Зов сердца

С самых древних времён люди почитали драконов. Могучие небесные создания охраняли врата в три мире: небеса, земля и ад. Жертвуя собой в постоянных схватках с демонами, но и это показалось богам незначительными потерями. Они приковали цепями почти всех драконов у входа в подземный мир, где они гибли то от сражений с демонами, то от ранений, а некоторые сходили с ума, не выдерживая заточения в тёмных глубинах, куда не проникает солнечный свет. Так продолжалось столетия, пока одному из драконов — тому самому белоснежному с небесно-голубыми глазами — не надоело это. Он смог разорвать божественные оковы, освободив себя и собратьев, покидая демонические врата. Теперь перед ними стояла новая цель — месть за все их страдания. Ни земля, ни небеса ещё никогда не сталкивались с подобным: драконы уничтожали всё на своём пути. Некогда добрые, верные богам создания превратились в сущих монстров, которым место в книге ужасов средневековой Европы. Там драконы выступали последними монстрами, кровожадными созданиями, порождённые в глубинах Ада. Но кто виноват в этом? Люди, боги? Все. Если бы их так посадили на цепь, будто они дворовые собаки, использовали как живые щиты, лишь бы самим ничего не делать. Разве такое обращение должно быть к хранителя? После осады Небесной столицы, драконы обрушили свой гнев на людей. Эти смертные создания не могли противостоять их силам. Так они думали. Но всё оказалось далеко не так просто: за время их отсутствия тут появились заклинатели, вечно мешающие их планам, защищающие и себя, и простой люд. Жестокое противостояние длилось несколько лет — невозможно пересчитать горы трупов с обеих сторон. Даже земля насквозь пропиталась их кровью, что, казалось, зачерпни немного земли, а под ней обязательно будет лужа крови. Так могло продолжаться и дальше, если бы Вэнь Мао —  юный глава ордена Цишань Вэнь не решился на отчаянный шаг: он вызвал на поединок того самого белого дракона — вожака драконов. Его силам не было равных. Он управлял луной, закрыв на многие годы ей солнце, чтобы ослабить людей, не дав растениям нормально рости. Страшный голод обрушился на всё человечество, а единственный способ избавиться от него стоял прямо перед очами Вэнь Мао. Этот дракон был прекрасен. Ещё никогда в своей жизни он не видел настолько изящное создание, в чьих руках, а точнее лапах, скрывалась такая огромная сила. Конечно, он хотел сначала вразумить того мудрыми речами, но божественное создание и слушать ничего не хотел. Слишком глубоко в его сердце сидела обида. Слишком сильно он был горд и высокомерен, чтобы простить. Но не отрицал правоту юнца перед ним. И перед тем, как вступить в смертельный бой между ними, он решает задать всего один вопрос: — Скажи мне, человек, что для значит жизнь? — Жизнь — круговорот вещей в мире,— рассуждал Вэнь Мао.— Точного ответа никто дать не может. Ведь для каждого жизнь имеет разные понятия. Даже ваше разнится с моим. Для меня жизнь — самопожертвование, готовность пойти на всё, лишь бы остановить хаос. — Ты говоришь истину, поэтому я поведую тебе о своей точке зрения. Жизнь для любого дракона — свобода. Мы никогда не приклоним головы, мы — свободные создания. И этого невозможно исправить. Однажды и ты поймёшь это, либо же твой предок. Клинок и острые когти сошлись, отдавая неприятным скрежетом в ушах обоих противников. Небеса разверзлись, хлынув на землю стеной дождя, под которым сошлись в жестокой схватке бессмертный и дракон. Но исход этой битвы мы все прекрасно знаем. *** Хируи пересказал всё, что узнал из книги, печально вздыхая: он был согласен со словами обоих, пусть сердце и говорило, что дракон прав больше. Он и сам любил свободу, начиная немного понимать, что представляет сам из себя. Он — свободолюбивый человек. А человек ли всё ещё? В этой книге не было всех ответов на вопросы, а прочитать все на первом этаже невозможно даже за одну жизнь. Пусть он и освоим весь материал за три дня, но такими темпами он так и умрёт, ничего не зная о самом себе. — Это всё? — уточнил Вэнь Жохань. — Да.. — Хорошо, что же ты думаешь об прочитанном? — Я думаю, что правы оба. Дракон хотел свободы, который его лишили, а Вэнь Мао — прекратить войну между ними. Но..