Иной цвет. ЧАЭС.

Что ж - когда идёшь врачом в детский лагерь, то в последнюю очередь ожидаешь вот этого. К счастью их не трогали до моего прихода и правильно сделали - эта зараза может передаваться при контакте. Что мы имеем: горстку пепла от девочки по имени Ульяна Брежнева и две девушки... хотя теперь сложно определить их точное количество. Они срослись точно по позвоночнику и теперь напоминали большого паука, которому будет легко бегать по всем поверхностям. Их кожа стала сизого цвета, как пепел, а кровеносные сосуды стали просвечиваться неоновым цветом: розовым, фиолетовым и даже ядовито зелёным. Глаза помутнели у обоих, но иногда в них проглядывал тот самый цвет, что и от сосудов. Волосяной покров почти полностью исчез; остались редкие копны волос, по которым можно было узнать жертв. Славяна Морозова и Евгения Симонова; наверное они следовали за Ульяной, а потом всех троих что-то поразило. После падения того метеорита всё стало идти наперекосяк, но теперь стало ещё хуже. Жалобы на сонливость - были, редкие случаи паранойи - были, видения - были. А теперь это. Данная перспектива совершенно меня не радовала. Даже когда мой молодой человек погиб в первые годы Афганской войны, то моя жизнь так не изменилась, как сейчас. Тогда мне казалось, что передо мной невозможная задача. Теперь передо мной задача невообразимая. Переверзев увёз Кислицкую и должен сообщить в райцентр ситуацию; как бы к моменту прибытия помощи эта ситуация не стала хуже. Почти как с ЧАЭС - послали пожарников, а продолжили военными, химиками и даже роботами-манипуляторами. И жертвами, точное количество которых ещё нескоро посчитают. Хотя кого так испугают цифры, как скрывающиеся за ними сломленные жизни... Чьих-то любимых, родителей и детей. Голос двух последних резко нарушил тишину. ЖенеСлавя: "Ай-дыыы..., оужайста..." Они лежали единым целым на койке медпункта и редко меняли данное положение - после мутации слабость была их основным спутником. Я быстро натянула перчатки и налила воду из графина в стакан; аккуратно протянула его ко рту Слави. Славя стала жадно пить своими бледными сухими губами: мутация, стресс и конкуренция с Женей ослабили и обезвоживали её. Виола: "Женя, воду будешь?" ЖенеСлавя: "Еее ааатииит..." С этими словами Славя протяжно охнула и вцепилась руками в кровать. Жена вытягивала из неё все питательные вещества; буквально и от этого Славе становилось только хуже. Виола: "Женя, прекрати! Ты можешь её убить!" На Женю подобный довод повлиял слабо. Виола: "Ты себя хочешь убить?! Ты помнишь, что ты больше не предоставлена самой себе? Убьёшь Славю - убьёшь себя!" ЖенеСлавя: "ееееейкраааиии!" Женя затихла, Славя выдохнула. Секундой позже по щекам Жени начали течь неоновые слёзы - одиночка по натуре, она явно не ожидала такой участи. Она не страдала от того, что одна - наоборот, наслаждалась этим. И теперь её поставили перед фактом - одной она станет очень нескоро, если вообще станет. Глядя на эту картину, я задумалась - как усердно некоторые люди рвутся искать себе "вторые половинки"; как усердно пытаются вшить себя в жизнь другого человека? Вшить, конечно, фигурально и в этом преимущество - не получилось, то можно разойтись и искать дальше, что бы там не думали об этом бабушки на скамейках. Иногда людей вырывают из жизни друг друга - так было со мной и Алексеем. И мне казалось, что это тяжело пережить. А как Жене и Славе пережить их ситуацию; будет ли просто им разойтись? Когда их переносили со всеми мерами осторожности в медпункт, кто-то обронил формулировку "ЖенеСлавя", словно девушки, как отдельные личности, больше не существовали. Я для себя решила ни за что так их не нарекать, поэтому всегда обращалась им поимённо. Вот и сейчас я сказала... Виола: Славя и Женя, девочки, мне нужно отлучиться на час - я вас закрою ради вашей же безопасности. Если что, то вы легко сможете открыть дверь, коль вам необходимо. Уборная и запас еды к вашим услугам. Славя и Жена протарабарили благодарность. Я выйду всего на час - очень сложно быть постоянно в рабочей обстановке. Нужно хотя бы час побыть наедине. Хотя бы час. Щелчок замка, шаги по каменным дорожкам, скрип двери домика, стук очков по столу, вздох, скрип кровати, выключение лампы, сон, забвение. "Передо мной дверь. За дверью пески и скалы. В скалах кричат орлы, прячутся шакалы. Я повелеваю воинам: "Вечная жизнь уготована нам". "Ждёт вас рай, когда очистите от неверных край." "Летит вражий сокол - сделайте так, чтобы он стал гол!" Летит вертолет, отряд воинов его ждёт. Гранатомёт прервал полёт." "Алексей Жаринов, погиб при облёте местности, прямое