Боль давно минувших дней

Полдень. Солнце нещадно жарит макушки тех смертных, которые сейчас в поте лица трудятся на полях в долине. Тем же, кому суждено жить чуть ли не вечность и постигать непостижимое, посчастливилось сидеть в тени дерева, листва которого уже стала желтеть и багроветь - наступила осень. На горе Аоцзан было отнюдь не жарко - из-за большой высоты самой горы, но, в то же время, и не холодно - согревающие чары адепта - Хранителя Облаков, отлично помогали постоянным здесь гостям - ими были архонт пыли Гуй Чжун и молодой бог Моракс. Троица сидела за каменным столом посреди лазурного небольшого озера. На юго-западной стороне восседал сам Хранитель, хозяин этой горы и последователь архонта контрактов. Белый журавль с вкраплениями синего цвета на перьях легко клевал вино из чаши, наслаждаясь чудесным вкусом. На северной же стороне сидела Гуй Чжун. Девушка, позабыв о всем своем мудром и непоколибимом образе, с удовольствием уплетала лапшу за обе щеки, не пропуская палочками ни одну макаронину или кусочек овоща; её миска стремительно пустела. А на юго-восточной стороне дремал совсем юный Властелин, подставив ладонь под голову - его всегда клонило в сон после обеда. — Чжун Ли, будешь клевать носом за столом - и я не сыграю тебе на цисяньсине вечером, — холодно обьявила богиня, откладывая посуду в сторону. Темноволосый парень лишь усилием воли разлепил глаза, показывая, что он если не полон сил, то, по крайней мере, не заснет в сию же секунду. Ведь угрозы со стороны его наставницы и подруги - это всегда серьезно. А ведь так хотелось послушать чужую игру на этом дивном инструменте: как из-под взмаха нежных и тонких пальцев льется приятная и легкая, как ветер, мелодия, что ласкает не только слух, но и само сердце. Сам Чжун Ли еще не до конца осозновал природу последнего, но он пока и не предавал этому особого значения, считая, что так он просто испытывает глубокое уважение к Гуй Чжун, пусть сама она его и не намного старше, но зато точно мудрее и опытнее во всех аспектах жизни. Гуй Чжун устремила свой взгляд вдаль, где была долина, в которой жил её с Чжун Ли народ. Она не смогла не улыбнуться: — В эту же минуту, пока ты спишь, люди на нашей земле садят рис Янчжоу и пасут баранов, чтобы ты смог потом летними вечерами есть свои любимые цзунцзы* и янжоучуань**. Не совсем справедливо получается, как считаешь? — богиня с намеком заправила выбившуюся прядку волос за ухо. — Но ведь и я не человек, — вопросительно изогнул бровь Моракс, — Моя работа - быть для них богом, разве нет? Стоит мне только дать немного моры какому-то несчастному ребенку, как уже вся его семья кланяется мне в ноги. Копать картошку - задача для кого-то вроде них. — Глупый из тебя бог вышел, раз ты так думаешь, — она легко стукнула его своими палочками для еды по голове, на что тот обиженно хмыкнул, — Ты и картошку не копаешь, и совершенствоваться как бог тоже не спешишь. У каждого есть своё дело, это так. Но своё ты в упор игнорируешь, а чужое - и вовсе не уважаешь. Чжун Ли нахмурился и потер ушибленное место, поджал губы, будто сейчас пустит слезу. Ему было нечего ответить - он действительно плохо справлялся на своем посту - не смог разрешить ни одного конфликта между гражданами, даже свод законов для них был еще не готов. Мораксу не хватало ни знаний, ни опыта, чтобы его составить. Стрела горькой правды больно ранила его. Хранителю Облаков, кажется, стало жалко своего бога: — Госпожа, смилуйтесь над Властелином Камня, прошу Вас... — журавль неуверенно прижал крыло к груди. — Не стоит, Хранитель, — отрезал парень, поднимая глаза и смотря в серьезное лицо своей наставницы, — Я... Мне не следовало так говорить. Прости, — он кратко