for charity | в целях благотворительности

Каждое утро после благотворительного ужина Северус просыпался, обещая себе, что сегодня поговорит с Поттером. Признается ему или, по крайней мере, попытается объяснить, что произошло между ним и Этторе. И каждый день, когда он видел за завтраком этот яростный зелёный взгляд, его решимость испарялась, как капли воды в жаркий летний день. Слова Поттера, словно громыхающие цепи жаждущего мести призрака, эхом отдавались в его голове, тревожа его, заставляя нервничать. Поверит ли ему Поттер теперь? Так миновала неделя, в постоянном мучительном круговороте «что если» и «что могло бы быть», а день возвращения Этторе неотвратимо приближался. Пока однажды утром он не проснулся с осознанием того, что сегодня вечером итальянец проведёт свой показ, а затем вернётся в Шотландию. Заявит права на того, кто принадлежит Северусу. Или, по крайней мере, должен принадлежать. Северус, всё ещё в пижаме и ночной рубашке, сидел за столом в овальном кабинете и наблюдал за восходом солнца. Всё должно решиться сегодня, и всё же он чувствовал некоторую слабость от этой мысли. Что, если Поттер ему откажет? Сможет ли он справиться с этим? Разумеется, ему придётся — ради блага школы — он должен удержать Поттера здесь, чего бы это ни стоило, но жить с ним бок о бок после того, как получит отказ… О, это убьёт его. Снейп глубоко вздохнул, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Он уже собирался встать, когда на его столе появилось синее облачко тумана. Он уставился на него, уже держа наготове палочку и направляя её на медленно клубящуюся дымку. Он обошёл стол, склонив голову набок, пытаясь сообразить, что это такое. С каждой секундой туман словно сгущался и в то же время принимал форму. Форму орла. Если быть точным, то это был патронус орла. Орёл поднял голову и раскрыл клюв, но вместо крика раздался хорошо знакомый итальянский акцент: — Северус, друг мой, прости, что беспокою тебя так рано, — в голосе Этторе слышалось отчаяние, почти паника, что сразу же встревожило Снейпа. — Мне требуется твоя помощь. Нет, мне отчаянно необходима твоя помощь. Если ты готов меня выслушать, открой мне доступ к камину ровно в семь часов. Прошу тебя вызвать Гарри и Драко, дело касается и их тоже. Умоляю тебя, Северус, от этого зависит моя карьера. После того, как из клюва вылетело последнее слово, орёл склонил голову и исчез в облаке дыма. Северус пару секунд смотрел на место, где тот стоял, затем перевёл взгляд на настенные часы. У него в запасе было всего пятнадцать минут. Он призвал свой патронус — лань — и отправил её к Драко и Поттеру с коротким сообщением: «Немедленно приходи ко мне в кабинет. Воспользуйся камином». Не прошло и двух минут, как огонь вспыхнул зелёным и из него неуклюже вывалился взъерошенный молодой человек. Северус ловко подхватил его, не дав упасть, и посмотрел на Поттера сверху вниз. При виде него сердце Снейпа ёкнуло. Его послание, должно быть, разбудило Поттера. Он явно выглядел так, будто только что выбрался из постели. Очки были слегка сдвинуты набок, сонные глаза блестели слегка встревоженно и одновременно сияли яркой зеленью в утреннем свете. Тёмные волосы были заметно растрёпаны, и Снейпу отчаянно хотелось запустить в них пальцы, чтобы привести в ещё больший беспорядок. Из одежды на Поттере были лишь тёмно-серые шерстяные пижамные штаны, настолько мешковатые, что держались на бёдрах только благодаря белому шнурку, завязанному спереди бантом. Северус мог бы потянуть за него и развязать… Он тихо застонал, его дыхание участилось. Поттер не вырывался из его объятий. Его