю угрожающую речь о том, чтобы не было никаких целований и обниманий в ее доме, прежде чем выключить свет. Блейк спала на своем диване, а Рейвен постелила одеяло на полу, и Аня, конечно, присоединилась к ней.       Кларк легла на дургой диван. Технически, это был первый раз, когда она смогла переспать с Лексой. (На самом деле просто поспать). Она сделала мысленную пометку спросить маму, как она отнесется к тому, что Лекса останется ночевать у нее, когда они перешли от политики открытых дверей к политике запертых дверей. — Я все еще хочу, чтобы мы были одни. — прошептала Гриффин на ухо брюнетке, когда они прижались друг к другу от быстро остывающего воздуха. — Ш-ш-ш, — сказала Лекса. — Не начинай того, чего не сможешь закончить.       Гриффин надула губы. Блондинка действительно не хотела заканчивать разговор, но она не собиралась искушать судьбу и навлекать на себя гнев Октавии. — Завтра, — сказала она. — Моя мама будет работать. — Теперь, когда вы двое выяснили, когда снова сможете потрахаться, ложитесь спать.       Девушки последовали раздраженной мольбе Октавии.

***

— Я думала, твоя мама работает. — сказала Лекса, когда Кларк подъехала к ее дому на следующее утро, около одиннадцати часов. Машина, которую блондинка никогда не видела, стояла на подъездной дорожке, и когда она открыла дверь гаража, машина ее матери была внутри. — Это то, что она мне сказала... — Гриффин нахмурила брови и схватила телефон, чтобы проверить, нет ли пропущенного сообщения. — Ой. Она написала мне несколько часов назад. Я не заметила, — Девушка открыла сообщение и прочитала его вслух. — Поменялась сменами с доктором Нельсоном. Дай мне знать, когда будешь дома. — Она посмотрела на Лексу. — Упс? — Кларк быстро ответила на смс ттем, что она уже около дома.       Вудс вздохнула. Вот и пошли их дневные планы к черту. Проклятье какое-то. Она глубоко вздохнула, пытаясь успокоить свое ранее возбужденное состояние, которое было вызвано отчасти грязными разговорами Кларк по дороге, а отчасти и ее собственным диким воображением. — Ну, мы все равно можем посидеть в моей комнате, — проворчала блондинка. — Полагаю, это нормально. — улыбнулась она. — Кстати, чья это машина? — спросила Лекса. — Понятия не имею, — пожала плечами девушка, однако у нее было неприятное чувство в животе. — Что, если… у моей мамы тоже планируется ночевка? — Господи. Ее мама с кем-то встречается?       Брюнетка бросила на нее обеспокоенный взгляд, озвучив мысли: — Как бы ты отнеслась к этому?       Кларк сглотнула комок в горле: — Не знаю, — тихо сказала она. — Ее не было рядом три года.       Вудс облизнула губы, обдумывая свой ответ. С одной стороны, три года можно считать большим сроком, но с другой, для Кларк три года были мгновением ока. Вместо того, чтобы говорить, она успокаивающе положила руку на бедро девушки, и, прежде чем та успела что-то сказать, телефон зажужжал. Кларк взглянула на дисплей и увидела новое сообщение от своей мамы. ЛЮБИМАЯ МАМА (10:57): >> Сделай мне одолжение, побудь на улице минутку. Я выйду к тебе.       Блондинка читала и перечитывала загадочное сообщение, прежде чем ее лицо превратилось в выражение отвращения, и она сунула свой телефон Лексе. — Это то, о чем я думаю?       Брюнетка прочитала смс и посмотрела на свою девушку с сочувствием. — Не факт... — пыталась рассуждать она.       Кларк уткнулась лбом в руль и застонала: — Да, точно. Моя мама с кем-то встречается. Меня сейчас вырвет. — Ладно, Кларк, — вздохнула Вудс. — Я люблю тебя. Правда люблю. Но тебе нужно повзрослеть. — сказала она заботящимся тоном; ее слова исходили из самого сердца.       Гриффин подняла голову и уставилась на девушку. — Прошу прощения?       Брюнетка повернулась к Кларк и положила обе руки на ее щеки, заставляя посмотреть прямо в глаза. — Я знаю, ты скучаешь по отцу. Само собой, ты скучаешь. Но то, что твоя мама встречается с кем-то другим, не означает, что она не скучает по нему или перестала его любить. Ты рассказывала мне, каким замечательным человеком он был. Разве он не хотел бы, чтобы она двигалась дальше и была счастлива? Три года — приличный срок для скорби.       