I'll only hurt you if you let me

–Спасибо!–крики из толпы долетали до сцены. –До встречи!–я поклонилась и, махая рукой на прощание, сбежала со сцены. Знакомый звон в ушах и головокружение накрыли меня, а в глазах потемнело. –Билли блять! Это у тебя хобби такое — перед девушками в обморок падать? –Она не моя девушка,–тихо возразила я. "Она не моя девушка" больно резануло по сердцу, оставив кровавый след где-то в районе рёбер. – Где она? –Помогает собирать аппаратуру. Позвать? –Не нужно. –Будет хоть один этап тура, где ты не хлопнешься в обморок? –Нет конечно. Ты всё ещё надеешься услышать "Да"?–я сдавленно рассмеялась, судорога в голени пришла не вовремя, так что я сильно сжала кулаки и зажмурилась. Упустила момент, когда Сэм что-то сделал с ногой, но судорога быстро прошла. –Ешь? –Ем. –Спишь? –Как слон. –Сколько? –Кретин, слоны по 2 часа в день спят. –Вот и как мне с тобой бороться? Про массаж я вообще молчу,–продолжил терроризировать меня. –Вот и молчи. В дверь негромко постучались и, не дождавшись ответа, вошли. –Извините, если помешала. Надо выезжать. Вы закончили? Билли, ты собралась? –Сэм, можешь идти. И... Всё же жаль, что ты не выполнил ту мою просьбу. Пат, поможешь собраться? –Конечно. А что за просьба?–тихо спросила Патриция. –Вот пусть Билли тебе и расскажет,–мужчина не стал задерживаться и быстро покинул помещение, оставив меня один на один с Пат. Повисло неловкое молчание и шорох моей одежды и мелочевки, что летели в портфель. Никто не решался спросить первым и ждал, пока спросят у него. Ненавижу молчание: оно почти всегда давит не хуже, чем давил Адам, прижимая к кровати. Терпеть не могу молчание, но с Сарой (я решила сократить Сьерра, хоть имя и безумно красивое, но сложно произносить, поэтому Патриция разрешила называть себя Сарой) оно не было угнетающим или давящим. Наоборот, оно было спокойным и комфортным. –Всё? –Да. –Пошли тогда в автобус, нас все ждут. –Хорошо. Поплелась за ней. В коридорах и вправду уже никто не сновал туда-сюда, а в помещении, где стояла сцена, было непривычно тихо. –Вы так быстро всё собрали... –Это просто ты в обмороке час провалялась. Ничего не болит? –Голова немного, но с моим пониженным давлением это —норма. Мы забежали в автобус. Не желая слушать возмущения мамы на тему того, что со мной происходит и почему так долго, я пробежала в заднюю часть автобуса, в кругу команды именуемую спальней. Патриция, чуть погодя, нагнала меня. –Если тебе интересно, то через час мы остановимся где-нибудь, потому что Мэгги захотела, чтобы все вместе поужинали. –Понятно. –Ну так что, расскажешь?–она села на свою маленькую койку аккурат напротив моей. –Просила его достать мне пушку или накачать чем-нибудь. –Зачем? –Хотела умереть. –И сейчас тоже? –Тоже,–иногда удивляло, как свободно и спокойно я могу говорить на тему смерти. Люди почему-то так бояться хоть что-то связанное со смертью упомянуть, а мне всё равно. И я, наверное знаю причину, но Патриции рано об этом рассказывать. Да и нужно ли? –Почему? –Устала. Её краткие вопросы и мои такие же краткие ответы. Она не хочет ковырять мои старые раны, я не хочу выглядеть перед ней слабой. –Ты пьёшь? –Нет. –Вообще? –Да. Если тебе нужен собутыльник, то могу выпить. –Отлично,–я спрыгнула с койки и вышла из "спальни". Где же... А, вот! Взяв последние запасы, я вернулась, плотно закрыв дверь, чтобы никто не увидел ничего лишнего. –Алкоголь? Ты не шутила? –Как видишь. –И ты собираешься всё это выпить? –Концерт послезавтра вечером, а сейчас мне хуёво. Ты будешь? Увы, бокалов нет, так что, если не брезгаешь, с горла. –Давай, не будешь же ты всё это одна пить! –Почему? Могу и выпить. –Открывай ты уже,–она улыбнулась и спрыгнула со своей койки, пересаживаясь ко мне на мягкий ковёр.

