А может быть по другому?

       — Это какая-то ошибка — воскликнула Милисса, но Джерси вдруг потянул её за собой, вновь обретая образ человека, что б удобнее взять подопечную за руку.       — У нас нет на это времени — запричитал демон.        — Куда мы идём? — всё ещё пребывая в шоке спросила Милисса.       — Ты должна доплыть до острова — Джерси остановился, заходя по косточки в воду, но ни одна волна не смела намочить его.       Но вот на девочку эта магия не распространялась. Милисса стояла рядом, а тёплые, напитанные лунным светом волны, обволакивая ступни, согревали и манили. Малышка, закрыв глаза, откинула голову назад, наслаждаясь лёгким дуновением ветра, и приятным шумом волн, на миг забыв обо всём. Но и тут же поплатившись за такую ошибку. Вдруг, рядом послышался всплеск, и девочка, не успев открыть глаза, ушла под толщу воды. Милисса тут же раскрыла глаза, судорожно барахтаясь, и пытаясь отцепить от своей ноги то, что неустанно тянуло малышку на глубину. Но всё было тщетно: в лёгкие набиралось всё больше воды, а рассудок туманился, как вдруг глупейшая мысль, сгенерированная отголосками разума, дала девчушке сил. Сложив простейшие печати, Милисса пустила через ладошки небольшой поток чакры. Хоть девочка и не была расположена к этой стихии, но вода сделала своё дело. Небольшая искра молнии увеличилась в сотни раз, расходясь по всему озеру. И то, что тянуло девочку, зверски взвыло, и хор похожих звуков не только резал слух, но и заставил поёжиться от страха. Но кислород был на исходе, поэтому пришлось перегруппироваться, и старательно плыть на поверхность.       Последние метры до драгоценного кислорода она преодолевала будто вечность, но всё рано или поздно заканчивается. Вот и Милисса всплыла на поверхность жадно хватая воздух ртом. Вдоволь отдышавшись, наследница клана Уайт оглянулась: вокруг бескрайние водные просторы, а вдалеке виднелся маленький остров. «Я ещё покажу этому Джерси, но только я должна доплыть до острова.» И твердя это про себя будто мантру, Милисса отчаянно начала грести к берегу таинственного острова. Но сколько бы девочка не плыла, остров, казалось, лишь отдалялся. «Чертов демон — пронеслось в голове — ну я ему покажу, где раки зимуют гендзюцу он на меня наложил.»       — Развейся — повелительным тоном приказала девочка, сложив соответствующую печать.       И вправду, остров оказался совсем недалеко. Сведя брови, и продумывая планы мести, Милисса поплыла к заветному берегу. Не прошло и десяти минут, как ноги коснулись песчаного дна. Выйдя, из воды юная Уайт обняла себя за плечи, дрожа от очередного холодного воздушного потока. «Ну и куда же мне идти?» Слегка надувшись подумала девочка, и, будто в ответ на её вопрос, где-то вдалеке загорелся фонарик, затем ещё один, но ближе, и ещё… Дюжина фонарей освещали путь. Решив, что уже нечего терять, девочка ступила на освещённую тропу.       Дорога заняла совсем немного времени, и вот, Милисса вышла на освещённую светлячками лужайку. Трава приятно щекотала ступни, а всё вокруг напоминало сказку. Вдруг где-то в небе послышался шелест перьев. Но не успела Милисса поднять глаза к небу, как перед ней появилась девушка. За её спиной были огромные белые крылья, но некоторые перья были золотыми. На таинственной незнакомке была длинная белая накидка с капюшоном, которая практически скрывал лицо, расшита золотистым узором. Губы, накрашенные яркой помадой, оттеняли бледный овал лица.       — Приветствую тебя, юная Уайт — начала загадочная женщина — я Хранительница долины Шиннори. Хранительница явно ждала ответа, но мысли Милиссы спутались в клубок.        — Здрасьте — сумела выдавить из себя девочка, не особо вникая в суть своей речи, и в то, с кем она разговаривает — слушайте, а вам капюшон, натянутый и на глаза, не мешает? Вы же ничего так не видите, ой! — до Милиссы наконец-то дошло, что она разговаривает с самой Хранительницей. Но женщину, видимо, рассмешила малышка.        — Знаешь, — повела разговор женщина, но в её голосе не было той загадочности, что в начале — я хотела провести обычную церемонию посвящения, но для необычной гостьи… почему бы не сделать что-то из ряда вон выходящее?       