Академия Амбрелла: Пропущенный момент.

Обстановка была очень напряжённой, да там давление можно пощупать. Это было на подобии, если кто-то в компании сказал что-то колкое или вообще лишнее, то все сразу затихают, пока в голове каждого крутится сказанное. Там становится так неловко, что хочешь просто уйти куда подальше. Вот сейчас было почти тоже самое, общее лишь то, что какая была атмосфера. В комнате прям было напряжение. Долорес и Пятый были полностью в смятении, им же удалось прыгнуть с поляны, их куда-то перебросило, точно в другое место, но потом их что-то потянуло назад, кто-то тянул их. И теперь они снова в гостиной, так ещё и с незнакомой женщиной. — Вижу, у вас есть ко мне вопросы, — Куратор курила из трубки, аромат который был не самый лучший в жизни. — Я работаю в организации под названием "Комиссия" Мы следим за временным континиум, за всей хронологией в целом и не допускаем того, чтобы что-то изменилось. Если такое намечается, то наши люди берут и убирают ненужный мусор. Так мы поддерживаем баланс в этом мире. В этом и заключается наша работа, мы не можем вмешиваться, что-либо изменять. Нет. Мы лишь обязаны соблюдать, чтобы все шло своим чередом. Выпуская пар, произнесла женщина, в комнате стал витать странный, не очень приятный запах. — И с какой вы целью здесь? Убить нас? — спросил Пятый, пытаясь придумать, как свалить отсюда. Он почти всю ситуацию прояснил, значит, эта женщина что-то там за временем следит и если что-то меняется, она их убивает, ну или организация её. "не допукаем того, чтобы что-то изменилось" — когда Куратор это говорила, она кинула многозначительный взгляд на Долорес и Пятого, словно зная их затею - остановить апокалипсис. А они не сомневались, что она знала, весь её вид говорил об этом. Раз она знает, что они хотят изменить хронологию, спасти землю от конца света. А как она говорила, то Комиссия избавляется от тех, кто мешается, как они. А значит, она сюда пришла только, чтобы их убить. — Нет, исключенно. Ни в коем случае, — чётко сказала женщина, вновь вдыхая дым с трубки и выдыхая, выпуская белый, почти прозрачный пар. — Вас уж точно нельзя убивать, ну, одного из вас. Куратор показала на обоих, не показывая толком на кого, но конец трубочки вроде бы показал на Пятого, он напрягся. — Если вы не за тем, чтобы нас ликвидировать, то зачем вы сюда явились? И вы можете знать, что это за место? Как вы здесь оказались и если вы оказались здесь, то знаете, как отсюда выбраться? И почему, если вы следите за временем, не попытались предотвратить апокалипсис? — шатенка буквально осыпала вопросами женщину, та усмехнулась, оглядывая целиком одобряющим взглядом девочку. Сама Долорес выступила вперёд, хватая Пятого за плечо, она мимолетно на него посмотрела, и это ему хватило, чтобы понять, что та задумала. Она хочет, чтобы она как можно дольше отвлекла Кураторшу, пока Пятый будет обдумывать план побега. Его очень волновала чемодан, что у ног женщины, она его ещё так поставила, прям в притык с собой. Да и что там может быть? Парень сначала подумал, что там орудия убийства, а сейчас, когда она сказала, что не будет их убивать, хотя это пока неточно. Сейчас темноволосому было интересно, что там в этом чёрном чемодане? Вещи? Ну явно нет. Также ещё волновало Номера Пять, так это это как Куратор появилась здесь? В этом мире. Она появилась на диване с синим сиянием и странно-характерным звуком. Она явно не может перемещаться во времени. Хотя она ведь как-то следит за ним, значит и есть возможность перемещаться? — Очень хорошо, Долорес, очень неплохо, — ухмыльнулась Куратор, она все также курила свою трубку. — Как я и сказала, я из Комиссии, что следит за временем, мы не вмешиваемся в то, что должно произойти. Конец света в 2019 - лишь просто одно из событий этого мира, он должен случится. И раз Комиссия имеет дела со временем, для того чтобы попасть в любое эпоху, год или место, у нас есть свой способ передвижения. И сюда я прибыла спокойно и уйти я тоже спокойно, без каких-либо помех. И да, я знаю, что это за место. Я его сама создала. Здорово ведь, такой запах деревенский, обожаю просто. И пришла я к вам...с предупреждением. То чем вы занимаетесь, пытаетесь спасти землю - абсурдно. — Но нас ведь нельзя убить, — ухмыльнулась Долорес, Куратор долго посмотрела на девочку, а после усмехнулась. — Именно. Но принять меры, как ломание костей, мы можем сделать. Вы должны прекратить ваши действия - спасти мир. Что будет, то будет. Если конец света должен наступить - значит так предназначено судьбой.Вы просто тратите свое время. Живите, наслаждайтесь всем, здесь, — женщина посмотрела на все окружение, — у вас время бесконечное. Вы занимаетесь бесполезной тратой времени. Хотя, не могу сказать, что не восхищает ваша стойкость и упорность, вы так усердно пытаетесь сделать то, что никогда у вас не получится. И вы почти дошли до такого, что почти смогли уйти с этого вечного места. Да и разлом учидили. Хотя все дело в тебе, Номер Пять. Пятый сощурился, чуть сжимая кулаки, он почувствовал селя крайне неприятно под изучающим взглядом Куратора. — Мы не думали, что появишься ты, здесь, именно здесь, именно в этом мире. Положение ты хорошо нам испортил. А возвращение твоей способности только ухудшил ситуацию, но теперь все в норме. Теперь вы никогда отсюда не уйдёте, сколько бы не попытаетесь - не получится. Наши люди дорабатывают это место. — Зачем...если вы создали это место, то почему вы заперли нас здесь? И где иной Пятый? Вы...вы следите за временем, значит, вы должны знать где он. Он...