Край вечных снов.

                  Выпад. Удар. Наклон влево. Опять удар. Касание плеча. Сегодня Генри выиграл в шести поединках с Гарри из десяти проведенных. Щеки горели, сердце билось часто-часто, пальцы, державшие шпагу, затекли в этом положение, но юноша был рад и благодарен Роберту, который внимательно наблюдал за сражением. Он стал вторым человек, которому Генри был благодарен.       Первым был старый профессор, потому что он частенько занимался с мальчиком дольше, чем было обговорено, и не брал за лишнее время деньги, потому что доставал самые редкие книги, чтобы обучать ребенка еще более углубленной программой. Даже отец не знал о всем объеме знаний своего сына, который тот получил от ученого. Он старался учить Генриха пока позволяли силы, а потом старость отняла у него силы и заперла в спальне. К счастью, дети и внуки не бросили старика, и профессор получал должный уход. Ученик иногда посещал его, принося подарки (отец неохотно давал сыну на это деньги, но Генрих смог убедить его, что эти расходы необходимы для сохранения репутации их небольшой семьи) и рассказывая про успехи в гимназии. — Профессор, я давно хотел у вас спросить. Почему вы занимались со мной больше, чем спрашивал с вас мой отец? — Потому что не все измеряется деньгами, Генри. Я увидел в тебе жажду к знаниям и большой талант, которые, к сожалению, не увидел у своих детей и внуков. Как ученый я просто обязан был помочь раскрыться твоему потенциалу и передать столько информации, сколько смог бы. Пожалуйста, распорядись этим богатством с умом и передай его следующим поколениям! Тогда я буду знать, что прожил не зря!       Подросток кивнул, встал, попрощался и вышел из комнаты. Возвращаясь домой, он смотрел на серебристое небо и думал о просьбе учителя, которого уважал даже больше, чем отца. Кому и как он передаст знания профессора? Это же правда страшно — прожить зря, ничего после себя не оставив. «Жизнь сама мне ученика найдет», — решил паренек и со спокойной душой отправился домой. — Ну что! Молодчина, Генри! — с легкой добродушной улыбкой похвалил приятеля Роберт. — Подумаешь! Нашел с чем поздравлять! Всего шесть побед из десяти. Какой это результат? — весело ответил юноша, убирая шпагу и шлем. — Мой отец говорит, что нужно радоваться любой положительной тенденции. — Ты постоянно цитируешь своего отца! Когда уже у тебя свои фразы появятся? — Когда проживу столько же, сколько и отец. — А может он сам слова деда повторяет? — Возможно. Это в его духе. Ладно, пойдем! Нужно переодеться и идти на стрельбы. Опаздывать нельзя! — Прекрати командовать! Не дорос еще до командира! — съязвил Генри, пихнув Роберта локтем в бок. Юноше доставляло удовольствие по-дружески подшучивать над сыном генерала.       Остальные кадеты считали эту дружбу закономерной. Все-таки они были самыми успешными учениками. Многие кадеты хотели стать частью этой компании, но больше всего этого жаждал Гарри.       Во время стрельб на поле он специально встал рядом с Робертом и громко акцентировал внимание на каждое прямое попадание. Робин терпеливо кивал, соглашаясь с его словами, и ждал, когда Гарри сам прекратит. Генри был не таким терпеливым, и когда приятели друг к другу повернулись, то парень постарался всем видом показать одну простую мысль: «Если ты его не заткнешь, то это сделаю я!» Роберт все понял. Он глубоко вздохнул и подошел к Гарри. — Ну что, Роб, неплохо я справляюсь? — Прекрати размахивать пистолетом. Еще покалечишь кого-нибудь.       Крепыша это замечание явно огорчило: — Да ладно тебе… — Было много случаев, когда из-за безалаберного отношения к огнестрельному оружию умирали люди. Так же отношение человека к своему инструменту характеризует его и как бойца, и как личность.       