Среди мёртвых и живых

– А неплохо вы тут устроились, – присвистнула Диана, обводя взглядом стол, – вот буржуи! А ещё говорят, что работники медицины мало получают. – Да я можно сказать весь год откладывал, чтоб перед любимыми коллегами проставиться, – широко улыбнулся Валера, – всё-таки день рождения только раз в году. – Даа, – продолжала глумиться Диана, – с такой поляной частые пьянки не потянуть, енто факт. Вон, даже Светлана Яковлевна из своей берлоги вылезла, – девушка махнула рукой в сторону двери, – здрасьте! – Привет, шутница, – улыбнулась Сурганова, поднимая руки с бутылками конька, и, подойдя ближе, обняла Валеру, не выпуская самое ценное из рук, – с днём рождения, дорогой! Расти большой, не будь лапшой. В качестве презента дарю тебе аж по четыре звезды на погоны. – Свет, откуда такая роскошь? Так и скажи, что ограбила ликёро-водочный. – Настоящие леди не выдают своих секретов, – подмигнула Света. Диана на пару секунд зависла, наблюдая за такой Сургановой. Сейчас она меньше всего была похожа на сурового, неразговорчивого патологоанатома, какой казалась в первые дни их знакомства. Света, кажется, умудрилась заполнить собой пространство и очаровать всех присутствующих. От женщины веяло теплом, хотелось прикоснуться и забрать себе кусочек этого внутреннего света. "А ей подходит имя" – пронеслось в голове. Додумать не удалось. В ординаторскую мерно покачивая бёдрами вошла Ниночка, мило улыбнувшись всем присутствующим. Девушка держала перед собой коробку с бантом, явно гордясь её содержимым. Увидев у Светы в руках две бутылки коньяка, она немного опешила, но тут же продолжила улыбаться, стараясь держать лицо. – Ну чё, Нин, – лёгкое смущение не скрылось от глаз Арбениной, – не получилось держать интригу? А ты знала, что я потомственная ведьма? – Диана вошла во вкус и не могла перестать паясничать, – вижу, что в коробке связь с космосом какая-то. Все с интересом уставились на Арбенину. – Связь с космосом, хмм, что бы это могло значить, – спектакль продолжался, – вижу путь млечный, вижу, что отделилась от него кучка звёзд и сложились они, – Диана нахмурила брови и повела носом, – и сложились они в Арарат четыре звезды. Точно вижу, как в зеркало. Света с Валерой прыснули, Ниночка продолжала хлопать умело подведёнными глазами, напоминая оленёнка, а Диана стояла жутко довольная собой. – А как ты догадалась? – девушка поджала губы. – Пожила бы ты с моей матерью, и не такое бы научилась по взгляду читать. Так что я можно сказать и правда ведьма, – бросила Диана, буркнув себе под нос, – потомственная. Света, услышав это, покосилась на Диану и улыбнулась уголком губ. После инцидента прошла неделя, Диана продолжала косячить по мелочам, но, что самое удивительное – совсем не раздражала. Может, сказывалась стрессоустойчивость, не раз спасавшая её на прошлом месте работы, а может Диана просто сумела расположить Сурганову к себе. Как только исследование было проведено заново, её на такси отправили отсыпаться. Через сутки сна женщина размышляла о случившемся, мерно постукивая ложкой о стенки кружки с дурацкими цветочками – подарок из прошлой жизни. С тех самых пор чай (чаще – коньяк) наливался только в неё, и менять что-то Свете совершенно не хотелось. Тонкая ниточка, державшая память о той – счастливой жизни, не должна была разорваться. Сейчас же, Света ловила себя на мысли, что после недавней встряски стала хоть на йоту ближе к состоянию, когда ты не просто существуешь – как весь её прошлый год – а чувствуешь себя живым, эмоциональным человеком. Удивительным образом донельзя наглая, неуклюжая девчонка смогла надломить эту стену, поселив внутри абсолютное непонимание – что с этим делать. – Отцепись от Нины. Коньяк – отличный подарок, тут мы мыслим одинаково, – Света подошла к навесному шкафу, доставая оттуда небольшую картонную коробку, – рюмки, – коротко пояснила она на вопросительный взгляд Валеры, – тут