Гриффин поймала себя на том, что эти слова ее успокоили. Брюнетка всегда умела ее успокоить. Она снова вздохнула: — Наверное, ты права, — пробормотала она. — Но я не буду называть его папой.       Лекса улыбнулась и покачала головой: — Никто от тебя этого не ждет, я уверена, — Она нежно поцеловала блондинку. Когда она вернулась на место, ее внимание привлекло какое-то движение, и, обернувшись, она увидела Эбби, идущую к машине с кем-то позади. — Мистер Кейн?       Кларк резко повернула голову в ту сторону, куда смотрела Лекса, открыв рот. — Какого хрена? — спросила она, сбитая с толку видом своего бывшего учителя по литературе. — Почему… как? — Теперь совершенно сбитая с толку, Гриффин толкнула дверь и вышла, чтобы встретиться лицом к лицу со своей матерью, которая теперь стояла прямо перед ней. — Почему мой учитель здесь? — спросила девушка, задаваясь вопросом, не было ли что-то не так с ее тестом. Или ее экзаменом. Неужели она плохо справилась с письменным экзаменом? Или, о боже, она провалила экзамен на аттестат, и учитель хотел завалить ее? Она чувствовала себя такой уверенной после того теста... Секундочку, результаты не будут опубликованы еще несколько недель. Так в чем же причина? — Ты встречаешься с моим учителем?! — Кларк, — начала Эбби, оглядываясь на неловко переминающегося с ноги на ногу мистера Кейна. — Я надеялась поговорить с тобой об этом в совершенно другой обстановке.       Младшая Гриффин почувствовала, как у нее начинает болеть голова. Она уже собиралась ответить что-то резкое, когда почувствовала, как Лекса схватила ее за руку. Она вспомнила, что девушка сказала ей в машине, и посмотрела на нее. Вудс ободряюще подняла глаза, и Кларк сжала ее руку, снова обращая внимание на мать. — Мне нужен кофе, — пробормотала она. — Галлон кофе. — Кларк, у тебя похмелье? — Нет, мам, у меня нет похмелья, — фыркнула блондинка. — Я просто слишком много ела и мало спала, и я чуть не наткнулась на свою мать, делающую бог знает что с моим учителем. Мне нужно много очень крепкого кофе, чтобы проснуться и все обдумать. — Она протолкнулась вперед и вошла в дом, прежде чем Эбби успела что-то ответить.       Лекса выглядела смущенной. Ей удавалось избегать мать Кларк последние несколько недель, и это был первый раз, когда она увидела ее лицом к лицу с тех пор, как та узнала, что она занимается сексом с ее дочерью. — Мне нужно, эм, ехать. — сказала она. Честно говоря, ей не хотелось возвращаться домой по утренней жаре и у нее не было велосипеда. — Не говори глупостей, — покачала головой старшая Гриффин. — Проходи в дом. Ты помогаешь ей сохранять спокойствие. А сейчас мы обе нуждаемся в этом.       Брюнетка кивнула и схватила оба рюкзака из машины, прежде чем направиться к двери. — Было приятно вас видеть, мистер Кейн. — неловко сказала она. — Мне тоже, Лекса. — ответил учитель, благодарный за резкую смену темы.       Вудс вошла внутрь в поисках Кларк. Она бросила их рюкзаки в прихожей и сняла кеды, прежде чем войти в кухню. Блондинка смотрела на машину учителя, пока вода в чайнике продолжала кипеть. — Привет. — сказала она, скользнув рядом с блондинкой. — Привет... — тихо отозвалась Кларк.       Между ними повисло молчание, но оно не было неловким или напряженным. Скорее, утешительным. Особенно, когда Лекса подняла руку, мягко проводя круги по спине Гриффин.       Кларк оживилась, когда чайник закипел. Она застонала от удовольствия, когда, наконец, сделала глоток кофе, и горячая жидкость вместе с присутствием Лексы наполнила ее душу.       Вскоре Эбби вернулась домой. Одна. — Кларк, нам нужно поговорить. — сказала она.       Девушка изучила свою мать поверх края огромной чашки кофе и ответила: — Да.       Лекса посмотрела на обеих Гриффин, раздумывая, стоит ли ей остаться или уйти. Кларк ответила за нее, поцеловав в щеку и ободряюще кивнув. — Встретимся наверху. — тихо сказала она. — Просто помни, что я сказал, хорошо? — мягким тоном ответила Вудс.       