Остановись

      Всю свою пока ещё недолгую жизнь без нескольких дней 15-летний Магнус Бейн живёт в крошечной деревушке на окраине Джакарты, которой даже нет на карте — вдали от цивилизации, шумных городов, современности и просвещения. Там, где люди всё ещё говорят лишь на индонезийском бахасе. Там, где каждый борется за своё выживание и кусок хлеба ежедневно. Там, где о цифрах на руке никто никогда не говорит и, скорее всего, не знает.       В свои неполные 15 лет Магнус Бейн не веселится и не играет со сверстниками, а помогает отцу возделывать поля, чтобы прокормить их небольшую семью из трёх человек, а также заработать денег на лекарства для больной матери.       У ещё не 15-летнего Магнуса Бейна никогда не хватает времени на отдых, развлечения и друзей, которых у него поэтому и нет. Подростки такого же возраста избегают его общества, и он привыкает быть один. К 15 годам это становится его образом жизни, и он даже чувствует себя комфортно в уединении.       День, когда Магнусу Бейну исполняется 15 лет, становится для него худшим днём на его памяти. Он пропускает школу и забывает о своём празднике, потому что в этот день оставшиеся жизненные силы покидают его мать, и он проводит сутки, дежуря возле её постели, пока она не делает последний вздох, а отец насильно не уводит его от неё.       Теперь уже 15-летний Магнус Бейн слишком раздавлен своим несчастьем, чтобы обратить внимание на слегка подсвечивающийся голубоватый счетчик с цифрами 16175, который появляется в центре его левой ладони в тот самый день.       Когда он обращает внимание на произошедшее с ним изменение, он не на шутку пугается этого и грешным делом связывает это с недавним печальным событием. Спросить у убитого горем отца он не решается и откладывает этот вопрос в долгий ящик, тем более что цифры пока остаются без изменений и никак не тревожат его физически, и он успокаивается.       Магнус ещё не знает, что меньше, чем через месяц спрашивать об этом ему будет уже не у кого, потому что он останется совсем один на этом свете, и лишь старый сосед-малайец будет приглядывать за бесхозным подростком до его совершеннолетия.       В попытках уйти от реальности Магнус ударяется в лихорадочный поиск ответов на свой вопрос. Пожилой глуховатый сосед непонимающе смотрит на его «пустую», со слов старика, ладонь, и тогда парень начинает пропадать в скромной библиотеке, пытаясь нарыть информацию о цифрах на руке. Её катастрофически мало, а то, что ему всё же удаётся отыскать, приходится переводить с яванского языка. Сидя поздним вечером со словарём, он ощущает, как пол уходит у него из-под ног, потому что рядом со словом «ладонь», «числа» и «счетчик» он находит слово, которое переводится как «смерть», и он моментально прокручивает в голове все события, которые произошли в то же самое время, когда он обзавелся этими загадочными цифрами. Он в ужасе захлопывает книгу и уже никогда не возвращается к её изучению, плотно заматывая левую руку бинтом.       Он понятия не имеет, что слово, которое он перевёл как «смерть», может переводиться ещё и как «судьба».       Ближайшие пару лет он будет незаметно коситься на руки других людей, стараясь увидеть у них хоть что-то похожее на тот «знак отличия», которым «наградила» его жизнь, но очередная пустая ладонь окончательно убедит его в том, что «дар смерти» есть только у него одного, и теперь он будет молчать о своём страшном секрете до конца жизни.       Магнус пока ещё не подозревает, что расстояние на ладони могут видеть только два человека в этом мире — он сам и его истинный, и только когда они впервые встретятся, счётчик обнулится и навсегда пропадёт с его руки, как и с руки его соулмейта.       Магнус в принципе с трудом осознает, что эти цифры обозначают километраж. Он лишь понимает, что это конец, а он, так много повидавший в своей жизни и так рано узнавший о смерти, не хочет мириться со своей предопределенной долей.       И теперь он как никогда страстно желает выбраться из этого поселения, уехать в развитую страну, жить в большом и красивом городе, выбиться в люди и никогда больше не вспоминать о своих первых 15 годах жизни.