поклонился, признавая свою неправоту. — Извиниться стоит перед своим же народом, — девушка встала из-за стола и похлопала потупившегося ученика по плечу, а потом присела перед ним, беря его за руки, — Ты ведь уже знаешь, как это нужно сделать, не так ли? — нежная улыбка тронула её губы. Чжун Ли неуверенно забегал глазами по всему, что его окружало: — Эм... Пойти тренироваться с копьем и магией, чтобы, в случае чего, защитить их?... — Молодец, — Гуй Чжун поднялась и быстро обняла его, — А теперь беги заниматься. Вечером покажешь мне, каких успехов смог сегодня добиться. Юный бог кивнул, поблагодарил за завтрак и убежал, покидая обитель Хранителя Облаков. — Когда-нибудь наш Чжун Ли поймет, что ошибался насчет людей, — богиня провожала взглядом удаляющуюся фигуру, — Да, на первый взгляд кажется, что человек абсолютно не развит - ни телом, ни духом. Но ведь и тигренок не сразу сможет утробно зарычать, как взрослый тигр. Нужны время и старания. Тогда не только люди, но и Чжун Ли станет лучше - в первую очередь, как личность, следовательно и как бог, что ведет за собой тысячи жизней, — она довольно рассматривала небесную гладь, а Хранитель Облаков лишь мог, затаив дыхание, слушать и постигать смысл сказанного. *** — Наконец-то ты пришел! Я уже и заждалась, — радостный восклик богини разносился эхом по поляне. Навстречу девушке шел Властелин Камня - выглядел он как юноша-аристократ, больше восемнадцати обычный человек бы ему не дал. И хотя боги могут изменить свою форму так, как сами того пожелают, Чжун Ли нравилось "расти" - он считал, что возраст тела, если так можно выразиться, должен соответствовать багажу познаний об этом мире. Сейчас он ощущал себя именно как среднестатистический юноша - не слишком глуп, чтобы быть ребенком, но и не достаточно опытен, чтобы считаться взрослым. — Прости, что задержался. Я читал ту книгу, что ты мне посоветовала накануне и не заметил, как пролетело время, — Чжун Ли стыдливо почесал затылок, — Так что ты хотела мне показать? — Пойдем скорее на второй этаж - увидишь, — она схватила его за руку и бегом потащила в каменный домик. Это была её мастерская, где она придумывала разные приспособления как для себя, так и для людей. На многочисленных полках стояли книги с её научными трудами, на стенах вывешены какие-то схемы, а на полу валялялись некоторые инструменты, которые так и не попали в свой законный ящик. Страсть к знаниям витала в воздухе, что не могло не заставить Чжун Ли восхищаться архонтом пыли. Взбежав по ступенькам вверх вслед за девушкой, Моракс изумился - его взору предстало необычное приспособление больших размеров. — Позволь тебе представить моё новое творение! Я назвала это баллистой, — Гуй Чжун изящно взмахнула рукой; было видно, что она очень горда собой и своим произведением, — Она поможет защитить наши земли в случае опасности. Ею смогут пользоваться люди даже без капли магии! Только механизмы и незамысловатая конструкция, не более, не менее. — Вау... — вздохнул обезкураженно Чжун Ли, обходя баллисту, чтобы рассмотреть её со всех сторон, — А как она работает? — Всё просто: здесь нужно натянуть канат... Я его сделала из конского хвоста. Тут берём огромную стрелу, но камни и другие тяжелые вещи тоже подойдут. Оттягиваем с помощью этого механизма и резко отпускаем. Снаряд летит во врагов, нанося урон по площади, — чтобы наглядно показать принцип работы устройства, не используя его, богиня взяла со стола рисунки и чертежи, демонстрируя их посетителю. — Да уж... Это точно шедевр инженерного искусства! Хотел бы я быть таким же мудрым, как ты... Тогда мы смогли бы вместе придумывать и изобретать что-то подобное, — мечтательно вздохнул парень; его щеки немного