Дух Рождества

      Их вечеринка была очень напряженным временем для Миранды, но Андреа, яростно чихающая каждые двадцать минут или около того, когда она пыталась распутать то, в чём Дуглас барахтался, признаваясь ей, была в равной степени напряжена. У неё было так много друзей, с которыми она действительно хотела провести время, но большая часть её внимания в начале вечера была сосредоточена на нём.       В течение первого получаса он, казалось, снова и снова извинялся перед ней за что-то о Нейте и Лили, и за то, что Лили сделала или не сделала, и за то, что она сказала ему о том, что, по её утверждению, Энди сказала ей о нём. Всё это было уже слишком! Энди наконец извинилась и пошла пополнить запас бумажных носовых платков.       Больше всего на свете ей хотелось поговорить с Лили, но она не смогла найти её, когда вернулась. На этот раз Дуглас, подкрепившись шампанским, предпринял ещё одну, более успешную, попытку объяснить, почему она не видела их в течение шести месяцев. Он не хотел втягивать в это Лили, но другого объяснения не было. — Я не понимала почему, но Лили выдумала о тебе, что ты больше не хочешь быть рядом с нами, и что ты считаешь меня идиоткой, — она решила не цитировать настоящие слова Лили. — Но зачем ей это делать? Мы были лучшими друзьями с шести лет! — Вы должны спросить об этом Лили. Я думаю, она расскажет тебе, но это будет немного шоком. Боюсь, вам придётся взять себя в руки. — О Боже, с ней все в порядке? Она не больна или что-то в этом роде? — Нет, нет, с ней все в порядке. Энди, я просто хочу, чтобы ты знала: я была полной дурой, и мне очень-очень жаль. Я действительно хочу вернуться в твою жизнь и узнать Миранду получше, если ты позволишь. — Конечно! Я так по тебе скучала! Вот, подойди и обними меня.       И именно в этот момент Миранда увидела, как они оба обнялись и разрыдались вместе. Дуглас воспользовался одним из салфеток Энди. Он был мягким, как масло, но потом повеселел и, когда она оставила его с тарелкой икры и крекерами, выглядел вполне ободрённым.       Лили — совсем другое дело. Энди обошла все комнаты, безуспешно разыскивая её, и была почти в тупике. Конечно, Лили не ушла домой, даже не поздоровавшись с ней должным образом. Она пошла посоветоваться с Гарри, который достал из своего багажа флейту и играл с оркестром. — Гарри, ты видел мою подругу Лили, девушку смешанной расы в серебристом платье? Она ушла пораньше, пока вы стояли у двери? — Нет, но я видел, как она некоторое время назад спустилась в подземный гараж с Карой, чтобы принести ещё бутылок шипучки. Я подумал, что ей, возможно, нужно было покурить. — Спасибо!       Энди взяла с кухонной полки связку ключей и, следуя его указаниям, направилась в единственное место в доме, где можно было искать, — в подвальный гараж. Лили сгорбилась в углу, сидя на груде картонных коробок из-под напитков. Она выглядела очень несчастной. — Эй, Лили, что происходит? Я действительно не могла добиться от Дугласа никакого толка, кроме того, как он сожалеет о чём-то. Пожалуйста, давайте всё проясним. О чём он говорил?       В подвале было холодно и сыро. Андреа дрожала особенно от холода, поэтому она нажала кнопку на ключе от машины, и фары «Порше» загорелись. — Ну же, — настаивала она, — давай хотя бы устроимся поудобнее и согреемся. Давай сядем в машину и все уладим. Я так по тебе скучала. Скажи мне, почему ты вдруг возненавидла меня.       Лили вышла из своего угла и открыла пассажирскую дверь. Она скользнула на низкое кожаное сиденье и подождала, пока Энди присоединится к ней с другой стороны. Энди включила электричество и подняла решётку обогревателя. Затем она вытащила ещё три салфетки и высморкалась.       Лили начала говорить очень тихим голосом. — Это не объясняет, что произошло летом, но это действительно в основе всего этого, — она махнула рукой в сторону приборной панели. Энди чувствовала себя невежественной. — Хм? — Это. Тот факт, что ты ездишь на «Порше», просто так, без лишних вопросов. Ваша модная работа с подарками на 5000 долларов, небрежно брошенными в вашу сторону. Ты живешь здесь, на одной из самых шикарных улиц Нью-Йорка. Ты — подружка Миранды Пристли. Раньше ты была девушкой Нейта и могла менять команды, не шевелясь. Боже, Энди, неужели ты не понимаешь, что я чувствую из-за всего этого? — Что вы имеете в виду? Ты ведь тоже не влюбилась в Миранду, не так ли? — Нет, конечно, нет! Но мы с тобой дружим уже почти двадцать лет, и всё это время я любила тебя до безумия, в то же время меня снедала ревность к тебе, твоей идеальной семье, замечательной маме. Чёрт, Энди, у тебя даже был пони! Это грызло меня все эти годы, и это превратило меня в такую злую корову. — О, Лили, мне так жаль! — Андреа поняла не всё, но основные моменты. Мать-одиночка Лили всегда работала подолгу, просто чтобы сохранить их скромную крышу над головой.