Зов сердца

Хируи упал на грязный пол, на котором ещё не засохла кровь, отдавая гнилым запахом, застревая комом в горле; парень понял, что такой тошнотворный запах тут настолько давно, что им провоняло всё: стены, пол, потолок, мебель. Кстати о мебели. Шинохаро поднял голову — аметистовые глаза расширились от удивления. Он лежал посреди пыточной: в Знойном дворце, оказывается, она тоже есть, но не такая устрашающая, нежели в Огненном дворце. Но это не отменяет того факта, что его могут и тут прикончить. Хозяину этих угодий не составит труда одним ударом разломить его череп, будто он сделан из точайшего фарфора. Хируи тут же повернул голову, уставившись на главу ордена Вэнь, который, похоже, этого только и добивался, неспеша подходя к своей жертве, словно голодный тигр, настигший свою долгожданную добычу, собирающийся неспеша ею полакомиться. Сравнение, конечно, немного странное. Ему подходит больше называться дьяволом, для которого человеческие жизни ничего не значат, если этот "счастливчик" не пригодится ему, разумеется. Его сверкающие в тускло свете свечей алые глаза прожигали, грозясь затянуть в это кровавое море с головой, поглотить целиком и полностью. Это худое лицо с изящными линиями и по-аристократски белой кожей, изящные брови, тонкие губы — он идеал. Бог, сошедший с небес. Дьявол, поднявшийся из глубин Ада. Всё это и есть Вэнь Жохань. Мощная ци кружилась вокруг него, так и говоря:"подчинись". Эта убийственная аура. Да, им можно долго восхищаться, бояться и хотеть быть им, оказаться под его ногами, лишь бы тот обратил на тебя внимание. Вэнь Жохань пнул парнишку, заставляя тем самым перевернуться на спину, точнее перекатиться, наступив сапогом на тонкую шею, любуясь попытками убрать его ногу, чувствуя лёгкую дрожь на кончиках изящных пальцев с чёрными короткими ногтями. Сейчас он мог внимательно рассмотреть его лицо: красивое лицо с слегка по-детски пухленькими щёчками, очень выразительное. Тонкие губы, аметистовые глаза. Хрупкое тело, которое так и хочется сломать, разорвать. Этот паршивец посмел ударить ЕГО, задеть достоинство мужчины. Ещё никто никогда не позволял такой дерзости. О, как же Жоханю хочется придушить его прямо сейчас, увидеть страх в этом фиолетовом омуте, как он пустее, пока последние капли жизни утекают вместе с воздухом. После чего скормить бездыханное тело своим собакам, наблюдая за всем процессом, созвать весь орден посмотреть на это, дабы никто больше не смел так обращаться с ним. Какого же было его удивление, когда вместо страха в глазах напротив вспыхнуло пламя. Они сверкали от гнева, сверля глаза владыки Безночного города. Это что-то новенькое, удивительно. Вэнь Жохань даже на секунду позабыл, что хотел придушить его, а потом вспомнил ещё кое о чём, быстро доставая из одежды тот самый медальон, показав своей жертве. — Узнаёшь? Хируи что-то пытался прохрипеть, не сводя пронзающего взора с драгоценности, пытаясь хоть что-то вспомнить. Он точно мог сказать, что видел её где-то уже. Эта вещь вызвала в нём чувство тревоги, будто бы она виновато в каких-то бедах. Вэнь Жохань милостиво убрал ногу с горла, давая даже время на отдышку, но его терпение начало кончаться. — Отвечай. — Да, знакома,— прохрипел Хируи. — Отлично, откуда же он у тебя? — Не помню.. Глава Вэнь прорычал, опустившись на колени, схватив снова кудрявую копну волос, притянув к себе ближе. — Лучше тебе всё вспомнить, ты хоть понимаешь, что это за артефакт? — Н-нет, не знаю,— прошипел парень. Заклинатель усмехнулся, снова швырнув его на пол, взяв правую руку Хируи, сняв бинты, показав след в виде красивых узоров, который распространился почти по всей руке. Стоило ему поднести к ней медальон, как эти линии начали обжигаит, словно на них положили расплавленный металл. Это было так больно, что перед глазами Хируи потемнело, а он сам взвизгнул, пытаясь схватиться за больную руку, но ему не давал Жохань, который убрал от ожогов странное украшение, проводя по ним острым ногтем, причиняя не меньшую боль. — Это реликвия принадлежит моей семье много лет. В ней содержится драконья кровь. Мой предок победил этого змея, осаждавшего мои земли, а из его крови сделал этот камень. Для меня и моих потомков он безобиден, но вот для воришек в роде тебя он окажется смертельным. Эти узоры — доказательство того, что ты взял его. Я имею полное право отрубить тебе руку за это, — он рассмеялся.