совсем нет посуды, решила принести из дома. Всё равно не вожу к себе компании. Аккуратно придерживая изящными руками бутылку за дно, Света наполнила рюмки и, видя нерасторопность присутвующих, выдала: – Ну, и чего мы стоим как неродные? За хозяина вечера, за тебя, Валерка! *** Диана сидела на табуретке, закинув ногу на ногу, и листала газету, в которую для подстраховки был завернут пакет с копчёной рыбой. Кое-где лоснились масляные пятна и она старательно хвасталась за чистые места по мере чтения. – Дин, ну выкинь ты уже этот мусор, – Валера откупорил вторую бутылку коньяка, – нашла развлечение. Света увлечённо рассказывала о чём-то Станиславу Владимировичу, активно жестикулируя, пока он одной рукой подливал ей в рюмку, а второй – придерживал за талию. Диана метнула взгляд в их сторону, и, увидев такие неоднозначные знаки внимания хмыкнула, подумав про себя, что главный врач – козлина, каких поискать. Ниночка тоже прикладывалась к стопке, погрузившись в свои мысли. – Нин, а ты чего такая кислая? Вон как твой коньяк всем понравился. Все тут же уставились на девушку. – Всё хорошо, простите, – бросила девушка и выбежала из-за стола. Тонкая черная стрелка уже не была такой чёткой, а глаза поблёскивали. – Все такие нервные в последнее время, – Диана отложила газету, и подошла к двери, – пойду на разведку. Не из-за конька же она так. – А потому что язык надо за зубами держать, тоже мне, потомственная ведьма, – буркнула Елизавета Михайловна, – жующая скумбрию, – расстроила девку только. Ничего не ответив, Диана закрыла дверь из последних сил сдерживаясь, чтобы не хлопнуть. В конце концов, Валера не виноват в том, что она постоянно умудряется всё испортить. Запах хлорки в коридоре и мерцающая лампочка за то недолгое время, что она тут работает, стали оказывать успокоительный эффект. Иллюзия стабильности – какая бы ерунда не случилась, что-то останется неизменным. Ниночка обнаружилась у запасного выхода из морга. Девушка подпирала плечом стену, и, судя по всему, пыталась восстановить дыхание. На рукаве халата остались песчинки побелки. Плечи всё ещё слегка подрагивали и Диане вдруг стало стыдно. Не только перед Ниной, а вообще за себя. Она в этом морге без году неделя, а проблем коллегам подкинула на пару лет вперёд. – Нин, я это..прости, короче. Я не думала, что ты так отреагируешь, это была тупая шутка. Никакая я не гадалка, а просто дура. – Твои магические способности тут не при чём, – всхлипнула девушка, – проехали. – А что ты тогда убежала? – Меня бесит эта новая докторша, чё она к моему отцу лезет? Сидела бы в своей судебке, раз там так хорошо. Кто её просил переходить? – К какому отцу? Ты Станиславовна, получается? – присвистнула Диана, – вот это номер. И много у вас тут династических врачей? – Получается, – Нина развернулась на каблуках, – есть закурить? Диана протянула пачку. Девушка аккуратно вытащила две штуки, убирая одну в передний карман. – Династических, как ты выразилась, нет. Да и мне вообще сюда не хотелось. Я дура что ли, сидеть всю молодость в санитарках? Хочу быть моделью, или певицей, – Диана хмыкнула, – или в телик пролезть. Да что угодно, лишь бы не утки эти таскать. Но там связи нужны, деньги, ну или родиться у богатых людей. А я родилась в семье врачей, дорожка, как понимаешь, заказана, – струйка белого дыма неспешно поднималась вверх, а зябкий, вечерний ветер заставил поёжиться обеих. С деревьев начали опадать редкие жёлтые листья. Диана смотрела куда-то сквозь них, слушая рассказ и периодически затягивалась, – а как эта новая врачиха появилась.. – Светлана Яковлевна, что ли? – перебила Диана – А кто ещё? Она, конечно. Отца и вовсе как подменили. Учись, говорит, у старших товарищей. Смотри, какой профессионализм, отдача, любовь к своему делу. Только и трындит про эту Свету. Моя мама тоже хороший врач, но про неё он никогда так не говорил. Когда я была маленькой, постоянно пропадал