— Хируи повернул голову, посмотрев на голубое небо.— Я склоняюсь больше к словам дракона. Вэнь Жохань немного нахмурился, переведя взгляд на небо: погода была просто чудесной. Скоро наступит лето — его любимое время года. И не потому что он не любит холод, просто ему не нравится серое зимнее небо над головой, другое дело — голубые небеса, по которым плывут пушистые облака, зелёная трава, душистые запахи цветов. Судя по всему, не одному ему нравится эта погода. Хируи явно хотел прогуляться. Это читалось в глазах. Что ж, за всё это время он видел только библиотеку и свои покои. Надо же показать дорогому гостю всю красоту Безночного города. Заодно и похволить за столь скорое усвоение материала. Вэнь Жохань был сегодня добрым. Да и самому прогуляться хочется. Работу он ещё утром закончил, а заняться ему совершенно было нечем. — Ты идёшь со мной на прогулку. Шинохаро чуть со стула не упал от такой новости. Нет, он хотел пойти гулять, но не с этим человеком. Он его теперь немного боялся, но отказываться не стал. Фиг знает, когда ему вообще ещё позволят выйти на улицу. А так хотелось. *** Солнце высоко светило, приятно согревая своим теплом. Погода, как ранее было сказано, действительно была отличной: цвели растения, пели птицы. От обилия запахов кружилась голова. Оказывается, у Хируи отличное обоняние, либо же так сказалось его прибывание в четырёх стенах. Сейчас он думал не об этом, с улыбкой до ушей ступая рядом с главой Вэнь к ступеням, видущим в город. О, как же хотелось съехать со смехом по перилам — откуда такое желание взялось у парня даже он не знал. Вэнь Жоханю же в новинку было видеть человека, улыбающегося при нём. Неужели так повлияла на него улица? Они спустились вниз, в полнейшей тишине ступая по оживлённым улицам, где во всю кипела жизнь. Это напомнило Хируи его город, разительно отличавшийся от этого: высокие дома, люди в другой одежде, машины и автобусы — полная противоположность. Но там не было такого чистого воздуха, такого спокойствия. В голове сразу заиграла одна песня, которую парень тихо напевал. Разумеется, это услышал и Жохань, переведя взор на источник шума, продолжая удивляться его спокойствию, а ещё необычному языку. — Что это за язык? — Русский. — Какой? Я слышал что-то подобное в одной стране, вроде бы на Руси. Но вот про Россию ничего не слышал никогда. — Ну, Русь и Россия — почти одно и тоже. Просто отличаются произношением. На Руси использовали греческий алфавит, точнее взяли оттуда некоторые буквы, чтобы переписывать церковные книги. — Так значит, ты из России, так? — А, ну, я плохо помню. Память немного вернулась, но знаю, что там жил. А вот имя и фамилия у меня не русская, а японская. Это пока всё, что я вспомнил. Вэнь Жохань вздохнул. Хотя бы что-то он уже узнал, но всё равно этого мало. Слишком мало. В толпе он заклинатель услышал знакомый голос. Этот голос, а точнее голоса он не спутает. Те голоса принадлежат его сыновьям, опять спорящими на какую-то тему. Зачастую это просто бессмысленная ругань, которая только раздражает. Вэнь Жохань хотел уже свернуть за другой угол, лишь бы не видеть их лица сегодня, но не успел. Нет, он любил своих детей, но иногда они его выводили из себя, а тратить сегодня на них свои нервы он не хотел. — Отец! — окрикнул его счастливый голос Вэнь Су, подбежавшего первым. Он больше всех напоминал копию отца, но более жизнерадостную.— Не ожидал и тебя тут увидит. Что ж ты не сказал, что собираешься прогуляться? Вэнь Жохань обернулся к нему, закрыв тем самым за своей спиной своего спутника, внимательно посмотрев на старшего из сыновей, а потом и на подбежавшего Вэнь Чао, за которым хвостиком следовал Вэнь Чжулю. — Я хотел прогуляться один. — А кто тогда за твоей спиной? — поинтересовался Вэнь Чао. Честно, сейчас ему хотелось их прибить, но он сдерживал себя, но не отошёл, продолжая скрывать за собой парня, который выглянул из-за его спины, смотря на троих мужчин. — Девочка? — удивился Су. — Какая я тебе девочка. Я парень,— фыркнул Шинохаро, чем ещё больше подогрел к себе интерес старшего из братьев Вэнь. Всем прекрасно известно, что это именно Вэнь Су извёл большую часть любовниц своего отца, ревнуя того ко всем, не желая никого видеть рядом с ним, кроме покойной