кожа была ещё тёплой после сна и такой мягкой, и Северус внезапно осознал, что легонько поглаживает талию молодого человека. Поттер придвинулся ещё ближе, шерстяная ткань брюк защекотала босые ноги Снейпа, а затем одна нога скользнула между его бёдер, и обнажённая грудь Поттера прижалась к его груди. Взгляд, который он не сводил с лица Снейпа, горел зелёным пламенем. Северус медленно сцепил руки на талии Поттера, нежно проведя кончиками пальцев по его позвонкам. — Надеюсь, ты не за этим меня позвал, — раздался за спиной манерно тянущий слова сонный голос. — Я, в отличие от некоторых, не склонен к вуайеризму. Поттер тут же отпрянул, его зелёные глаза расширились, а в глубине изумрудных омутов снова вспыхнула ярость. — Пришло сообщение от Этторе. Он будет здесь через пару минут, — объяснил Северус, сверля Драко взглядом. — У него какая-то просьба ко всем нам, вот зачем вы здесь. Не раздумывая ни секунды, он скинул халат и набросил его на голые плечи Поттера. В ответ получил полный недоумения взгляд, но молодой человек не стал сопротивляться. Вместо этого он просунул руки в рукава, плотно обернул халат вокруг тела и затянул пояс, не сказав ни единого слова. Они молча сидели и пили горячий кофе, когда из зелёного пламени, пошатываясь, вышел Этторе. Он схватился за край камина, чтобы не упасть, и Драко тут же вскочил, чтобы помочь, но тот жестом остановил его. — Не нужно, Драко, я в порядке. Международные путешествия по Каминной сети довольно… головокружительны. Но мне нужно было спешить, а это быстрее, чем подавать заявку на портключ. — Садись, — скомандовал Малфой, подталкивая итальянца к стулу. — Кофе? Чай? Этторе сглотнул, едва не побледнев. — Спасибо, но я лучше воздержусь. — Чем мы можем тебе помочь, Этторе? — спросил, наконец, Северус, дав гостю пару минут, чтобы отдышаться. Итальянец посмотрел всем троим в глаза и серьёзно ответил: — Вы ведь знаете о моём сегодняшнем показе, верно? Я работал над ним весь прошлый год. Новая коллекция… о, весьма впечатляющая. А теперь из-за какого-то глупца вся моя работа может рассыпаться, как карточный домик во время торнадо! — Что случилось? — Это самое отвратительное, что только может произойти с дизайнером, — взревел Этторе, с силой ударив кулаком по столу. — Мои идеи украли! Мерзкие люди, пиявки — похитили всё до единого! — после потока итальянских ругательств он глубоко вздохнул и продолжил более спокойным тоном. — Один из моделей, как выяснилось, шпионил за мной и украл мои эскизы. Из злобы и ревности он продал их моему главному конкуренту. Я был там вчера вечером, когда Бернардо представлял публике мои творения. Ах, cazzo! — И что теперь? Ты не можешь сегодня показать то же самое, не так ли? — спросил Поттер, нервно теребя концы чёрного пояса от халата. — Отчего же, могу, но это станет концом моей карьеры, — простонал Этторе. — Нет, за один день мне придётся придумать новую коллекцию. А это, совершенно очевидно, невозможно. К счастью, остались кое-какие наработки, которые они не сумели украсть, и, внеся небольшие корректировки, я мог бы объединить эту коллекцию с другой. И вот тут ваш выход. — Боюсь, ни один из нас ничего не смыслит в дизайне, — сказал Драко с ноткой смеха в голосе. — Достаточно взглянуть на этих двоих, — усмехнулся он, указывая на шерстяную пижаму Поттера и простую чёрную футболку и тонкие хлопчатобумажные брюки Снейпа. На нём, что характерно для Малфоя, была безупречная шёлковая мантия. — Но я, возможно, знаком с дизайнерами, которые могли бы тебе помочь. И я совершенно точно знаю людей, способных… посыпать солью ваших пиявок. В следующее