он ведь жив? Куратор лишь молчала, вдыхая в себя дым из трубки, она просто смотрела на Долорес, вид который был такой, словно она сейчас расплачется. Она только сейчас узнала, что это место все-таки кто-то создал и нарочно их туда запихнул, наблюдая за ними, как за лабораторными кроликами. Гамма чувств бушевала в шатенке, есть организация, которой подвластно остановить апокалипсис, но они его не остановливают. Им просто плевать на всех людей, что погибли? Им просто без разницы на это все? Девочку просто переполняют чувство гнева с несправедливостью, она прямо сейчас уже хотела бросить эту сумку, которую она держит, в женщину. Просто взять, кинуть в неё и бить ею, крича почему она заперла их в этом чёртовом месте. В месте, где смерть - лишь мечта, что никогда не сбудется, ведь она, Долорес, больше не сможет увидеть свою семью, и после смерти уж точно. Ведь она будет жить здесь вечно, да, возможно, в один момент она умрёт, морально и останется лишь оболочка тела. — Долорес, не оставила бы ты нас с Номером Пять наедине? — спросила Куратор, хотя голос был такой, словно она и вовсе сказала: "уйди вон" Шатенка удивлённо посмотрела на женщину, а после на Пятого, что продумал все ходы действий, как уйти с этого положения. Он нахмурился, посмотрев на Кураторшу, думая, чего же хочет от него она? Ему как-то не доставляло удовольствия оставаться наедине с этой весьма подозрительной женщиной. Парень взглянул на Долорес, та смотрела на него, как бы спрашивая, как ей поступать. Ей было как-то тревожно, что он останется один с...ней. Вдруг, она что-то ему сделает? — Не бойся, я не съем его, — посмеялась женщина, хищно улыбалась. Вот эта улыбка, точнее оскал вообще не понравился Долорес, она поморщилась, перевела взгляд на Пятого. — Мы не надолго. Шатенка вообще не хотела слушать эту гнусную женщину, она лишь смотрела на Пятого, что сжимал челюсть, он посмотрел на Куратора, что просто наблюдала со стороны за обоими. Темноволосый вздохнул, закрыв глаза и кивнул девочке, что закусила нижнюю губу, она через сомнения тоже кивнула в ответ. Положив на пол сумку, она кинула проницательный, уничтожительный взгляд в сторону Кураторши и обеспокоенный взгляд на Пятого. Шатенка поднялась к себе в комнату, все ещё чувствуя сомнения, что позволила им остаться вместе. — А она милая, а ведь ей почти пол века, — усмехнулась Куратор, провожая взглядом девочку, что поднялась по лестнице. Женщина ещё несколько секунд смотрела на лестницу, словно думая, что Долорес может вернуться. Она перевела свой взор на Пятого, что сложил руки на груди с нахмуренный видом. — У меня к тебе предложение, Номер Пять. Не хочешь ли ты вступить к нам, в Комиссию? Пятый ничего не понял, этот день точно будет самым запоминающим, каждый час что-то происходит, и происходит всегда что-то не самое лучшее. Происходит то, отчего у него скоро седые волосы появятся и мигрень. Сейчас ему предложили пойти в Комиссию Времени? В организацию, что следит за временем? Господи, нужно не так внезапно говорить такую информацию, что сбивает с толку, он сейчас не в том возрасте, чтобы нормально воспринять подобную новость. Совсем скоро он будет пить таблетки для сердца, ибо вот точно инфаркт у него будет. — Знаешь, нам такие как ты подходят, нам нужны упорные, трудолюбивые сотрудники. И твоя способность тоже пригодится, — говорила Куратор, глядя на Пятого. Она к нему начала медленно идти. Номер Пять ничего не понимал, такая информация просто вытеснила с его головы лишние мысли, будто чтобы он думал лишь об этом предложение. Она хочет, чтобы он вступил в эту организацию? Серьёзно? Вот он просто возьмёт и согласиться, и будет он управлять временем в этом мире. Нет, нет, здесь точно есть подвох. Здесь что-то не то. В этом мире, в этом месте, всегда есть подвох, ничего не бывает идеального. — Тебе понравится у нас, ты прослужишь 5 лет, а после можешь выбрать любое эпоху и место, где хочешь жить, — женщина подошла слишком близко к парню, тот почувствовав резкий аромат духов. Она взяла его за плечо, Пять подавил желание расправить плечи, чтобы скинуть с себя эту руку, что вцепилась в него. — А Долорес? Она останется здесь? — вот это единственное, что заставляло Пятого задуматься, ибо Куратор лишь говорит о нем и о нем. Просто шатенку она и вовсе забыла, словно как она поднялась наверх, то автоматически стала неинтересна Куратору. — А что не так с ней? Пусть сидит здесь, делает свои скучные венки и всё, — ответила женщина, улыбаясь. — Комиссия не может принять её. Она...не подходит к нам. — Я отказываюсь от вашего предложения, — чётко произнёс Номер Пять, смотря в глаза Кураторши, в её глазах промелькнуло недовольство, что порадовало Пятого, хоть что-то радует в этой идиотской ситуации. Было так прекрасно видеть, как красные губы превращаются в тонкую линию, показывая свое недовольство. А Куратор явно не ожидала такого, что ей откажут. Ну, такова жизнь. Она не крутится вокруг тебя. Хоть иногда надо чувствовать, что все идёт не так, как тебе хочется. Номер Пять широко, токсично улыбнулся, глядя на женщину, что отступила от него на шаг. Она осмотрела его с головы до ног, после посмотрела на лестницу внимательным взглядом и вновь глянула на парня. Она вновь взяла трубку с футляра, при этом с силой хлопая крышкой. Такое только сильнее заставило ухмыльнуться парня, он сложил руки в шорты. — Очень жаль, ты нам очень подходил, — выпустила дым женщина, причём даже как-то агрессивно. Её лицо было о-очень недовольно, да и вид была такой, словно она только что потеряла важный экземпляр. Хотя женщина не хочет просто так сдаваться. — Ты отказываешься от такого прекрасного предложения из-за...