Гарри покраснел и замолчал, а Роберт вернулся на свою позицию и продолжил тренироваться. Злорадственные огоньки заиграли в глазах Генри. Когда приятели стали в очередной раз прицеливаться, они друг другу удовлетворительно кивнули.       Наступил вечер. Кадеты снова построились на плацу. После объявления отбоя Роберт и Генри заговорочно переглянулись, перед тем как разошлись по своим комнатам. Гарри, постоянно следивший за ними уловил какую-то тайну в их взглядах.       Раздался стук в дверь. Генрих взял шпагу и вышел в коридор. Парни тихо шли по знакомому маршруту. Из-за легкого выброса адреналина они оба не могли сдержать улыбок, к тому же им редко выпадал случай искренне поулыбаться и посмеяться. Прибежав на спортивную площадку, Роберт снова стал показывать какие-то приемы со шпагой. После этого приятели начали фехтовать. Генрих чувствовал настоящую, беззлобную радость.       Нечасто от его веселья никто не страдает. В детстве только различные злые шутки над горничными могли принести ему удовольствие. Перевернуть ведро с грязной водой, тихо положить на голову лягушку или ящерицу служанке со спины, пока она чистила камин, намазать краску на лицо спящей девушке — это все повседневной частью жизни наследника. Долго у них работники не задерживались. — Если не могут выдержать одного активного ребенка, это их проблемы. Я сам в детстве был таким же! К тому же скоро начнется его обучение, которое направит его энергию в полезное русло, — говорил отец своим знакомым на вопрос о частой замене персонала. Позже Генрих и вправду прекратил подобные игры, но вовсе не из-за совести. Просто учился у отца держать лицо перед окружающими и беречь репутацию для будущей карьеры. Свое отношение к ним он так и не поменял, но в чудесное перевоплощение поверили все.       После очередного тренировочного поединка у парня уже начало немного болеть тело. Все-таки днем он тоже пытается не отставать от Роберта на учениях. Генри посмотрел на приятеля. Тот крепко стоял на ногах и ровно держал осанку, только дыхание участилось. «Настоящий дуб!» — невольно подумал парень и тоже приосанился. Для поддержания успеваемости он подолгу не выходил из-за стола для выполнения домашней работы и повторения раннее изученных тем и стал немного сутулиться. — Хочешь сделать перерыв? — спросил Роберт. — Разве что недолгий! — ответил со своей стандартной улыбкой Генри.       Юноши сели на стоявшую неподалеку деревянную скамейку. «Папироску бы сейчас закурить», — с грустью подумал Генри. Робин успел поймать эту секундную печаль на его лице: — Сильно устал за сегодня? Может сейчас вернемся в свои комнаты? — Еще чего! Почему ты так решил? — Потому что увидел сейчас твое настоящее лицо, которое, как я полагаю, ты показывать не хотел. Значит у тебя едва хватает сил притворяться. Такой откровенности он не ожидал. — Я всегда держу себя под контролем, если это необходимо, ясно! — Понял. С одной стороны, это правильно, но с другой… — Что? — Зачем ты постоянно улыбаешься? У тебя сразу такое лживое, притворное выражение лица. Очень отталкивающее. — Но ведь ты со мной начал общаться. — Если бы ты не пошел за мной неделю назад, я бы с тобой не заговорил. — Если бы я неделю назад не увидел, как ты ночью пробираешься куда-то, то также бы не стал заводить с тобой знакомств. — Почему же? — Потому что я слегка разочаровался в общении. Одни сплетничают, другие пытаются обсуждать темы, в которых ничего не понимают. — И тебе такому умнику скучно среди этих глупцов? — Осуждаешь меня за мои мысли? Ну что же, зато честно! — Вообще-то… в твоих словах есть доля правды. С Гарри я не хочу связываться именно по этой причине. Он ни о чем кроме своей фермы не затыкается, а когда спросил его про образование, он сказал, что это бесполезная чепуха для слабаков. — Зато он точно останется в армии! — В армии тоже нужны умные и образованные, знаешь ли. Кстати, ты так и не ответил на первый вопрос. — Ах да, вопрос! Ну… Улыбка задает позитивный настрой на день и должна производить на окружающих хорошее впечатление. Раз ты меня раскусил, то мне придется поработать над правдоподобностью. — Любую неискренность можно распознать, даже самую искусную. — Зато твоя серьезная, кислая мина даже медведя отпугнет! Сразу видно, что ты тоже необщительный! — Да ну тебя! — Ну что? Еще потренируемся, а потом — по комнатам? — Давай!       