***

Pov автор –Почему ты так ненавидишь сигареты и алкоголь, но при этом сама пьёшь?–осталась одна бутылка из пяти, разум мирно спал где-то в сторонке, а язык радовался свободе действий. –Потому что только он помогает на какое-то время забыться. –А есть что забывать? –Я... Обещай, что не уйдёшь, если я расскажу тебе. –А почему я должна уходить? –Эмма после этого свалила. –Я не Эмма. Я никуда от тебя не уйду, обещаю. –Хорошо. Отношений было пять. Первые были, когда мне исполнилось четырнадцать. Глупо, правда? Ничего интересного не было, мы с Питом провстречались около четырёх месяцев, потом я узнала, что всё это время он бегал забавляться к другой девушке, которая, кстати, на тот момент была моей близкой подругой, ведь я не давалась, скучно и ничего интересного. Позже, конечно, я сделала вывод, что неплохо так нагрешила в прошлой жизни, иначе я не знаю, от чего мне так не везло на партнёров. Лили... Милая девчушка, персикового цвета пухлые губки, большие зелёные глаза под густыми ресницами, маленький нос и волосы, словно шёлк. Шикарные формы — грех жаловаться, тело и внешность просто сногсшибальные. Но, как это иногда бывает, внешность обманчива. Не думал этот ребёнок, что в свои пятнадцать будет отдавать все деньги ей. Их, кстати, было немного, но всё же я их сама заработала. Встречались мы полгода, как раз до моего дня рождения, чуть дольше даже, до двадцать седьмого декабря, если быть точнее... Девственности я лишилась с ней. Мы расстались через пару дней после первого секса от того, что я не хочу трахаться как кролики. Домой я приходила уставшая, у меня тогда уже начались концерты, и сил не хватало даже на то, чтобы под душ стать, а тут сексом заниматься, – даже под алкоголем врала сама себе и Патриции. Лучше так, чем рассказать, что не хотела не потому, что уставала, а потому, что это был первый раз, когда её изнасиловали, и она попросту не знала, как справляться с этим. – Ну, а потом я как-то разочаровалась в людях, и для себя решила, что тема отношений для меня закрыта. Устала? Хочется отдохнуть? Вбиваем в картах ближайший стриптиз клуб, жопу в руки и пиздуем туда. Снимаем самую горячую девочку и развлекаемся с ней, умалчивая о своём несовершеннолетии, – снова врёт. И близко никого к себе не подпускала, потому что стоило кому-то заговорить с ней, как к горлу подкатывал комок панического страха. Поэтому всегда ходила с охраной. Они покупали ей выпивку, смотрели, чтобы ничьи руки не тянулись к Билли и выгораживали её перед родителями. –И какого это? –Что? –Беспорядочный секс. –Странно, в какой-то степени даже мерзко. Вроде расслабление есть, а покоя нет. Вроде пихают и пальцы, и член — выбирай, что хочешь, вроде даже иногда приятно было. Но не то... С любимым человеком совсем другое. Там поддельные стоны, поддельные оргазмы, поддельная любовь. Собственно в одном из тех мест мы и познакомились с Адамом. Ничего особенного не было. Так, лёгкий абьюз, побои и изнасилования. Первый раз был, когда я просто выпила бокал вина по поводу дня рождения альбома,–и снова врёт. Это был далеко не первый раз — предпоследний. Первый раз был в Нью-Йорке.–Он этим воспользовался. Думал, что я утром ничего не вспомню и он сочинит милую историю, как я сама пьяная на него набросилась. Тогда я думала, что раздел "Адам" самый страшный в моей жизни. Оказалось, нет. После нашего расставания, а мне было семнадцать, я наконец осталась одна и очень радовалась своей свободе, однако недолго продлилось моё счастье. На какой-то из встреч с фанатами, вроде, где-то в Детройте, я познакомилась с Элис. В большой очереди она стояла такая уверенная, гордая, дерзкая, но в то же время очень милая. Наверное, этим она меня и привлекла.