— Но лучше посмотрю на то, что с тобой сделает проклятье. Хируи посмотрел на него, ели справляясь с дрожью в голосе, спросив: — Я-я ничего не крал у вас.. Не помню как, но эта вещь уже была при мне, когда я шёл по горам,— Шинохаро ещё больше напугался от мысли, что умрёт от проклятья.— Я умру от него? — Нет, не умрёшь теперь уж точно. Понимаешь ли, медальон хотел твоей смерти только в самом начале, но раз ты до сих пор жив, то теперь тебя ожидает куда более страшная участь. Ты станешь драконом. — Чего? Как!? Я же человек. — Пока что человек,— Вэнь Жохань отпустил его руку, положив её на то самое место, где должно быть золотое ядро, нахмурившись.— У тебя нет золотого ядра? Странно, я точно чувствовал в тебе поток ци.— а после рассмеялся.— Понятно всё, ты уже обращаешься. Хируи было не по себе. Так много навалилось сразу, что голова гудела. Дракон? Золотое ядро? Он ничего толком не понимал, желая оказаться где-то в другом месте, но не здесь. Подальше от всех этих проблем. Столько вопросов появилось, а ответа он найти никак не может. Остаётся только одно.. Он тихо произнёс, чувствуя себя паршиво, словно сейчас его достоинство смешали с грязью, вытирая и топча это ногами: — Объясните мне,— на этом моменте его голос дрогнул.— Пожалуйста, я немного не понимаю, что вы имеете ввиду. То есть, я понимаю, да, но.. Но я запутался. Вэнь Жохань лишь бросил презрительный взгляд, будто бы перед ним кусок мусора, сломанная кукла, которой не интересно играть. Он видит, что сейчас этот парень запутался. Сейчас играть с ним довольно скучно, неинтересно. Тем более, что он видел, как тот мог дать отпор. Этот огонь в глаза потух также быстро, как и разгорелся, оставив после себя лишь пепел. Он ещё не разгорелся с той силой, чтобы сжечь, превратить в пепелище. Этот тягучий фиолетовый омут выдавал состояние владельца — растерянность. Вот, что видел мужчина. Жалкое зрелище. Перед ним калека, побитый жизнью дворняга, которого он милостиво принёс сюда, дал крышу над головой, кормит, но это доброта лишь его очередное хочу. На что-то иное не стоит даже надеется. — Запутался? — низким басом спросил глава Вэнь.— Что ж, мальчик, я помогу тебе разобраться с этим. Но лишь потому, что я так хочу. Запомни: я тут царь и бог, твоё прибывание здесь — моя прихоть. На сей раз я прощаю тебе подобную дерзость, но больше такого не будет. Вставай. Шинохаро Хируи молча встал, опустив вниз голову, смотря на ноги уходящего Вэнь Жоханя, который явно дал понять, чтобы тот шёл за ним. Поэтому "гость" не смел больше гневить хозяина этих мест, молча ступая по запутанным коридорам, стараясь не отставать. Они остановились у какой-то двери, красиво расписанной цветами по тёмному дереву. Жохань открыл дверь, проходя сначала сам, а потом уже пропуская парнишку. Перед взором Хируи появилась библиотека: высокие книжные стеллажи, разделённые на два этажа — первый и второй. Лестница, ведущая на второй этаж, где стояла софа с книжным столиком, на котором лежали какие-то свитки. На нижнем этаже распологились стол со стульями, за которым можно было спокойно изучить литературные произведения. Ковёр на полу был приятных лазурных и тёмно-зелёных оттенков. Впрочем, вся комната была такой. Большие окна пропускали в библиотеку достаточно света, оживляя там всё; красиво расписанный потолок представлял собой целое произведение искусства: трагичная история дракона, которого одолел предок семьи Вэнь. Каждая чешуйка этого грозного небесного создания сверкала, переливаясь серебром, а небесно-голубые глаза смотрели так, будо бы он живой, готовый оторваться от высокого потолка, гордо опустившись перед парнем. Одарить грозным рычанием, убить только одним взглядом. Чтобы тот каждый клеточкой своего тела чувствовал страх, восхищение. Да что тут говорить, он и