Наступило утро. Генрих уже привык к распорядку дня в армии, поэтому быстро и аккуратно собрался и поспешил на плац. После утреннего построения приятели подошли друг к другу, чтобы поздороваться и пожелать доброго утра. — Доброе утро, джентльмены! — раздался самоуверенный голос Гарри. — Доброе утро, — ответили юноши. — Слушай, Генри, я знаю ты всегда очень занят, но можешь уделить мне минуту. Нужно поговорить. Парень удивился, но одел на лицо свою маску учтивой улыбки и сказал: — Конечно! О чем? — Отойдем к конюшням?       Роберт не смог скрыть удивление. Генри ушел с Гарри.       Рядом с деревянным зданием пока еще никого не было. Сквозь стены можно было услышать лошадиное ржание и топот копыт. — Ну-с, что случилось? — Генри, у вас с Робертом очень хорошая компания да и вы оба достойные люди. «К чему все эти глупости?» — пронеслось в голове слушающего. Вся эта лесть совершенно ему не нравилась, она казалась слишком подозрительной. — Так вот, я хотел попросить о небольшом одолжении. Может ты поможешь мне найти общий язык с Робином. Мы в троем можем стать хорошими друзьями. — Не думаю, что это хорошая идея. — Как? Почему? — Если бы он захотел, то сам бы начал с тобой общаться. — Ладно, давай откровенно! Я прекрасно понимаю, что вы оба на всех с высока смотрите… — Это неправда. Мы относимся ко всем одинаково. — Даже если так, мне вы даже шанса не дали. Но я могу вас еще удивить. Если ты мне поможешь, я в будущем тебя хорошо отблагодарю. — Да зачем тебе это? — Зачем и тебе!       Генри понял, что поймал нить, которая приведет его к намерениям этого льстеца. У него не было никакой цели в общении с Робертом. В ответе Гарри явно прослеживались намеки на корыстные мотивы их дружбы. Улыбка парня стала намного мрачнее. — Может расскажешь по подробнее, почему же я с ним общаюсь? — Прекрати строить из себя святого! Нас всех с детства учат находить выгодные связи, заводить правильные знакомства. — Поэтому ты решил вцепиться в сына генерала? — Как и ты! — У меня достаточно сил и знаний, чтобы самостоятельно разобраться со своими проблемами. К тому же чем больше просишь, тем больше потребуют взамен. Я не хочу быть должником! — Ну войди же ты в мое положение! Мне необходима помощь его семьи, чтобы родители смогли поправить хозяйство. — Роберту такая «дружба» не нужна! — Я вам обоим в будущем отплачу! — Пока, Гарри!       Крепыш в панике смотрел, как уходит Генри. Он бессильно опустил руки, а потом в отчаянии прошипел: — А ты не хочешь проблем? — Будто бы ты в состоянии мне их создать! — Я могу сообщить о вашем нарушении режима. Дисциплинарное замечание будет обеспечено. Тебе, наверняка, все равно, а Роберту от отца влетит! Если ты ему настоящий друг, то так не подставишь. — Что же, спасибо за правду! Пусть ее узнает Роберт и сам сделает выводы. — Тебе срок до завтрашнего утра.       Генри отвернулся и зашагал прочь. Он был абсолютно уверен в голословности этой угрозы.       Как только Генри вошел в класс к нему тут же подошел Робин и спокойно спросил: — Что Гарри было от тебя нужно? Крепыш вошел следом и бросил мрачный взгляд на самоуверенного отличника, который на зло заулыбался еще сильнее. Затем повернулся к другу и тихо ответил: — Не лучшее место для разговоров. Ночью все расскажу. — Что-то серьезное? — Узнаешь.       