Короли и Королевы Кеттердама

Минут через десять Каз, караулящий около двери в дамскую комнату, стал привлекать излишнее внимание. Он собственными глазами видел, как Тейлор забежала сюда (об этом также свидетельствовала капля крови у двери), но не был уверен, что она не выбралась по неизвестным причинам через окно. Настроение у него было прескверное, одна мысль хуже другой. В голове крутились бесконечные «что» и «если». Что, если это часть плана Тейлор? Притащить сюда Бреккера, где его уже поджидает Пекка, пораниться и выставить его виноватым? Что, если она теперь передумает идти на кражу и скажет, что он все еще ей должен? И что, черт побери, довело ее до такого состояния? Каз уже пришел к выводу, что Земля не остановится, если он зайдет в дамскую комнату на законных правах понять, куда делать его «супруга», как дверь наконец открылась и в холл вышла бледная, но живая Тейлор. На порезанную ладонь она намотала кусок ткани, видимо, оторванной от нижних слоев юбки. Повязка была слишком слабой для качественной перевязи, но с задачей спрятать порез от чужих глаз справлялась. — У нас мало времени, — бросила Тейлор, прежде чем взяться здоровой рукой за перила и поспешно начать взбираться на второй этаж. На втором этаже располагалась кухня и временные комнаты для официантов, чей штаб увеличили по случаю бала. Как раз закончили подавать очередную порцию закусок, поэтому когда Каз взлетел по ступенькам вслед за Тейлор и прижал ее руку к перилам, не давая идти дальше, их никто не видел. — Пусти меня, — зашипела девушка. Это была новая Тейлор, которую Бреккер еще не видел. Она была клубком чистой ненависти и льда. Были ли это отголоски какой-то роли или проявление настоящих эмоций? С ней никогда не знаешь. — Что произошло? Что тебя разозлило? — Не имеет значения. — Имеет, если мы работаем в паре. — Тогда хорошо, что это в последний раз. Тейлор дернула на себя руку, но у Каза была железная хватка. — У тебя проблемы с Пеккой, — высказал догадку Каз. По вспыхнувшему в ее глазах огню он понял, что не ошибся. — У меня проблемы с калекой, который все еще у меня в должниках, — огрызнулась в ответ девушка. Каз отпустил ее. Несколько минут они стояли, играя в гляделки. Кто первым сдастся? Кто заговорит? Открылась дверь с кухни, и мимо них вниз сбежал официант с нагруженным подносом. Не произнеся ни слова, Тейлор продолжила подъем. На третьем этаже они замерли в нише у лестницы, дожидаясь пересменки. Они прятались за массивной статуей, за которой было достаточно места, чтобы им не приходилось тесниться. И все же они стояли близко друг к другу. Достаточно близко, чтобы Каз чувствовал, что от девушки пахнет шампанским и отчего-то — яблоками. Где-то в середине коридора раздалось звяканье. Если наводка Тейлор верна, то сейчас из комнаты выходит охранник. Он закроет замки согласно инструкциям, а потом обойдет этаж, начиная с дальнего крыла. Снова звяканье, а затем удаляющиеся шаги. Тейлор аккуратно выглянула. Кивок — дорога чиста. Теперь все зависит от Каза. «Первый, третий и четвертый,» — повторил про себя Каз, доставая отмычки. На каждый замок ушло по пятнадцать секунд, что было бы позорно для Бреккера, будь это обычный механизм. Дверь открылась с чрезмерно громким скрипом. Тейлор и Каз замерли, прислушиваясь, но шаги охранника не изменили скорости. Он уже заканчивал обход. Оставалось не более четырех минут, прежде чем он отправит на свое место сменщика. Каз и Тейлор проскочили внутрь и тихо закрыли за собой дверь. Тейлор подкрутила фитиль, увеличивая пламя в оставленной охранником лампе. Не считая табурета, одиноко оставленного у двери, мебель была завешана белыми простынями, чтобы на ней не скапливалась пыль. Каз заглянул под две, прежде чем нашел то, за чем они пришли — шкатулка с украшениями королевы Равки. Он оглянулся, чтобы сообщить о находке Тейлор, и обнаружил что девушка держит в руках небольшую картину. Она не шелохнулась, когда Каз подошел и взглянул на бирку, аккуратно прикрепленную к раме. Инвентарный номер, и больше ничего. — Я нашел диадему, — сказал Каз, уже потихоньку догадываясь, что сейчас услышит. — Я передумала, — безэмоционально ответила Тейлор. Из складок платья она достала нож. — Когда? — Бреккер начинал терять хладнокровие. — Пятнадцать минут назад? Час? Вчера? Мы самого начала шли за картиной, а не за диадемой, верно? Тейлор не заботилась об бережном извлечении картины из рамы. Положив картину на стол, она провела ножом как можно ближе к краю. — Какой смысл врать о цели, если я все равно увижу, что берешь не то, о чем говорила? — Потому что так ты не знаешь, что это за картина, а