нее? Она ведь даже не та, за кого себя выдаёт. Ты ведь, Номер Пять, её хорошо не знаешь, да и она себя плохо знает. Куратор медленно подошла к Пятому, начав водить пальцами по его щеке, тому это вовсе не понравилось. Если прикосновения Долорес были тёплыми и успокаивающими, то это прикосновение было полностью окутано холодом и чем-то неприятным. Да и сказанное заставляло Пятого почему-то неприятно сжаться, внутренности сильно скрутились, из-за чего было трудно нормально вздохнуть. В смысле: "не та, за кого себя выдаёт" Он сильно нахмурился, в голове сразу начали летать образы шатенки. — Не думал ли ты, как она, обычная, смогла выжить после конца света? Ты правда подумал, что она выжила лишь по удаче? Да, она тебе все рассказала, но тебе в голову не посещали мысли, что она, родившаяся в 1989 году, оказалась в больнице в 2019 году, как она там оказалась? В комнате температура, словно упала до нуля. Напряжение повысило свой градус, там даже нормально выдохнуть нельзя было, каждый выдох сопровождается с сильным давлением, что ты даже глотнуть не можешь этот ком, что появился в твоём горле. Внутри парня словно сильно, до предела натянули струны, и Куратор сейчас просто водила своими пальцами по этим струнам, создавая дрожь во всем теле. У Пятого кончики пальцев начали, словно цепенеть, из-за чего тому приходилось сжимать их в кулак, так избавляясь от оцепенения. Внутри было ураган, просто буря, вот сейчас мысли метались в одну, а потом в другую, они просто стукались о черепную коробку. Сердце ритмично билось, словно вот-вот не выдержит такого давления, что прям давило на него, желая раздавить. Дыхание замерло, словно что-то внутри сжало лёгкие и он не мог нормально дышать. — Номер Пять, — медленно произнесла Куратор, парень еле как смог оторвать свой взгляд с пола, он посмотрел на женщину отстраненным взглядом, словно он и вовсе не в гостиной, а где-то в своих мыслях.  — Что ты сделаешь, если узнаешь, что Долорес, — палец женщины быстро показал на вверх, где сейчас находилась девочка, — может являться одним из 43-ёх детей, что были наделены сверхъестественными способностями? — Чушь, — только и смог ответить парень, качая головою. Это как если ему сказать, что молоко - розовое, а не белое. Это же просто невозможно. Ты же вроде как видел, что молоко - белое, ты не видел там чего-то розового. Даже ситуация с Долорес. Она...одна из 43 детей? Нет, нет, нет. Пять, конечно, знает, что в Академии всего шесть одарённых детей, что означает, что 37 детей разбросаны по всему миру, и шатенка является одной из них...? Это чушь собачья, это ведь нереально. Это просто не складывалось в его голове, мозг просто не хотел воспринимать такую информацию. Словно эта информация была полностью пропитана ложью и фальшем. Хотя внутри появился маленький червячок, который знал, что рано или поздно такой исход произойдёт, ведь были у него сомнения насчёт Долорес, но Пятый просто убрал, убил этого червячка, пока он не окреп. Женщина усмехнулась, видя растерянный вид темноволосого, она вновь вдохнула в себя дым. — Давай я расскажу одну интересную историю. 1 октября в 1989 году родились вы, чудо-дети. Но Долорес не должна была входить в это число, ведь она ошибка, твоя ошибка, Номер Пять. Ты её создал: ты создал иную вселенную, что принесла нам много ущерба. Но мы такое предвидели и смогли понять меры. В этой вселенной, ты лишний. Ты ведь знаешь, ты уже думал об этом, что создал много копий-мира. Появилось много твоих копий и копий Долорес, но не бойся, Комиссия позаботилась о них. Так вот, Долорес не должна была родиться, мы хотели избавиться от неё, ведь её присутствие заставляет нас чувствовать, словно конец света произойдёт в любой момент. Она - настоящая бомба, которая уничтожить все на своём пути. И землю и нас, Комиссию, что живёт вне времени. Она убьёт всех, она не должна была родиться, мы пытались предотвратить это, но ничего не сработало, она родилась с этой способностью. Она...послана самим богом с целью уничтожить всё. Заметь, Номер Пять, ты мог в будущем быть - всеми 4 всадника апокалипсиса, а она...Долорес - 5 вестник апокалипсиса. И именно поэтому, чтобы избежать этого, мы решили ликвидировать её, пока её сила ещё не окрепла. Но ничего не получилось. Если её убить, она уничтожить все. Мы это предвидели. И поэтому, я решила создать это чудное место, заперев её здесь навечно. Здесь она будет вечно, никогда не умрёт. Но мы решили и тебя здесь заточить, ты представляешь нам не мало угроз, Номер Пять. В день, когда ты сбежал с Академии, в тот день легла в больницу Долорес, ей вкололи запретный ей аппарат, что пробудили её силу. В тот день должен был наступить конец света всего, но мы смогли его остановить. Мы усыпили её, и когда вечная клетка была готова, мы вновь отправили её больницу, она даже не помнить ничего такого не помнит, для неё это было всего лишь долгий сон. Вот уснула в больнице, проснулась - мира нет, тогда она спаслась благодаря своей способности - ужасная тьма, что съедает и уничтожает всё, просто тёмная материя, что служит ей щитом, и именно благодаря такой мерзкой способности она выжила. Правда ничего не помнит, ведь спала, а этот её дар, словно живёт своей жизнью и защищает свою хозяйку от всего. И если хозяйка умрёт, то это, нечто напоминавшее проклятие, разбушуется. Вот в тот день, день конца света, вы и встретились и отправились сюда, застряв здесь надолго. Вы оба - некие ошибки, вы рушите систему, баланс, что мы поддерживаем, ваш союз доставляет нам немало проблем, и именно поэтому вас надо держать на коротком поводке, чтобы вы ничего не натворили. А это место хорошо подходит, ваша личная клетка. Потом же появился ты, оригинал и начался разлом этой вселенной, нам пришлось серьёзно потрудиться, чтобы вернуть все на свои круги. Кстати, насчёт иного Номера Пять...