Шлем, сливочное пиво и моего гэ, пожалуйста

      Ребята Ван Ибо уже любят, пусть бы и прошло с его прихода в школу чуть больше пары недель. Нет, даже не так. Ребята его обожают. Сейчас, когда прошёл первый наплыв восторженных почитателей, и Ван Ибо перестал шарахаться от каждой девушки, подходящей ближе чем на пару метров (после того, как того пять раз попытались поцеловать, двадцать семь — подбросить признания, один раз стащили мантию, и это всё в один день, Сяо Чжань уже не смотрел укоризненно на скейт в его руках).       Сам Сяо Чжань сидит на полупустых трибунах, кутаясь в пальто и утыкаясь носом в тёплый шарф, прячась от осеннего ветра, и наблюдает за тем, как вокруг наставника сбились в кучу его студенты.       После Второй магической в Хогвартсе были введены кураторы для каждого курса, независимые ни от одного факультета. А так как начались и общие интеграционные процессы, то в первую очередь на эти должности назначались иностранные волшебники и волшебницы, приглашаемые в качестве преподавателей со всего мира.       Так Сяо Чжань на втором году своего преподавания в Хогвартсе и оказался куратором неугомонного 4 курса четырех факультетов.       Кинув очередной взгляд на Ван Ибо, стоящего на продуваемой всеми ветрами площадке в одном свитере — мантию он скидывает ещё в начале занятия, когда заставляет проводить всех собравшихся на поле разминку и пробегать несколько кругов — Сяо Чжань поёжился. К чести Ван Ибо, он тренируется вместе с ними, и Сяо Чжань, как-то оставшийся посмотреть и набросать эскизы тренировок разных курсов, с изумлением проследил за тем, как и с пятым, и с шестым, следующими в тот же день, Ван Ибо проделал то же самое, только с постепенным повышением сложности.       — Зачем нам бег? — Донёсся до Сяо Чжаня пронзительный высокий голос, и он нахмурился. Альберт Драгоций, слизеринец из чистокровной семьи, был одной из самых больших заноз в его… деле. Удивительно даже, что начал возмущаться только сейчас.       Сяо Чжань с тяжёлым вздохом направился на поле: для того он здесь и находится, чтобы предотвращать и устаканивать конфликты. А в том, что сейчас именно он и будет, сомнения не возникало.       — Зачем нам бег? — Повторил вопрос Ван Ибо и, вскинув бровь, оглядел окружающую его мелочь, как бы предоставляя ответить на вопрос им самим. Ладно, ему и самому совсем недавно было четырнадцать, хотелось быть крутым и закладывать на метле мёртвые петли, чтобы трибуны ахали и вскакивали, одаривая любимого игрока аплодисментами. А вот бегать и заниматься не хотелось — но для этого у него всегда были танцы…       — Чтобы развиваться всесторонне? — Робко выдал кто-то из первого ряда, и Ван Ибо кратко кивнул, мимолётно улыбаясь приблизившемуся Сяо Чжаню.       — Ну и глупость, главное — летать! А всё остальное неважно!       — Для успешного игрока в квиддич нет слова «неважно», — хмурится Ван Ибо. — Важно всё. Или вы думаете, что Холихедские гарпии или Bangtan Boys только и делают, что летают? Да они даже выглядят соответствующе!       — Например? — Фыркает заносчиво Драгоций, и Ван Ибо, усмехнувшись, задирает свитер, напрягая мышцы пресса. Сдавленный выдох парней и тихий писк девчонок чуть не заставляют его закатить глаза, но терять лицо нельзя, и он только подмигивает Сяо Чжаню, который внезапно краснеет и быстро отворачивается.       — А у Чжань Сяо тоже такой? — Немедленно цепляется девушка — с Гриффиндора, кажется, Люта О’нил.       — А Сяо Чжань и не игрок в квиддич, — спокойно жмёт плечом Ван Ибо и слегка опирается на зависшую рядом метлу, хитро щурясь: — Он по-другому красивый.       Тут и там раздаются смешки, и вскоре они уже все вместе хохочут.       — Понял я, понял, — бурчит Драгоций-младший и насуплено смотрит на Ван Ибо, но всё ещё слегка красный Сяо Чжань, украдкой оглядывающий курс, замечает в глазах то же самое уважение и почти беззаветное обожание к новому тренеру. Покачав головой, он усмехается и отступает вновь в сторону трибун: с этой тренировки все определённо окончательно сдвинулось в лучшую сторону, и ему можно больше не морозить зад на трибунах.       