сейчас их чувствует. Это место завораживает, успокаивая своей красотой, напоминая о давно забытых воспоминаниях, вызывая детский восторг. Как если бы ребёнка привели туда, куда он так давно рвался, упрашивая родителей. И вот, наконец, его привели в подобное место. В воздухе даже перестало пахнуть той самой смертью, тревогой; это место отличалось своей атмосферой. Она успокаивала, приводила мысли в порядок. Даже дышать стало намного легче. Удивительно. В подобном месте найти такой уголок — редкость, а тут целая огромная комната. Восхитительно. Хируи настолько сильно был заворожён этим, что позабыл цель их визита сюда. А вот Вэнь Жохань не забыл, уверенной походкой ступая у одному из стеллажей на первом этаже, достав с полки толстую книгу в кожаном переплёте, украшенный драгоценными камнями, положив её на стол. — Прочти это. Шинохаро опомнился, переведя взгляд с кортины на главу Вэнь, а потом на книгу, неспеша подходя ближе, внимательно посмотрев на неё. Хм.. Где-то он её видел. Рука сама потянулась, открывая первую страницу. Сразу можно было понять, что книге не одна сотня лет, но хранили её всё это время довольно хорошо, даже чернила не стёрлись, а лишь выцвели, но не так сильно. Её, скорее всего, не так часто открывали. — Я могу её взять? — Да, ты можешь читать все книги на первом этаже. Сиди тут хоть до рассвета. — А что за книги на втором этаже? — Этого тебе знать сейчас не следует. Разберись сначала с этим. Вэнь Жохань оставил одного парня, возвращаясь в главный зал, где его ожидала работа. Он бы мог ещё потратить своё драгоценное время на него, понаблюдать, так сказать, но дела ордена стоят на первом месте. *** Работа проходила нужно: Жохань даже успел наказать того слугу, который упустил Хируи, отправив его в Огненный дворец. Надо же ему хоть на ком-то отыграться, раз этот олух кудрявый ему ещё живым нужен. Его голову посетила мысль о происхождение необычного гостя. Эти яркие ярко-винные волосы совсем не вписывались в стандарты азиатской внешности. У него даже ресницы были такого цвета, как и волосы. Да и в целом он был странным. Свалился фиг знает откуда в странной одежде, с мечом и медальном. Вот чего-чего, а таких загадок Жоханю ещё судьба не подкидывала. И ведь интересно же, кто он такой. Меч заклинателя, а золотого ядра нет. Даже намёка, что оно там быть должно не было. Но что-то вместо него точно есть. Его ци чувствовала это. — Позови мне Вэнь Цин,– приказал он одному из слуг. Через считанные секунды к нему прибыла лекарша, поприветствовав предка, негодуя причину её вызова. Но решила прийти как можно скорее: новость об поступке Хируи быстро дошла до неё, поэтому она ожидала всего: увидеть труп парня, его голову, а может ещё живым. Но нет, его тут вообще не было. Неужели в Огненном дворце? — Скажи-ка мне,— скучающе произнёс Жохань.— Ты знаешь, откуда прибыл этот парнишка? — Нет, откуда мне знать, если он сам не помнит, кто он такой? — Что ж, возможно, надо прибегнуть к кое-каким мерам в таком случае. — Глава Вэнь, а где, собственно, Хируи? — В библиотеке. — Но я только что оттуда. Его там нет. — Он не в библиотеке ордена, а в моей личной. — Что? — Вэнь Цин не могла поверить собственным ушам.— Вы его допустили туда? — Он захотел разобраться во всём. К тому же, я запретил ему читать книги на втором этаже. *** Библиотека Вэнь Жоханя принадлежала изначально не ему: это был его подарок супруге. Он так любил её, что после свадьбы приказал построить в том пустующем крыле огромную библиотеку, куда поместил самые лучшие книги. Конечно, она и по сей день пополняется, но и тогда была довольно обширной. Он знал, что его жена любит читать, часто засиживаясь там на той софе. Книги — её единственное утешение. Муж так любил госпожу Вэнь, что запрещал выходить из Знойного дворца, держа там долгие года. Эта любовь и погубила её. Женщина постепенно чахла. Даже книги не помогли спастись от этого. Она умерла внезапно во сне. На утро Вэнь Жохань первым обнаружил её бездыханное тело. Похоронил он её тихо, только в кругу семьи. Никто из глав орденов до сих пор не знает об смерти его