мгновенье Этторе оказался перед Драко. Северус даже пропустил этот момент. Его рука зарылась в светлые волосы, а губы изогнулись в зловещей улыбке. — Мне не нужен какой-то там дизайнер, мне нужен drago, чтобы испепелить огнём моих врагов. — У тебя он есть, милый, — ухмыльнулся Драко, и в его глазах мелькнуло что-то зловещее, чего Северус давно не видел. — Я назову тебе его имя. Polizia мало что может предпринять, но я хочу, чтобы он понёс наказание. И мне нужны доказательства. Мне нужен кто-то, кто сможет незаметно проникнуть в кабинет Бернардо. Я знаю, где он хранит документы. Мне нужен кто-то, кто сможет достать их для меня. Поттер неожиданно поднял руку, и на его губах тоже заиграла коварная ухмылка. — Думаю, я мог бы справиться с этим. — Заклинания не сработают, — предупредил Этторе. — Разве кто-то что-то говорил о заклинаниях? — отозвался Поттер, бросив взгляд на Северуса. — Эта дурацкая мантия до сих пор у тебя? И она всё ещё работает? — спросил тот. — О, разумеется, у меня, и да, она работает, — заверил их Поттер. — Мантия? — Мантия-невидимка, — пояснил Гарри. — Мой отец не успел построить для меня дом на дереве, но оставил мне в наследство чертовски хороший подарок. Этторе мрачно улыбнулся, затем достал из кармана клочок пергамента и постучал по нему палочкой. Он протянул бумагу Драко. — Вот его имя. Не причиняй ему вреда, но заставь его страдать, mio drago. — С удовольствием, — откликнулся Малфой. — Есть кое-что ещё, — заявил Этторе, поворачиваясь к Северусу и Гарри. — Кое-что очень особенное. Новая коллекция — это… ну… не просто коллекция. У неё особая тема. Во всяком случае, две модели, которые открывают показ… они идут в наборе, так сказать. Я работал над ними довольно долго, возможно, несколько месяцев. Это было скорее хобби, но я надолго застрял с ними. Что-то не складывалось до последнего времени. До того дня две недели назад, когда у нас состоялся небольшой разговор, помнишь, Северус? Северус, разумеется, помнил. Поттер посмотрел на него с внезапным любопытством и раздражением одновременно. — Теперь они готовы. И стали основой новой коллекции; они необходимы для успеха этого шоу. Однако есть только два человека, которым я бы позволил надеть что-то настолько особенное. Поэтому мне нужны вы двое в качестве моделей. — Это безумие! Нелепость! — Ты, должно быть, шутишь! — Ты, похоже, спятил… — Это, мой дорогой мальчик, блестящая идея! Этторе огляделся по сторонам в поисках четвёртого человека, прокомментировавшего его заявление. — А, — улыбнулся он старику с длинной седой бородой, чьи бледно-голубые глаза за очками-половинками озорно поблёскивали. — Вы, должно быть, знаменитый professore Дамблдор? Я много слышал о вас. — Не верьте и половине слухов, мой мальчик, — откликнулся Альбус. — Эта ваша идея, она довольно… — Безумна? — предположил Северус. — Необычна, я бы сказал. Уверен, вам есть что предложить взамен нашему слизеринцу-директору. Не сомневаюсь, такой человек, как вы, не настолько наивен, чтобы думать, что Северус Снейп согласится на это без… хорошего стимула. — Разумеется, — лукаво улыбаясь, кивнул Этторе. — Если вы сумеете достать мне документы, я подам в суд и выиграю его, и тогда, смею вас заверить, Бернардо Говернейл заплатит огромную сумму за свою ошибку. Целую кучу флоринов — и все они будут ваши. — Мне не нужны твои деньги, — яростно заявил Северус. — Тебе — нет, но вот твоей школе… — откликнулся Этторе, а затем, взглянув на Поттера, добавил: — А также… «Люмосу», верно? Все деньги будут полностью в твоём распоряжении, сможешь делать с ними всё, что пожелаешь. — О какой сумме