Магия зелий: В поисках знаний

Поднимаясь из подземелий после урока зелий, Гарри думал о том, что только что произошло. Все пошло совершенно не так, как он себе представлял. Нет, он не чувствовал, что обижен, и не злился. Скорее пытался понять — что он сделал не так. Вроде все было нормально… Должна же быть причина. Профессор Снейп был строгим — это заметно сразу. Но разве не такой же была профессор МакГонагалл? Только вот с ней всё было понятно. Плохое поведение, невнимательность — замечание. Постарался — заслужил баллы и теплую улыбку. А у Снейпа… Гарри нахмурился, преодолевая последние ступени. Там было что-то ещё. Не простая строгость. И не ненависть — в этом он был почти уверен. Скорее… как будто профессор ждал от него чего-то другого. И уже с самого начала был недоволен. Но чем? Он снова и снова прокручивал в памяти урок: вопросы, ответы, снятый балл, выражение лица. Вроде бы ничего особенного. Но что-то не давало покоя. Дело не только в ошибке на уроке. Рон, конечно, был уверен, что всё предельно ясно. — Я же говорил, он ненормальный, — продолжил возмущаться он, едва они оказались в гостиной. — Просто терпеть не может гриффиндорцев. Зато, видел, как он на Малфоя смотрит?.. Гарри кивал в нужных местах, но слушал вполуха. Почему? Не «за что», а именно «почему». Он не чувствовал, что сделал что-то по-настоящему плохое. Да, не на всё смог ответить. Может мог быть немножко внимательнее. Но разве это повод для такой неприязни? — Выше нос, — подбодрил его Рон. — Фреду и Джорджу тоже не везёт на уроках Снейпа. Знаешь, сколько штрафов они у него получили? Слушай, а можно я пойду с тобой к Хагриду? Гарри снова кивнул. Мысли упорно возвращались к одному и тому же. Следующий час пролетел, а Гарри будто не слышал ничего вокруг. Шум в гостиной, чей-то смех, разговоры, шуршание страниц — всё проходило мимо. Он сидел, уставившись в огонь, и мысленно примерял предстоящий разговор с профессором, пытаясь угадать, как он среагирует. «А если он просто рассмеётся? Или отругает ещё сильнее? Или вообще скажет, чтобы я не тратил его время?» Гарри представлял, как Снейп посмотрит на него своим взглядом, который замораживал все внутренности. Сердце стучало быстрее. Что ему сказать? Стоит ли пытаться объясниться? Позже, за обедом, стало только хуже. Гарри машинально ковырял вилкой в тарелке, почти не чувствуя вкуса еды. Он смотрел куда-то мимо шумного зала и ловил себя на странной мысли: а с чего он решил, что может вот так просто пойти и задать вопрос взрослому? У Дурслей вопросы всегда были плохой идеей. Любые. Почему так, а не иначе. Почему нельзя. Почему с ним — так. Особенно про семью. Обычно они только злились, и всё заканчивалось окриками и насмешками. Он это давно усвоил. Раньше ему хотелось понять, почему его не любят. Почему Дадли получает всё, а он — нет. Один раз спросил — и больше не пытался. Никогда. Проще было молчать, соглашаться и делать вид, что всё равно. А теперь? Почему он решил, что здесь должно быть как-то по-другому? Снейп — взрослый. Строгий. Жесткий. И, судя по сегодняшнему уроку… почему-то его невзлюбил. С чего Гарри вообще взял, что профессор станет с ним разговаривать? Что не прогонит его, решив, что он наглец или выскочка? Эта мысль задела его. Он сжал кулаки на коленях и опустил взгляд в тарелку. Идея поговорить со Снейпом уже не казалась такой простой, как ещё пару часов назад. А может, ну его?.. Оставить все как есть. Гарри поднял взгляд. Рон рядом что-то жевал и одновременно рассказывал Симусу очередную историю. За столом было шумно, живо, весело. Он почти передумал идти в подземелья. Можно же просто присоединиться к остальным. Потом поиграть в шахматы с Роном, почитать. Ни о чем не думать. Сделать вид, что все в порядке. И всё же внутри оставалось упрямое ощущение: если он не попробует — так и не узнает.