на работе, по командировкам. Мама тоже вечно была занята, меня скидывали на бабушек. А потом как-то резко всё стало хорошо. Я только лет в 18 почувствовала, что у меня есть настоящая семья, понимаешь? Диана кивнула, а Нина тем временем подкурила вторую сигарету. – Я совсем недавно стала замечать, что что-то не так. Ты уже взрослая, а снова чувствуешь себя ненужным ребёнком. Родители в контрах, ты занимаешься какой-то ерундой, ничего не радует. Я сначала не понимала, а потом увидела, как он к этой Светлане Яковлевне захаживает и ещё больше беситься начала. И вроде знаю, что она не виновата, а как-то погано, понимаешь? Сегодня за столом специально настроила себя держать лицо, а она коньяк свой притащила Валере – такой же, как у меня – а потом ещё и отец эту докторшу лапать начал, – слова резанули Диане по уху,– я сама не своя стала. Ай, и ладно, – Нина докурила, отбросив сигарету за крыльцо, – после получки рассчитаюсь и свалю отсюда, пусть живут, как хотят. Сил моих больше нет. – А что, есть куда валить? Я тоже не в восторге, ещё и порчу всё постоянно. С матерью разругались, а она меня из дома выперла. Ладно с Валерой в общей компании познакомили. И вот я здесь. – Да ухаживает за мной один, Алик зовут. Богатый, тачка у него классная. Отцу не нравится, конечно, но это шанс хорошо жить, понимаешь? – Неа, – Диана обняла себя руками, ветер подул сильнее, – не понимаю. Это же как продать себя. Ты его хоть любишь? – Дура ты, Динка. Я, может, ту любовь и не встречу никогда, а ездить в мерсе по ресторанам и светиться на телике мне хочется больше, чем таскать тут дерьмо за три копейки и бегать от солдат-извращенцев. Каждый имеет право жить, а не выживать. Диана промолчала. – Ладно, пошли обратно, а то холодно уже. Спасибо, что выслушала, – искренне улыбнулась девушка, и заметив, как Диана изменилась в лице, добавила, – не бери в голову, у меня просто накопилось. *** – Так, я что-то не понял, – бутылка коньяка на столе ополовинела, – умчались куда-то, а рюмки полные. Ну-ка налетай, или вы меня не уважаете? – А я смотрю, вам тут веселее, чем нам, – Нина подняла свою рюмку и зыркнув на отца, выдала, – ну, за любовь. Света смутилась и отодвинулась от главного врача. – Если кому-то не весело, в газете, которую мяла Диана, есть колонка с анекдотами. Почитаешь? – не остался в долгу любящий отец, с вызовом посмотрев на дочь. – И почитаю, – ухмыльнулась Нина, схватив со стола измятую газету, – выбирайте, – выделив последний слог девушка начала перечислять, – про тёщу и огород, про блондинок за рулём, или про любовниц? Сидящие за столом притихли. – Что, ничего не нравится? Ну ладно, не переживайте так. Тут ещё некролог есть. Вон, какая-то баба погибла. Маргарита Шведова, семидесятого года рождения. Ну, коллеги, делаем ставки: разборки братков, автокатастрофа или замёрзла по пьяной лавочке? – Нина, – не своим голосом сказала Сурганова, опрокинув перед этим стопку, – по-моему, тебе на сегодня хватит. – Да кто бы говорил, Светлана Яковлевна, – девушку несло. Плечи снова начали подрагивать, а глаза блестели нехорошим огнём, – может нужно заниматься работой, а не кадрить чужих мужей. Диана молча наблюдала за назревающим скандалом, заметив, как Света вытянулась в струнку, вот-вот готовая взорваться. – Послушай, девочка, – всё-таки не сдержалась Сурганова, – не тебе рассказывать мне о том, что нужно заниматься работой. Да что ты вообще можешь рассказать? Про самый модный цвет этого сезона, или что там в твоих паршивых журналах пишут? – Немедленно прекратить! – Станислав Владимирович, о существовании которого все почему-то забыли, резко напомнил о себе, – С моей стороны было ошибкой разрешить вам собираться во время работы. Немедленно разошлись по кабинетам и завтра утром жду объяснительные у себя на столе, а ты, – указал пальцем на Нину, – быстро за мной. После того, как парочка вылетела из ординаторской, продолжая выяснять