Блондинка снова кивнула, и Лекса оставила их, чтобы те поговорили. Кларк вздохнула и поставила свой кофе на стол, обхватив руками кружку. — Прости, если я перешла черту, — начала она, глядя в темную жидкость. — Я просто не ожидала такого.       Эбби села на один из высоких стульев и вздохнула: — Я не хотела, чтобы ты узнала об этом именно так, Кларк. — Так ты встречаешься с ним? — Это сложно, — ответила женщина, потерев виски. — Но, да, думаю, можно сказать, что мы встречаемся.       Плечи младшей Гриффин опустились, и она снова уставилась на свою кружку. — Я скорбила почти три года. — озвучила Эбби после нескольких минут молчания.       Кларк кивнула, но не подняла глаз. — Я собиралась рассказать тебе, — продолжила женщина. — Скоро. Я не хотела этого скрывать, но… — Она замолчала, грустно выдохнув. — Кларк, пожалуйста, посмотри на меня.       Девушка, наконец, подняла взгляд, встретившись взглядом с матерью. Она облизнула пересохшие губы и вздохнула: — Я знаю, что прошло почти три года, — начала она. — И я знаю, что это долгий срок, но мне просто нужно все обдумать. И, серьезно, мой учитель? — Я не знала, что он был твоим учителем до третьего свидания.       Кларк моргнула. Третье свидание? — И сколько у вас было свиданий? — Четыре, — быстро ответила Эбби. — После пятого я хотела тебе обо всем рассказать. — Но мой учитель, — повторила блондинка. — Он единственный, кто преподает с отличием. Я хотела пойти к нему через год. Боже, теперь мне придется взять того бездельника. Мама, я не попаду в хорошую школу. Мой средний балл будет... — Все, хватит, — перебила женщина, подняв руку. — Кларк, это не конец света. Тебе не придется пропускать занятия по литературе. То, что у нас с Маркусом отношения, никак не повлияет на тебя и твою учебу. — Наверное, — проворчала девушка. — Мне ведь не обязательно с ним тусоваться, правда? Потому что это так странно... Учителя должны существовать только в школе. Они не должны встречаться с мамами своих учениц.       Эбби встала и обошла стол, положив руку на щеку Кларк. — Я обещаю, что не заставлю тебя думать о нем, как о человеке с интересами вне школы. — Это отвратительно, — пробормотала младшая Гриффин, вздохнув. — Лекса высказала несколько хороших замечаний, так что я была готова принять все это, прежде чем увижу мистера Кейна. Так что теперь я просто чувствую себя странно. — Ну, он мне действительно нравится, так что тебе лучше привыкнуть к этому. — Я отказываюсь называть его папой. — прищурилась блондинка. — Принято к сведению, — кивнула Эбби. — А теперь, если ты меня извинишь, я пойду выполню кое-какие поручения. Будь осторожна.       Кларк закатила глаза. Новым любимым способом ее матери попрощаться, когда она оставляла их одних, было «будь осторожна». Она усмехнулась: — И ты тоже. — Она вышла из кухни прежде, чем Эбби успела ответить.       Наверху девушка обнаружила Лексу, листающую список фильмов на Netflix. Брюнетка тут же положила пульт, когда увидела заходящую в комнату Кларк. — Ну что там? — немедля спросила Вудс. — Что происходит между твоей мамой и мистером Кейном? Они встречаются? — Да, — кивнула Гриффин. — Но я не хочу об этом говорить. — сказала она, сняв рубашку. — Эм, — потрясенно прокашлялась Лекса. — Кларк, твоя мама... — Ушла по делам, — закончила девушка, расстегивая брюки. — У нас есть ограниченное количество времени, чтобы сделать это.       Брюнетка вздохнула и схватила Кларк за руки, когда та потянулись к ней, чтобы расстегнуть ее собственный лифчик. — Подожди, — сказала она. — Секс не заставит тебя чувствовать себя лучше.       Гриффин поняла, как это выглядит, и рассмеялась: — Лекса, я в порядке, — честно сказала она. — Я обещаю, что расскажу об этом и о том, что я чувствую, но немного позже. Просто я не шутила, когда сказала, что у нас ограниченное количество времени. И после прошлой ночи и сегодняшнего утра я чертовски возбуждена, — Она сняла лифчик и осталась в одних трусах. — Теперь ты займешься со мной сексом? Или мне придется позаботиться об этом самой? — она хитро улыбнулась.       