Мир иллюзий

Лёгкий скрип. Где-то в уютном кабинете мужчина откидывается на спинку кресла, позволяя своему корпусу слегка расслабиться, ручка, что только что была у него в руках, падает обратно на стол, слегка покачиваясь и желая укатиться за край габаритного стола из красного дерева. Грубая рука разминает шею, а нос ловит приятный кофейный запах, уши улавливают звон посуды и аккуратные легкие шаги. Ручка двери несколько раз неловко дёргается, после чего всё же впускает внутрь девушку с подносом. Та сначала выглядит очень серьезно, сосредоточенно следя за подносом в руках и выжигая взглядом дырку в миниатюрной чашке с жидкостью, а после переставив сервиз куда-то возле незаполненного документа, мягко-сладко улыбается, мысленно поставив себе в голове галочку за выполненное задание. Смотрит на мужчину в кресле с теплотой в глазах и будто бы слышит его слова в тишине комнаты. Они гласят: «ты могла попросить служанок принести мне всё это, зачем было утруждаться?». Девушка уверена, что он думает именно об этом, глядя сейчас на неё с ухмылкой, она лишь закатывает глаза в шуточной манере и идет обратно к двери, чтоб закрыть её, потому что главный винодел точно наругает её, если двери так и будут стоять нараспашку. Мужчина окидывает взглядом чашку с его любимым напитком, кусочки горького шоколада выстроенные в аккуратную, невысокую пирамидку, кубики сахара в тарелочке с золотыми узорами. Он "хмыкает" на это и отпивает до жути вкусный кофе, таким его готовить умела лишь она, знает ведь, что никогда не пьет сладкий, и всё равно приносит сахар, затем иногда сама съедая пару кубиков. Девушка заходит ему за спину и тянет свои небольшие ладошки к резинке, в которой зафиксирован высокий хвост из мягких красных волос. И едко так усмехается, знает ведь, о чём он думает, догадывается о, по его мнению, "лишней" на столе сладости, привыкла понимать его молчание и, признаться честно, даже наслаждалась таким. Он всегда был немногословным и чаще всего его взгляд был суровым, но она постепенно сглаживала все углы его холодного взгляда, разукрашивала его спокойный характер пастельным цветом солнца, она была, есть и будет его солнцем, ведь так сказал не кто-либо, а сам Дилюк при признании в любви, тогда, теплым вечером в этой же винокурне, но несколько лет назад. Им было уютно, комфортно, приятное тепло разрасталось в их сердцах при виде друг друга. Да, мужчина большую часть временни был загружен работой, да, иногда он засиживался допоздна (не всегда, ведь будь он вечно вялым, то это бы сильно мешало, и его бизнесу без него пришел бы конец), зато он мог быть уверенным, что если дама его сердца не уснёт, то будет ожидать его, укутавшись в пледе, иногда мило зевая, после запрыгивая в его объятья. Иногда она становилась обратно ребёнком, хотя кто знает, может этот ребёнок и не уходил? Может он живёт внутри неё, делясь своим светом с окружающими? Когда он отвёз её покупаться к озеру, она всячески заманивала в воду и его, а после нескольких неудачных попыток быстро подбежала к нему в уже мокром купальнике и обняла. Перед тем, как тот что-то успел сказать, она нежно поцеловала его и, почти сразу отстранившись со словами: «я тебя уже и так намочила, поэтому пойдём уже!», рассмеялась. Влаги на его вещах от её мокрой одежды осталось немного, но отказать ей он был не в силах. Девушка улыбнулась, вспоминая всё это, сегодня её молодой человек засиделся больше обычного, даже кофе не помогало. Она лёгкими движениями нежно массировала его голову с уже распущенными, но слегка запутанными волосами. Кофе допит, ломтики шоколада остались нетронутыми на пару с сахаром, а глаза слипались от долгого отсутствия сна в противоречие режиму. Усмехнувшись, девушка наклонилась ближе, обнимая Дилюка за плечи, слыша лёгкое сопение, она отстраняется, идя к ближайшему дивану сбоку, и забирает оттуда плед. Раньше она часто засыпала, укутавшись в ткань и расположившись между мягких декоративных подушек, пока особенно нетерпеливо ожидала окончания работы у парня, но сейчас легким одеялом всё это послужит как раз-таки ему. Настольная лампа тихим щелчком тухнет с помощью тонких пальцев возлюбленной, а губы накрывают макушку спящего нежным не длительным поцелуем.

«Сладких снов, Дилюк».