Price in gold

      Следующим утром Талон направился к своему знакомому. Тот занимался бумажной работой, касающейся отношений Ноксуса с другими государствами. И если ему и не были доступны какие-то секретные планы и особо важные документы, то о чем то официальном, как направление одного дипломата в Фрельйорд, он если не знал, то мог бы узнать. Талон быстро получил доступ к нужным документам, оплатив это вторым из трех камней, его знакомый был из старого аристократического рода, и сам был ценителем драгоценностей, так что там Талон мог удостовериться не только в секретности, но и в будущей благосклонности своего «друга».       Оставалось еще много времени, добраться до нужного города можно было за день, максимум – два, и цель туда пока что не спешила. Поэтому ассасин решил сообщить о результатах поисков Мальзахару, а потом подумать и над предложением старика. Все же он был так близок к заветной цели, к той жертве, за чью жизнь не попросил бы платы. Талон решил зайти сразу же, днем, если мага не оказалось бы на месте, он спросил бы у хозяина таверны. Но маг все же оказался там же, где обычно Талон его и находил. Мальзахар сидел за столом около окна и читал книгу. Он посмотрел на вошедшего Талона так, будто ждал его. Убийца сел и рассказал о том, как обстоят дела, мага все устраивало.       - Тебе наверное интересно, почему мне нужны жизни дипломатов: женщины и того ученого, верно? Но ты знаешь, что лишних вопросов лучше не задавать, – сказал маг, глядя на Талона.       - Ты прав. Любому было бы интересно. Остальные действительно представляли тебе и твоему культу опасность, эта женщина же простой дипломат, даже не в Шуриме. А ученый, хоть и занят не столько политикой, сколько исследованием Бездны, но скорее всего сам был бы рад вступить в твой культ.       - Тут нужно смотреть на более личные отношение. Все эти люди, кроме того монаха, знали друг друга, и были в сговоре. У всех них есть причина недолюбливать Бездну, или излишне ею интересоваться. Они планировали что-то. Я не могу увидеть, что именно, поэтому думаю, это связано со мной.       - Неужели действительно пророки не могут видеть свое будущее?       - Я не могу, может есть и те, кто может. Настоящих пророков мало. Хочешь, я загляну в твое будущее?       - Даже не знаю… – Талон действительно не знал, но в конце концов ответил. – Не нужно. Есть дела, в которых лучше не знать, чем все кончится.       - Хорошо, – сказал маг, при этом будто разглядывая Талона. По светящимся глазам было не понять, куда они смотрят, но взгляд ассасин чувствовал, будто так маг и хотел.       - Что-то еще?       - А какие еще услуги ты готов предоставить, скажем, за еще пять таких камней? И, возможно, некоторые гарантии? Я все же вижу будущее.       - Это о чем это ты? – немного подозрительно начал Талон. Он не любил намеков и полунамеков, хотя, будучи убийцей, шпионом и вором, постоянно среди них и жил, наверное потому и любил, когда говорили прямо: убей, укради, подставь, солги.       - Могу ли я купить тебя, на одну ночь, за деньги и мое слово?       - Это в том смысле…       - Да.       - Вот уж от кого не ожидал, так от пророка Бездны, – Талон усмехнулся, глядя на ничуть не смущенного мага. – И какого же слово, за которое я должен продаться? Имя ты обещал мне за эти четыре жизни.       - Я знаю, что будет с тобой дальше. Я могу исправить это, помочь тебе свершить месть, о которой ты мечтаешь.       - И это ты обещаешь мне за одну ночь и четыре жалких жизни? – ассасин оперся руками о стол, будто ожидая атаки, но говорил спокойно.       - Да. – маг все так же спокойно сидел, даже не шелохнувшись.       - Почему? – Талон искал подвох. Но для мага он был всего лишь клинком в его руке, он не имел никакого отношения ни к Бездне, ни к Шуриме, ни к жизни самого мага, ведь зная о нем достаточно, он не взял бы этот контракт. Одно дело рисковать жизнью, другое – идти на верную смерть.       - Потому что я могу себе позволить платить тебе больше, чем стоят эти жизни и ты, – маг говорил уверенно, немного высокомерно, почти ничего не читалось в светящихся глазах и едва заметной ухмылке на губах.       - И что будет, если я соглашусь?       - Я сдержу свое слово.       - Значит, еще одна сделка, – все так же спокойно сказал Талон. Мальзахар привстал и протянул руку к нему, не для рукопожатия, а будто хотел дотронуться. Ассасин ловко выхватил кинжал и отвел его запястье вниз, прижимая его руку к столу, сквозь перчатки мага лезвие клинка пока что не могло навредить пророку. – Даже не пытайся взять больше.       Пророк усмехнулся и, когда ассасин отпустил его, кинул тому небольшой мешочек. Талон открыл его, там было еще несколько тех самых камней, некоторые были даже крупнее предыдущих.       - Как всегда, половина сейчас, половина – потом. Тебе ведь хватит полдня, чтобы подготовиться?       - Хватит, – коротко ответил Талон и ушел, провожаемый заинтересованным взглядом мага. То, как поступал ассасин, почему-то показалось ему еще более горделивым и наглым, чем если бы он с возмущением отказался.       Ничего умнее, чем зайти к Мадам в Серебристой Лилии он не придумал. Если он примерно и представлял, что от него требуется, то предпочел бы получить пару советов и каких-нибудь специальных зелий, у него были только обычные, помогавшие заживлять не слишком серьезные раны, и то, он не мог сказать, сработают ли они с подобными травмами, если можно так назвать последствия его вызывающего соглашения. На самом деле больше его волновало то, что Пророк увидел в его судьбе. Судя по всему то была смерть. Он предполагал это, и ему казалось, что он был готов к ней, но на деле оказывалось, что он согласился на подобное не только из своего безразличия и толики безрассудства, но отчасти и из страха смерти. Были впрочем и другие дела, которые он хотел обсудить с хозяйкой заведения.       - Я могу понять, почему кто-то мог захотеть подобного, – сказала Мадам, когда он кратко описал ей ситуацию. – Может ты и убийца, но все еще красив, хотя мне не представлялось шанса видеть тебя без всего твоего снаряжения.       - Сомневаюсь, что в ближайшее время я настолько сменю способ заработка, чтобы дать кому-то еще такой шанс.       - Учитывая, как легко ты меняешь жизни на золото, не буду даже спрашивать, какова цена. Но ко мне-то ты зачем пришел? Неужели боязно? – Мадам легко, почти кокетливо, ухмыльнулась. – Или хочешь знать, в какой момент лучше всего вонзить нож в сердце?       - Это я и сам знаю. До того как тебя разденут и увидят тот самый нож. Мне нужны более практические советы, – Талон запнулся, на секунду. – Зелья, например.       - Переживаешь, что не сможешь достаточно ловко уйти после? – слегка усмехнулась Мадам. – Обычные лечебные зелья, такие как твои, действуют долго, выпей одно или два заранее, и не беспокойся о долговременных последствиях своих решений. А вот насчет подготовки… Может, мне попросить девушек тебе с этим помочь?       - Что? Нет, – теперь Талон был смущен, кажется, Мадам добилась своей цели. – Сам справлюсь. И я пришел поговорить не только об этом.       - О чем же еще?       Талон достал один из камней и посмотрел сквозь него на просвет, так, чтобы и Мадам видела его во всей красе. По взгляду женщины он понял, что в камнях она разбилась лучше него.       - Не секрет, что я там, где я есть, лишь благодаря генералу Дю Кото, – Талон опустил руку, глядя прямо на Мадам, но немного неуверенно. Он сам не мог до конца поверить, что делает это. – Есть одна жизнь… Которую нужно не отнять, а сберечь, если со мной что-то случится несмотря на то слово, которое мне дали в обмен на эту ночь. Я знаю, что у тебя есть связи. Мне навязали в ученики одного паренька, не то чтобы я его чему-то учил, но мне не хочется чтобы он сгинул в этом городе.       - И он такой же как ты?       - Еще не совсем, но это не худшее, что может стать с мелким вором, на улицах Ноксуса, – Талон протянул ей камень, она взяла его, но пока что не прятала. – Это зеленоглазый мальчик, с рыжеватыми волосами и манерами дикого кота. Я укажу ему сюда, он скажет, что пришел от старика, по моему указанию, у него будет кинжал, парный этому.       Талон осторожно отстегнул ножны и приподнял оружие так, чтобы его было видно.       - Хорошо, – ответила Мадам.       - Только не продавай его в другой бордель, и тут тоже.       - Не волнуйся, как ты и говорил, у меня есть связи, если и не таким как ты, но каким-нибудь шпионом или ассасином его там сделают.       Талон кивнул.       - С чего вдруг такая забота о ком-то? – спросила Мадам.       - Сам не знаю, старик попросил.       - Какой-то старый знакомый?       - Можно и так сказать.