Вудс встала и внимательно посмотрела на свою девушку, ища любые следы беспокойства. — Ты уверена, что с тобой все в порядке?       Кларк наклонилась, чтобы поцеловать брюнетку, умоляя продолжать. — Уверена, — сказала она. — Все это немного странно, и я немного испугалась, но я в порядке. Я просто очень хочу закончить то, что мы начали.       Брюнетка рассмеялась и поцеловала блондинку; ее мысли были сосредоточены на том, чтобы раздеться. — На тебе слишком много одежды. — сказала Кларк, прижимая Лексу к кровати и стягивая с нее майку.       Вудс ухмыльнулась и подняла руки, позволяя избавиться от одежды. Она стянула свой лифчик, когда руки Кларк потянулись к застежкам на ее джинсах. В мгновение ока они обе были полностью обнажены и лежали на кровати. Гриффин нависла над девушкой. — Я хочу кое-что попробовать. — сказала Кларк, протягивая Лексе презерватив. Пройдет еще две недели, прежде чем ее таблетки подействуют. — И что же? — спросила Вдус, разрывая пакетик и натягивая латекс на свой член, глядя на оскорбительный предмет и вспоминая о разговоре с Кларк прошлой ночью. Мысль о том, чтобы скользнуть в нее без презерватива, почти заставила ее кончить прямо там, в штаны. — Вот что. — сказала Гриффин, вытаскивая Лексу из ее мечты о том, чтобы трахнуть свою девушку без презерватива. Она подняла глаза и увидела, как блондинка встала на четвереньки, покачивая задницей и посылая Лексе хитрую ухмылку через плечо. — Воу... — выдохнула Вудс, увидев открывшееся перед ней зрелище. Задница Кларк была выставлена на всеобщее обозрение, здоровые округлости ее ягодиц представляли собой дразнящее зрелище. Лекса позволила своим глазам блуждать, а рот буквально наполниться слюной, когда она позволила своим глазам переместиться с ее задницы вниз к центру, скользкому от желания. Она знала, что зависла, но не могла пошевелиться, парализованная таким видом. — Лекса, — наконец прервала ее мысли Гриффин. Ее голос был грубым и хриплым от чистого желания. — Пожалуйста. Сделай это.       Эта фраза заставила брюнетку пошевелиться; рычание вырвалось из ее горла, когда она поднялась на колени и схватила Кларк за бедра. Она опустила одну руку, чтобы проверить свою готовность, задыхаясь от того, насколько чертовски влажной была девушку, погружая в нее два, а затем три пальца. — Я промокла еще утром, — выдохнула Кларк, словно прочитав мысли Лексы. — Ты мне нужна.       Лекса вытащила пальцы и сжала бедро блондинки, оставляя влажный след от пальцев на бледной коже. — Ты уверена, что хочешь этого? — спросила она, выпрямляясь и позволяя кончику своего члена дразнить ее вход. — Да, — простонала Гриффин. — Я хочу.       Брюнетка рванулась вперед, погрузившись почти на всю длину внутрь одним длинным толчком.       Кларк издала животный звук удовольствия и выгнула спину, раздвигая бедра, чтобы встретиться с девушкой. — Черт, Лекса, да! — выкрикнула она.       Вудс мгновенно просияла, заставляя себя сосчитать до десяти и пытаясь предотвратить надвигающийся оргазм, наблюдая, как ее длина исчезает в блондинке. — Лекса, быстрее... — попросила Гриффин спустя пару секунд. — Ты хочешь, чтобы я тебя трахнула? — спросила девушка, наклонившись над Кларк и приложив губы к ее уху. Этот момент толкнул ее еще глубже внутрь, заставив блондинку захныкать. — Да, — прошипела Кларк. — Сильнее.       Это все, что потребовалось Вудс, чтобы сломаться. Она приподнялась, впилась пальцами в сочные бедра и начала глубоко и сильно толкаться, внимательно наблюдая за Гриффин, чтобы оценить ее реакцию на подобную грубость. Если ее стоны, вздохи и выгибающаяся спина были хоть каким-то признаком, то ей это нравилось.       Это не были мягкие, робкие, интимные толчки, которые они уже пережили друг с другом. Нет, это было что-то совсем другое. Новый путь для исследования. Новая часть их отношений. Это был трах в чистом виде. Грубый, жесткий, греховный.       Они не шептали друг другу на ухо ничего сладкого. Никаких успокаивающих ласк. Им не нужно было убеждать друг другу, что все в порядке (потому что они уже знали, что это так).       