что-то на повышенных тонах в коридоре, напряжение в небольшом помещении стало осязаемым. Елизавета Михайловна пробормотав что-то про молодого парня, разбившегося на мотоцикле, поспешила удалиться. – Валер, как-то очень некрасиво получилось, – сказала поникшая Света, поднимаясь со стула, – ещё и в твой день рождения, ты прости, пожалуйста. – Всегда знал, что водить дружбу с начальством – ужасная идея, может ко мне? Продолжим там, Дин, ты как? – Нет, дорогой, уже не сегодня. Я пожалуй тоже к себе пойду, завтра ещё этому индюку объяснительную нести. Оставшись вдвоём, Валера с Дианой переглянулись и практически одновременно выдали: – Пиздец. *** После незадавшегося празднования Диана решила изобразить бурную деятельность: вымыла все пробирки, полы в своём крыле и, переборов себя, осилила даже секционный стол. О том, какие жидкости она только что отмывала, девушка старалась не думать. До конца рабочего дня оставался час, а заняться было решительно нечем. Немного помявшись под дверью, Диана решилась постучать в кабинет. – Светлана Яковлевна, я это.. всё ещё не теряю надежды реабилитироваться. Свою работу сделала, нагрузите чем-нибудь, а? – на одном дыхании протараторила Арбенина. В ответ ничего не ответили, хотя девушка точно знала, что Сурганова у себя. – Светлана Яковлевна? – девушка прошла в кабинет, в нос сразу же ударил резкий запах алкоголя. Света сидела за столом напротив почти пустой бутылки коньяка. – Это вы её одна приговорили? Всем бы такого здоровья, как у вас, – ляпнула Диана. – Да на кой оно мне теперь. Я так надеялась, что поменяю работу, окружение, и оно от меня отвяжется, а оно вон как. Видимо, всегда со мной, – Света уронила голову на руки, плечи мелко задрожали. – Что всегда с вами? – Диана робко коснулась пальцами чужого плеча. Тепло кожи чувствовалось даже через свитер с халатом. – Ты не представляешь, каково это – потерять всё в один момент, а потом..своими руками, пока она на столе, мёртвая.. Никто не знал, о таком нельзя рассказывать, поэтому поручили мне. Сложный случай..подозрение на передоз, потом подтвердилось. Подстроили как аварию, сделали виноватой..а я не верила до последнего. Потом ушла из судебного морга, не могла больше приходить в это место. Прошел год, но до сих пор стоит перед глазами.. Нинка – идиотка, начала читать некролог. Почему из всех газет мира ей попалась именно та? Маргарита Шведова..она..мы жили вместе, не просто как подруги, понимаешь, – голос дрогнул, слезы капали прямо на заключения, лежащие на столе. Диана наклонилась к столу, помогла подняться и крепко прижала женщину к себе, поглаживая по спине. Свету трясло, слёзы намочили халат, а успокоить никак не получалось. – Может, вам успокоительного вколоть? Я умею ставить уколы. В каком шкафу взять? – Нельзя.., – путаясь в словах, наконец, смогла говорить Света, – в гроб меня вогнать решила? Угнетение центральной нервной системы, критическое замедление дыхания, остановка сердца… и вот я уже на собственном столе, а пятку щекочет бирка. Нет, ну гроб так гроб, можно, конечно.. только зачем. Поговори со мной, пожалуйста, я не смогу сейчас одна, – женщина снова всхлипнула. У Дианы как будто выдуло все мысли из головы. Всё ещё подогретая коньяком, она даже покосилась на форточку, тут же мысленно дав себе затрещину за такую глупость. Прижав Свету сильнее, девушка продолжала гладить её плечи, судорожно соображая, как быстрее переварить услышанное, и о чём можно говорить в такой момент. – Спроси, – на выдохе шепнула Сурганова, пытаясь восстановить дыхание, – я вижу, что хочешь. Диана посмотрела в глаза напротив, и, неожиданно для самой себя, выпалила: – Так вы по женщинам? А я, дура, всё про мужа спрашивала, и Станислав этот. – После всего, что я о себе наговорила, нетрудно догадаться. – А можно спросить? – Спроси. – А как это..