идёт речь? — расчётливым тоном спросил Драко. — О семизначной, как минимум, — ответил Этторе. — И всю её вы сможете оставить себе. Подумай об этом. Больше никаких сборов средств, никаких скучных благотворительных вечеров. На эти деньги можно построить новую школу. — Разве тебе они не нужны? — спросил Поттер. — У меня есть деньги, меня они не волнуют. Я просто хочу стать свидетелем позора Бернардо. Хочу, чтобы каждый мужчина и каждая женщина в нашем мире знали, какой он бездарный, вороватый bastardo. Никто не смеет красть у Этторе Серафини. Никто. Снейпу не понравилось решительное выражение лица Поттера. Этот добродетельный мелкий паршивец уже обдумывает сделку. Ему хотелось заорать. Стать моделью? Какой кошмар! И всё же, он знал, что если Поттер согласится… Он не сможет отпустить его одного. Целый день с Этторе в Италии? Кто знает, на что их подтолкнёт опьяняющий, сладкий вкус мести? — Я в деле, — внезапно заявил Поттер с широкой улыбкой на лице. — Поттер! — не сдержал восклицания Северус. — Чёрт бы тебя побрал! Гарри мятежно пожал плечами: — Вам идти необязательно. — По правде говоря, — развёл руками Этторе, — тебе придётся. Ваши костюмы — это комплект. Идеальный. Вы должны пройтись по подиуму вместе. Никто не должен был их надевать или даже просто смотреть на них. Это… одежда для вдохновения. Не для широкой публики. Понимаете, в эти костюмы вложена моя собственная magia — поэтому я так зол на Бернардо и модель. Их предательство заставляет меня совершить то, чего я не делал с момента моего дебюта. Я не смогу доверить их никому другому. Мой план бесполезен, если ты не пойдешь с нами. Пожалуйста, Северус, прошу тебя, не отказывай мне снова. — Снова? — спросил Поттер, переводя взгляд с Северуса на Этторе и обратно, словно те были Охотниками, передающими друг другу квоффл. — Что значит «снова»? Что он имеет в виду, Снейп? Скажите мне! — потребовал Поттер. — Снейп, скажите мне! — А что, по-твоему, может означать это слово, Поттер? — огрызнулся Северус. — Наш дорогой друг пытается сказать, — вмешался Этторе примирительным тоном, — что в феврале он отверг мои ухаживания. — Нет, — заявил Поттер. — Я был там и видел вас обоих. — Ты так думаешь? — медленно произнёс Этторе, а затем покачал головой и сказал: — Гарри, ты ошибаешься. Между нами ничего не было. Я старался изо всех сил, и, вероятно, ты был тому свидетелем, однако… Сердце Северуса было… скажем так, не на месте, и мы решили, что нам лучше остаться друзьями. — Друзьями? — прорычал Поттер прямо в лицо директору. — Что, чёрт возьми, здесь происходит, Снейп? — О, Мерлина ради, — проворчал Драко. — Ты же не настолько туп, Поттер. Посмотри на Дамблдора, даже он понял, что происходит, а он мёртв. Старик и впрямь радостно улыбался им, накручивая свою седую бороду на указательный палец. — Увы, мистер Малфой, кое-что легче заметить, если смотреть со стороны. Или, в моём случае, сверху. Полные гнева зелёные глаза сурово уставились на Снейпа, и Поттер велел: — Вы двое, убирайтесь отсюда. Мне нужно поговорить с нашим дорогим директором. Встретимся перед Большим залом через двадцать минут. Северус проводил взглядом беззлобно ухмыляющихся Этторе и Драко, которые снова скрылись в зелёном пламени. Когда огонь поглотил два тела, он неохотно перевёл взгляд на Поттера. — Вы говорили… — сердито начал Гарри, но слова застряли у него в горле. — Вы сказали, что он… Я знаю, что я видел. — Ты не знаешь ни того, что ты видел, ни того, что я сказал. — Да хватит уже этих загадок, Снейп, а? — прошипел Поттер, перегнувшись через стол. Эта сцена явно напомнила Северусу ту ночь в