Кларк ахнула и крепко зажмурилась, когда Лекса ворвалась в нее сзади. Она опустила грудь на кровать и подставила свой зад девушке, готовая отдаться полностью. Ее руки лихорадочно искали, за что бы ухватиться, и нашли что-то в изножье кровати, сжав так крепко, что костяшки пальцев побелели.       Она почувствовала, как ее внутренности начали покалывать от того, что, несомненно, должно было стать взрывной кульминацией, поэтому она опустила левую руку и обвела свой клитор, готовая кончить.       Когда Вудс поняла, что делает блондинка, она снова чуть не потеряла самообладание. Она притормозила всего на секунду, но быстро возобновила темп. — Я близко. — сказала Гриффин, и это было музыкой для ушей Лексы. — Кончай, — выдохнула Лекса. — Кончай, пока я трахаю тебя сзади. — Никогда брюнетка не думала, что она будет такой громкой, такой смелой в постели, но Кларк заставила ее захотеть сделать много вещей, о которых она никогда не могла подумать.       Прошло совсем немного времени, прежде чем Вудс почувствовала теперь уже знакомое трепетание стен Гриффин вокруг нее, когда ее оргазм приблизился, а затем накатил огромной волной. Кларк закричала, что кончает, и толкнулась бедрами в бедра Лексы, та тоже кончила, войдя так глубоко, как только могла, проливаясь в презерватив. — Мне нужно, чтобы ты сделала это со мной еще раз. — сказала блондинка, как только они обе отдышались. Вудс скатилась со спины и быстро избавилась от презерватива, завернув его в салфетку, которую Кларк нерешительно бросила на пол. Они разберутся с этим позже. — Сейчас? — спросила Лекса, украдкой поглядывая на свой теперь вялый пенис, лежащий на бедре Кларк. — Мне нужна минутка. Или пять. Мы вымотались.       Блондинка рассмеялась ей в плечо: — Не сейчас, — сказала она, слегка поморщившись от восхитительного жжения между ног. Ей однозначно нравилось это ощущение. — Сначала мне нужно прийти в себя.       Вудс слегка отстранилась и обеспокоенно посмотрела на девушку: — Я сделала тебе больно, да?       Кларк ободряюще поцеловала ее, улыбнувшись: — Нет, вовсе нет. Просто немного грубовато, но мне понравилось. Так что перестань волноваться.       Лекса вздохнула и кивнула. — Я имела в виду, я хочу, чтобы ты сделала это снова, как только мои таблетки подействуют. — объяснила Гриффин. — Что конкретно ты хочешь? — прищурилась Вудс. — Одна мысль о том, что ты войдешь в меня без презерватива, заставляет меня возбудиться.       Лекса зашипела от этих слов и почувствовала, как ее член начал твердеть. — Кла-а-арк, — простонала она. — Ты действительно этого хочешь? — Я не знаю почему, но это правда заводит меня, когда я думаю об этом, — кивнула девушка. — И как только я приму таблетку и она начнет действовать, я хочу, чтобы ты это сделала. — Но это же безопасно? — спросила Лекса. Она не хотела ничего так сильно, как заниматься сексом с Кларк без презерватива, но она также не хотела рисковать и стать родителем-подростком. — Пока я принимаю их по назначению, они эффективны на девяносто девять и девять процентов. И с твоим низким процентом было бы чертовым медицинским чудом, если бы одному из твоих пловцов удалось меня обрюхатить. Мы войдем в историю медицины. Врачи будут изучать нас, писали статьи и представляли нас на симпозиумах конференций, что означало бы для нас кучу денег, так что везде можно найти плюсы. — усмехнулась блондинка.       Лекса фыркнула от мысленного образа, созданного словами Кларк, а затем снова поцеловала ее. — Как же я тебя люблю, — сказала она с добрым смехом. — Даже когда ты совершенно нелепа. — Ты любишь меня из-за моей нелепости, а не вопреки ей. — засмеялась Гриффин. — У тебя нет доказательств! — запротестовала Вудс.       Кларк толкнула Лексу на спину и оседлала ее пресс; ее все еще мокрый центр плотно прижался к мышцам чуть ниже пупка девушки. — А разве мне нужно что-то доказывать? — спросила она, наклонившись вперед так, что их груди соприкоснулись. Ее бедра начали раскачиваться взад и вперед, создавая восхитительное трение о чувствительный клитор.       Брюнетка уже забыла, что пыталась доказать, притягивая Гриффин для нового поцелуя.