***

      30-летний Магнус Бейн, переехавший из маленькой деревушки в центр столицы в возрасте двадцати лет, гордо вышагивает между сияющими высотками. Переезд определенно сказался на нём лучшим образом. Он получил образование и работу, неплохо выучил английский язык, добился успехов в производственной индустрии, и теперь ему предложили перебраться в Америку с целью продвижения бизнеса в одной из передовых стран.       Думал ли он над этим хоть секунду? 15-летний Магнус Бейн неверяще моргнул в его голове. Разумеется, нет. Его не остановит ни расстояние, ни четыре предстоящих пересадки с самолёта на самолёт, ни время, проведённое в пути — более двух суток! Ему плевать, потому что он собирается воспользоваться этим предложением, и даже более того — он не собирается возвращаться обратно.       Перед тем, как поехать в аэропорт, он тщательно проверяет все свои вещи, билеты и контракты, потому что всё ещё не может поверить в то, что он наконец-то выберется отсюда навсегда. Статуя Свободы уже приветственно машет ему с другого континента, символизируя то, к чему он так стремился с 15 лет.       Принимая перед долгой дорогой душ, он механически разматывает свою левую руку, мельком окидывая застывшее число 16032, но не придавая этому особого значения. Сколько он себя помнил, цифры всегда скакали туда-сюда, меняясь в чуть большую или чуть меньшую сторону. После его переезда в самое сердце Джакарты неожиданным образом испарились 150 чего-то, скорее, всё-таки километров, раз уж это совпало с его перемещением по стране, но никогда ещё их не становилось меньше 16000. Первые две цифры всегда оставались неизменными.       Взволнованно вздохнув, он прощается взглядом с так и не ставшей родной страной и отправляется в долгожданное путешествие.

***

— Мистер Фелл? — Магнус сразу включил деловой тон. — Доброе утро. Мистер Бейн беспокоит, ага. Да, спасибо, долетел нормально, поспал в самолёте. Да, заселился. Эээ… Гринвич-Виллидж, кажется? Я пришлю Вам адрес. Да, статую Свободы вижу, — он рассмеялся, потому что вид из окна на Гудзон и на остров Либерти и вправду был божественный. — Бруклинский мост — нет, отсюда далековато. Ладно, я здесь ещё только пять минут, успею обжиться и посмотреть достопримечательности, спасибо. В принципе, я готов с Вами встретиться, если Вы пришлёте за мной своего человека. Когда? Ну, скажем, через час. Подойдёт? Отлично, тогда с нетерпением жду нашей встречи, мистер Фелл. Да, до скорого.       Азиат положил трубку и довольно улыбнулся. Он и вправду здесь всего ничего, а ему уже всё нравится. Будучи всегда занятым человеком, Магнус, пока добирался до отеля, не мог не заметить, в какой суете проживают ньюйоркцы. Бегут, торопятся, лавируют в этой толпе вечно опаздывающих людей…       Кажется, он отлично сюда впишется.       Мужчина оперативно разобрал содержимое своего чемодана и направился в душ. Эту потрясающую большую ванну на винтажных позолоченных ножках он ещё обязательно опробует. Наполнит её горячей водой с душистой пеной — вечером, после заключения контракта, — и погрузится в неё с бокальчиком терпкого дорогого вина… Но сейчас время не на его стороне, поэтому всего лишь душ и практичность.       Он торопливо сбросил с себя одежду и привычным движением размотал бинт на руке, практически не глядя на свою левую ладонь с голубоватой подсветкой. Практически не глядя… Но даже боковым зрением он просто не мог не заметить, что с ней что-то не так. Слишком мало неонового сияния, слишком мало цифр.       Магнус испуганно уставился на свою левую руку, чувствуя, как что-то внутри него оборвалось и безвозвратно исчезло. Желание немедленно собрать назад чемодан и рвануть в обратную сторону стало нестерпимым.       Знакомые на протяжении 15 лет 16000 предали его, оставив вместо себя короткую строчку всего из двух цифр через запятую, которой раньше никогда не было: 7,2. Никаких нулей, никаких пробелов или прочерков. Просто 7,2.       Ноги больше не держали его. Он рухнул на пол прямо голой задницей и вжался спиной в холодный кафель стены, словно пытался слиться с ней, стать невидимкой или пройти сквозь неё. 7,2…       Он столько лет мечтал об этом, искал пути и способы, заучивал английский, добивался своей цели — и вот он здесь. Он приехал, чтобы исполнить все свои мечты, но при этом понятия не имел, что конец станет вдруг так близко. Ему стало очень больно и очень страшно. Что он сделал в этой жизни не так?!       В голове пролетели все картинки его прошлой жизни. Сначала мать, потом отец, потом и старик-малайец, многие его знакомые, умирающие от болезней, расцветающих в условиях нецивилизованности и антисанитарии, или же от пуль бандитских группировок, от которых не было спасения, или же от несчастных случаев… Он до сих пор не знал, как он тогда выжил, но он прогрызал себе этот путь к свободе… для чего? Чтобы найти свою кончину здесь?!       Магнус слишком много повидал на своём веку, чтобы позволить себе так глупо умереть в такой прекрасной стране и таком красивом городе. Магнус слишком любил свою жизнь, чтобы так легко распрощаться с ней. Кто знал, что его судьбой станет именно Нью-Йорк…       7,2… Нет уж, он будет бороться. Потому что он боец. Он, мать его, Магнус Бейн, а не какой-то сопливый слабак.       Неужто жалкие цифры на руке будут диктовать, где и как ему жить? Магнус упрямо сжал челюсть. Это мы ещё посмотрим…       Вечерние планы на праздничный бокал вина резко изменились, превратившись в пару бутылочек поднимающих боевой дух виски.