Через неделю мне написал незнакомый номер, как оказалось, это была Эльза. Мы договорились погулять. Когда мы встретились был, вроде, март... Или апрель? Не помню. Но точно была весна. Мы решили ходить на свидания по достопримечательностям Лос-Анджелеса, и я повела её гулять по городу. Она ходила по Аллее славы и читала имена, пару раз врезаясь в прохожих, которых не заметила. А в Диснейленде я почувствовала себя такой... Ну, прям девочкой-девочкой, а она была такой милой, что я просто не могла оторвать взгляд. Я провела её по всем самым популярным музеям Лос-Анджелеса, а вечером же мы гуляли по пляжу. Одним словом не пару дней, а сказка. Потом был конфетно-букетный период. Продлился он достаточно долго, около двух месяцев, ровно до тех пор, пока я не переехала к ней. И вот тут-то и началось веселье. Она оказалась не таким уж и безобидным кроликом, каким я её себе представляла. Постоянный тотальный контроль, избиения и изнасилования по поводу и без. Когда я заболевала, она игралась со мной так, что даже просто перевернуться на другой бок на кровати казалось пыткой ещё более жестокой, чем были в средневековье. Благо, в один день Финн просто не выдержал и пришёл вместе со мной к Элис, чтобы я собрала свои вещи. Я тогда сбежала и случайно встретила его, он как раз к нам шёл. Вот. Ну, потом уже была Эмма, но про неё я ничего сказать не могу. Так что вот, как-то так. –Ты поэтому просила не ругаться, когда у тебя температура была? Боялась, что я буду как Эльза? –Да,–тихо сказала Билли, опустив голову. –Она насиловала тебя, когда ты не хотела заниматься с ней сексом? –Да –А Адам? –Тоже. –Почему ты терпела? –Любила. –Тех, кто делала тебе больно? –Да. –Может, ты просто боялась? А теперь прикрываешься тем, что любила? Ты же боялась их, я права?–Патриция подсела ближе к Билли, которая почти расплакалась, и осторожно взяла за руку, смотря в глаза. –Боялась,–тихо призналась Айлиш,–и до сих пор боюсь. Боюсь, что они вернуться. –Иди сюда,–Сара вдруг резко притянула певицу к себе и сжала так сильно, что стало трудно дышать. От неё пахло корицей. И мятой, сладкой. Странное сочетание, но так успокаивает,–запомни, я никогда не причиню тебе боль, если ты сама этого не захочешь. И даже если захочешь, никогда не сделаю тебе больно. –Спасибо. Выйди, я хочу подрочить,–она прекрасно осознавала, что говорит и делает. Но надо было перевести всё в шутку. Иначе Патриции открылась бы настоящая Билли — с истерикой, криками и дрожащими руками. –Что?–Пат звонко рассмеялась. –Я хочу подрочить. Ты очень красивая, и я хочу тебя. Можешь ли ты выйти? –Вхахпхахв. Можем просто заняться сексом. Утром про всё забываем. Как смотришь? Я бы тоже не против тебя трахнуть. Ты очень даже в моём вкусе,–обе ухмыльнулись развратным мыслям и соприкоснулись губами. Девушки страстно целовались, пока их руки водили по телам друг друга, пытаясь через касания прочувствовать каждую клеточку. Айлиш сняла майку с Сары и застыла, смотря на столь прекрасное и желанное тело. Теперь уже Пат потянулась к губам Билли и втянула её в поцелуй. Языки создавали приятное трение, от чего девушки тихо постанывали. Оторвавшись от губ, Билли перешла на шею Патриции и, оставив пару мокрых следов, перешла сразу к ключицам. Вот тут-то она разрешила себе выпустить зубки и прикусила нежную кожу в нескольких местах, от чего грудь Пат начала вздыматься чаще. Билли опустилась ещё ниже, осторожно сжав руками грудь девушки, от чего та выдохнула и вдруг резко вдохнула снова, когда язычок Айлиш прошёлся по твёрдым соскам, поочерёдно лаская каждый. Руки девушки лежали на талии Сары, поглаживая кончиками пальцев спину. Немного опустившись, Билли прикусила кожу чуть