***

Пустой класс зельеварения выглядел иначе. Слишком просторный. Слишком тихий. Гарри медленно прошёл между столами. Шаги казались громче, чем должны были. Поздно поворачивать назад. Дверь в кабинет была в глубине, за столом. Почти сливалась со стеной. Он был уверен, что по дороге сюда всё продумал. Что скажет. Как скажет. Даже с какой интонацией. Сейчас — в голове было пусто. Гарри остановился у двери и простоял так несколько минут, будто гипнотизируя ее, не решаясь постучать. В ушах так шумело, что всё вокруг будто утонуло. Он пытался собрать мысли, но они разлетались, как мелкие бусинки из шкатулки тёти Петуньи… «А вдруг он подумает, что я надоедаю?» — мелькнуло в голове. — «Или что я просто не понимаю элементарных вещей?» Он поднял руку… и не постучал. Секунда. Глупо. Сам же сюда пришёл. Он уже здесь. Развернуться сейчас — ещё глупее Гарри втянул воздух глубже и потянулся к двери. Первый стук получился таким тихим, что он еле услышал его сам. Рука задрожала, и он отдернул её, будто обжегся. От волнения сердце колотилось всё быстрее, ладони вспотели. Гарри затаил дыхание и прислушался — пытаясь уловить хоть что-нибудь. Но ответа не было. Нужно постучать ещё раз… только сильнее… но вдруг это будет слишком? Он оборвал эти мысли и снова прикоснулся к дереву. Ну всё… сейчас или никогда. Из-за дрожи стук получился глухим, но в этот раз достаточно громким. Колени предательски дрогнули. — Войдите! — резко раздалось изнутри. Гарри сжался, сердце подпрыгнуло в груди, и он… бросился прочь. Он не помнил, как вылетел из подземелий. Шаги отдавались эхом по коридору, дыхание сбилось почти сразу. Глупо. Глупо. Глупо! Он сбежал. Сам пришёл — и сбежал. Лишь отдалившись от кабинета на достаточное расстояние, он замедлил шаг. Гарри уже долго брел по коридорам, почти не разбирая дороги. Он в сотый раз прокручивал свою провальную попытку поговорить со Снейпом, каждый раз возвращаясь к одному и тому же. А если бы не сбежал? Или вообще не пошел? Зачем он это сделал? Может стоило просто махнуть на все рукой — как Рон? Все пошло совсем не так, как он планировал. Снова. И почему именно зельеварение? Мысли путались и злили ещё больше. Он шагал вперёд, не обращая внимания, куда идёт. Портреты, лестницы, темные проёмы — всё сливалось в одно размытое пятно, пока ноги сами не вынесли его к выходу из замка. В себя он пришёл только тогда, когда внезапно услышал: — Куда это ты направляешься? Гарри вздрогнул и остановился. Перед ним стоял Филч, подозрительно щурясь. В этот момент Гарри вспомнил, что его приглашал к себе Хагрид. А ещё — что он обещал взять с собой Рона. Он остановился возле завхоза и вежливо поздоровался: — Здравствуйте, мистер Филч. У нас на сегодня больше нет занятий. Меня пригласил Хагрид к себе на чай. Вообще, мы с Роном вместе собирались, только я не знаю где он сейчас… Я совсем забыл с ним договориться о встрече. На миг Гарри показалось, что Филч растерялся — его лицо будто стало не таким сердитым. Но через секунду он снова недоверчиво прищурился: — Ты знаешь вообще, куда идти то? А затем ворчливо добавил: — А то шастают где попало, ищи их потом после отбоя… Гарри почувствовал, как у него загорелись уши. Он ведь и сам только что бродил где-то и лишь чудом вышел в знакомое место. Опять забыл спросить у Перси про карту! Он опустил взгляд в пол: — Да, сэр. Знаю. Только, наверное, сначала поищу Рона в башне, раз уж обещал пойти