матери. А изводил он бедных женщин так, что многие могли остаться на всю жизнь одинокими уродинами. Это относилось и к приближённым слугам, если они посмеют уж слишком близко подойти к главе ордена. И нет, ему ничуть их не жаль. "Странный парень, — думал Вэнь Су, анализируя его,— иностранец? Неужели он любовник отца?" Эта новость его явно не обрадует, если все его догадки окажутся верными. Что в нём нашёл отец? Худой, низкий. Ладно, личико у него красивое, как и цвет волос, белая кожа и выразительные глаза. Но Вэнь Жоханю подобный типаж же никогда не нравился. С чего бы тогда ему обращать внимание на это? — Что ж, тогда не будем вам мешать,— с натянутой улыбкой произнёс Су, скрипя зубами от досады, схватив Вэнь Чао под руку, потащив в другую сторону, а Вэнь Чжулю только и успел, что почтительно поклониться главе, быстро уходя за молодыми господами. Вэнь Жохань повернулся опять к Хируи, направляясь дальше, что парень мог ели догнать его. Ведь шёл глава Вэнь довольно быстро, явно о чём-то недовольно размышляя. Поэтому Хируи решил немного отвлечь того от дурных мыслей. — Скажите, а где вы меня нашли? — Напротив беседке в горах для медитаций. Тебе же Вэнь Цин рассказала, что тебя молнией удирило. — Да, но не рассказала, где меня нашли. Думаю, что это место красивое. — Лучше постарайся вспомнить, как ты там оказался. Больше они ни о чём не разговаривали, молча гуляя до самого вечера. *** Вечером Вэнь Жохань ушёл в свои покои, оставив Хируи слуге, который должен был проводить того в покои, пока не подадут ужин. Ужинать, кстати, он будет в этот раз вместе с Вэнь Жоханем. Тот приказал ему появиться там у самого входа в орден, отдав ещё какие-то приказы другому слуге. На одном из повороте оно столкнулись с Вэнь Су, который не слишком был рад такой встрече, осадив их гневным взглядом, молча продолжая свой путь. *** За ужином Шинохаро чувствовал себя не в своей тарелке. Ему казалось, что тут он определённо лишний, особенно хорошо это давал понять пронзительным взгляд Вэнь Су, из-за которого кусок в горло не лез. Если так у них всегда так проходит трапеза, то Хируи появляться больше тут не хотел, кое-как заставляя что-то себя съесть, боясь поднять взгляд даже на того же Вэнь Жоханя. Казалось, что он сидит среди хищников, готовых в любую минуту накинутся на того, разорвать, а потом съесть в качестве ужина. Хотелось поскорее уйти, но он не мог, молясь богу об одном — лишь бы это поскорее закончилось. И вот, его молитвы услышали. После ужина он хотел поскорее вернуться к себе в комнату, принять ванну, а потом лечь спать. И ему почти удалось осуществить свои планы, если бы не Вэнь Су, поджидающий его за углом. Чья-то сильная рука схватила парня, прижав к стене, зажав рот рукой, дабы тот не закричал. И снова старший молодой господин Вэнь. Ему, похоже, и правда не понравилось прибывание на ужине бедного иностранца. Вжимая его с такой силой в стену, что так грозилась треснуть. — Ты тут лишний,— прорычал А-Су.— Я до сих пор не понимаю, как ты смог так близко подобраться к моему отцу. Он даже тебе в своей библиотеке разрешил сидеть. Что, раздвинул перед ним ноги, теперь думаешь, что стал частью нашей семьи? Хируи с шоком смотрел на парня напротив, пытаясь что-то сказать, укусив Вэнь Су своими острыми клычками, получив за это пощёчину. — Ах, ты..— А-Су схватил за воротник клановых одежд, приподняв того на свой уровень.— Жить надоело? — Да не сплю я с твоим отцом! — возразил Хируи.— Он нашёл меня в горах. Меня молния ударила. Я ничего не помню ни о себе, ни о том, что это за место. Поэтому он и разрешил мне разобраться во всём, допустим в ту библиотеку. И вообще, он же мужчина, как я с ним спать могу? Да и пугает он меня. От него так и пахнет смертью и маком. Вэнь Су удивился, поставив того на пол. — Стой, ты почувствовал от него что-то другое, кроме запаха смерти? — Да, что тут такого? Наследник ордена рассмеялся, похлопав по плечу парня. — Ничего, потом сам поймёшь. Впервые слышу от кого-то, что мой отец не в их вкусе. Ты явно поехал крышей. На этом он решил закончить их разговор, направляясь к себе, а Хируи ушёл в свои покои. Только один человек, притоившийся в тени, долго ещё не мог уйти, гневно прорычав после того, что услышал.