***

      Солнце уже давно зашло, скорее всего полночь была близка. Талон зашел в таверну, ночью там было оживленнее чем днем, но как всегда, всем было плевать куда идет очередной посетитель, даже такой известный в некоторых кругах, как он. Хотя сейчас его вид был довольно привлекающим внимание: на нем снова была тяжелая накидка с клинками и легкая броня, на правой руке было закреплено его экзотическое оружие, на ремнях – метательные ножи. Кому-то это показалось бы странным, сейчас приходить к магу в полной боевой экипировке, но Талон подумал, раз маг хотел ассасина, пусть лицезреет его во всей боевой красе.       Убийца зашел в комнату Пророка, тот сидел на кровати скрестив ноги и читал один из журналов, которые недавно принес ему Талон. Судя по его виду, он был крайне увлечен своим занятием, пока не услышал звук открывшейся двери и тихое позвякивание металла.       - Ты решил прийти в полном боевом наряде? – сказал маг, откладывая книгу.       - Мне показалось этого ты и хотел. Тебе ведь нужен ассасин, а не случайный продажный мальчик с улиц, – ответил Талон, отстегивая ремни, удерживающие пату на руке, даже если он случайно отпустил бы рукоять.       Мальзахар довольно ухмыльнулся, тем временем Талон аккуратно пристроил свое оружие у стены, постаравшись поставить его так, чтобы случайно не повредить клинок. Ассасин стал перед магом, тот сначала обошел его вокруг, с интересом разглядывая, будто пока не решаясь дотронуться. Талон не торопясь снял капюшон. Мальзахар все таки дотронулся, но до ремней странной накидки ассасина, он скорее всего слышал о Талоне, что тот был силуэтом с клинками даже на плаще, но сам еще не видел его в боевом облачении.       - Мне это снять, или тебе так нравится? – спросил Талон, не слишком серьезно.       - Ну я ведь не говорил, что буду куда-то спешить. Могу и посмотреть на тебя.       - Ты еще рисовать меня начни.       - К сожалению, рисование не входит в список моих талантов. Но, пожалуй, я еще успею увидеть эти клинки в деле, – Мальзахар опустил руку и сделал шаг назад.       Талон, немного повозившись, снял накидку и оставил ее прямо на полу, эти клинки были скорее психологическим оружием, и от них не требовалось такой остроты. Там же он оставил и метательные ножи и броню. Мальзахар с интересом наблюдал, сам он пока что снял только платок, обычно закрывающий лицо, но, не смотря на то, что сейчас он был в Ноксусе, а не в Шуриме, одет он все так же был очень легко, в какое-то подобие распахнутой жилетки и легкие широкие штаны, сапог и перчаток на нем не было. Видимо, вечерняя прохлада не беспокоила его. Талон не слишком элегантно стянул с себя кофту и так же не задумываясь кинул ее на пол, после чего вопросительно глянул на мага. Мальзахар уже снова сидел на кровати, наблюдая за ним, а теперь снова рассматривая. Нельзя было сказать, что Талон имел телосложение прирожденного война, он действительно скорее походил на вора, ловкий, тренированный, но не массивный. Даже маг, как ни странно, мог показаться более внушительным, без всей брони и тканей, обычно покрывавших ассасина. На теле белело всего несколько шрамов, будь их больше, он не был бы таким хорошим убийцей.       Пророк жестом подозвал его, Талон подошел. Мальзахар положил руку ему на талию, не спеша провел до слегка выступающих ребер и обратно к поясу, все еще удерживающему остатки одежды на ассасине. Маг несильно потянул на себя, убийца, следуя за движением, сделал еще шаг к нему и, с видимым усилием удержав равновесие, оказался на коленях у Пророка. Мальзахар все так же заинтересованно разглядывал ассасина, почти невесомо проводя пальцами по его груди, второй рукой он потянулся к ладони Талона, тут сначала чуть не отдернул руку, но потом, будто вспомнив, что сам на это согласился, позволил магу взять его за руку, хотя жест показался ему странным, аккуратным, почти изучающим.       