вместе… — он задумался. — Мистер Филч, не подскажете, который час? — спохватившись, спросил Гарри, оглядывая вестибюль в поисках часов. Он ещё не умел вызывать Темпус. Хотя слышал от старшекурсников о таком полезном заклинании. — Без четверти три, — ответил Филч, достав из-за пазухи старые, но вполне рабочие механические часы. Гарри быстро прикинул в уме. — Тогда я, пожалуй, подожду Рона здесь. А то пока добегу до башни… Дорога только в одну сторону заняла бы минут пятнадцать. Бегом. — Ну-ну, — скептически хмыкнул завхоз, — некоторых людей ждать приходится очень долго… И ушел своей шаркающей походкой. В это время большинство студентов были на занятиях, поэтому в вестибюле было пустынно. Чтобы чем-то занять себя, Гарри начал осматривать все, что было вокруг него. Наверное, самым примечательным здесь были огромные песочные часы, отображающие баллы факультетов. Гарри подошёл поближе. Пока что с небольшим отрывом лидировал Рейвенкло — на дне их сосуда уже поблескивала аккуратная горка синих сапфиров. Ну, конечно. Вороны — умники и зарабатывают больше всех баллов. У Гриффиндора же на самом дне сиротливо лежало всего несколько рубинов. Обидно. Похоже близнецы опять попались на какой-то шалости. А может, один из этих камушков исчез как раз сегодня, в подземельях. Гарри закусил губу. У Дурслей за любую провинность его запирали в чулане. А что, если и здесь другие ребята решат, что Поттер приносит одни неприятности, и просто перестанут с ним разговаривать? Ему стало не по себе. Поёжившись, он снова вернулся мыслями к уроку зельеварения. Хотелось бы все-таки понять, что же с ним не так, раз учитель его так невзлюбил. Он тяжело вздохнул — надо было поговорить… Вокруг было тихо, если не считать тихих шушуканий портретов и лязга рыцарских доспех. Гарри казалось, что прошла уже целая вечность, а Рона все не было. Уточнив у проходившего мимо старшекурсника время, он понял, что опаздывает к Хагриду. Было семь минут четвертого, а ведь до него ещё нужно было дойти. Гарри начал нервничать. Он не хотел обижать ни одного из своих новых друзей. С одной стороны Хагрид ждал его и мог подумать, что Гарри передумал. С другой — Рон, который точно обидится, если он пойдет без него. Постояв ещё пару минут, Гарри решил потихоньку идти в сторону опушки, чтобы если что, Рон мог его догнать. С улицы пахнуло осенней свежестью, как только Гарри распахнул парадные двери. Он огляделся и увидел рядом с кромкой леса тоненькую струйку дыма из печной трубы. Похоже, Хагрид уже топил печь. Гарри направился в ту сторону и начал не спеша спускаться по утоптанной тропинке с холма. Он успел пройти почти половину пути, когда позади раздался громкий топот и крик: «Эй, Гарри! Постой!» Гарри остановился и, обернувшись, увидел запыхавшегося Рона. Тот едва добежал, тут же согнулся пополам, упираясь руками в колени: — Ты чего… уф… без меня ушел? Мы же договорились вместе пойти! — возмущался он, пытаясь отдышаться и одновременно поправить сбившуюся от быстрого бега мантию. — Да, но Хагрид позвал к трем, а сейчас уже больше… Я тебя ждал-ждал… долго, но потом… — внезапно Гарри что-то заметил и показал пальцем на мантию друга, — У тебя тут пуговица не так застегнута. Ну так вот… потом, я побоялся, что он обидится, и решил идти потихоньку. Ты где пропал то? — Да я играл в плюй-камни с Симусом, а когда вспомнил о встрече было уже почти три! Так ещё и эти лестницы дурацкие! Я