5
18 июля 2021 г., 00:36
Мы сейчас в Италии. За окном уже час гремят салюты — видимо, что-то празднуют. Малышка давно спит, у неё сегодня был тяжёлый день, к тому же ещё с Мэгги поссорилась, а я невесомо глажу её по волосам и смотрю в окно.
–Стреляют!–Билли вскочила на кровати и испуганно посмотрела на окно.
–Тише, тише. Всё в порядке. Никто не стреляет, это салюты. Просто салюты. Они далеко, за каналом. Спи, Билли.
–В нас стреляют?–она начала плакать, смотря на меня. Чёрт, и что мне делать?
–Нет, нет. Всё хорошо, никто не стреляет, не бойся. Давай, ложись спать. Я буду охранять тебя,–я легонько толкнула её в плечо, чтобы она легла, и укрыла её одеялом.
–Только не бросай меня, пожалуйста.
–Не брошу. Никогда не брошу. Ну же, давай, засыпай,–она вдруг встала с кровати, взяв подушку, и пошла куда-то.
–Ты куда?
–У меня сейчас будут тики.
–Может, давай я наоборот с тобой лягу?
–Лучше не надо. Я сегодня весь день волновалась, так что меня всю ночь будет дёргать так, что я могу тебя ударить и при чём достаточно сильно. Я лучше отдельно посплю, чтобы тебе не мешать. Ты и так почти не спишь. Давай, я разбужу тебя завтра. Спокойной ночи,–она вышла из комнаты, закрывая дверь.
Я честно пыталась заснуть. Не могу. Не могу, зная, что она лежит сейчас там одна и дёргается. Мне её жалко. Знаю, что она ненавидит, когда её жалеют, знаю, но продолжаю.
Pov Билли
Лежу на диване и плачу. На кой черт мне иметь отношения, если я даже поспать вместе с любимым человеком не могу? Когда тики немного успокоились до того состояния, чтобы я могла более менее спокойно лежать, я попыталась заснуть.
Открыла глаза от противного звона. Холодно. Так и не поняла, спала ли я или просто полежала с закрытыми глазами. Встаю и иду в спальню, чтобы разбудить Патрицию. Тихо открываю дверь и подхожу к хрупкому тельцу, закутавшемуся в одеяло. Осторожно приседаю и провожу кончиками пальцев по нежной коже, заправляя волосы, что выбились за ночь, за ухо. Медленно перехожу на брови и, почти не касаясь, обвожу каждую по очереди. Затем спускаюсь по милому носику и дохожу до губ. Аккуратно вожу по ним кончиком большого пальца, указательным же поглаживая подбородок. Безумно нежная кожа и правильные черты лица. Идеальная. Начинает причмокивать, отчего, как ошпаренная, отдёргиваю руку. Медленно открывает глаза. Пару секунд смотрит на стену, затем переводит взгляд на меня и улыбается.
–Доброе утро,–шепчу я и наклоняюсь, чтобы поцеловать в лоб. Подставляет все части своего лица под мои губы, улыбаясь словно кот, лежащий на солнышке.
–Доброе,–сказала она в ответ и принялась распутываться из своего кокона. Я же облокотилась на окно и наблюдала за безуспешными попытками,–кофе будешь?–я кивнула, усмехнувшись,–и не смейся блин, помогла бы лучше.
–Ты такая красивая. Была бы я фотографом — заполнила бы все карты памяти и плёнки твоими фотографиями; была бы художником — посвятила бы твоими портретам целую галерею; была бы поэтом — написала бы тысячу сборников со стихами про тебя. Ты правда прекрасна,–немного смущённо говорила я, помогая стягивать одеяло.
–Я люблю тебя,–сказала она, подходя ко мне. Губы нежно накрыли мои, пальцы небрежно зарылись в волосы. Давно обычные поцелуи не приносили мне такого удовольствия. Прикусив за губу, она отстранилась и пробежалась по мне глазами.
–Идём, а не то нам Финн глотки поперегрызает,–сказала я, как только заметила взгляд, что выдавал её с головой,–а это оставь на вечер. Кстати, сделаешь мне кофе вечером, пожалуйста, если я не умру сегодня,–я улыбнулась и вышла, чтобы она переоделась. Интересно, что будет, когда я умру? И когда я умру? Будет ли Сара вообще скучать по мне? Она едва знает меня, а я — её.