о котором говорила Долорес, он - это ты, твоя копия, как твоё отражение в зеркале. По сути это просто ты, это ты провел с ней под одной крышей столько лет. Со временем ты вспомнишь об этом, о тех днях. Твоя память смешается, там будет борьба вытеснения, ведь ты после апокалипсиса был один, с манекеном, но есть и другое, что после апокалипсиса ты был с Долорес. Если выберешь одно, например, ты был с Долорес, нежели с манекеном, то вся твоя память о выживания стирается напрочь, ты ничего помнить не будешь. — И так, Номер Пять, что ты сделаешь, узнав о том, что ты застрял здесь из-за Долорес? Что ты предпримешь, узнав, что живёшь с настоящей бомбой? Каковы будут твои действия? *     *     * Долорес быстро перебирала своими пальцами цветки, иногда царапаясь о них, ведь есть виды, что имеют шипы, хотя ей без разницы, ведь умение делать венки - не давало ей сойти с ума от напряжения. Пятого долго не было. Волнение накрыло волной Долорес, она много раз хотела встать и проверить там ли они, ведь ей казалось, что эта женщина, Куратор, может легко забрать Пятого и спокойно уйти, как и пришла. Казалось, словно она ему что-то сделает. Убьёт, например, ведь он пытается остановить апокалипсис. Хотя и шатенка тоже пытается, но на фоне с Пятым, она просто ничего не делает, хотя это и правда, в какой-то степени. Если Пять ежедневно пытается что-то придумать, ночами не спит, пьет кофе так часто, что словно напиток уже служит ему кислородом, и из-за дня в день ещё больше начинает походить на какого-то наркомана-психа, у которого в крови больше кофеина, чем плазмы, да и и он просто себе всегда что-то под нос бубнит, какие-то важные цифры и решает уравнения. А вот Долорес...она плетет венки. И всё. Просто плетет венки, убирается в доме, готовит, в общем, она толком пользы не приносит своей уборкой, готовкой и венками. Занятие с цветами...они ей помогают. Помогают успокоится, ведь каждый божий день, почти чуть ли не каждый час, она чувствует себя отбросом, обузой для Пятого, просто камень, что тянет их до дну. От неё пользы не какой. Это и мучает Долорес, она просто лишний груз для Пятого, он бы, наверное, давно бы выбрался с этого места, но она, словно скрепленная с ним в одни наручники, мешает. Ведь ему надо составлять нужную формулу перемещения, чтобы при перемещения, шатенка по случайности не лишилась руки или же ноги. Или чтобы их не раскидало. " От тебя будет толк, если бы ты не будешь мне мешать и отвлекать, хорошо?" — вот что-то однажды сказала Пятый, сидя в гостиной. Тогда Долорес, сильно сжимая свои пальцы, словно хотя сломать их вовсе, хотела спросить точно ли, точно ли будет польза от нее, если она будет просто стоять в стороне? Но она просто проглотила эти слова и натянула улыбку, кивнув. Нет, это ей вообще не помогло успокоится, внутри все равно грызла совесть, просто в каждый момент, в любой момент подкидывала мысль о том, что она - никчемная. И при таких мыслях она чувствовала внутри себя странно, что-то внутри начала расти и в голове усиляется уже знакомый ей гул сирены, сирена, что предупреждает, что вот-вот крыша поедет. И вот только благодаря занятиям с цветами, она успокаивалась. Пятый же успокаивался иначе, он просто выпивал, тогда Долорес его потом тащила на кровать, а тащить такую тушу, что вдруг забыла зачем ей нужны ноги, очень трудно. А потом на следующий день девочка стоит над кроватью Пятого, с подносом в руках, где стоит чашка кофе, стакан воды, таблетка от головы и тостами. Хотя, наверное, есть маленькая пользы от Долорес, так это то что после того, как темноволосый много выпьет, она ничего не предъявит, просто молча подаст его обожаемый кофе, еду, лекарство и спросит как его самочувствие. Прям как старшая сестра. Если бы не это всё, Номер Пять бы умер от головной боли, хотя в этом месте невозможно умереть. Но мучится он будет долго: пока спустится вниз, пока попытается встать, ибо навернулся на лестнице, потом будет голову ломать, думая где все продукты, как включить плиту. Представления о том, как парень кричит, пытается включить тостер, а потом и вовсе кидает его в окно, заставило Долорес чуть улыбнуться, все ещё ощущая себя словно перед казнью. Ожидание. Это ожидание сводило с ума. Пятого и правда долго не было, девочка не помнит сколько, но словно уже вечность, и она вечность плетет венок, который уже начинает крошиться, ибо шатенка его и крутила, поворачивала, сгибала, отделяла, вот если бы не эти цветы, то она бы такое сделала со своими пальцами. В голове так и билась мысль о том, чтобы она, спустилась, проверила жив ли он. Всё ли нормально. Ведь с каждой секундой мысль о том, что Куратор убила Пятого, все росла и росла, раздувалась, как воздушный шар в голове, вытесняя другие мысли. Куратор могла и правда что-то сделать парню. Конечно, убить - нет, ну, как она сама сказала, но что-то девочка ей не верит, станет она верить той, что придумала это место и заперла их здесь. Хотя женщина сказала, что убивать не нужно, но вот ломание костей...это другое дело. Девочка отмахивалась от таких мрачных мыслей о том, что сейчас Пятому руку выворачивают,  заставляли её руки покрываться жуткой дрожью и нервно глотать, просто умирая от ожидания. Когда ты чего-то ждёшь, время, как назло, идёт медленным потоком, сводя тебя с ума от такой атмосферы. Хочется просто кожу сдирать с себя, волосы рвать и кусать губы до крови, чувствуя этот металлический привкус. Девочка встала с кровати и подошла к двери, она схватилась за ручку, но не повернула в сторону. Она должна ждать и не вмешиваться. Именно такое сказал взгляд Пятого, когда он в последний раз на неё посмотрел. И она, подобно собаке, должна просто слушаться, вжав губы и сминая юбку. Но хоть какая-то будет польза от неё: не вмешается. Хотя внутри девочки все равно было негодование, пусть он так и сообщил ей, чтобы она не вмешивалась, так она не доставит проблем. Но...