с женщиной? – Так интересно? Диана кивнула. Подумав пару секунд, Сурганова потянулась вперёд и накрыла губы девушки своими, легонько обводя верхнюю языком. Диана замерла истуканом. Все четыре коньячные звезды сейчас летали вокруг её головы, а пространство вокруг стало напоминать водоворот. Голову обнесло, а все ощущения в момент сконцентрировались на теплых губах и пальцах, что, кажется, вцепились в плечи миниатюрной женщины. Казалось, что даже через слои ткани она чувствует обжигающий жар кожи. Света, заметив такую реакцию, тут же оторвалась и принялась сумбурно и много извиняться. В голове как будто опустили тумблер, и пришло осознание – только что на эмоциях она полезла к не ждавшей подвоха девчонке. В момент стало невероятно стыдно смотреть в глаза, а окоченевшие руки напротив всё ещё прижимали её к себе. Выпутавшись из объятий Света продолжила извиняться и, опустившись на некрепких ногах на стул, схватила со стола бутылку и залпом допила прямо из горла. Диана отмерла, и, не зная куда себя деть, так и осталась стоять посередине кабинета. – Рабочий день закончен, надо собираться домой. Света, кажется, говорила сама с собой, лишь бы не слышать неловкого молчания. Дойти до шкафа с одеждой стало почти непосильной задачей, от количества выпитого её мотало из стороны в сторону. Диана подхватила её под локти и тоном, не требующим возражений, сказала: – В таком состоянии одна домой не пойдёте. Говорите адрес. Железные нотки внезапно подействовали на Свету и ей не осталось ничего, кроме как ответить: – Кавалергардская 4. *** Тащить пьяное, пусть и совершенно нетяжёлое тело, внезапно оказалось очень трудно. Из морга они вышли вполне бодро, и даже несколько кварталов Света прошла по прямой, однако потом, как по щелчку, женщина резко скосила с тротуара и чуть не угодила под машину. Чертыхнувшись, Диана тут же поймала Свету и остаток пути вела её под белы рученьки. С ещё большим трудом преодолев лестницу и провозившись с замком, Диана смогла наконец положить Свету на диван и выдохнуть. На расправленном диване она казалась совсем маленькой, тут же свернувшись комочков. Предусмотрительно оставив на утро кувшин с водой на тумбочке и подняв скинутый в пути до спального места плащ, девушка захлопнула дверь, и поплелась домой *** Гусева сидела на кухне, когда туда ввалилась побледневшая Диана, и стала насыпать в кружку растворимый кофе. – Динка, все хорошо? Мне не жалко, но пятая ложка. Колись, чё случилось? Мать видела? – Не нагнетай, я нормально. – Ну-ну, я же вижу. – Меня сегодня поцеловали. – Оп-па, – улыбнулась Ольга, – а почему настроение такое похоронное? Молодой, красивый врач? Рассказывай! – Ну почти, – хмыкнула Диана, – опускаясь на табуретку, ставя перед собой кружку. – Из тебя клещами не вытянуть. Как зовут? – Света, – Диана отвернулась к окну. – Пиздец, – выпалила Ольга, отхлебнув слишком крепкий кофе из кружки.

****

Диана сидела в коридоре на металлической самопальной лавочке, с ногами, поджав колени к груди. Кабинет был заперт, подсобка - тоже, а в секционную идти решительно не хотелось. Ни Светы, ни Валеры не было на горизонте. Болела голова и смертельно хотелось спать. Двери в морг оглушительно звякнули. - Доброе утро, - едва слышно бросила Светлана, проносясь мимо. - Доброе… - Валеры не будет сегодня. Он утром домой мне звонил. Говорит, что ему очень хреново. Отпустила. - Угу, - Диана ответила, не отрывая подбородок от коленок. - А че, так можно было? - Уже нельзя. Тебя я не отпущу, работать некому будет, - Сурганова одним махом провернула ключ и обернулась, - Особого приглашения ждёшь? - Хреново не одному Валере, - спешно поднимаясь, ответила Диана. - Если меня вырвет на очередного безвременно усопшего - не обессудьте. - Ты же умеренно вчера, вроде бы… - Дома продолжила. - Неспособность остановиться - это вторая стадия алкоголизма, - Сурганова натянуто засмеялась. - Не помните ничерта, что ли? Сурганова бросила сумку на стол, обернулась и одарила Арбенину едва заметным презрением во взгляде. - А что я должна запомнить? - Проехали. Сурганова автоматически щелкнула по радиоприёмнику, чтобы заглушить неловкую паузу. "...