несколько раз попадал не туда, один раз даже потерялся… — начал беспорядочно и взахлёб рассказывать Рон, а потом возмущенно добавил. — Я бежал со всех ног! А ты… я думал ты зайдешь в гостиную и вместе пойдем. Ещё друг называется! Гарри растерялся. Ну и как ему надо было поступить? Он никогда раньше не оказывался в такой ситуации. У него и друзей-то раньше никогда не было. Никто не звал его в гости, никто не хотел составить ему компанию. Он всегда был один… Но Рону похоже и не нужен был ответ. Кажется, ему достаточно было просто выговориться. Он наконец-то сумел восстановить дыхание. — Ну что, идём? — напомнил Рон, вопросительно глядя на приятеля, и шагнул вперёд первым. — А, да, конечно, — слегка растерянно ответил Гарри и поспешил за ним вниз по тропинке. Хижина Хагрида стояла у самого края Запретного леса — невысокая, сложенная из тёмных брёвен, будто пыталась слиться с деревьями. Над дверью висели охотничий лук и старые галоши — странное соседство… Едва Гарри постучал, как изнутри раздался яростный скрежет когтей по дереву и оглушительный лай. Дверь задрожала под чьим-то напором. — Назад, Клык! Назад, кому говорю! — прогремел знакомый бас. Щель приоткрылась, и в проёме показалось широкое, заросшее густыми волосами лицо Хагрида. Почему-то в эту дверь постучать оказалось куда легче. — Заходите, — пригласил Хагрид. — Назад, Клык! Хагрид пошире распахнул дверь, с трудом удерживая за ошейник огромную чёрную собаку. Как называется эта порода, Хагрид не знал, хотя и пояснил, что с такими собаками охотятся на кабанов. Гарри огляделся. Комната была всего одна, и казалось, что всё в ней немного великовато — как и сам хозяин. Под потолком тянулись верёвки с подвешенным мясом и дичью; от них тянуло терпким, чуть копчёным запахом. В камине потрескивали поленья, и от разожжённого очага по комнате разливалось тепло. На огне шумно закипал медный чайник. В углу стояла тяжёлая кровать с пёстрым одеялом, будто собранным из десятков разных лоскутков. — Вы… э-э… чувствуйте себя как дома… устраивайтесь, — сказал Хагрид, отпуская Клыка, который кинулся к Рону и начал лизать ему уши. Было очевидно, что этот огромный пёс, как и его хозяин, выглядел куда опаснее, чем был на самом деле. — Это Рон, — сказал Гарри. Хагрид уже суетился у стола, разливая чай по чашкам и выкладывая на тарелку кексы. По звуку было ясно: они твердые почти как камень, и Гарри сразу понял — свежими их точно не назовёшь. — Ещё один Уизли, а? — спросил Хагрид, глядя на веснушчатое лицо Рона. — Я полжизни провёл, охотясь на твоих братьев-близнецов. Они всё время… ну… пытаются в Запретный лес пробраться, а мне их ловить приходится, да! Такими кексами запросто можно было сломать зубы, поэтому Гарри на всякий случай окунул свой в чай. Рон рядом, после провальной попытки откусить, тоже последовал его примеру. Клык тем временем, окончательно освоившись, подошёл ближе и без церемоний положил тяжёлую голову Гарри на колени. От этого мантия почти сразу стала влажной — пёс шумно сопел и время от времени пытался лизнуть ему руку. — Он безобидный, — успокоил Хагрид, бросив взгляд через плечо. — Просто любит гостей… по-своему. Рон тихо хихикнул, наблюдая, как Гарри пытается одновременно удержать кекс, чашку и навалившегося на него Клыка. Неловкость как-то сама собой рассеялась. Гарри и Рон взахлёб принялись рассказывать Хагриду о первых днях в школе — о занятиях, лестницах, которые