она опять все перекладывает на него, снова он все делает один. Пока он там о чем-то говорит с Кураторшей, шатенка умирает от ожидания. Это ожидание убивает, оно ест тебе мозг, из-за чего тот начинает плохо работать и подкидывать тебе самые абсурдные мысли, о которых ты раньше толком не задумывалась. Ты начинаешь придумывать такой бредовый план, как псих, такой ужасный план, а ведь в нормальном состоянии ты бы никогда такое не придумала и если бы придумала, то сразу посчитала бы ненормальным. Но сейчас план кажется тебе гениальным, самым лучшим. Ты уже сейчас не думаешь мозгом, а лишь тем, что от него осталось, ибо его, словно убило давление в комнате. Ты словно надышалась каким-то газом и у тебя голова кругом шла, да и внутри был гул сирены: крыша скоро поедет. Долорес решила открыть окно, чтобы вдохнуть свежий воздух, у неё словно сейчас сработает рвотный рефлекс. Сильное волнение, да и недавно она пила, хорошо так выпила. Шатенка быстро открыла окно, словно от этого и зависела её жизнь. Она жадно начала глотать воздух ртом, словно как рыба на суше. От чистого воздуха, голова перестала страшно гудеть, внутри стал затихать этот громкий гул сирены, который доводит тебя до ужаса, ведь ты понимаешь, что у тебя крыша едит, да и затихает странное чувство внутри, словно что-то растёт, какое-то чувство. Свежий воздух проветрил комнату, вытеснил напряжение и давление, как и в голове, чистый воздух вытеснил ненужные, ужасные мысли. Долорес оперлась руками о деревянный подоконник, впиваясь в него. После, надышавшись, она закрыла окно и приложила лоб на стекло, как и свои ладони. Само стекло было холодным, из-за чего вокруг ладонь вскоре появился пар от тепла, что исходил от пальцев. Опираясь лбом о стекло, Долорес гадала, когда же придёт Пятый и будет ли с ним все нормально. Куратор...она сразу не понравилась шатенке, что-то было в ней такое. Резко дверь открылась, девочка сначала посмотрела в отражение стекла, а после сама повернулась: она увидела Пятого. Некое облегчение появилось в ней при виде него, живого. Она уж думала, что Куратор явно ему что-то сделала. — Пять, наконец-то ты-ы..., — подбежала она к нему, но остановилась на полпути, увидев его взгляд. Вот таким взглядом он ещё не смотрел. Она почувствовала, как по спине прошёлся холодок, да и как парень вошёл в комнату, то сразу повеяло холодом, что исходил от него. Шатенка почувствовала этот холодок с пола, её ноги замёрзли. — Что такое...? Пять не ответил, лишь продолжал буравить взглядом бедную девочку, той прям было не по себе от такого взгляда. Она хотела просто прикрыть руками лицо, лишь бы не видеть этот уничижительный взор, направленный на неё, вот если бы можно было убить взглядом, то Долорес бы давно лежала на полу с лужей крови вокруг себя, и со следом взгляда, словно от выстрела на переносице. Ведь именно на переносицу и смотрел Пятый. Он не мог заставить себя взглянуть ей в глаза, у него было чувство, словно он больше никогда не сможет нормально взглянуть ей в глаза, после того, что узнал от Куратора. — П...Пять? — голос шатенки дрогнул, она даже нормально говорить не могла под таким взором, он смотрел на неё так, словно она убийца, словно она предала его. Хотя по факту, так и есть. — Ку...Куратора нет? Где она? — Она телепортировалась обратно в Комиссию, — сквозь зубы промычал темноволосый, сильно сжимая кулаки свои. — Ясно. И о чем вы говорили? — Долорес поняла, что сказала что-то ненужное и лишнее, она поняла видя, как у Пятого брови ещё хуже нахмурились, взгляд стал ещё острее, он буквально резал её таким взглядом, он так смотрел на неё, словно пытаясь понять, что у неё сейчас в голове. А у неё в голове паника и страх, она просто отматывала моменты назад, думая что же она сказала или сделала, что Пятый сейчас в такой состоянии, что хочет всех убивать. — Долорес, когда ты родилась? Дата, — чётко сказал парень, у которого по голосу можно понять, что он сдерживается. Он глубоко вздохнул через нос, выдыхая через рот. Он вновь сурово посмотрел на шатенку, та вообще ничего не понимала, зачем он резко заговорил про её день рождения. — Э-э...2 октября, 1989 года, — дрожь в голосе была заметная, как и паника, её глаза просто лихорадочно бегали по комнате, не зная, за что зацепиться, куда угодно смотреть, лишь не видеть эти голубые глаза, что смотрят тебе в душу, что пытается тебя наизнанку вывернуть. Треск. Внутри Пятого что-то треснуло, терпение, воля и сдержанность. Слова девочки, будто камень бросились в него, в его сдержанность, которая была, словно бутылка, и вот бросок и бутылка разбилась вдребезги. — Не ври мне! — крикнул он, чувствуя как сердце гулко бьётся в груди, словно предупреждая, чтобы он так не орал, ибо оно не выдержит больше. Долорес вздрогнула всем телом, словно он её ударил, она быстро подняла свой испуганный взгляд с пола на него. — Ты лжешь. Ты родилась 1 октября, 1989 года, ты являешься одной из 43 детей, черт возьми! Он стоял уже рядом с ней, отрывисто дыша, так часто, что аж где-то в груди болело, он дышал, на подобии, когда марафон пробежишь. Вот сейчас он смотрел в глаза Долорес, что буквально язык проглотила. Она открыла рот, но тут же его закрыла. Такое заявление просто заставило девочку на несколько секунд отключится от мира. Она является одной из...43 чудесных детей? Она такая же, как и все дети Академии Амбрелла, про эту Академию с необычными детьми, весь город знает. Да не, это же бред. Чтобы Долорес...? Ну, нет, она же...