Дух Рождества

      Вернувшись в городской дом, Миранда изо всех сил пыталась найти фирму по оформлению рождественских украшений в такое позднее время, но продолжала набирать номер по желтым страницам, пока ей не повезло. Последняя древовидная компания на странице была отменена.       К предстоящим выходным будет установлена семифутовая ёлка, полностью украшенная яркими огнями, золотыми и серебряными шарами, и команда, доставляющая её, также украсит и добавит другие праздничные оборки и украшения в тех комнатах, которые выберет Миранда. Они явно привыкли обслуживать богатых людей, слишком занятых, чтобы ставить свои собственные ёлки и рождественские украшения.       Поначалу у Энди были большие проблемы с организацией развлечений для близнецов: все клоуны, фокусники и музыканты, казалось, были уже заняты, но потом она нашла причудливый веб-сайт с довольно загадочной на вид крупной афроамериканкой, которая утверждала, что зарабатывает на жизнь рассказыванием историй и работает с детьми в возрасте от восьми до двенадцати лет.       Она специализировалась на драматическом пересказе классических сказок и переодевалась в различных персонажей. Энди позвонила ей и попытался выяснить, насколько приемлемой она будет: «Эти яркие маленькие девчонки, и их друзья не по годам развиты. Вы справитесь с этим?»       Женщина, которая взяла себе смягчающее имя «миссис Патока», утверждала, что такого рода вечеринка была прямо на её улице. Она была квалифицированной учительницей начальной школы, и её проверяла даже полиция. Она могла бы предоставить рекомендации от других довольных клиентов. Энди сказала, что перезвонит ей через пару минут, и пошла посоветоваться с Мирандой. — Что ты думаешь об этом? — Ну, в любом случае это что-то другое, совсем не похожее на то, что было раньше и, по крайней мере, звучит не разрушительно. Надеюсь, в её выступлениях нет живых животных? Она же не приведёт сюда волка, чтобы рассказать историю о Красной Шапочке? — Нет, я в этом уверена. Она говорит очень по-матерински и вполне уверенно. — Тогда нанимай её. У нас всегда может быть под рукой несколько DVD-дисков, если всё будет плохо. — А как насчет еды наверху? — Все дети будут есть пиццу. Почему бы нам просто не заказать несколько коробок, которые будут доставлены ночью? — Хорошая мысль. Эй, вы могли бы спросить Софию, может ли бизнес её мужа обеспечить это. Немного дополнительной торговли не причинит ему никакого вреда, и они могут взять их с собой. Это может заставить его тоже прийти, если он не захочет. — Это хорошая идея. У тебя их так много, дорогая. — В любом случае, ответы теперь приходят густо и быстро. Салли, моя подруга из полиции, ответила и спросила, может ли она привести не только свою подругу, но и её мать, которая, по-видимому, всегда жалуется, что они оставляют её вне своего круга общения. — Да, конечно.       Миранда уже начала сбиваться со счёта, но дом был большим, и она могла бы при необходимости обслужить пятьдесят или больше человек. Но было что-то ещё, что она должна была сделать: заказать поставщиков провизии с небольшой командой официантов и официанток, чтобы подавать напитки и передавать блюда с канапе. Это была довольно трудоёмкая работой, но как только всё было готово, они смогли просто расслабиться.       Потом зазвонил телефон. Это был Джефф, ее бывший №1 и отец близнецов. — Привет, Мира, — так он обычно называл её с тех пор, как они впервые встретились, и ей было приятно слышать его голос. — Только что получил твоё приглашение. Я надеюсь, что мне можно будет спуститься вниз к взрослым, или всё же придётся остаться наверху с непослушными детьми? — Это полностью зависит от того, где, по-твоему, твоё место, — лукаво ответила Миранда. — Но я надеялась, что, если ты приедешь, то сможешь взять с собой Синди, чтобы мы все могли познакомиться с ней, и она сможет лучше понять близнецов. Кстати, как она поживает и когда у вас свадьба? — Джефф вздохнул: — Я сделал предложение, и знаешь, глупая девчонка отказала мне!       Миранда услышала шок в его голосе и явное обиженное удивление. — Почему? — спросила она. — Она говорит, что не хочет быть вдовой в тридцать лет или замужем за алкоголиком. Она хочет, чтобы я бросил пить, пока она не передумала. — Хорошо для неё. Но вы живёте вместе? — Да, на данный момент. Но она в отдельной комнате: говорит, что не может спать из-за моего храпа, и если я брошу пить, это улучшится, и она, возможно, впустит меня обратно. — Хорошо, приведи её на вечеринку. Я знаю, что вы сказали близнецам о её беременности, но, увидев Синди на четвертом месяце, вы могли бы вернуть их домой, помочь им осознать реальность того, что они называют в наши дни «смешанной семейной жизнью». — Ужасный термин, не правда ли? Но да, хорошо, рассчитывайте на нас. Хотя я завидую твоей Андреа. Она такая другая, такая нетребовательная. — Руки прочь, Джефф! Она занята. Но между нами говоря, иногда Андреа может быть очень, очень требовательной. Это одна из причин, по которой я её обожаю!       Они рассмеялись, и Джефф повесил трубку. Миранда была рада, что его девушка установила некоторые основные правила относительно его здоровья. Она беспокоилась об этом в течение многих лет.       Эмили в своей обычной эффективной манере смыла слезы, снова нанесла макияж и нашла имя и адрес Лили, а также номер телефона галереи, которой она управляла. Она также нашла Найджелу номер телефона и адрес Дугласа, и они оба планировали разыскать их вечером, прежде чем их предупредят. Это, конечно, было неправильно, как они очернили Энди, и это также трудно понять.       Эмили очень сильно переживала за свою подругу, но старалась не выплёскивать свою тревогу из-за Серены на поиски Лили. Она просто вышла из офиса за час до своего обычного времени, и прежде чем Серена успела устроить ей еще одну засаду с обвинениями в коридоре, взяла такси и поехала через весь город в Художественную галерею. Они избегали друг друга весь день.       Она последовала примеру своего отца в том, что ей всегда нравилась миссия, и эта была полностью положительной. Ей было интересно, каким будет оправдание Лили. Что ж, сейчас самое время это выяснить! Она расплатилась с таксистом и перешла улицу, где галерея была всё ещё ярко освещена и, очевидно, открыта для зрителей и клиентов.       Её сапоги на высоких каблуках застучали по тротуару, и она почувствовала себя ковбоем, готовым ворваться в дверь салуна и противостоять злодею. Её предположение, что она может быть более примирительной, чем Миранда, было забыто.