ниже груди, потом оставила пару укусов на животе, опускаясь ниже, к кромке шорт. Получив краткое согласие в виде поднятых бёдер, Айлиш стянула шорты с бельём, наслаждаясь телом девушки, которое так часто представляла в своей голове. Вот сейчас она лежит перед ней, она открыта перед ней, ничего не прикрывает её тело и она сама не хочет его скрыть. Она готова и жаждет наслаждения, которое Билли так хочет ей дать, но... Правильно ли это? Они обе пьяны и если завтра вспомнят об этом, то будут жалеть. Но ведь это же будет завтра? Завтра, но можно предотвратить это и сейчас остановиться, и разойтись каждая по своим койкам. –Всё в порядке? Что-то не так?–взволнованно спросила Патриция, чуть привстав. –Нет-нет, всё в порядке,–Билли немного раздвинула худые ноги девушки и начала оставлять засосы на бёдрах, опускаясь ниже. И всё же жалеть они будут завтра, а сейчас им обеим нужно расслабиться. –Смотри, что у меня есть,–Айлиш встала с девушки и, подойдя к своей кровати, вытянула откуда-то небольшую продолговатую игрушку. –Хах, а ты не такой уж и ребёнок. Играем по-взрослому? Хорошо, Айлиш, сегодня играем по твоим правилам, но впредь такого не будет,–Пат игриво ухмыльнулись и легла, специально раздвигая ноги, чтобы подразнить бедную девочку, которая была уже практически вне себя от злости на дурацкие ремешки страпона, что никак не поддавались пьяным рукам. –С чего ты взяла, что ещё что-то будет?–ремешки наконец поддались и, затянув их, Билли подошла к Саре. –Ты взяла меня на должность личного ассистента, и я с тобой как минимум до конца тура, а ещё я уверенна, что одним разом ты не ограничишься. –Заткнись уже, а то сейчас этой штукой по губам получишь,–Айлиш держала игрушку игрушку точно у входа, практически не касаясь кожи Пат. –Боже, ну войди ты уже,–Сара немного приподняла таз, пытаясь насадиться на страпон, но ничего не вышло, ведь Билли, предугадав действия партнёрши, немного отодвинулась. Однако, как только Патриция легла, Айлиш резко пихнула игрушку в девушку. Быстро и немного болезненно, от чего Сьерра тихо заскулила и выгнулась, пытаясь ухватиться за короткий ворс ковра. –Тише-тише,–Билли блеснула глазами и закрыла рот девушки ладонью, начиная быстро двигаться. Потребовалось несколько минут, чтобы Патриция затряслась, сжимая руками грудь. Отдышавшись, она посмотрела на Билли, которая смотрела на неё пьяными глазами. Поняв, что она может действовать, Пат резко встала, садясь на Билли, которая оказалась прижатой к полу, сверху. Немного испуганно улыбнувшись, Айлиш посмотрела на Сару. Патриция нежно коснулась губами шеи Билли, оставляя невидимые поцелуи, от чего она часто задышала, но тут же попыталась контролировать дыхание. –Я не сделаю тебе больно,–прошептала Пат, пройдясь языком по ушной раковине девушки, от чего та тихо застонала. По-настоящему. Не так, как делала это даже с Эммой. Там она играла роль, которую сама себе отвела. А сейчас в воздухе витали очень тихие, но самые настоящие и правдивые стоны и любовь? Да, нежные чувства передавались от одной девушки к другой и обратно. Они чувствовали, что любят друг друга. Сара немного оттянула ворот кофты Билли, ожидая разрешения на то, чтобы снять её. Не смотря на то, что она уже видела её без кофт и маек, она не хотела делать что-то без её согласия, подобно Адаму или Элис. Она не хотела оставлять ещё один невидимый шрам на Билли. Она не хотела делать ей больно. Получив быстрый кивок, она сняла кофту, а после ещё одного кивка и бельё. –Как тебе нравится?–спросила Сара, осторожно водя пальчиками по телу Билли, от одной груди к другой. –Мне? –А кому ещё?