порозовели. — Мудрым, говоришь... — она многозначительно посмотрела на спутника, а затем быстро скрылась в соседней комнате. — А.. Гуй Чжун? — только Чжун Ли уже подумал, что сказал что-то не то, как та, кого он звал, вновь зашла на балкон, где и располагалась баллиста. — Возьми вот это. Она протянула ему шар энергии, что был скован брусками зачарованного сидерита, который обрамляли кристалики с двумя черными шипами по бокам. — Это - символ союза и мой тебе вызов. В этом замкé - вся моя мудрость. Если сможешь открыть... — архонт пыли запнулась, но затем, мягко улыбнувшись, помотала головой, — Нет. Ты должен понять это сам. — Вызов, говоришь? — Властелин Камня усмехнулся; лишь румяные скулы выдавали его трепетные чувства - все таки сама Гуй Чжун сделала ему подарок, признавая его почти равным себе по разуму, — Я принимаю его. Обещаю, я скоро открою... — Память о пыли, — подсказала та. — Да, именно её я и открою. Пара дружно рассмеялась. Чжун Ли так и не смог её открыть. Даже после смерти Гуй Чжун. *** Закат в Заоблачном пределе был невероятен: холодный оттенок синего мягко сменялся сереневым, затем розовым, а после - ослепительно желтым. Горизонт горел в лучах садящегося солнца, несколько звезд замерцали, приветсвуя обитателей всего Тейвата. И Гуй Чжун, стоя на обрыве, приветствовала их в ответ. В теплом свете, который вот-вот исчезнет, она была до того красива, что и вдохнуть было, смотря на неё, очень тяжело: пшенично-серые локоны мягко струились по спине в виде хвоста, закрепленного шпилькой с металлической глазурной лилией. Её ручная работа. Такой же цветок, только живой, она держала в руках, которые словно принадлежали мраморной статуе - такие они были аккуратные и нежные. Таким же было и её лицо: иногда оно могло быть элегантным и даже пугать своей непоколибимостью и строгостью, но только не сейчас - в эту самую секунду оно было по-детски милым. Кораловые губы наверняка были мягкими, как вата, но Чжун Ли не решался проверить. Он слишком смущался сделать шаг вперед, навстречу неизведанному. Именно поэтому он и стоит сейчас позади неё, не в силах нарушать такую уютную тишину. Архонт пыли позвала его любоваться небом в сумерках. Но сам Моракс даже не смел отводить взгляд от богини. — До сих пор думаю, как же нам повезло жить именно здесь, наслаждаться этими видами, этим небом... До чего оно живописно. Как бы мне хотелось хоть на минуту стать ветром, чтобы унестись в самую ввысь и стать хоть немного ближе, — девушка воздала руку к звездам, мечтательно глядя на них. — Да, всё это красиво, но... — Чжун Ли не разделял её взглядов, — Разве заслуживает столько внимания и восхищения нечто столь обыденное? Ведь столько есть вещей, которые ценны и невероятны, а делает их такими именно то, что они скоротечны, как песок в ладонях. — Ох, Чжун Ли, — Гуй Чжун мягко улыбнулась, повернувшись к возмужавшему богу, которому люди бы не дали больше двадцати пяти, — Не думай о небе, как о должном и как о чем-то очень простом. Мысли шире, глобальнее. Это ведь на самом деле бескрайний космос. В масштабах вселенной, само существование космоса - короткое мгновение. Всему этому может однажды прийти конец, — сделала шаг в его сторону, — Подумай над этим, ведь тот мир такой удивительный... Разве сама мысль о парящих облаках, на которые так и хочется лечь, думая, что они пушистые, не заставляет тебя улыбнуться? Разве тебе не хочется еще хоть на секунду задержать свой взгляд на этом бескрайнем полотне всевозможных цветов, что стали звать небом? Властелин Камня не ответил. Ему было нечего сказать, на что девушка лишь по-доброму усмехнулась и прикрыла веки. "Если ты считаешь небо прекрасным, то в моих глазах ты - божественна..." Он