любимой. Жохань вечно говорил, что та не любит появляться на праздниках, а опровергнуть его слова было невозможно. В библиотеку же он никого не пускал. Даже сыновья редко туда могли зайти, спрашивая разрешения у отца. Чаще всего он и им отказывал. Это место — память о возлюбленной. Напоминание об грехе, который он никогда не искупит. Он своими же руками погубил дорогого человека, держал в золотой клетке. После этого события глава Вэнь ожесточился, стал холодным, скпытным. Ни одна из наложниц не заменила ему её — точное их количество даже сам Жохань не мог сказать. Их не осталось просто. Ему они надоедали очень быстро. В них не было того огня в глазах. Огня, который спустя столько лет он видит снова, но это глаза не любимой, а незнакомого человека. Это лишь больше раскрыло старые сердечные раны, заставляя вспоминать те далёкие счастливые времена, когда он бегал по ночам из ордена к ней, срывая по дороге цветы, лишь бы успеть, пока его пропажу не заметили. Да, и последний тиран может быть ласковым, нежным, летать на крыльях любви, от которых остались только шрамы, потому что он сам их вырвал. Любви в его сердце больше нет места. Некого любить. Да и он больше не хочет, боится снова убить своей любовью. Второго раза он не выдержит. *** Три дня — столько дал Вэнь Жохань времени Хируи, чтобы тот успел хоть что-то прочитать. Ему хотелось проверить лично, что тот успел усвоить за такой промежуток времени. А ведь он даже не поинтересовался, умеет ли тот вообще читать. Хотя, по нему видно, что тот не похож на крестьянина. Уж слишком изящная внешность, да и руки нежные. Он тихо приоткрыл дверь, взглянув на тихо сидящего парня: лицо его со всей серьёзностью смотрело в книгу, изучая каждое слово, поглощая знания. Длинные ресницы слегка подрагивают от лёгкого ветерка, колыхающего зановески на окнах, а также длинные волосы парня. Лучи солнца падали на них, из-за чего те тезагорелись, переливаясь в его лучах огненными волнами. Чёлка небрежно растрепалсь: Хируи подпирал лицо руками, проникая пальцами в шёлковые пряди волос, даже не замечая наблюдателя. Вэнь Жохань же застыл, смотря на эту красоту. Он только раз видел подобное в своей жизни: покойный отец взял его с собой, когда отправился на переговоры с каким-то славянским князем. Там, сидя за большим столом, выглядывая из окна, он увидел мальчика, пробегающего мимо. У него были почти такие же волосы, но короткие. Но то, что он сейчас видит перед глазами — потрясающе. Мужчина и подумать не мог, что такой странный цвет волос расцветёт полыхающим цветком, дополняя картину вместе с горящими глазами. Эти яркие волосы нельзя ни с чем сравнить. Хотелось так стоять, просто наблюдая за ним. Профиль Хируи отдалённо казался знакомым главе Вэнь, напоминая столь родной лик, что сердце сжалось лишь от мысли об этом. Поэтому он решил всё же прервать парня, входя в помещение, закрыв за собой дверь. Хируи, конечно же, перевёл взгляд на гостя, моментально выпрямив спину, смотря с какой-то опаской: впечатления от первой встречи до сих пор остались в памяти и на теле в виде синяков на шее. Не хотелось бы ещё раз испытать подобное на своей шкуре. Да и Вэнь Цин ещё отругала за столь глупые и поспешные действия. Поэтому Хируи решил вести себя осторожно с этим человеком. Вэнь Жохань же в свою очередь сел спокойно на стул напротив парня, вальяжно устроившись там. — Итак, что же ты успел узнать за эти три дня? Хируи уверенно посмотрел в глаза мужчины, как раз дочитав последнюю страницу той толстой книги, которую ему вручили. — Я узнал не так много, как предполагал: с древних времён в Китае существуют заклинатели — избранные богов. Они собрались в ордена, пять из которых смогли особо высоко подняться, став великими. Изначальная задача любого заклинателя — истребление нечисти. Свою ци они берут из золотых ядер, которые у них с рождения, либо же они формируют их во время тренировок. Оружие у заклинателей — мечи с душами. — Хорошо, тогда, ты понимаешь, в каком ордене находишься. Хируи кивнул, добавив: — Да, орден Цишань Вэнь — Верховный орден. — Что ж, что ты ещё узнал?