–руки Пат медленно и осторожно гладили тело Билли, пытаясь передать всю нежность через простые поглаживания. –Мне нравится, когда меня душат. Когда берут грубо. Когда оттягивают за волосы,–Сара сняла с девушки трусики, пару секунд любуясь красивым телом. Ухмыльнувшись и кивнув, Пат быстро стянула страпон с Билли и, нацепив на себя, вошла быстро, полностью и очень грубо, начав быстро двигаться. Но, увидев, что Билли сморщилась и закрыла рот рукой, поняла, что ей это доставляет сильную боль. –Ты уверенна, что это тебе нравится? –Да,–ответила она, всхлипнув –Билли, точно? Если тебе больно, мы может остановиться. –Да, да, я терпеть не могу грубый секс. Это ужасно больно и мне не нравится. Они все меня так брали и мне должно было это нравится, только тогда они хотели меня, это ты хотела услышать? –Тш, тише. Я тебя слышу. Позволь себе не думать о них всех. Давай вот как сделаем,–Сара осторожно достала из неё игрушку и немного сжала шею,–что ты чувствуешь? –Мм, приятно,–выдохнула Билли. –Хорошо. Хорошая девочка,–Патриция аккуратно коснулась языком груди девушки и обвела сосок, оставив под грудью засос. Она начала осторожно целовать каждое полушарие. Билли начала тихо, практически бесшумно постанывать, боясь, что её услышат. С Эммой было не так. Она любила, нет, правда любила её, и ей было всё равно, если кто-то услышит её стоны. А сейчас... С Патрицией по-другому. Она стесняется и ей неловко. У неё первый раз спросили, как ей нравится. Первый раз кто-то поинтересовался, как она любит. Сейчас, когда язык Пат прошёлся по самому чувствительному месту, она перестала себя контролировать и застонала, тут же покраснев. Сара улыбнулась и продолжила движения языком. Она была рада, что Билли приятно. Видела, как спустя несколько минут работы языком, Айлиш начала метаться и стонать громче, уже не контролируя себя. Пат это обрадовало, Билли перестала её стесняться. Посмотрев на девушку, которая лежала прикрыв глаза, и чья грудь часто и прерывисто вздымалась, Сара осторожно и максимально медленно вошла в Билли, только теперь уже она не сморщилась, а застонала, выгибая спину. Делая осторожные толчки, чтобы не причинить лишнюю боль, Патриция внимательно наблюдала за Билли. –Всё хорошо?–Сьерра продолжила медленно двигаться внутри, немного ускоряясь с каждым толчком. Она не хотела долго мучать Айлиш: девочка и так устала за сегодня. –Да,–простонала Билли. Они обе не заметили, как медленные толчки переросли в более быстрые, стоны из тихих — в громкие, а наслаждение сменилось накатывающей волной разрядки. И Билли заплакала. Просто лежала на твёрдом полу и плакала. Впервые кто-то позаботился о её комфорте вместо того, чтобы просто трахать. Патриция, хоть и была пьяная и не особо отдавала отчёт своим действиям, заботилась о том, чтобы даже во время секса Билли чувствовала себя хорошо. Даже Лили во время первого раза ничего такого не делала. Просто завалилась к Билли восемнадцатого декабря и заявила, что устала ждать и трахнула. Грубо и больно. А потом это уже вообще было никому не интересно. –Я... Я люблю тебя,–вытирая слёзы прошептала Билли. –Я тоже. Я тоже тебя люблю. –Че-ерт, мы столько выпили, если завтра ещё будем живы-победа. Спина отваливается. Не буду больше на полу ебаться,–Айлиш усмехнулась и принялась надевать одежду. –Мы проебали ужин. –Я в курсе –И нас водитель слышал –Похуй. Я вижу его первый и последний раз. Главное, чтобы он на диктофон не записывал, а то потом начнётся веселье. –Ага. Всё будут кричать о том, как Билли Айлиш стонет во время секса. Ты же звездой всех новостных лент станешь,–девушки пьяно рассмеялись, а Билли гладила Пат по животу, на котором уже кровавыми пятнами расцветали укусы. –Боже, я так спать хочу,–Билли обняла Сару, прижимаясь к ней. –Спокойной ночи тогда? –Спокойной.