приведёт к вынужденной деноминации, а экономический кризис только углубится. И выпуск государством краткосрочных облигаций, возможно…", - мужской баритон из колонки был прерван очередным переключением канала. “Где ж ты, мой свет, бродишь голову склоня…”, - вступила Татьяна Буланова и была допущена остаться, с целью развеять напряжение. Светлана действительно не знала что ответить, выбрав спонтанную тактику отрицания. Что объяснить? Что нажралась и поцеловала едва знакомую сотрудницу? Сделала то, чего никогда бы не позволила себе трезвой? “Предала” Риту, о которой мало того, что рассказала посторонней, так еще и набросилась на неё? Проще сделать вид, что сие событие выпало из похмельного мозга, как незначительное. Пусть этот хрупкий, неловкий подросток и действительно чем-то запал ей в душу. Это не повод вламываться в её жизнь со своим покалеченным прошлым и пугающим настоящим. Сегодня у неё снова случилась бессонная ночка. Кто-то беспрерывно колотил в дверь и угрожал. А она была в стельку пьяна и уже давно устала бояться. Диана выхаживала по кабинету из стороны в сторону, пока Сурганова заполняла какие-то документы. Света казалась ей сегодня очаровательной. Как это случается, когда некоторое время общаешься с человеком, не замечая в нем очевидного. А потом случается точка невозврата, после которой смотришь на того же самого персонажа с нежностью. И с долей здоровой злости. Как это - не помню? - Заняться нечем? - максимально холодно, хотя и беззлобно, уточнила Света, не поднимая глаз. - Помещения обработать нужно. То что я пока не у стола - не означает, что у Вас, Дианочка, нет работы. Или Вы забыли о своих обязанностях? - В отличие от некоторых - я ничего не забываю. - Я, по-Вашему, забыла что-то важное? - в голосе читалась насмешка. - А… уже даже на “Вы”... - Диана ухмыльнулась. - Не принципиально. Я по наитию назвала. Хочешь - меня на “ты” называй, у нас разница в возрасте ерундовая, - доктор сама неожиданно сократила моральную дистанцию, чтобы казаться более непринуждённой. Борьба за отстранение и собственный авторитет могла бы в этой ситуации показаться странной. - Мне тоже, в общем, по барабану, - Арбенина достала из подсобки ведро, но снова устремила свой взор навстречу Сургановой. - Так что у тебя происходит? Ты не подходишь к телефону на работе, пока кто-нибудь не возьмет трубку, не узнает цели звонка и не передаст трубку тебе. Ты несколько раз оговаривалась, что боишься уже ночевать дома. А потом меняла тему. Ты вчера пыталась мне рассказать о своей… сожительнице, но сама оборвала беседу. Ты какого-то хрена ушла с работы, но… - Я говорила тебе, почему я ушла!!! - заорала доктор, но тут же сменила тон на более спокойный. - Диана, пожалуйста, давай мы просто забудем о том, что я вчера наговорила и сделала. Ситуация вышла из-под контроля, я позволила себе лишнего. Больше такого не повторится. И я прошу тебя молчать обо всём, что тебе стало известно. Для твоего же блага. - Тебе нужна помощь? - Нет! - Ты выглядишь, как человек, у которого едет крыша, но который скрывает это из последних сил. - Ещё одно слово и… - Доброе утро, девочки! - знакомый голос и приторные духи вошли в комнату за секунду до самого главврача. Ярко-синяя рубашка в крапинку и неизменно распахнутый халат. Диана нырнула в подсобку, изобразив максимальную занятость. - Доброе, - хмуро ответила Света, пытаясь нащупать не глядя приёмник, чтобы сделать потише. - “Подарил тебе кооолечко…”, - подпел Станислав Владимирович угасающему приёмнику и группе Иванушки. - Можешь не убавлять, Светочка, - улыбнулся он. - Мешает, заполняю карты, - безучастно ответила она, выключив приёмник вовсе. - А я зашел узнать, по поводу оборудования. У нашей больницы появился спонсор. Чтобы вы без меня делали… И он