День шел своим чередом, но Роберт стал чувствовать некую неприязнь Гарри по отношению к Генри. Тот в свою очередь начал консультировать Вилли на тренировках, чтобы он смог побеждать Гарри. На удивление хилый с виду паренек благодаря советам и указаниям действительно стал более конкурентоспособным относительно крепыша, чем сильно раздражал его.       Робин понял, что Генри нарочно помогает Вилли, чтобы насолить Гарри. Любопытство друга только росло.       Когда наступила ночь парни снова пробрались на спортивную площадку. На этот раз шпаги они не взяли. — Итак, выкладывай все как есть! Что у вас там произошло! — с ходу выпалил Роберт. — Поверь, ты сейчас умрешь со смеху! Этот болван требовал, чтобы я помог ему с тобой подружиться. — Даже так? — Да! И знаешь, зачем ему это нужно? Чтобы его отец смог восстановить хозяйство, используя связи твоей семьи! И это еще не все! Когда я отказал ему, он начал угрожать мне, что расскажет начальству о наших ночных вылазках! — Что? — растеряно спросил Роберт. Волнение друга смутило Генри. — Ты чего? Гарри никогда так не сделает. Зачем ему создавать проблемы для своей «дойной коровы». Извини, конечно, за грубость. Он это сказал, только чтобы припугнуть меня! Еще и срок выставил до завтрашнего утра. — А если он и в правду все расскажет? — Ты испугался этого борова? Даже если он это сделает, мы отделаемся только выговором. В худшем случае недельная уборка конюшень. — Это ударит по репутации моего отца. Ему важно сохранять лицо перед армией. Я не могу так подвести семью. — Объясни, что просто тренировался. Это благая цель и хорошее оправдание! — Для тренировок есть отведенное время. Если мне его не хватает, это мои проблемы. Никто оправдывать мое нарушение не станет. Думаю, мне стоит поговорить с Гарри. — Будешь плясать под его дудку? — Успокойся! — Если ты обратишь на эту провокацию внимание, то проявишь свою слабость! Как-то не вяжется это с образом будущего полководца. — Попытка решить вопрос мирно и без жертв является для тебя проявлением слабости? В жизни приходиться идти на уступки, Генри. Не может все быть так, как ты хочешь. — Я никогда не стану прогибаться под чьи-либо желаниями, если это идет вразрез с мои принципами! Этого парня стоит поставить на место, иначе ты так и будешь всю жизнь всем услуживать! — Рано или поздно ты тоже будешь кому-то служить. Если не на войне, так на обычной работе. И придется тебе совсем иначе заговорить! — Спокойной ночи, — холодно бросил Генри, резко развернулся и быстрыми шагами направился прочь. Он чуть не попался проходящему мимо караульному, но вовремя опомнился и сбавил темп. Пока он ждал момента незаметно проскочить к нужному зданию его нагнал Роберт, так что возвращаться им все равно пришлось вместе. Генрих шел чернее тучи, даже не стараясь скрыть свои эмоции. Друг был удивлен отсутствием его привычной маски, но сам старался держаться довольно уверенно, всем своим видом стараясь показать, что своего мнения не изменит. Когда юноша дошел до своей комнаты, Роберт пожелал ему спокойной ночи. Парень, не удостоив его и взглядом, плотно закрыл дверь и стал готовится ко сну. Он лег в кровать и полностью отдался своей усталости. Мысль, что человек, которого он успел зауважать за сдержанность, образованность и ум, сломает всю их дружбу ужасно мучила его. Генри не хотел терять человека, которому мог хоть немного доверять. «Роберт умный человек, он точно придумает способ, как не связываться с Гарри и сохранить репутацию свою и семьи. Этот тип просто хочет использовать его связи. Такого человека нельзя подпускать близко, нельзя поддаваться на его провокации», — размышлял он перед тем как провалиться в сон.