библиотеке, только теперь всё было наоборот. — Скажите мне, что произошло! Это правда? То, что сказал Этторе? Он на секунду вгляделся в бушующие изумрудные глаза, а затем коротко ответил: — Да. — Тогда почему вы солгали мне? — яростно спросил молодой человек. — Я не солгал, Поттер — просто позволил тебе самостоятельно строить предположения. И не смей корчить из себя обиженного! В ту ночь ты сделал то же самое Поттер фыркнул и отвёл взгляд, но тут же снова посмотрел на Снейпа и сердито прищурился. — Откуда тогда взялся Северус? — Это просто блядский кусок ткани, Поттер! Спроси о нём у этого чёртова дизайнера, не у меня! Поттер плюхнулся в кресло, откинулся на спинку и несколько секунд, а может, и минут, наблюдал за Северусом. Кончик его указательного пальца нервно постукивал по подлокотнику. Когда он снова заговорил, его тон был спокойным, без злости. — Выходит, он действительно просто завязывал вам шнурки, а мне нужны новые очки? Северус наклонился вперёд, уперев локти в стол. — Я тогда был босиком, Поттер, и тебе это прекрасно известно. Он облизывал мой член сквозь ткань брюк, и это всё, что когда-либо между нами было. Чего нельзя сказать о вас двоих. Полные губы Поттера скривились в усмешке. — Он поцеловал меня, Снейп, один раз. Это совсем не одно и то же. — Нет, на самом деле, это гораздо хуже, Поттер, — отрезал Северус. — Гораздо серьёзнее. Поттер наклонился вперёд с вызывающим выражением лица. — Поверьте мне, это было далеко не так значимо, как-то, что вы стояли за моей спиной, положив руку на мой член. — Значит, он не очень хорошо целуется. — Или мне очень нравится ощущать вашу руку на моём члене, — парировал Поттер. Они смотрели друг на друга, и Северусу не терпелось встать, подойти и сделать так, чтобы Поттер почувствовал, что такое настоящее удовольствие. Зелёные глаза буквально прожигали его насквозь, и ему пришлось отвести взгляд, чтобы не совершить что-нибудь действительно безрассудное. — Поттер… — вздохнул он, откидываясь на спинку кресла. Гарри схватил его за руку и умоляюще произнёс: — Не смейте идти на попятную. Не смейте, чёрт возьми… пожалуйста… — Помнишь, почему я предложил тебе эту должность, Поттер? — тихо спросил Северус, глядя на их руки. Ладонь Поттера казалась такой тёплой, такой успокаивающей — словно он держал в руках чашку свежесваренного кофе. — Чтобы снять проклятие, — кивнул тот. — Я знаю, о чём вы думаете. Что всё закончится плохо и я покину Хогвартс до конца семестра. Но… — Но что? — резко спросил Северус. — Можешь ли ты гарантировать мне, что, если я позволю этому случиться, нас не раскроют? Что Попечительский Совет не подаст на меня жалобу за сексуальные домогательства и не уволит, как только узнает обо всём? Уволит тебя? У меня нет выбора, Поттер. У меня нет кандидатов на твою должность, совсем. Ты нужен мне здесь, Поттер. Хогвартсу нужно, чтобы ты оставался на этой должности ещё год. Если не согласен, скажи, что мне делать. Преподавать самому? Позволить Драко вести этот предмет и потерять ещё и его? Давай, скажи мне! — Снейп… — вздохнул Поттер, отводя взгляд и убирая руку, но Северус удержал её. — Одно слово, Поттер, и я рискну. Ты знаешь, я смогу. Чёрт, я уже сделал это, когда нанял тебя. Я не шутил тогда, в библиотеке. И я, Северус Снейп, нуждаюсь в тебе. Ты нужен мне как воздух, даже больше, чем воздух, больше, чем что-либо другое. — И всё же, — начал Поттер, одёргивая руку и вставая. На мгновение Северусу показалось, что он уйдёт, и у него вдруг скрутило живот, но вместо этого Поттер обошёл стол и остановился прямо рядом с ним. Северус тоже поднялся и посмотрел