Долорес, просто обычная Долорес, дочь женщины, что держит скромный магазин и младшая сестра парня, что просто обожает ботанику. Она просто Долорес. Хотя шатенка готова была поверить в такое и даже признаться Пятому, что да, это правда, и лишь потому что он так на неё выжидающе смотрел. Она бы сказала такое, чтобы он успокоился. Но нет же, она такое не произнесла. — Что...? Нет. Э-это бред, — шептала она в панике, ничего не понимая. Ситуация быстро развернулась в не самую лучшую сторону. — Я не могу...нет, нет. Голова Долорес просто трещала от большого количества информации за сегодняшний день, это был лимит, и то, что сейчас произнёс Пятый, просто добил её. Её нервы, психика и так были возле обрыва, а парень своей речью лишь толкнул их к пропасти. Шатенка растерянно смотрела на пол, взгляд так плыл, словно она смотрела на одну точку и качалась, как на палубе. — Тебе это с-сказала о-она? — осознание начало медленно, будто не хотя поступать в мозг девушки. Подобную чушь могла сказать лишь Куратор, больше никто, вот для чего она осталась с ним наедине, чтобы запутать, но для чего? Зачем ей нужно, чтоб Пять начал в ней сомневаться? Пятый злостно хмыкнул, оглядывая все окружение комнаты, а после снова взглянул на девочку. — Да, она мне рассказала, что ты умолчала и даже рассказала, как ты выжила после апокалипсиса, — голос перестал быть озлобленным, просто пропитанным гневом, сейчас он был просто холодный, суровый и сухостью, да и взгляд изменился, если несколько секунд назад он смотрел, так словно хотел убить, то сейчас смотрел так, словно она уже мертва для него. За эти несколько секунд он все же смог успокоится, и потушить тот огонь гнева, что разжигла Куратор, говоря о Долорес. — Знаешь...ладно, плевать, просто ответь, почему ты не говорила? Почему ты скрыла это от меня? С сильным нажимом спросил Пять, внимательно смотря на девочку, что хотела просто убежать куда-нибудь подальше, или как раньше, в детстве, просто спрятаться в комнате, заперевшись. Она не понимала, что хочет от неё парень и что он вообще говорит. Да всю ситуацию усугубляло то, что в голове начинается гул сирены, от чего сердце начинает быстро биться. — Я-я...не знаю, не знаю, — обречённо прошептала, качая головою шатенка, отступая назад, она почувствовала как в глазах уже собираются слезы, она моргнула и вот почувствовала, как они скатились по щекам до скул. — Не...не знаю, что ты-ы говоришь...Чушь. Бред просто! — Говори! — резкий толчок и плечи девочки сильно сжимают, словно не позволяя убежать от ответа, шатенка вздрогнула, по щекам все также шли слезы, ещё чуть-чуть и у неё начнётся истерика. — Ответь, как ты выжила после конца света? — Не знаю! Отпусти! — брыкается, пытается выйти из сильной хватки. — Что за способность твоя? — не сдаётся, сильнее сжимает плечи, девочка сжмурится от боли. — Нет у меня её! Я...не знаю о чем ты-ы говоришь, — пытается оттолкнуть парня, чувствуя внутри себя разбушувшиеся бурю, что возникла из неоткуда. Опускает взгляд. — Что произошло в ночь перед апокалипсисом? — внимательно смотрит в лицо шатенки, пытается уловить каждую эмоцию, но кроме боли, страха, непонимания, ничего не видит. Все-таки, как и говорила Куратор - девочка и правда ничего не знает и ничего не помнит. — Я-я...не помню, я правда не помню. Пя...ять, отпусти, мне больно, — парень несколько секунд просверлил взглядом и отпустил плечи шатенки, та попыталась расправить их, как вдруг решила этого не делать: почувствовала сильную боль. Она подняла взгляд свой взгляд на темноволосого, она облизала свои губы, почувствовав на них соль, свои слезы. — Я...я правда не знаю о чем ты говоришь. Тот д...день в больнице, я не помню... Правда, не помню. Что-то мешает...голова начинает сильно болеть, внутри...г-гул...гул сирены...я не могу вспомнить нормально...меш...мешает звук в голове. Я не з-знаю, не-не помню, не понимаю, что ты-ы говоришь. Спо-способность...? У меня нет её! Никогда не было! — Сейчас это мы и узнаем, — парень достал с кармана небольшой шрипц, где была тёмная жидкость, словно смола, вся чёрная. Увидев этот шприц, Долорес начала инстинктивно отходить назад от Пятого. — Ты не умрёшь от него, это просто важный препарат, что пробудить твою силу. Говорил медленно Пять, подходя к девочке, что так и шагала назад, пока не уперлась спиной о стену, бежать больше некуда было. — Нет, нет, — шептала шатенка, пытаясь вжаться в стену, сейчас она бы хотела иметь способность - проваливаться сквозь предметы, она бы просто сейчас сквозь пол прошла бы и всё. А потом мы убежала...убежала бы, хотя куда она убежит? Этот мир, эта клетка никуда её не отпустит. — Ты-ы не можешь сделать это. Сама перспектива, что в неё что-то будут вкалывать, не очень была заманчивая. Долорес просто сейчас крутила головою, оглядываясь, она пыталась сбежать, но дверь находилась позади Пятого. Она не слушала, что говорил парень, лишь прижимала ладони к ушам, не собирая ничего слушать. Да и так она пыталась заткнуть шум в голове. — Да послушай ты, — громко произнёс он, уже теряя терпения, вся сложившаяся ситуация тоже ему удовольствия не доставляла. Шатенка посмотрела на него, медленно убирая ладони с ух. — Мне тоже это не нравится, и я тоже не хочу верить в то, что сказала мне Куратор. Но это, — он показал на шприц в руке. — Этот укол сможет доказать, есть или нет. Если нет, то...