Маг коснулся его щеки, осторожно провел рукой к уху, ненавязчиво заправляя растрепавшиеся волосы, и, придерживая его голову осторожно, еще не уверенный в том, что убийца позволит ему, поцеловал Талона. Тот позволил ему это сделать, даже ответил, склоняясь чуть ниже, приоткрывая рот и уже опираясь руками на плечи мага. Длинные до плеч волосы ассасина несмотря на попытку Мальзахара их убрать все равно снова растрепались. Пророк еще несколько раз поцеловал его, уже не стесняясь и не опасаясь, при этом приобнимая ассасина. Сам Талон тоже был достаточно раскрепощен, зарывался пальцами в волосы мага, не избегал прикосновений к почти ничем не прикрытой коже. При этом ни один из них не закрывал полностью глаз, а Талон не мог не заметить, что маг был удивительно человечен, только глаза светились, и чувствовалась странная аура на почти подсознательном уровне, будто предчувствие. Возможно и уязвим он был так же, как и обычный человек. Он не собирался убивать его, но наблюдения были привычкой, и никогда не бывали лишними.       Мальзахар скинул с себя легкое подобие жилетки. Даже Талон не мог полностью сдержать заинтересованный взгляд, маг всегда ходил закутанным в шарф, а его голову обычно покрывал капюшон, почти скрывающий глаза. Сейчас убийца мог видеть перед собой почти что обычного молодого мага из Шуримы, только на плечах и руках кое-где поблескивали всполохи фиолетовой энергии Бездны. И в касаниях иногда чувствовалось что-то странное, не только тепло его тела, но что-то еще, неуловимое, но холодное. Пророк откинулся назад, ложась на спину, и потянул за собой Талона. Ассасин сначала оперся на руки, нависая над магом, но потом почти нагло сел на него, пока тот продолжал заинтересованно разглядывать его, проводя руками по груди и бокам. Это даже могло отдаленно показаться убийце приятным, слишком уж маг был заинтересован, это почти льстило ему, но он не позволял себе отвлечься.       - Только учти, маг, – сказал он, упираясь руками в плечи Мальзахара, скорее не давая ему сдвинуться, чем что-то еще. – Я убийца, а не шлюха. Не жди умопомрачительного шоу или лучшей ночи в своей жизни.       Маг только усмехнулся в ответ, проводя рукой по напряженной спине Талона, что почти заставило того вздрогнуть и перехватить его руку. После этого Мальзахар приподнялся и поцеловал ассасина, все еще придерживая его за спину. Несмотря на редкие порывы, как секунду назад, вырваться, Талон оказывался спокойнее, чем ожидал маг, тому казалось, что ассасин будет выглядеть гораздо более недовольным ситуацией. Напротив, Талон уже сам беззастенчиво продолжал поцелуй, при этом даже сидел на маге так, будто знал, как красивее всего показать себя и с такого ракурса. А легкие, но уверенные прикосновения рук были достаточно точны, чтобы усомниться в неопытности убийцы в подобных делах. Естественно, он лишь притворялся, но делал это достаточно убедительно.       Пророк осторожно отстранил Талона:       - Мне же не надо объяснять тебе, что делать, как я понимаю.       - Нет.       Ассасин поднялся и легко снял с мага широкие штаны из легкой ткани. Он присел на пол перед магом и, несколько раз проведя рукой по уже твердому члену мага, без колебаний взял его в рот. Мальзахар довольно вздохнул, прикрывая глаза, но продолжая смотреть на убийцу. Такое зрелище завораживало не меньше, чем ощущения. В чем-то Талон был прав, когда говорил, почему пришел в полной экипировке: убийца был не просто красив, он был опасен, казалось, будто в любой момент он мог бы вскочить и всадить кинжал в сердце мага, но он бы этого не сделал, ведь Пророку еще предстояло выполнить свою часть сделки. Маг осторожно провел рукой по его волосам, легко перебирая пряди, встретив при этом такой же острый, как клинки хозяина, взгляд янтарно-коричневых глаз. Но маг только огладил волосы рукой, и снова лег на спину, слегка выгибаясь и напрягаясь, тихо постанывая. Талон продолжал, иногда проходясь языком по члену мага или помогая руками. В какой-то момент он излишне самоуверенно слишком глубоко заглотнул и подавился, но кроме тихого и короткого кашля ничего не сделал. Хотя чего можно было ожидать от того, кто скорее всего и удар меча перенес бы не издав ни звука.       