на Поттера сверху вниз, после чего тот наконец продолжил говорить. — И всё же сейчас это ваша школа. Ваше королевство, — он улыбнулся. — А королевство превыше всего, да, мой король? Северус мрачно усмехнулся и склонился к самому уху Поттера, чтобы его слова не услышали давно умершие директора Хогвартса. Он коснулся губами ушной раковины, заставив юного волшебника вздрогнуть, и прошептал: — Честно говоря, я бы предпочёл просто заставить тебя кончить. Снова и снова, пока ты не будешь весь в собственной сперме. Смеясь, Поттер оттолкнул его. Он покраснел, когда поднял взгляд, — зелёные глаза пылали, влажные губы притягивали взгляд, а пальцы всё ещё сжимали в кулаке старую рубашку Северуса. — Это нечестно. Вы не можете просто так говорить такие вещи, понимаете? Если только… не собираетесь сделать ничего подобного. — Чёрт… — выругался Северус и пробежался пятернёй сначала по своим собственным волосам, а потом по волосам Поттера. — Нам пора идти. Действительно пора. Гарри уткнулся носом в его ладонь, закрыв глаза. Он крепче сжал рубашку директора. — Нам нужно разобраться с этим как можно скорее, Снейп, потому что иначе я сойду с ума. Установим какие-нибудь правила. И будем держаться на расстоянии. — Так и сделаем, — подтвердил Северус, а затем вцепился в густую чёрную гриву и оттянул назад, внезапно вспомнив, с кем они проведут выходные. Поттер зашипел и облизнул губы, выпустив изо рта горячее дыхание. — А Этторе? Гарри самодовольно ухмыльнулся, вызывающе глядя на Снейпа своими зелёными глазами. — О, так вы хотите, чтобы я хранил вам верность, да? Это будет непросто. Очень непросто, — дразняще фыркнул он, придвигаясь ближе. Северус лишь зарычал, заставив Поттера запрокинуть голову. — Дай мне в залог хоть что-нибудь, — простонал молодой человек, обвивая руками шею директора. — Когда-то я поклялся вам в верности, а вы меня отвергли. Больше я на это не поведусь, Снейп. Мне нужно обещание. Я согласен ждать, сколько потребуется, но мне нужно обещание взамен. Северус медленно склонил голову в знак согласия и наклонился ещё ближе, по-прежнему крепко сжимая пальцами тёмную копну волос, по-прежнему удерживая Поттера. Гарри наблюдал за ним, широко раскрыв глаза и приоткрыв губы, его дыхание с каждым вдохом учащалось всё сильнее. Они стояли так близко, что Северус чувствовал, как горячие потоки воздуха скользят по его лицу и ласкают влажные губы. Его собственный взгляд метался между губами, которые он так хотел попробовать на вкус, и зелёными глазами, в которых он почти растворился. Поттер крепче обнял его за шею и провёл пальцами по длинным чёрным прядям. Он буквально чувствовал напряжение между ними. Возможно, это была магическая энергия, но это нечто ощущалось как мощная сила, с которой Снейпу приходилось бороться, чтобы преодолеть последний разделявший их дюйм. Воздух искрил и потрескивал, Северус практически чувствовал, как между ними лопаются крошечные пузырьки чистой энергии, однако, склонялся всё ближе и ближе. Прямо за мгновенье до того, как их губы должны были встретиться, время словно остановилось. Ни один из них не дышал, воздух, казалось, застрял в лёгких. Веки Поттера медленно опустились, но Северус заставил себя не закрывать глаза. Затем их губы медленно соприкоснулись, и, хотя контакт был совсем коротким, ощущения были более чем волнующими. По его телу пробежал электрический разряд. Поттер, должно быть, тоже ощутил этот всплеск магии, потому что всё его тело содрогнулось, а сам он испустил долгий дрожащий вздох, почти стон. Северус заставил себя замереть на мгновение и застыть в прежнем положении, прижав