–О чём ты думаешь?–спросила она, кладя мне руки на плечи.
–Не важно,–отмахиваюсь и замечаю, что она уже оделась.
–Ладно, но перестань тогда думать о какой-то фигне.
–Как?
–Цвет глаз поменялся. Стал немного темнее.
–Боже, ты реально следишь за каждым изменением цвета моих глаз?
–Ну, иногда только так и можно тебя понять. Да и к тому же мы уже три месяца бок о бок, у меня уже коллекция твоих взглядов. Целая палитра оттенков.
–Всё, хватит, идём,–я улыбнулась и потянула её за руку к выходу.
У входа в лифт нас встретила команда, и мы все вместе спустились к такси. Благо, никто, и даже мама с Финном, не лезли с распросами: после обычного "Как дела?" и моего сухого "Нормально" молчали всю оставшуюся до площадки дорогу. Патриция спала на плече, обняв руками за талию и закинув ноги на меня. Я же гладила её по волосам, иногда касаясь губами, и смотрела в окно. Каждый из той части команды, что поехали, занимались чем-то своим и на нас практически не обращали внимания. А если и смотрели, то лишь обводили нас взглядом и после моей слегка смущённой улыбки, отводили глаза. Ехать ещё около часа, так что я немного развернулась, обняла Сару в ответ и, положив свою голову на её, закрыла глаза.
–Билли, Патриция, приехали,–так и не поняв, кто меня разбудил, я посмотрела на Сару, что всё так же лежала на мне, лишь слегка сильнее прижавшись. Шея и спина ужасно болели из-за угла, под которым я проспала часа полтора.
–Сара, Сар,–я легонько потрясла её за плечо. Она лениво открыла глаза и пробежалась по салону взглядом,–мы приехали уже. Можешь в гримёрке позже поспать, если хочешь.
–Да, спасибо. Идём?–она убрала с меня руки и ноги.
–Идём,–выдохнула я и мы вышли из машины, сразу же побежав к зданию, где будет концерт. Дождь я, конечно, обожаю, но выступать мокрой не хотелось.
***
–Сара, мне нужно с Билли поговорить, иди в гримёрку,–Финнеас аккуратно отвёл меня за руку подальше в коридор. Странно, с чего вдруг? Утром даже поздороваться не удосужился, а тут поговорить надо. Даже после концерта дождь не прекратился... Боже, если я что-то сделала не так, прости! –Что ты хотел?–в параллельной реальности спрашиваю серьёзно, а в этой же выходит дрожащий полушёпот. –Я хотел поговорить о Патриции,–сердце сделало смешное "ТУ-ДУХ" и пропустило удар,–а если точнее — о ваших отношениях. –Что тебе не нравится?–становится не по себе, ведь последний раз так начинался разговор об Элис. –То, что ты забываешь о работе. Меня совершенно не волновали твои отношения до того момента, как ты стала забывать о работе. Ты несерьёзно относишься к концертам, интервью и фотосессиям. Ты просто забываешься и на скорую руку отыгрываешь всё это, лишь бы побыстрее оказаться с ней. Я понимаю, она тебе нравится, но, Билли, у тебя есть работа и ты должна работать, а не обжиматься в коридорах с Патрицией. Да, она милая. Да, красивая. Умная и добрая, не спорю, но, Билли, отношения не должны препятствовать работе, ты сама это отлично знаешь. Поэтому, будь добра, немного усмири свой пыл и искры в глазах при виде Сары. Сама знаешь, что отношения могут тебя разрушить. Повторюсь. Либо расставайся с ней, либо вспоминайте друг о друге только когда остаётесь наедине в комнате отеля или в автобусе. –Финн, ты... Я... Я ненавижу тебя, чёртов ты подонок!–еле сдерживая слёзы, я побежала в гримёрку, не оглядываясь на него. Как только закрыла дверь, сразу расплакалась. Как... Как он мог? Он же обещал, что поддержит. Он же знает, как я люблю её. Знает, как долго я искала её. Знает, как больно мне было. Он же всё, чёрт возьми, знает! Так почему же мешает мне наконец жить счастливо? Что я сделала не так? Жизнь, чем блять я тебе не угодила?! Почему я не могу жить счастливо?! Я устала! Я просто устала! Так и не поняла, обращалась ли я к себе, к Финну или к чему-то, или кому-то, другому. –Билли?