Розовый дым из труб

      —Ты как пастельные переходы в небе, как… самый красивый день в мае! — глаза Ланги светятся, а голос дрожит. Он с таким трепетом произносит каждое слово, будто боясь ошибиться в метафоре. Смакует сладкие слова, будто они правда имеют вкус. Смотрит в глаза человека напротив так внимательно и заботливо, словно способен прочитать его мысли. Ланга крепко сжимает руки Реки, ободранные после очередного неудачного трюка, и всё говорит. Ланга заботливый, влюблённый и мягкий.

Реки…

      «Жаль, я тебе совсем не верю… Жаль, я тебя совсем не знаю…»       Мысли Реки звучат больно. Несмотря на то, что сердце так и было готово выпрыгнуть из груди из-за этих слов, он не мог опустить мысли о невыполненном обещании. Собственное беспокойство? Обиду? Он ненавидит себя за неготовность принять эти слова. Презирает за мысль отказаться от них. Но Реки — лишь тень на фоне Ланги. Реки грустный, запутавшийся и напряжённый.

Ланга…

      —Ты как розовый дым из труб во время заката, ты как облако пушистое, как сладкая вата… Ты как что-то очень нежное, — Ланга не унимается. Всё говорит и говорит, вгоняя Реки во всю большую краску. Он говорит это так, словно не позволяет себе и мысли о сомнениях. Ланга уверен в ответной любви, он видит, слышит, чувствует её в Реки. Он готов пылать этой любовью. Да он уже буквально сгорает от слов и мыслей! Ланга окрылённый, чувственный и… Невнимательный

…Реки

      — Но это неправда! — Реки останавливает его в один миг. Одно дело, если бы Ланга сейчас лгал ему, но он врёт сам себе. Он просто безумен, если и вправду считает, что это всё про Реки, — На самом деле никаких пастельных переходов: одни дожди и тучи — их у меня довольно много… — глаза Реки слезятся, и свалить это на пыль или реакцию на последние, слишком яркие лучи солнца, у него не получится. Он бы и не стал пытаться, обиженно вырывая свои руки у Ланги. Реки похож на океан — это сравнение возникло в мыслях Ланги ещё во времена поездки на источники — Реки неконтролируемый, безумный и… Обиженный.

…Ланга

      — Как ты можешь так мне лгать? — взгляд Ланги — сплошное недоумение. Океан поглотил его с головой и утягивает на самое дно. Он теперь запутан не меньше самого Реки. Он всё переворачивает и даже не в свою пользу! Разве так вообще бывает? Ланга не понимал слов Реки. Его злило то, как нагло Каян переворачивал его метафоры, как издевался над каждым трепетно выбранным сравнением. Ланга негодующий, всё ещё влюблённый и отчасти смущённый в плохом смысле этого слова.

…Реки…

      — Розовый дым из труб вовсе оказался ядовитым… Ты думал это — любовь, а это, оказалось, ртуть, — полная противоположность восхвалениям Ланги. Не ложь. Истинная правда, какой её видел Реки. Искажённая, лишённая уже смысла и сути. Но он почему-то продолжал, даже понимая, что хорошо это не закончится. Даже видя, как восторг в глазах Ланги сменяется недоумением. Реки лживый, всё ещё запутавшийся и отчасти смущённый в плохом смысле этого слова.

…Ланга…

      — Сколько будешь ещё лгать? — Ланга аккуратно остановил Реки, утирая слёзы с его щёк. Было обидно за испорченный романтический момент и возможность красиво признаться в чувствах. Но некрасиво затыкать собеседника. Особенно, собеседника, который столь нелестно отзывается о себе. Ему не хотелось заставлять Реки чувствать себя плохо, но и продолжать говорить такое о себе, Ланга не мог ему позволить. Поэтому пришлось прервать слегка неординарным способом — поуелуй. Короткий, почти в уголок губ, но со вкусом любимой жвачки Реки клубника-банан. И детским трепетом.

Ланга прекрасный, заботливый, чувственный и смущённый в лучшем смысле этого слова.

      — Я читал все твои сообщения, но видел в них только то, что хотел сам, — голос Ланги успокаивающий и тихий. Ничуть не отталкивающий. И Реки льнёт к источнику столь размеренного и спокойного голоса, желая успокоить внутренний ураган, — Прости, если не так понял, — хочется назвать Лангу дураком, но язык не поворачивается, поэтому слова застревают в горле. И облегчение Реки чувствует только со следующим поцелуем… И следующим… И снова. Сколько бы их не было, Реки каждый раз избавляется от какой-то части собственной обиды.

Реки вдохновляющий, радостный, безумный и смущённый в лучшем смысле этого слова.