ладно, но тогда будут вопросы зачем мне все это говорила Кураторша, да и ещё возникнут вопросы как ты оказалась в больнице, в конец света, в 2019 году. Поэтому, давай просто, просто проверим, правду ли сказала Куратор или нет. — Ты-ы хочешь воткнуть в меня странную смесь, что дала тебе эта женщина? — прошептала Долорес, обнимая себя за плечи, пытаясь убрать дрожь в теле. Пятый замер...вот у Долорес есть странная привычка или это и есть способность - говорить неожиданные, сбивающие с толку вещи, в неподходящий момент. Этот вопрос поставил перед парнем крест. А ведь верно, видно из-за всей ситуации, его мозг, его привычка искать везде подвох, ослабла. Он даже не подумал об этом, не подумал, что в этом шприце есть яд, что просто убьёт Долорес. Хотя сама женщина чётко говорила, что её смерть приведёт к ужасным последствиям. Хотя она может так сказать, чтобы разогнать все сомнения, что она просто хочет избавиться от девочки. А Куратор...она явно могла такое провернуть. Она могла просто все это придумать. И вдруг, у шатенки и правда нет способности? Что если эта женщина все придумала, но возникает вопрос: - зачем? В прочем, это не так важно, у Кураторши свои мысли и идеи. У Пятого появилась идея, безумная идея. Он воткнул в себя шприц и ввел до половины, даже не слушая удивлённые слова девочки и водил, не обращая внимания на то, как шатенка пытается его остановить, говоря что вдруг он умрёт. Если эта смесь действует, как активатор для пробуждения силы Долорес, то для него это просто будет жидкость и он не умрёт. Если же что-то он почувствует, то...он не умрёт, в этом месте он точно не умрёт. Разве что будет сильно мучиться, но по крайней мере, он вёл лишь половину. Он стоял с закрытыми глаза, пытаясь сосредоточиться на изменениях своего организма, чего-то больного или то, что приносил дискомфорт, он не чувствовал. Разве что в голове крутились мысли о том, а что вдруг там был яд и он сейчас умрёт? Хотя ладно, он не умрёт, но все равно. Хотя все было как обычно , хотя разве что голова начала сильно кружится, как будто его сильно раскрутили как юлу и поставили стоять, он чувствовал как голова влево, вправо двигалась. И спустя пару секунд, Номер Пять ничего не почувствовал, он лишь чувствовал головокружение, словно его наркотиками напичкали, хотя в сознании он ещё был. — Ид..идиот, — вдруг, донеслось до него, словно из далека, словно голос был далеко, а потом все приближался и приближался. — Идиот! Темноволосый медленно раскрыл глаза и сразу увидел три Долорес, он сосредоточил свое зрение, пытаясь сфокусировать. И вот, всего одна Долорес, что сейчас захлебывается слезами, да и выглядит так, словно вот-вот у обморок упадёт. Она ударил его в живот, тот снова, опять же не ожидал такой удар! Вот дар у неё бить его тогда, когда он этого не ожидает, да и он даже не замечает удара. Парень прогнулся, из-за головокружение и удара в живот, он почувствовал рвотный рефлекс. — Ты-ы мог умереть! — голос разрывался от переполненных эмоций, там был и гнев, и облегчение, и страх, и радость. Коленки девочки сильно тряслись, как если тыкнуть в желе, то оно затрясется. Дыхание не могло нормально восстановиться, у неё лишь получалось дышать рвано и короткими вдохами, голова сильно болела, а все что было и происходило часами ранее, как они выпивали, то у шатенки было чувство, словно это было очень давно, словно год назад. Когда парень вколол в себя шприц, то девочка готова была поседеть от страху. Вколоть в себя дрянь, что дала подозрительная женщина — Пятый, ты в своём уме?? Она уже думала, что вот у него широко раскроются глаза, схватится за горло, словно воздуха не хватает, будет выдавливать из себя слова, чувствуя парализующую боль в теле, что со временем отключала тебе мозг постепенно. Долорес бы...она бы точно растерялась, она бы не знала что делать, звать на помощь? Никого нет. А самой что-то делать - не вариант. Вот что ей нужно было сделать из-за такого давления и резкой смены ситуации? Она бы просто металась, побежала бы за аптечкой, из-за паники бы долго ее искала, попыталась найти нужное лекарство, словно в аптечка всегда есть таблетки от яда. Она бы...она бы не смогла бы помочь Пятому, спасти его из-за собственной ошибки. Трудно и больно признать, она бы ему ничем не помогла. От неё снова никакой пользы. Она бы просто бы позволила ему умереть, корчась от боли, она бы просто смотрела, не зная чем помочь. Она бы ничего не смогла сделать. От понимая этого, слезы просто градом пошли по щекам девочки, боже, как же она боялась, она просто трепала парня за плечи, чтобы он на нее посмотрел, как же она боялась, что он сейчас просто грохнится назад и больше не откроет глаза. Сердце ритмично билось, разгоняя кровь, в голове крутилась мысль, что всё, в шприце был яд. И даже из-за всей шоковой ситуации, девочка и вовсе забыла, что в том месте умереть нельзя. Но Пятый открыл глаза. Внутри девочки произошёл переворот, из нее вышел нервный смешок, что подтверждал, что она под шоком, она просто хотела сесть на пол и ближайший час не вставать с него, просто смотреть на пол, понимая что с Пятым все нормально. Слезы просто потоком шли по щекам, слезы радости, когда она увидела, что с темноволосым все нормально, но это не остановило её ударить его. Она ударила, убедилась, что с ним все нормально. Она хотела, чтобы он почувствовал себя плохо, как и она секундами ранее, чтобы он почувствовал физическую, которая почти такая же невыносимая, как и моральная. — Придурок, придурок, придурок, придурок, придурок, — Долорес бы могла весь день это говорить, чтобы у Номера Пять прям вбилось это в мозгу. Её трясло, жутко трясло, все случившееся просто не складывалось в голове, как это обычная пьянка закончилась тем, что парень чуть не умер? — Придурок! Девочка опять ударила, но уже вбок и послабее, просто она видела лицо боли у Пяти, и он, видимо, все осознал. Осознал, что это была хреновая, просто идиотская идея! Как такой человек, как Пятый мог такое придумать? Хотя это экстренная мера была, другого выхода проверить не было. — Я-я...