предлагает некоторые модернизационные изменения по всем отделениям, включая морг. - И что же Вы, ни в терапию, ни в хирургию, ни в пульмонологию, а сразу в морг отправились? Лично? Какие-то не радужные перспективки у вашей больницы. Вы пессимист? - укол был сделан намеренно. - Ну что Вы, Светочка. Я просто хотел, чтобы Вам было более комфортно работать. - А взамен? Что взамен потребует спонсор? Писать липовые заключения “благочестивым”, “честным” гражданам, которых сейчас пачками стреляют по подворотням? Или трупам, что собраны по кускам, в графе “причина смерти” указывать - “сердечная недостаточность”? - разъярённая женщина приподнялась из-за стула и смотрела прямо в глаза. На лбу выступила испарина - последствия духоты в кабинете и вчерашних излишеств. - Мы. Не судебный. Морг, - чеканно вернул он шпильку, попав в самое нужное место. Мужчина заговорщицки улыбнулся. Лицо Светланы покрылось багровыми пятнами. - При чём здесь… - Думаю, Вам больше, нежели мне известно о липовых заключениях, Светлана Яковлевна. Я просто хотел улучшить Ваши условия труда. В остальные отделения, разумеется, я тоже загляну. Прямо сейчас. Надеюсь, у них будет всё в порядке с настроением и желанием работать. И да, спонсорство - это нормально, учитывая, что от государства никакого финансирования нет. Нам даже зарплаты платят через раз. И у этого человека действительно есть условия, но поверьте, Вас они не коснутся, - главврач вышел из кабинета, хлопнув дверью. Диана вынырнула из подсобки. - Пряталась что ли? - Сурганова рухнула на стол, глубоко выдохнув. - Он меня раздражает. - Меня тоже, а что поделать? - Он не знает, что ты из… из этих. - Из каких? - Ну, по девочкам. - Лучше бы и ты не знала. Не надо меня заёбывать, ясно? Идем в секционную лучше. - Идём, - Диана подошла ближе. - А чё за история с судебным моргом? - Послушай. Точка. Идём, много работы.

***

Рабочий день, прошедший в максимально напряженной атмосфере, сопровождавшийся холодностью и периодическими поддевками - закончился. Диана ушла первой, правда... не очень далеко. Она присела на лавочку около больницы, со стороны черного входа, решив перед длительной пешей прогулкой домой к Ольге - перекурить. Света вышла минут через 5. Оглядевшись по сторонам, она двинулась по безлюдной, запущенной аллейке вперед, не заметив ни Диану, оставшуюся на лавочку, ни двух мужчин, которые подоспели к ней через мгновение. - Ну... добрый вечер. Документы! Где ты, сука, спрятала документы? - достаточно громко сказал один из них. - Мы выпотрошили твою грёбаную конуру, там нет ничего. У кого ты их хранишь? - Ребята, - Сурганова явно смутилась, от неожиданности, - я вам тысячу раз говорила, мне ничего не известно об этом, - она отвечала устало, без страха. Обычно так выглядят люди, которым наплевать, даже если их сейчас расстреляют. - С ней по-другому надо разговаривать, Вадик, - мужчина сгрёб её за ворот футболки. - Слышь, красавица. Мы щас посадим тебя в машину, покатаем немного, и я думаю, ты больше не захочешь молчать. Если вообще потом чего-нибудь захочешь. Сурганова сделала шаг назад, пытаясь вырваться, но мужчина смазал её по лицу. Тяжёлая пощёчина заставила женщину отшатнуться, но упасть ей не позволил второй незнакомец.. В эту же секунду к ним подскочила Арбенина внезапно засадив тлеющую сигарету в шею нападавшему. Тот, от неожиданности выпустил из рук Свету и зашипел от боли. - Бежим! - крикнула Диана, но была тут же остановлена за шиворот. - Ты че, баба? - спросил Вадим и без раздумий ударил её под дых. - Да бей, какая нахер разница, эта тварь тебе вон шрам оставила, - мужчина пнул ногой, сложившуюся пополам девушку. Света бросилась на обоих, но тут же была отброшена на газон. - Уймись. Диана поднялась на ноги и сцепилась с мужчиной, сначала ударив его по челюсти, а после - пропустив ответный удар по лицу. Около брови разошлась кожа. Ловким ударом в живот - он снова свалил девушку