–дверь тихо открылась и в комнату вошла Патриция.–Что случилось? Финнеас? Я лишь кивнула и сразу же очутилась в объятиях. Сильнее прижавшись к тёплому телу, позволила себе плакать. –Всё, всё, девочка, тише. Не плачь. Тшш, маленькая моя.– говорила, целуя волосы и поглаживая спину,–Всё в порядке. Солнышко, что он тебе сказал? –Он... Я...–всхлипнула, пытаясь успокоиться,–он сказал, что против наших отношений. Точнее не против, но лишь до того момента, пока я не начинаю забывать о работе. И это так больно. Ужасно. И я... Я считала, что он рад за меня,–я снова заплакала, сильнее прижимаясь к ней. –Милая, ну не плачь, прошу,–она начала покрывать поцелуями всё моё лицо, вызывая улыбку, а затем поцеловала в губы. Мы целовались и это было так прекрасно... Она будто забирала всю мою грусть и отдавала лишь спокойствие.–Всё, ты успокоилась?–она отстранилась, посмотрела на меня. –Да. Спасибо... И ещё кое-что... Обещай, что не уйдёшь. Никогда-никогда не бросай меня, прошу. Я так боюсь потерять тебя, ты представить себе не можешь. И те слова Финна... –Билли, забудь о них. –И я тогда представила, как говорю тебе, что нам лучше расстаться, и ты плачешь и... Я не хочу, чтобы ты плакала. Никогда. Я люблю тебя,–я притянула её к себе, крепко обнимая. –Я тоже тебя люблю. Всё, давай переодевайся и пошли ко всем остальным. Я уверенна, они уже всё собрали. Я в отель обратно хочу. На улице ужасная погода, а в номере кровати мягкие и одеяла большие и тяжёлые. –Согласна. Сейчас, подожди пару минут,–я переоделась, параллельно играя с ней в гляделки, чтобы взгляд не опускался ниже лица. Было весело.***
–Спа-ать,–как только мы вошли в номер, я сразу развалилась на кровати, вопреки своим страхам даже не сняв обувь. –Сильно устала? –До жути. Можешь раздеть меня, пожалуйста?–я уже почти засыпала. –Да, конечно,–она развязала кроссовки, затем сняла носки,–знаешь, напоминает нашу первую встречу. Только ты тогда на ковре заснула. –Серьёзно?–я посмеялась, пока она снимала кофту. –Думаешь, я стала бы шутить? –Ну мало ли,–она ухмыльнулась и начала целовать шею,–тебе так не терпится?–теперь ухмыльнулась уже я и зарылась руками ей в волосы, притягивая к себе сильнее. –Да. Ты не против ?–одной рукой она поглаживала грудь, а другой водила по талии. –Я устала, но так хочу тебя. –Моя хорошая,–она расстегнула бюстгальтер и прикусила кожу возле соска. Я тяжело выдохнула и расслабилась.***
–Я хочу на Гавайи,–засыпая, произнесла я. –Что тебе мешает?–Патриция, тоже уставшая, лежала рядом, обнимая меня. –Ты поедешь туда со мной?–я повернулась к ней лицом и тоже обняла. –Конечно, милая. Всё, спи, ты слишком устала сегодня,–она поцеловала меня в висок, и я наконец заснула.***
–Ну наконец-то!–я довольно потянулась и взяла Сару за руку. Пять часов в душном салоне самолёта и мы наконец на свободе. В аэропорту уже привычная для меня толпа, просящая фотографии и автографы.***
–Я счастлива!–прокричала Билли, взбегая на холм. Ветер красиво развевал её волосы, а в глазах блестели слёзы. В следующую секунду она так крепко обняла меня, что перехватило дыхание. Она такая чудесная и невозможно описать её и мои чувства к ней словами. Я люблю её! Её убили... Три с половиной года спустя, семнадцатого декабря она упала ко мне на руки. В ночь на восемнадцатое декабря она умерла.