нижнюю губу Поттера к своим губам, и просто дал себе время осознать происходящее. Он целовал Гарри Поттера. Гарри-чёртова-Поттера. Наконец-то. После стольких лет желания, неутолённой жажды, снов, наполненных страстью, отчаянной дрочки в душе, долгих часов мастурбации в постели, когда он засовывал пальцы внутрь себя, крутил ими, сжимал, скользил, ничто — ничто — не могло принести ему удовлетворения, которого он так жаждал — и теперь всё его сдерживаемое разочарование было здесь, между их губами, и Северус наслаждался этим, смаковал вкус. Это было так чувственно. Ошеломляюще. Возвышающе. И опасно. Он позволил этому чувству захлестнуть себя с головой, поглотить целиком, как приливной волной. Чёрт, это оказалось ошибкой. Плотину прорвало. Пути назад не было. Простонав, Гарри оттолкнул его. Северус готов был сбежать, но стол не позволял ему. Поттер пожирал его взглядом, его глаза пылали зелёным огнём. Снейп был уверен, что его собственное выражение лица было не менее плотоядным. Циркулирующая между ними энергия изменилась. Теперь она притягивала их, словно магнит. — Правила, — неожиданно прохрипел Поттер, заставляя себя отстраниться, и стиснул пальцами подоконник, чтобы удержаться на месте и не наброситься на Снейпа. Северус ухватился за стол и отступил как можно дальше — насколько позволяло ограниченное пространство кабинета. Край стола уже врезался в его бедро. Он сдавленно выдохнул. — И дистанция. С пухлых губ сорвался слабый, неуверенный смешок. — Давайте сделаем глубокий вдох… и… и… — запыхавшись, Поттер не смог договорить. Северус знал — просто знал — что творилось в голове у этого мальчишки в этот момент, и для этого ему не нужна была легилименция. Поттер хотел заняться с ним сексом — это было то, чего они оба хотели, чего они оба жаждали. Трахнуться прямо здесь, прямо сейчас. Если Северус, не раздумывая ни секунды, сорвёт дурацкий халат с этого молодого тела и развяжет белый шнурок, Поттер не возразит ни единым словом. Он не скажет «нет», не прикажет Снейпу остановиться и убрать от него руки. Вероятней всего, он будет просто стоять на месте, обнажённый и умоляющий. Сама мысль об этом опьяняла. — Я бы отказался от Хогвартса ради тебя, — он не осознал, что произнёс это вслух, пока не заметил, как округлились зелёные глаза. Тогда он выпустил из рук край стола и позволил невидимой силе притянуть его к Поттеру. Он коснулся кончиками пальцев привлекательного, молодого лица, провёл ладонью по шее, погладил слегка порозовевшие щёки. — Гарри, я бы пошёл на это. Поттер мягко улыбнулся. — Я бы никогда вас об этом не попросил. Я этого не хочу. Ваше место здесь. Это ваша школа, ваше королевство. Это не просто глупая метафора. Вы заслужили право быть здесь, вы делаете великое дело. Мы как-нибудь с этим справимся. Нам придётся, иначе сомневаюсь, что кто-то из нас двоих будет способен работать в ближайшее время, — его губы изогнулись в игривой усмешке, и он добавил: — Я едва могу дышать, ноги до сих пор трясутся, а в груди болит так сильно, что я почти уверен — мои рёбра треснули от того, как бьётся о них моё сердце. Это неподходящие условия для работы, директор. Северус склонился к уху Гарри, прижавшись виском к его виску. — Я мог бы сделать тебе искусственное дыхание, мог бы поднять тебя на руках, заставив обхватить ногами мою талию и удерживать тебя на весу. Я мог бы осыпать твою грудь поцелуями, чтобы облегчить боль. — Северус… — выдохнул Гарри, придвигаясь так, что их лбы соприкоснулись. Снейп ощутил лёгкое прикосновение губ к своим губам — мимолётный, почти призрачный поцелуй, а затем Гарри отстранился. Северус