на асфальт. И, кажется, она задела головою бордюр. - Помогите… - крик был слишком тихим, чтобы его кто-нибудь услышал, Сурганова поднялась на ноги, готовясь крикнуть повторно. - Бей меня, блять!!! Она-то здесь причем?! Около черного входа припарковался автомобиль. - Дима, валим-валим. Бросай этих двух сук. Злоумышленники скрылись. Случайное авто, припарковавшееся неподалёку, явило миру незнакомого мужчину в дорогом костюме, который прошмыгнул через черных вход, не обернувшись, совершенно не заметив происходящей потасовки в ста метрах от него. Арбенина медленно поднялась с асфальта и присела на бордюр, исступленно глядя вниз. Сурганова приземлилась рядом. - Даже теперь будешь молчать? Кто они? - осипший голос Дианы то и дело прерывался кашлем и одышкой. - Дай сюда, - Света подалась вперёд, развернув её за подбородок к себе. - Ты как? Где болит? Головой треснулась, да? Вопросы женщины были снова прерваны заливистым кашлем. - Так, идем обратно в больницу. - Никуда мы не пойдём, - Арбенина приложила обратную сторону ладони ко лбу, зашипев от боли. На локте тоже была кровь. Света взяла её за руку, принимаясь поглаживать кисть. - Ну куда ты, в таком виде? Тебя надо осмотреть нормально. Тебя под дых лупили, ты знаешь, чем это грозит? - Да иди ты нахуй, - отмахнулась она и резко выдернула руку из её объятий, встала, неуверенно пошатнувшись на ногах. - Динь, - внезапно ласково, полностью сменившись в тоне и лице, назвав её так, как никто и никогда прежде не сокращал её имя, - ты меня сейчас спасла и я тебя просто не отпущу никуда, - Сурганова поднялась следом. Арбенина в ответ молча брела по аллее. Бесцельно. Голова кружилась и дико болела. Дыхание периодически перебивалось кашлем. Неровный пульс, по ощущениям, кажется, отбивал нечеткий ритм уже в горле. Сурганова двинулась за ней. - Кто. Эти. Люди. - отчеканила пострадавшая. - С кем ты связана? Что они требовали? Кто ты? - на последнем вопросе она резко развернулась, но картинка перед глазами предательски поплыла. - Я объясню, честно. Просто… - хрипловатый голос завораживал помутнённое сознание. И, кажется, в лучах вечернего солнца - её лицо - это единственное, на что сейчас хотелось смотреть. Не смотря на появившуюся уверенность - домой ей просто не дойти. Сурганова что-то говорила и говорила, но для Дианы вокруг всё было нереальным, вязким, резиновым. - Слышь? Меня вырубает чет... - Так, - Света выбежала наперед и ухватила её за плечи. - Стоишь? Давай вон к той скамейке, а я вернусь в больницу за каталкой. Мы остаёмся. У тебя сотряс, ты вон как о поребрик долбанулась. - Не-не, пошли, - мотнула головой Диана. - Лучше. - Так дело не пойдет. Блин! - Сурганова раздосадовано подняла глаза вверх. - Да как ты вообще здесь оказалась?! - Света, Вы… ты чего? - Арбенина приобняла её. - Всё нормально, успокойся. Я рада, что оказалась в нужное время, в нужном месте. Легко отделались. В больницу я не пойду, а тебе домой нельзя. У тебя там хуйня какая-то творится, о которой ты молчишь. Поэтому… идём ко мне, что ли… Точнее, дома у меня нет, я у Оли живу, но она пока на работе. - Ты не дойдёшь. - Да тут на трамвайчике подъедем сейчас. У тебя синяк будет на лице, кстати, - Арбенина осторожно провела пальцами по её щеке. - Болит? - Ерунда вообще. Диана приблизилась так, что ощущалось её сбитое дыхание. Неуверенный, лёгкий “чмок” в губы, робкая рука на талии и уста Светы интуитивно распахнулись, дав возможность проявить инициативу. Несколько секунд, глубокого, но прерывистого поцелуя - оборвались случайной прохожей. - С ума посходили что ли совсем, - негодовала тучная женщина с огромным пакетом. - Средь бела дня… Ни стыда, ни совести! Света оглянулась на незнакомку и отвернулась, не ответив ни слова. - Ты понимаешь, что делаешь? - тихо спросила она. - То, что хочу. Я всегда делаю то, что хочу. Поехали домой. Я тебя… водкой напою. Стресс снимешь. - Может, чаем? - Чая нет.