Дама обошла Милиссу, а небольшой шлейф белого плаща, казалось, не касаясь травы, витал в воздухе. Но если хорошо присмотреться, то можно было отчётливо заметить маленьких светлячков, что постоянно поддерживали ткань. Всё это походило, скорее, на сказку для малышей, хорошо поставленный фантастический фильм, или, на худой конец, хороший сон. Но нет, всё это выло явью. Хранительница, щёлкнув пальцами, прошептала что-то, и рядом с ней начали расти гигантские листья. Неестественно изгибаясь, они начали принимать форму двух стульев и небольшого столика, на котором разместились две вычурные розовые чашки.       — Прошу к столу — мило проговорила женщина, указывая на стул-листок, и садясь напротив — чаю? — Хранительница, как заботливая хозяйка, подсунула чашку с напитком, аромат которого распространялся, казалось, по всему лесу.       Решив не расстраивать женщину, Милисса аккуратно взяла чашку, и отхлебнула напиток. Горящая жидкость обжигала горло, но на вкус была весьма приятной.       — Извините, — девочка сразу решила затронуть интересующую её тему — почему в книге высветилась фамилия Учиха?        — Ты не знаешь? — хранительница с сочувствием посмотрела на девочку, а получив в ответ утвердительный кивок, начала рассказ — когда-то давно, твою маму, Эвелин Уайт, после выпуска из академии, объединили в одну команду с выходцем из клана Учих — Миядзаки Учиха. Не буду рассказывать тебе всю историю, но они полюбили друг друга, хоть и твоя бабушка была против. Но как только оказалось, что Эвелин беременна, Миядзаки не признал того, что ты его ребёнок, и ушёл, а твоя мама и бабушка решили растить тебя сами.        — Вот как — на лице Милиссы появилось сожаление.        — И ещё кое-что, юный Саске, с которым ты сдружилась, твою троюродный брат.        — Правда? — грусть девочки сменилась восхищением.        — Да, и кстати, этот напиток поможет пробудить твои крылья — сказала хранительница — потерпи, будет немного больно — сочувственная улыбка появилась на её лице.       Вдруг девочке стало плохо. Было такое ощущение, что сердце проткнули иголкой, а затем ещё одной, и ещё… Резко боль переместилась в зону лопаток, будто их режут ножом. Милисса была похожа на перепуганного зверька, которого загнали в угол с намерением убить. Малышка, корчась, от боли свалилась на траву. Еще секунда, и пронзительный крик вырвался бы наружу, но боль в лопатках исчезла так же резко, как и появилась. Но вдруг, появилась другая проблема, глаза начали неистово печь, и девочка уже не смогла сдержать крик боли. Ужас и негодование смешались в коктейль эмоций, что бурлил и выливался.       Всё закончилось так же неожиданно, как и началось. Боль утихла, и Милисса смогла подняться. Ноги всё ещё мелко дрожали, а за спиной что-то мешалось. Небольшой груз тянул вниз, но казалось, что теперь это неотъемлемая часть тела девочки. Она оглянулась, пытаясь понять, что же с ней случилось, но, как на зло, Милисса не могла ничего увидеть.        — Принесите ей зеркало — от неожиданности Милисса чуть подпрыгнула. Она настолько была поглощена собой, что уже и забыла про существование хранительницы — бедная девочка сейчас сломает себе шею — с долью насмешки проговорила женщина.       И перед Милиссой появилось зеркало в тяжёлой золотой оправе. Его поддерживали странные существа, таких девочка ещё не видела. Но больше всего её удивило отражение. Да, в зеркале отображалась она, белое платье почему-то было сухим, а подол целым. Волосы развивались на ветру, а за спиной были такие непривычные алые … крылья? Лисса прикрыла ладошкой рот, а глаза округлились. Наконец-то она теперь сможет летать. Восторг окутал её с головой, и только в этот момент девочка поняла, что ещё кое-что изменилось, а именно её глаза. Милисса подошла поближе к зеркалу: её чёрные глаза стали голубыми, а на радужке было по одному чёрному томэ. Это было похоже на смесь Шарингана, и Каннари. Как только девочка оглянулась по сторонам, чтобы спросить хранительницу об этом, то обнаружила, что теперь на поляне только она одна.        — Ты молодец, Милисса Мари Учиха Уайт, а теперь усни — мягкий и тихий голос обволакивал сознание дурманящей пеленой. Только сейчас девочка почувствовала, что очень устала. Хотелось упасть на траву, и заснуть, свернувшись калачиком. Но вдруг, что-то мягкое подхватило девочку, и унесло её ввысь, а она тихо посапывала, погрузившись в миг грёз.