вечно ведут не туда, и о том, как легко можно потеряться в замке. Хагрид слушал с явным удовольствием, время от времени громко хмыкал или качал головой. — А, Филч-то вас ещё не замучил? — усмехнулся он вдруг. — Старый брюзга… Рон фыркнул, а Гарри невольно улыбнулся. Ему вспомнилась сегодняшняя встреча с завхозом, и он подумал, что тот не такой уж и плохой на самом деле. — И кошка его, миссис Норрис… — продолжил Хагрид, поморщившись. — Вот уж за кем глаз да глаз нужен. Стоит мне в замок зайти — она уже тут как тут. Ходит следом, вынюхивает всё. Не спрячешься от неё… чует, как ищейка. Это он её натаскал, не иначе. Клык в этот момент особенно усердно ткнулся носом в руку Гарри, будто подтверждая слова хозяина, и тот тихо засмеялся. Разговор шёл легко, но в какой-то момент сам собой перешёл к сегодняшнему уроку зельеварения. Гарри помрачнел и уставился в свою кружку, стараясь не выдать этого. — А вот Снейп — это вообще… — вдруг сказал Рон, закатывая глаза. — Он с первого же занятия начал снимать баллы! И, конечно, с Гарри. Гарри неловко повёл плечами, будто хотел отмахнуться от темы. — Да ладно… — пробормотал он, не поднимая взгляда. — «Да ладно»? — возмутился Рон. — Да он к тебе придрался! Я же видел! И вообще, он только и делает, что снимает баллы с Гриффиндора! Гарри молчал, глядя в кружку и медленно проводя пальцем по её краю. — Ещё и глазами сверлил, будто ты уже виноват, даже если ещё ничего не сделал, — продолжил Рон, всё больше распаляясь. Гарри чуть заметно вздрогнул. Ему было неловко прямо жаловаться, но вдруг захотелось спросить совета. — Хагрид… — тихо сказал он, всё ещё не поднимая взгляда. — А он… он всегда такой? Он помедлил и добавил: — Я просто… не очень понял, что сделал не так. Хагрид почесал затылок, слегка смущённо улыбнулся и ответил мягко: — Э-э-э… Ну… он строг, да. Но строг он ко всем, не только к тебе. — Правда? — Гарри слегка приподнял взгляд. — Правда, правда, — сказал Хагрид, покачав головой. — Просто у него свой способ… ну… объяснять, если можно так сказать. Не переживай, Гарри. Ты постарайся, а остальное… ну, оно само как-нибудь будет. Он внезапно очень сильно заинтересовался содержимым своей огромной кружки, прикрывшись ею чуть ли не до самых глаз. Гарри показалось, что лесничий как-то слишком поспешно замял разговор, а его взгляд на мгновение стал виноватым, будто он знал что-то еще, но пообещал себе держать язык за зубами. — Ну-ка, берите еще по кексу! — громыхнул Хагрид из-за кружки, явно стараясь замять неловкость. — А то Клык всё сам съест, глазом не моргнете! Гарри послушно взял еще один твердый, как булыжник, кекс, но внутри поселилось странное чувство. Хагрид явно что-то недоговаривал. И это «что-то» было куда важнее, чем просто строгость учителя. — А как там твой брат Чарли? — вдруг поинтересовался Хагрид, повернувшись к Рону. — Мне он жутко нравился: уж больно хорошо он со зверьём умел обращаться. Гарри заметил, как резко свернул с темы Хагрид. Так делала тетя Петуния, когда с фальшивой улыбкой сплетничала с соседками через забор, не желая отвечать на неудобный вопрос. С Гарри она так не церемонилась — просто обрывала его или отмахивалась, но сейчас её повадки вдруг проступили в неловкости великана. Пока Рон увлеченно рассказывал о Чарли, который теперь работал с драконами в Румынии, Гарри задумчиво скользил взглядом по столу — от опустевшей чашки размером с маленькое ведро