Так и оказывается: Ван Ибо окончательно занимает своё место в рейтинге любимых преподов, и Сяо Чжань только посмеивается, глядя, как тот с переменным успехом спорит с Роландой Трюк о том или ином ходе игры или расположении игроков. Правда, посидеть на трибунах Сяо Чжань всё равно приходит.       А Ван Ибо — на его занятия.       Когда он впервые вдруг появляется в дверях кабинета по Всеобщей истории магии, воздухом давится половина класса, и Сяо Чжань в том числе. А тот как ни в чём ни бывало проходит на задний ряд, устраиваясь за свободной партой, и вынимает пергамент с писчими принадлежностями, заставляя Сяо Чжаня недоуменно хлопать глазами.       Сяо Чжань мягко улыбается этому воспоминанию, глядя, как проносится над полем этот Ван Ибо. Нелюдимый, зажатый, на поле и с детьми тот преображался до неузнаваемости. В нём словно вспыхивал огонь, и пусть он парочку раз довёл всё же учеников до слёз, заставляя раз за разом повторять одно и то же упражнение до лучшего результата, ребята и правда души в нём не чаяли. Видели, какой он, и тянулись следом, готовые трудиться за широкую радостную улыбку в ответ и победный клич.       Удостоверившись в том, что на поле порядок, Сяо Чжань всё же отправился в Хогвартс — его-то рабочее место было в первую очередь там, в тихом спокойном кабинете, который тоже с приходом Ван Ибо преображался в одно из самых ярких мест замка. Главное, что учебному процессу это только способствовало.       — А как же Георг Короткопалый? — Ещё через месяц парирует Ван Ибо, подскакивая с места и усаживаясь на спинку стула. Он машет в запале волшебной палочкой, рисует картинки прямо в воздухе. — Именно он первый пришёл к выводу, что затраты одной единицы магии…       — Да дело не в энергетических затратах, — восклицает Сяо Чжань, взмахом палочки заставляя смутные картины Ван Ибо преобразиться в прототип первой метлы. Сегодня у пятого курса урок по истории магических изобретений, и, конечно, стоило зайти речи о так любимых Ван Ибо летательных аппаратах, тот с пол-оборота вступил в спор. Сяо Чжань с радостью поддаётся на провокацию, возмущённо дуя щёки, и видит радостные лица ребят.       — Что тогда Вы, профессор, скажете о полётах на мечах, практикуемых в среде Орденов заклинателей? — Ван Ибо улыбается ехидно, глядя, как профессор замирает на месте.       — Расскажите!       — Расскажите подробнее!       — Профессор Сяо, а почему тогда в Китае тоже теперь летают на метлах?       — А вы летали на мече?       — А раньше…       — Тихо-тихо, — поднял руку Сяо Чжань и улыбнулся, качая головой. — Отвечу на все вопросы, но не разом. А ещё лучше — давайте спросим ученика Ван Ибо, почему так вышло, что полёты на мечах были вытеснены полётами на мётлах в 1870 году…       Ничего удивительного в том, что и эта лекция проходит интересно, и ученики после неё, хихикая, довольной стайкой выметаются в коридор, пока Ван Ибо помогает преподавателю привести кабинет в порядок.       — Мне показалось или тот парень с Когтеврана скоро переспорит не только меня, но и тебя? — Хмыкает Ван Ибо, устраиваясь задницей на парте и принимаясь болтать ногами.       — Это ты их научил с преподавателями спорить, — искоса смотрит на него Сяо Чжань, и вновь отворачивается, машет палочкой, составляя энциклопедии обратно в шкаф. — И на столе сидеть! Брысь!       — Не-а, — Ван Ибо облизывается и довольно щурится, но, увидев строгий взгляд, тут же выпрямляется и вдруг вздыхает: — Как думаешь…       — Что? — Перемена в настроении столь отчётлива, что Сяо Чжань тоже невольно настораживается и, подойдя ближе, устраивается на соседней парте, заставляя Ван Ибо сдавленно засмеяться.       — Кто бы говорил вообще… я хочу собрать команду.       — А? Интеллектуальную? Не хочу тебя огорчать…       — По квиддичу, Сяо Чжань! — Удивлённо фыркает Ван Ибо. — Как у нас с ребятами была, только… от школы.       — В смысле, со спонсированием от школы? — Уточняет Сяо Чжань и понятливо кивает. — А ваша команда…       — Не было там никакой тайны, — закатывает глаза Ван Ибо. — Ни несчастной любви, ни травмы, никто в лютого мертвеца не превращался, в Шаолинь не уходил… какие там ещё версии?       — Что, никто даже в Азкабан за распространение крови единорога не попал? — Наигранно недоверчиво прижимает руки к груди Сяо Чжань и хохочет, когда его бьют рукавом мантии по бёдрам.       — Нет! Тоже неверно! — Ван Ибо складывает руки на груди, делая попытку спуститься с парты. — Ну раз тебе неинтересно…       — Мне интересно, Бо-ди, правда, интересно, — чуть не падая, Сяо Чжань хватает того за рукав, не позволяя спрыгнуть на пол. — Чжань-гэ, — усмехается Ван Ибо и смотрит с интересом: мол, и так можно? Сяо Чжань медленно выпускает из рук чужую одежду и распрямляется, чешет смущённо нос и, откашлявшись, откликается.       — Бо-ди? Что ты придумал?       В глазах спрашиваемого на мгновение мелькает задумчивость, но тут же сменяется порывом вдохновения:       — Я устрою отбор на команды, чтобы создать две, в которые войдут лучшие из лучших! Я тут уже почти два месяца, успел прикинуть, кто сможет, так что практически уверен в успехе. А потом можно будет податься на Летний Чемпионат Мира для юниоров! Как тебе?       Ван Ибо чуть ли не подпрыгивает на месте, широко раскрыв глаза, и Сяо Чжань со смехом качает головой:       — За что бы ты не взялся с такой улыбкой, Бо-ди, тебя ждёт успех.       — Я серьёзно спрашиваю, Чжань-гэ! — Обиженно пинает его в голень Ван Ибо — слегка. И Сяо Чжань не отказывает себе в удовольствии подопнуть в ответ.       — Я тоже серьёзно, Бо-ди, — откликается он тихо и замирает с улыбкой, подаваясь чуть вперёд.       Звук распахивающейся двери заставляет их вздрогнуть, и Ван Ибо, спрыгнув с парты, смущённо завешивается отросшей чёлкой.       — Спасибо, профессор Сяо, за прекрасный совет!       Конечно, он им пользуется сразу же. Не то чтобы он был не уверен в том, что делает, но Сяо Чжань умел видеть то, на что другие не так часто обращают внимание. Так что, оставив за спиной заполняющийся следующим курсом кабинет истории магии, Ван Ибо помчался по коридорам к кабинету директора.       О том, что не знает пароль, он вспомнил лишь у самого входа и растерянно замер, когда стена разошлась, показывая ему профессор МакГонагалл.       — Ибо Ван? — Удивлённо вопросила она, удерживая в руке пергамент и глядя на него поверх очков.       — Я… хотел бы поговорить с директором по поводу соревнований по квиддичу, — решительно выпалил он, распрямляя плечи и вскидывая голову. Минерва МакГонагалл задумчиво хмыкнула, окидывая его взглядом, и кивнула на проход.       — Дерзайте, раз хотели, — и, ободряюще кивнув, поспешила дальше. Шагнув на ступени, Ван Ибо прикрыл глаза, вспоминая всё, что хотел сказать. На самом деле идея поучаствовать в Чемпионате пришла к нему ещё когда он держал в руках письмо с приглашением поработать в Хогвартсе наставником старших курсов. Там была упомянута и возможность составить команду, но сперва стоило ознакомиться с условиями, познакомиться с ребятами. А учитывая то, что сейчас и мадам Трюк согласилась с его доводами и программой тренировок…       Лестница вздрогнула и остановилась, передав свою дрожь Ван Ибо. Тот глубоко вздохнул, делая шаг к двери, занёс руку, чтобы постучать.       — Проходите, — холодный колкий голос. Дверь приоткрылась, и Ван Ибо решительно шагнул внутрь.       — Добрый день, профессор Снейп, — слегка поклонился наставник по квиддичу. Снейп отрывисто кивнул, окидывая его пронзительным взглядом, и отвернулся к столу с бумагами.       — С чем пожаловали?       — Я… хотел бы сформировать две команды для участия в Чемпионате мира по квиддичу для юниоров.       — И причём же здесь я? — Замерев вполоборота, Снейп вопросительно задрал бровь.       — Мне нужно разрешение на участие, подписание плана тренировок и финансирование команд, — уверенно выдал Ван Ибо, прямо глядя в чёрные глаза. «Не смотри профессору Снейпу в глаза, говорят…»       Тот вдруг усмехнулся, прерывая зрительный контакт.       — Занятно, — прокрутив в руках палочку, он задумчиво глянул на расправившего крылья феникса, и отрывисто кивнул: — Составите приличный план, смету и обоснование, почему именно две команды, будет вам разрешение и финансирование. Ну а нет…       Он пожал плечами, показывая, что в таком случае и говорить не о чем, и отвернулся к столу вновь. Длинноволосый старец на портрете весело подмигнул. Ван Ибо зачем-то подмигнул в ответ, и, поблагодарив, выскользнул из кабинета, лишь в коридоре позволив себе радостно подпрыгнуть, издавая победный клич.       — Сяо Чжань! — Ван Ибо влетел в гостиную, радостно улыбаясь, и Сяо Чжань мгновенно расплылся в улыбке, ожидая, что сейчас услышит. — Директор Снейп согласен!       — С чем согласен? — Удивлённо интересуется Юй Бинь, глядя, как ураган по имени Ван Ибо сжимает его друга в крепких объятиях. Нет, если бы друг был возмущён, Юй Бинь пошёл бы и против урагана, но широкая улыбка Сяо Чжаня намекала на полную взаимность и нахождение в оке бури. Что ж… Юй Бинь, привычно проигнорированный этим мелким гремлином, только вздохнул, понятливо переглядываясь с Сюань Лу.       — Чжань-гэ, — капризно протянул тот тем временем, устраиваясь на подлокотнике чужого кресла и заглядывая в глаза. — Пошли завтра в Хогсмид?       Сюань Лу, тихо-мирно сидевшая в своём уголочке, поперхнулась чаем.       Ван Ибо удивлённо оглянулся на звук, и, словно только заметив, что в гостиной находится не только Сяо Чжань, небрежно кивнул остальным коллегам, чтобы тут же вновь уставиться на Сяо Чжаня щенячьим взглядом:       — Ну пожа…       — Конечно, пойдём, — немедленно кивнул Сяо Чжань, представив, видимо, каким ещё образом Ван Ибо может начать его уговаривать, и даже погладил по плечу.       — Ты сам согласился, — мгновенно преобразился тот, хищно усмехаясь, и плавно поднялся с подлокотника. — Я зайду за тобой с утра! Всем доброго вечера!       И, кратко поклонившись, исчез за дверьми вновь.       — Ммм… — глубокомысленно промычал Невилл в свои карты.       — Луна в своём пятнадцатом доме — отличное время для свидания, — отвлечённо произнесла Полумна, приподнимая очки, и сквозь них глянула на мужа. Сюань Лу вновь переглянулась с Юй Бинем, отставила кружку, и… Сяо Чжань передёрнул плечами и подскочил с места:       — Пожалуй, пойду! Луна в пятнадцатом доме, сами понимаете…       — Пока в четырнадцатом!       Так быстро он не бегал ещё с Китая.       Ну Ван Ибо! Попадись только с утра! И ведь специально смылся!       — Чжань-гэээ, ну Чжань-гэ, — утренние звуки побудки напоминали звуки из Визжащей хижины. Вынырнув из-под одеяла, Сяо Чжань запустил в дверь отпирающим и рухнул на подушки обратно.       — Ты в порядке? — Стоило Ван Ибо ворваться в комнату, тон мгновенно сменился, и парень замялся у кровати, вглядываясь в лицо коллеги.       — Восемь утра, Мерлин тебя дери, Ван Ибо! — Простонал Сяо Чжань, успевший краем глаза глянуть на часы.       — А что, сам не справишься? — Невинно распахнул глаза тот, и тут же с хохотом отскочил, спасаясь от подушки карающей.       — Это выходной?       — Выходной.       — Это мой выходной?       — Твой выходной.       — Так какого тогда ты тут?       — Так я тоже твой.       — Ван. Ибо! — Сяо Чжань всё же нашёл в себе силы выскочить из постели, чтобы приложить наглеца более прицельно, но подушка врезалась в захлопнувшуюся дверь и с обиженным писком спикировала на пол. Из коридора послышался уже ставший привычным икающий смех, и Сяо Чжань обречённо застонал.       — Через пятнадцать минут у маятника, гэ! — Жизнерадостно оповестил весь замок о планах этот монстр, давая мужчине время смириться с несправедливостью жизни. И ведь сам согласился.       — Ну держись, пакость мелкая, — мстительно пробурчал Сяо Чжань, решительно подходя к шкафу и принимаясь придирчиво осматривать его внутренности.