попадание из гранатомёта." Я проснулась. Была ночь. Надеюсь, что я не проспала. Глянула на часы; и правда - 11:14, а только недавно было 10:14. Включила лампу, оделась, начала искать ключ на тёмном пространстве стола. И тут до меня дошло - лампа так и не зажглась. Наконец-то я нашла ключ и сразу заметила тонкий слой пыли, осевший вокруг связки. Могу поклясться, что регулярно навожу уборку в домике, а тут... пыль, да ещё столько, будто стол не убирался... несколько дней. Я точно проспала лишь час? Надеюсь, что в будущем люди придумают способ не попадать в такие казусы. Эх, надеюсь в будущем станет ясны причины падения этого метеорита, этих мутаций... Я охнула. Женя и Славя! Я вихрем вылетела из домика и неслась к медпункту. Виски пульсировали так, словно кровь в них кипела. В глазах мелькал ещё не забытый сон - я продолжала видеть пески, горные хребты и летящий навстречу гибели вертолёт. Мимо меня пробежали две женские фигуры, но в моей голове это были моджахеды, воевавшие за свои чуждые мне принципы. Я накричала на них, но это их не смутило и они продолжили свои догонялки дальше. Рядом промелькнула вспышка неведомого света, сквозь который я видела пылевое облако. Мгновением позже вспышка погасла, словно отсекая пыль; в ней чувствовался запах человеческих останков и жжёной травы. Не осознав, куда бегу, я со всего размаху влетела в деревянную стенку медпункта и распласталась на земле. По лбу закапала кровь, смешиваясь с пеплом. Всё поплыло перед глазами. Возникло ощущение, что прыгнула в воду. И в этом возникшем калейдоскопе возникла отблескивающая розово-фиолетовым цветом фигура. Фигура: Ты нас немного спугнула; мы как раз мило играли в догонялки - Леночка мне задолжала свидание, а вы меня отвлекли. Ну хоть с вами немного поиграю. Что-то холодное пристало к моей руки и начало через силу идти по ней: запястье, локоть, плечо, шея, оно лезет в голову, в мозг, в мысли. Мои ноги задергались, а глаза закатились - в моей голове насильно показывались старые воспоминания. Это был калейдоскоп: пустыня, Алексей, лекарства, вкус дужки очков, тепло Алексея, щекотка... Эта гадина лезет мне в самое сокровенное! Виола: Скотина!! Я ударила фигуру кулаком в висок; она отпрянула. Фигура: Словно твои мысли какие-то особенные! Да у вас всех все мысли одинаковые! Вы никуда не стремитесь! Даже если хотите; даже если что-то переживаете! Виола: Да не твоё собачье дело! С этими словами я схватила булыжник и ударила создание по голове: надеюсь, что это была она - я даже не знаю. Но против камня наука ещё ничего не придумала - фигура пошатнулась, а потом упала, истекая... кровью. Я рванула ко входу в медпункт, но быстро пожалела, что сделала это быстро - я потеряла последние силы. Краем глаза я заметила, что фигура медленно подползла к стенке здания и облокотилась, хрипя и плюясь кровью. Ступеньки, дверь, карман, ключ, замок, скрип, хлопок - я оказалась внутри здания. Тишина. Виола: Женя... Славя... Вы здесь? Если вы ещё здесь - пожалуйста, простите; на меня напали, я не смогла прийти. ЖенеСлавя: Ейо очень оооохооо!! Из темноты меня схватила здоровенная когтистая лапа и закинула меня в соседнюю комнату. Пока я пришла в себя, к моему лицу что-то подвинулось - это было лицо Жени, покрытое щупальцами. На её спине захныкала Славя, которая исхудала и едва ли походила на девушку. Женя была похожа на смесь вурдалака и насекомого. И она била меня по лицу и швыряла по комнате - все стены помялись об мою спину. ЖенеСлавя: Ы оооставиаа ааааас! ЖенеСлавя: Еееееееее! ЖенеСлавя: Я уууучалааась! ЖенеСлавя: Осааааноовиииись! Айси ас! ЖенеСлавя: Ааааааа! Вся стена за монстром засияла брызгами розовой крови - кто-то всадил в Славю острый нож и провёл сверху вниз. Женя на момент оцепенела от боли, но потом в ярости повернулась и получила удар ножом в брюхо. Из вспоротого живота вывалились внутренности, которые походили на пластилин. Двойной труп увенчал пол. Лена: Надеюсь, что вы не против того, что я не заставила их долго мучатся? Лена стояла с окровавленным ножом наперевес, глядя на меня исподлобья. Её взгляд напоминал солдатский "на тысячу ярдов", по лицу текла свежая кровь (не её). Но взгляд этот словно говорил: "Я знаю, что ты хочешь знать." Лена: Каждый сходил с ума по-своему. Кто-то даже мутировал. Я уже и не помню всех событий. Кажется время сошло с ума - все стрелки ведут себя, как хотят. Ты это хотела узнать или что-то ещё? Мои кости заскрипели, огрев моё тело болью. Мне долго не протянуть. Виола: Алексей не вернулся из Афганистана. Смогу ли я вернуться из лагеря? Лена: Это уже давно зависит не только от тебя.