Талон решил не доводить дело до конца таким образом, хотя маг, периодически посматривавший на убийцу сквозь прикрытые веки, явно был бы не против. Убийца встал, дразняще провел рукой от внутренней стороны бедра почти до ребер и потянулся к завязкам и ремням на облегающих кожаных штанах, но Мальзахар перехватил его руки и снова потянул к себе. Маг поцеловал ассасина в шею, что заставило того удивленно замереть на мгновение, в грудь, не обращая внимание на след от недавней раны, который скорее всего и шрамом не останется на коже через пару недель. Он провел рукой по боку ассасина, вновь упираясь в ремень. Талону все же пришлось помочь магу со шнуровкой и ремнями на бедрах, на которых обычно висели метательные ножи и прочие мелочи, все же снаряжение ассасина было сложным в сравнении с простой и просторной одеждой Пророка, и снять его действительно быстро мог только он сам. Мальзахар прильнул к нему и, взяв в руку оба члена, начал ласкать, странно, непривычно, иногда меняя темп или осторожно двигая бедрами. К Талону вообще обычно не прикасался никто, кроме него самого, разве что в бою вражеский клинок или заклинание все же достигали цели. Убийца немного неловко почти повис на плечах мага, обхватив того руками.       - Что ты делаешь? – тихо спросил ассасин, подавив слишком красноречивый вздох.       - Что хочу, то и делаю.       - Это всего лишь еще один контракт, не выдумывай себе невесть что.       - Что-то не похоже, чтобы тебе совсем уж не нравилось.       - Прекрати, – сказал Талон, все же не сдержав тихого вздоха после одного неаккуратного, или скорее нарочного, движения мага.       - Хорошо, сам напрашиваешься.       Мальзахар отпустил его, только чтобы довольно ловко для мага повалить ассасина на спину, и снова начал целовать его грудь и плечи. Талон попытался привстать, Мальзахар положил руку ему на грудь, останавливая:       - Так боишься потерять контроль над ситуацией? Или у тебя другие планы? Может мне проверить, не спрятана ли у тебя в волосах отравленная шпилька? – Маг говорил об угрозах, но его тон был скорее заигрывающе-шутливым.       - Если бы я хотел убить тебя, то ты не успел бы и пальцем ко мне притронуться, – ассасин ответил резко, но все таки подчинился и опустился обратно на спину.       Мальзахар уже сидел между его ног, только осторожно развел их немного шире, при этом проведя рукой и по крепкой икре. Талон же чуть не вздрогнул от прикосновений к внутренней стороне бедра. Он вообще не привык к подобным прикосновениям, и место было крайне уязвимое, но такая реакция раздражала его самого. Маг потянулся куда-то и достал небольшой пузырек. Ассасин, привыкший быть спокойным всегда, не подавал виду, но немного занервничал. Может именно к такому развитию событий он и готовился, но не рассчитывал, что маг возьмет на себя инициативу, несмотря на его показную решительность. Талон едва сдержал вздох, когда один палец мага оказался внутри, при этом ассасин неосознанно схватился за подвернувшуюся под руку ткань. При этом маг еще и как-то слишком нежно ласкал его, второй рукой то легко проводя по животу, то оглаживая бедро, или слегка придерживая его. Хотя Талон и сам был хорош, перед этим напился кроме целебных зелий еще и какой-то дряни, которую выпросил у Мадам, и теперь был по его мнению гораздо более возбужден, чем ему следовало бы.       