ещё никогда в своей жизни не был так благодарен. — А теперь уходи, — приказал он строгим тоном, который был ничем иным, как притворством. Он был бессилен против Поттера, как травинка перед летним штормом. Бросив последний отчаянный взгляд на губы Северуса, Поттер развернулся, чтобы уйти. Снейп наблюдал, как тот идёт к камину, однако швырнув в огонь горсть летучего пороха, он обернулся. — Что бы вы сделали, если бы я поцеловал вас прямо сейчас? Поцеловал по-настоящему? Чисто гипотетически, конечно же. Если бы жизнь была проще и нам не нужно было бы беспокоиться о проклятиях и прочем? — с внезапной решимостью спросил Гарри. Северус облокотился на стол. — Ну я бы, разумеется, не ответил на твой поцелуй. И само собой, я бы не коснулся тебя. Я бы даже не провел рукой по твоему телу. И уж конечно, я бы упустил возможность приласкать твой возбуждённый член. Ещё было много всего такого, чего бы он, определённо, не стал делать. — Хорошо, что я этого не сделал, — лукаво улыбнулся Поттер. Он развязал пояс халата и позволил тому соскользнуть с его полуобнажённого тела. Северусу пришлось глубоко вдохнуть. — О да, действительно, хорошо. Мы же не хотим, чтобы кто-нибудь пострадал. Гарри нахмурился: — Нет, вы бы не причинили мне вреда, — он сунул руки в карманы. Его пижамные штаны сползли ещё ниже. Северус разглядел островок тёмных волос. Поттер ухмыльнулся. — Ну, я тоже не могу гарантировать твою безопасность. — А что со мной случится? Северус пожал плечами, затем запустил руку под рубашку и почесал живот. Он с удовлетворением заметил, что Поттер проследил за его движением, а затем облизнул губы. — Сперва тебя толкнут к этой книжной полке. Пара синяков для начала. А затем тебя ещё несколько раз прижмут к ней. Твоя голова при этом тоже может пострадать. Из-за… ударов на тебя могут упасть книги. И это если не упоминать о прочих метках, укусах и царапинах. — О, Мерлин, звучит не так плохо, как должно. Какие-то из травм могут кровоточить? — Я не животное, Поттер. Временами я бываю немного груб, но могу быть мягким, когда это необходимо, — заверил его Северус. — Мягким? — печально спросил Гарри, опустив взгляд на тело Снейпа. На его губах мелькнула улыбка. — Когда это необходимо — да. В других случаях я могу быть настолько жёстким, что могу пронзить драконью шкуру. Гарри выдохнул сквозь стиснутые зубы. — А какой вы сейчас? Северус посмотрел на своё тело, а затем, повинуясь внезапному порыву, опустил руку с живота на тёмные брюки. Он сжал свой член — сквозь тонкую ткань теперь отчётливо была заметна его жёсткая эрекция. — Дай мне знать, если тебе понадобится пронзить дракона. — Мы всё больше усложняем задачу, не так ли? — самодовольно ухмыльнулся Гарри, словно его не задел брошенный ему вызов, однако его взгляд буквально прикипел к промежности Снейпа, а сам он принялся терзать свою нижнюю губу зубами. — О, дорогой, — ответил Северус, слегка поглаживая свой член, — он скучает без тебя уже довольно долгое время, — Снейп гадал, как долго они смогут продержаться. В ту же секунду Гарри двинулся к нему, но твёрдый голос откуда-то сверху остановил его. — Сейчас вам лучше к нему не приближаться, молодой человек, — они оба подняли взгляд на бывшего директора-слизеринца. Финеас Найджелус Блэк ухмылялся им со своего портрета. — Полагаете, я этого не знаю? — вздохнул Поттер и шагнул в пламя. Северус поднял взгляд на Альбуса, ожидая нравоучений. Но вместо этого старик лишь грустно улыбнулся ему: — Душераздирающее зрелище. Жаль, что этот разговор не состоялся до того, как нанял его. — В таком случае мы бы не разговаривали, Альбус.