наконец смог полностью осознать и принять тот факт, что он бесповоротно влюбился. Его губы тронула слабая, но искренняя улыбка. "Пусть моим небом станет твоя улыбка." *** И как же больно осозновать, что Гуй Чжун была права - однажды всё закончится: и счастье, и радость, и даже небо когда-то исчезнет. "Небо" Чжун Ли умирало у него же на глазах. Но ощущение было будто умирал он сам. И как только его богиня испустила свой последний вздох, многое потеряло в миг смысл: и война за гнозисы, и борьба за собственную жизнь, и даже чувствовать хоть что-то кроме гнева. Однако, Моракс понимал, что сейчас нужно сосредоточиться и взять себя в руки как никогда - его народ, его земли нуждаются в защите, он не может отвернуться от этого всего, только не после того, как потерял самого близкого, самого родного, самого дорогого, самого любимого. Теперь нужно любой ценой оберегать то, что осталось. Он не подвет Гуй Чжун. Ради неё он будет сильным, не падет духом в самый тяжелый момент. — Прости меня... — он коснулся её окровавленных губ своими в первый и последний раз, — Ты будешь отмщена, — с этими словами он создал из камня сосуд, а тело богини заставил окаменеть, после чего стер в пыль. Чжун Ли бережно пересыпал прах с ладони в сосуд, замечая, что яшмовый барьер вот-вот рухнет из-за наплыва монстров и других врагов. Властелин Камня сражался со всеми, кто был в поле зрения и не был признан как друг - вместо привычного руке копья он метал скалы, целые куски земли, которые потом станут островами. Иногда в ход шли метеориты в виде золотых сидеритов, заставляя бесчисленных противников умирать за доли одной секунды. И в один день закончилась и война. Семь победителей "взошли на троны", получив признание Селестии и возымев свои земли и народы вновь. В их числе были Моракс и Барбатос - старые друзья-коллеги решили встретиться, дабы обсудить случившееся и поделиться планами о будущем. Венти - такое имя взял бог ветров среди смертных - сидел на том самом обрыве вместе с Чжун Ли, где когда-то любовалась небосводом архонт пыли. Бард, не смотря на редкие улыбки своего друга, чувствовал некую недосказанность, повисшую в воздухе, поэтому попробовал расшевелить того на разговор: — Восстановление городов - это всё, конечно, очень хорошо, Моракс, но... — он протянул ему еще кубок мондштадтсткого вина, — Я же вижу, что ты чем-то очень потрясен. Эта тень печали на твоем лице до добра не доведет, знаешь ли. — Горькая утрата... — только и смог выдавить из себя тот и следом, принимая кубок, пригубил немного напитка, — Архонт пыли была дорога мне... Ты, кажется, даже знал её - она пару раз приходила забирать меня после наших совместных попоек... — Кажется, вспоминаю... — Венти вертел в руках свою волшебную лиру, не зная, как правильно разделить чужое горе, — Мне жаль, Моракс... Есть что-то, чем я мог бы заглушить твою боль хоть на сегодняшний вечер? — Да... — Властелин Камня достаёт каменный сосуд из походной сумки, — Есть кое-что, — он передаёт его Барбатосу. — Позволь узнать, что это? — Её прах, — горько и задушенно ответил тот, — Поскольку ты - бог ветра, то всё, что ты развеешь с добрыми намерениями будет благословленно. Прошу, развей прах и сопроводи её со мной в последний путь. Венти благодарно улыбнулся. Для него было делом чести исполнить такую просьбу для самого близкого друга. — Возвращайся к истокам, о славный архонт пыли, — молвил он, откупоривая сосуд и направляя анемо энергию внутрь, — Пусть земля будет тебе пухом, а ветер - мягким шелком, что дарует тебе покой в этом мире. Чжун Ли и Венти подняли руки, соединяя свои элементы с прахом и развеевая его над горами Заоблачного предела. — Да будет благославленна твоя душа.