к тарелке с кексами, чайнику… И тут он зацепился за газетный листок под чехлом для чайника. Гарри осторожно вытянул его. «ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ О ПРОИСШЕСТВИИ В БАНКЕ «ГРИНГОТТС». Гарри быстро пробежал глазами текст. Тридцать первое июля… Сейф оказался пуст… Владелец забрал содержимое утром того же дня. Он вспомнил, как в поезде Рон рассказал ему о том, что кто-то пытался ограбить «Гринготтс», но Рон не назвал дату. А теперь… В памяти тут же всплыл тот день. Хагрид в своей огромной шубе, маленький сверток в грязной бумаге, который он с видом заговорщика сунул в карман, и его слова о том, что это «секретное дело Хогвартса» — Хагрид, — удивлённо позвал Гарри. — Смотри, тут написано про «Гринготтс». Ограбление произошло в мой день рождения. Мы ведь как раз были там в то утро! Хагрид внезапно поперхнулся чаем и издал странный утробный звук. Он принялся шумно прихлебывать из своей кружки, сосредоточенно изучая что-то на её дне и старательно не глядя на ребят. — Э-э… ну, бывает, да… Гоблины — они разберутся, Гарри. Ты лучше кекс ешь, а то совсем худой, одни очки остались! Великан явно не хотел об этом говорить. Он даже на Гарри не смотрел, всё подсовывал и подсовывал эти каменные кексы. — Спасибо, Хагрид, — вежливо ответил Гарри. Он послушно взял один, чтобы не обижать лесничего, но к еде не прикоснулся. В голове уже крутились мысли. Значит, тот сверток — это что-то важное? Раз грабители полезли в пустой сейф, они искали именно его. И если в банке стало небезопасно, то где он спрятан теперь? Хагрид говорил, что «Гринготтс» — самое надёжное место после Хогвартса. Значит ли это, что тот свёрток теперь здесь? Запретный коридор? Когда они с Роном шли обратно в замок, вечерняя прохлада приятно освежала лицо. Рон что-то весело болтал, похлопывая себя по карманам, набитым каменными кексами, а Гарри чувствовал себя так, будто он случайно нашел детальку от пазла, который никто не собирался ему показывать. Встреча с Хагридом оставила странное чувство. Сначала — разговор про Снейпа, который Хагрид так быстро замял. Теперь — этот сверток. Кажется, взрослые в Хогвартсе только и делают, что хранят секреты. Гарри посмотрел на темнеющий замок. Он вспомнил лицо профессора Снейпа в кабинете — серьезное, сосредоточенное. Интересно, а Снейп тоже знает про это ограбление? — Эй, Гарри, ты чего застрял? — окликнул его Рон, который уже ушел вперед. — Пошли скорее, а то всё самое вкусное на ужине разберут! — Иду! — отозвался Гарри, прибавляя шагу. Ему было немного не по себе от всех этих тайн, но в то же время… это было безумно интересно. Куда интереснее, чем пересчитывать дырки на старых джинсах Дадли в своем чулане.

***

— Войдите! Тишина. Северус нахмурился, не поднимая взгляда от бумаг. Прошла секунда. Затем ещё одна. Никто не вошёл. Зато за дверью послышалась тихая возня и быстрые удаляющиеся шаги. Он резко поднялся и распахнул дверь магией. Пусто. Лишь край школьной мантии мелькнул в коридоре. — Инфантильные идиоты… Раздражение вспыхнуло — и почти сразу погасло. Это не было похоже на обычную выходку. Слишком тихо. Слишком… осторожно. Северус ещё мгновение смотрел в пустой класс, затем устало провёл ладонью по лицу и, захлопнув дверь, вернулся к столу. Работы. Флаконы. Подписи. Взгляд невольно зацепился за один из них. «Поттер». Он задержался на нём чуть дольше, чем собирался. …слишком тихий для сына Джеймса.