ты-ы просто...ты-ы, — не могла подобрать ни одного слова шатенка, глядя на парня, что со стоном становится прямо, ему стоять прямо больно, уже не говоря про то, что ему приносит боль, если просто напрячь мышцы на животе и глотнуть нормально. В момент удара, он даже забыл, как дышать, боль была невыносимой, словно прям по внутренности ударили. — Ненавижу тебя! Пусть шатенка это и сказала, но все равно обняла темноволосого, у того аж в глазах потемнело: она прям сжала его, из-за чего он вынужденно встал прямо, так, конечно, он почувствовал боль в животе. Долорес стояла и чувствовала ритм сердца парня, от понимания того, что сердце бьётся, ей становилось легче, просто зная, что он шипит от боли, ей становилось легче, так она понимала, что он все-таки жив. Пятый же чувствовал себя просто хреново, боль была сильной, он получал разные боли, но эта самая яркая. Может из-за того, что именно Долорес его ударила, Долорес, что выглядит так, словно она и мухи не обидит. Так-то она не обидит, если, конечно, не выводить. Два раза ударила за день - это много. Спутанные волосы мешали ему, из-за чего хотелось чихнуть, дыхание на плече мешало, да и вечное бормотание, что он придурок, уже бесило. Хотя было и нечто другое, было как-то спокойнее, откуда такое чувство появилось - неизвестно. Просто такое спокойствие было, такого давно не было, для Пятого, после апокалипсиса, спокойно чувствовать себя - что-то не из этого мира. Он каждый день чувствовал себя так, словно кто-то точно сейчас на него нападёт, и это притом, что он единственный выживший. Ну таким способом он, собственно, выживал, никому не доверяй и ищи везде подвох. И поэтому была весьма странно сейчас ему чувствовать...это спокойствие после столько лет без него. Наверное, это спокойствие и изучала Долорес, словно лучи солнца. Да и помимо спокойствия, было непривычность, до этого его обнимал лишь страх о провале, и, конечно, его любимая жизнь, что давала ему такие сложности. — Ты-ы просто эгоист, что думает только о себе, — вдруг сурово произнесла Долорес, отстраняясь от парня, у нее были опухшие глаза от слез и недовольное лицо. — Ты-ы хотя бы подумал, что было бы со мной, если бы ты-ы...у...уме... Эгоистичная тварь ты-ы. Я же твоя сестра! " Я же твоя сестра и волнуюсь о тебе, кто если не я будет о тебе заботится, если ты-ы сам этого не делаешь? Отдохни лучше...я сказала отдыхать тебе! Сейчас вообще, возьму эту тетрадь и спрячу от тебя и не отдам, пока не съешь лазанью! " Резко появилось неожиданное воспоминание в голове Пятого. Он потёр виски, думая когда это было? Такое Долорес ему точно не говорила. Да и перед глазами были неразборчивые картинки, словно картинки с помехами и с плохим качеством. Пять вспомнил все моменты с девочкой и вот такое, чтобы она ему говорила, что она его сестра - не было. Стоп. Хотя было...но тогда она говорила ему, думая что он - иной Пятый. А значит, это воспоминания принадлежит тому Пятому. Значит, началось, что у него сейчас будет смешивания памятей. Пятый хмурился, понимая, что над этим он потом подумает. Сейчас его волновала лишь Долорес. Он сжал шприц, он должен выяснить, он должен убедиться до конца. Он посмотрел на шатенку и та, видимо, все поняла, она глубоко вздохнула, прикрыв глаза. — Ладно...хорошо, — говорила спокойным тоном она, чувствуя волнение. — Но все же будет хорошо? — Да, если все будет не так, как планировалось, то у тебя просто закружится голова и всё, боли или чего еще нет, бояться нечего, — чётко сказал Пять, видя как девочка сомневается и боится, в боится того, что вдруг правда, внутри неё все де что-то было...способность? — Не волнуйся, все хорошо. Куратор говорила, что конца света такая доза не не вызовет, все будет нормально. Он лишь увидит немного её часть и всё. — Эй, не бойся, — тыкнул он девочку в плече, видя её страх, что вдруг способность есть, если это произойдёт, то её жизнь кардинально изменится. Шатенка испуганно взглянула на парня. — Я, если что рядом. Если что-то произойдёт, и ты вновь окажешься в жопе, то знай, я приду на помощь. Она сначала застыла, а после моргнула и улыбнулась, на губах просто медленно образовалась улыбка. — Ага, и конце концов, мы оба застрянем в жопе, — повторила слова Долорес, что когда-то говорил Номер Пять, тот усмехнулся. — Рад, что ты понимаешь, — усмехнулся он, он взял шприц и начал медленно подносить к тонкой руке девочки, думая не много ли дозы? Вдруг, что-то с ней случится? Передозировка, например. Хотя смеси и так осталось половина. Пять ещё долго и медленно начал вкалывать в руку шатенки, делая все максимально безболезненно. Он, черт возьми, когда увидел руку, то подумал, как он воткнет в неё иголку? Он же её проткнет насквозь. Так он ещё и боялся, когда схватил за запястье её тонкое и держал почти невесом, ибо думал, что сейчас точно сломает его к чертям, если немного надавит. И вот эти руками Долорес его ударяла. И вот из-за этих рук он чувствовал себя так, словно сейчас блеванет внутренними органами. М-да, круто. Когда оставалось совсем чуть-чуть жидкости, Долорес начала падать, но не упала вовсе, Пять успел её поймать, конечно, при этом сам чуть не упал, ибо сделал решкие движения. Долорес упала в обморок.