Ассасин несильно выгнулся и тихо простонал, хотя он и не сдерживался специально, это все равно напоминало скорее короткий вздох, он просто не привык издавать громких звуков, и такая привычка сильно въелась в него. Мальзахар уже использовал два пальца, но будто нарочно растягивал эту часть действа, любуясь иногда неловко ерзающим ассасином и оглаживая не тронутую солнцем кожу. По сравнению со смуглым магом, Талон действительно казался почти бледным. Учитывая, что ассасин и сам подготовился, то маг мог бы и не мучить его, но делал это явно нарочно. Когда маг осторожно вставил три пальца, Талон вздрогнул и уже почти открыто простонал, слишком непривычными для него были подобные ощущения, особенно в таком состоянии, в котором он сейчас пребывал. Просто боль он бы легко игнорировал, но это было непривычно, незнакомо, к тому же маг действительно попутал все его планы на быструю, безэмоциональную услугу.       Пророк все же решил продолжить, и осторожно поддержав поясницу ассасина чуть приподнял его и медленно вошел, прислушиваясь к тихим вздохам убийцы. Талону все же хватало самоконтроля чтобы не зажиматься, он где-то слышал, что так было бы хуже. Впрочем из-за этого же самоконтроля он не мог забыться и пустить все происходящее на самотек. Мальзахар вначале был аккуратен, несколько медленных, плавных движений хоть и заставили Талона вновь слишком явственно вздохнуть, но особенно неприятными не были. Возможно происходящее даже совпадало с низменными желаниями измученного зельями и ласками мага тела. Маг склонился над ним, несколько раз легко поцеловал, провел ладонью по напряженным мышцам руки ассасина:       - Положи руки мне на плечи, – сказал маг, касаясь сжатых на ткани пальцев убийцы.       - Хорошо, – выдохнул Талон, не споря с тем, чего еще хотелось магу. Раз он хочет рискнуть содранной со спины кожей, это его дело.       Талон выгнулся в руках мага, иногда тихо постанывая, уже не в такт быстрым и резким движениям Пророка, тот теперь придерживал его одной рукой за спину, опираясь на другую. Мальзахар теперь и сам сдержанно постанывал от удовольствия, даже не обращая внимания на то, что Талон впился ногтями в его кожу, возможно даже нарочно.       Маг успел вытащить, прежде чем кончить, Талону впрочем было безразлично, он уже продался магу, хуже ему, его репутации и достоинству не стало бы. Мальзахар отпустил его и, быстро отдышавшись, поднял взгляд. Талон полулежал рядом, все еще не достигший разрядки, немного подрагивая и от напряжения и от новизны подобного для него. Мальзахар подвинулся к нему и снова осторожно приобняв положил руку на его член.       - Что?.. Зачем? – Талон схватил его за запястье.       - Тебе от этого хуже не станет. А мне так хочется, – Мальзахар начал водить рукой, ассасин все таки отпустил его запястье. – Напился каких-то зелий?       - Ты без перерывов мою судьбу читаешь?       - Тут и так все ясно. Тебя в нормальном состоянии подобное мало интересует.       - Тебе откуда знать.       Мальзахар усмехнулся и поцеловал ассасина где-то рядом с ухом. Тот лишь зажмурился и терпел прихоти мага. Пророк все же заставил убийцу кончить, но тот расслабился лишь на пару минут. Довольно быстро он поправил растрепавшиеся еще больше волосы и поднялся с кровати. Не разворачиваясь к магу, снова заинтересованно глядевшему на него, он сказал:       - После того, как я убью последнюю цель, ты скажешь мне имя, – он беззастенчиво вытерся подвернувшейся под руку тканевой салфеткой. – Ты заглянул в мою судьбу. Как долго? И что ты сделаешь, чтобы помочь мне.       - Ты уже понял, если ты пойдешь один, то скорее всего умрешь, даже если будешь долго планировать и сделаешь все безупречно. Я помогу тебе и найти твою цель и уйти оттуда живым. Ты спрашиваешь как скоро. Этого я не могу точно сказать, в моих видениях нет календарей или даже фаз луны.       - Понятно. Неопределенность, – вздохнул убийца.       - Я буду там, когда это будет нужно. Я могу вообще не уходить, у меня нет такой необходимости. Бездна берет свое сама, я лишь ее пророк.       - Даже не начинай, в твой культ я вступать не собираюсь. Если нужен личный ассасин, будешь платить как обычные смертные.       Талон стоял, немного нахмурившись, глядя в открытое окно. Прохладный ночной воздух Ноксуса казался еще приятнее и после духоты Шуримы, и когда он был разгорячен. Впрочем, всегда хладнокровный ассасин крайне быстро успокаивался, даже сейчас. А благодаря целебным зельям, которых напился незадолго до этого, он уже почти не чувствовал никакого дискомфорта. Впрочем мысли все еще отягощали его в разы больше только что произошедшего. Впрочем, Мальзахар доказал что его дару можно верить. Тем временем маг подошел сзади, Талон слышал его шаги, хоть он и мог левитировать, сейчас он ступал по полу, видимо, летать было не слишком удобно в небольшой комнате с не самыми высокими потолками. Теплая рука коснулась его плеча, затем шеи, Талон почувствовал дыхание мага на своей коже и то, что тот снова был слишком близко.       - Тебе что, не хватило? – Сказал Талон, не оборачиваясь. Впрочем, его показное хладнокровие кажется не приносило того эффекта, на который он рассчитывал, хоть он и сам не смог бы сказать точно, какой оно должно было произвести.       - Нет, – ответил Мальзахар, целуя его шею, а руками оглаживая тонкую талию убийцы и выступающие кости таза. Талон в ответ на это только немного отклонил голову, и едва заметно вздохнул, когда рука мага начала опускаться с его живота ниже. Талон не сопротивлялся поцелуям и касаниям, даже иногда подыгрывая, когда это было нужно, открывая шею или ненавязчиво, осторожно двигаясь, пока Мальзахар ублажал его руками. Но кроме слишком резких и глубоких выдохов и вдохов нельзя было что-то услышать. Второй рукой маг сначала коснулся его губ , провел по щеке, линии челюсти, потом зарылся в волосы пальцами и заставил немного запрокинуть голову назад, еще больше открывая шею. Казалось бы, ассасин инстинктивно должен был попытаться противостоять тому, чтобы так открывать столь уязвимое место, но он реагировал спокойно, прекрасно разделяя бой и повседневность, не смотря ни на свое прошлое, ни на жизнь наемника и шпиона. Маг вновь целовал его шею, иногда приостанавливаясь, будто прислушиваясь к нему. Через какое-то время он почти прошептал ему на ухо: – Неужели ты не можешь быть хоть немного более искренним?       - Я сразу сказал тебе, что не собираюсь стонать под тобой, как бездарная шлюха, – ответил ассасин, открыв глаза и глядя на мага. Тот в ответ ухмыльнулся, приобняв обеими руками и осторожно делая шаг назад.       Несложно было понять, чего добивается маг, Талон последовал за ним, а через пару шагов развернулся и слегка подтолкнул пророка назад. Мальзахар потянул его за собой, падая на кровать как-то слишком аккуратно, Талон тут же вспомнил, что маг может левитировать, и судя по всему использовал эту способность почти не задумываясь даже сейчас. Маг притянул опершегося на руки ассасина к себе и снова поцеловал, но теперь в губы, Талон не возражал, снова подыгрывая магу, растягивая глубокий поцелуй, будто нарочно не до конца прикрывая глаза, чтобы встретится взглядом с Мальзахаром.       Маг привстал, и довольно хитрым образом попытался оказаться сверху на ассасине, при этом не особенно задумываясь, он одной рукой оперся на его спину, а второй попытался завести правую руку Талона ему за спину. Это было единственное, чему Талон действительно воспротивился:       - Даже не думай заламывать мне руки, если не хочешь, чтобы это превратилось в драку, – мрачно сказал он, ловко вывернувшись из несильного захвата.       - Хорошо, – ответил Мальзахар, он почему-то даже не был особенно удивлен, как заметил Талон. – Я могу продолжать?       - Да, – сказал ассасин, он сам устроился поудобнее, оперевшись на локти, продолжая демонстрировать магу незащищенную спину.       Мальзахар несколько раз провел руками по его спине, снова беззастенчиво рассматривая ассасина. Хоть тот и не был совсем юношей, все равно он оставался элегантно красив, достаточно стройный, но при этом не слабый, каким и должен быть ассасин, а несколько шрамов никак не портили его. Маг склонился над ним, снова целуя шею и плечи, руками оглаживая талию и подтянутый живот. Талон поддавался, могло даже показаться, будто касания мага приятны ему, но точно сказать, действительно ли это так, или же он хорошо играет свою роль было невозможно. На этот раз маг не озаботился долгой прелюдией, только немного помассировал пальцами и почти сразу вошел в него. Талон вздохнул, не совсем готовый к такому быстрому развитию событий, немного поерзал, пока маг снова поглаживал его по спине и бедру. Теперь Мальзахар двигался медленно, аккуратно, не то желая растянуть удовольствие, не то будто заботясь больше об убийце, чем о себе. Маг почти сразу снова положил руку на член Талона, снова заставляя того что-то прошипеть, с непонятным выражением. Но, казалось, он все же смог заставить ассасина потерять хотя бы часть своего самоконтроля, хоть тот все еще и стонал тихо, скорее вздыхая, но неровно, прерывисто, будто не совсем уверенно. Когда Талон снова кончил, чуть не сорвавшись на слышимый голос, Мальзахар еще несколько раз толкнулся, глубоко и более грубо чем раньше, заставляя ассасина невольно напрячься и закусить губу, и вскоре тоже достиг пика, изливаясь внутрь, после чего ослабляет хватку сильных пальцев на талии хватающего ртом воздух убийцы.       Маг отстранился и, довольно прикрыв глаза, смотрел на кажущегося обессиленным ассасина, который, впрочем, таковым едва ли является. Он быстро восстанавил сбившееся дыхание и привстал на руках, разжимая побелевшие пальцы.       - Можешь убежать прямо сейчас, – сказал Мальзахар. – Но мне бы хотелось, чтобы ты остался. Я не буду больше тебя трогать.       - Не похоже чтобы ты выдохся, – прокомментировал Талон, глядя на ничуть не утомленного на вид мага.       - Я – нет. А вот с тебя пожалуй хватит.       Талон не мог не согласится. Мальзахар скомкал и откинул не слишком чистое после всего произошедшего на нем покрывало, заставив ассасина перед этим встать с него, и подозвал Талона. Тот тем временем уже успел одеть на себя штаны, спать голым в его планы не входило, мага же это не смущало. Кровать была достаточно просторной, чтобы убийца не испытывал неудобства, разделяя ее с Мальзахаром.

***

      Как ни странно, утром ассасин проснулся вполне живым. Он даже не испытывал никаких неудобств, зелья действительно сработали как и планировалось. Пророк уже проснулся. Он бездельничал, уже одетый в обычную одежду, но все еще валяющийся на кровати, за чтением одного из журналов. Талон присмотрелся, то был журнал ученого, неудивительно, что заметки Аникета, больше походившие на отчет о ведении боевых действий, интересовали его меньше, чем записи мага, исследовавшего Бездну. Мальзахар заметил Талона и спросил:       - Ты как?       - В порядке.       - Неужели тебе совсем наплевать?       - Не веришь?       - Верю. Уходишь через окно? Второй этаж, могу помочь.       - Сам справлюсь.       Талон уже возвращал на место свое снаряжение. Он знал, что из окна Мальзахара можно попасть на крышу здания, проделав не самый легкий путь по стене к пристройке, а оттуда либо по крышам, либо спустившись в один из узких переулков, уже пойти по своим делам, не слишком сильно раскрыв кому бы то ни было то, откуда именно ты пришел.