потом уже будет поздно. Каз пожалел, что у него с собой нет трости. Он скучал по всепрощающему металлу в руках. Готовясь к краже, Каз собрал информацию о диадеме и других равкианских драгоценностях, участвующих в аукционе. Он хотел понять, зачем Тейлор нужно украшение, которое нельзя сбыть на черном рынке. Ознакомится со всеми лотами времени у него не было, и теперь ему оставалось только гадать, какой ценностью обладает эта картина. Он мог бы забрать ее у Тейлор, когда все закончится, и обнаружить, что она стоит гроши. Или оставить ее девушке, и потерять миллионы. Тейлор свернула картину в трубку и спрятала под слоями юбки, где, надо полагать, был заранее сшитый карман. За несколько секунд девушка успела все снова накрыть простынями — Каз даже не пошевелился, чтобы помочь ей. Бреккер раздумывал, не бросить ли ее здесь. Запереть ее в комнате, оставив такой подарочек новому охраннику, он уже не успеет, но можно не закрывать замки, что обязательно привлечет внимание. Но тогда о пропаже узнают еще до того, как он покинет особняк, и вскроется, что никакой он не Магнус Кьер. Тейлор ждала рядом, пока Каз запирал замки. Первый, третий, четвертый. Готово. По лестнице шлепали чьи-то шаги. Каз переглянулся с Тейлор. Меньше, чем через минуту, их поймают на месте преступления. Однако девушка не выглядела испуганной. — Подыграй мне, — прошептала она. На уровне интуиции Каз догадывался, что собирается сделать Тейлор, поэтому успел приготовиться. Подыграй мне. На каблуках Тейлор была уже не такой невысокой, однако ей все равно пришлось дернуть его за галстук, вынуждая наклониться. Каз пережил не одну драку, стычку с Матиасом за помилование и досмотр в Ледовом Дворце, и был уверен, что сможет выдержать отторжение от прикосновения ладони Тейлор к своей щеке, но его не последовало. Не было и тошноты, когда она поцеловала его. Каз едва смог переварить это открытие, как его затопили другие чувства. Под закрытыми веками пролетели образы, которые он копил многие годы, не позволяя себе чувствовать, думать, мечтать. Перевязанной рукой Тейлор зарылась ему в волосы; ткань от платья приятно холодила кожу шеи. Каз схватил ее за плечи, намереваясь оттолкнуть девушку от себя, прервать этот бессмысленный фарс, но не смог. Его пальцы бессознательно сжались, и он почувствовал, как губы Тейлор изогнулись в улыбке. Шаги затихли, когда мрамор лестницы сменился ковром коридора. Все это походило на дурной сон. Тело Каза отказывалось слушаться его, а все чувства внезапно обострились. Животом и грудной клеткой он ощущал тепло прижимающейся к нему Тейлор. Было слышно только прерывистое дыхание и шуршание одежды. На ее губах остался вкус шампанского. Рядом чертыхнулись. — Эй! — воскликнул охранник. Тейлор его проигнорировала и сильнее вцепилась в Каза, не давая ему отстраниться. — Здесь вам не отель. Наконец Тейлор отпустила Каза и отшагнула назад, а Бреккер застыл на месте. Мысли путались и никак не хотели приходить в порядок. Голова слегка кружилась, но это не имело никакого отношения к неприязни или отторжению. Он чувствовал себя пьяным, хотя практически не пил сегодня. Тейлор выглядела такой же ошарашенной, каким себя чувствовал Каз. Охранник покашлял, привлекая к себе внимание, и девушка встрепенулась. — Пойдем, — разыгрывая возмущение, буркнула Тейлор и потянула Каза прочь. Однако уже у ступенек она замерла и с каким-то отстраненным выражением лица посмотрела вниз. Хватка на руке Каза усилилась, и этот жест привел его в чувство. Он резво сбежал вниз по ступенькам, тащя за собой Тейлор. Ожидаемых комментариев и усмешек не последовало, и коротко взглянув на лицо девушки, Каз убедился, что ей не до веселья. — Охранник может нас опознать, — сказал Каз, когда второй этаж остался позади. Тейлор моргнула. Она тряхнула головой, и в следующее мгновение уже стала походить на саму себя. Ее рука легко лежала поверх согнутой руки Каза. — Остаток ночи он будет думать совершенно о другом, а когда все вскроется, то будет помнить только какую-то парочку, искавшую свободную комнату, — спокойной ответила она. Они отошли от лестницы, но держались ближе к стене. В холле столпилась часть народа. Близилась середина ночи, и многие решили разъехаться по домам. Уайлен, согласно плану, должен был уйти еще два часа назад. Каз пытался сконцентрироваться, чтобы в случае преждевременного обнаружения пропажи быстро ретироваться из особняка, но его отвлекало присутствие Тейлор. По сравнению с поцелуем она держала дистанцию, однако он чувствовал ее каждой клеточкой своего тела. Блуждая по холлу в ожидании, когда Нина выполнит свою часть работы, Каз прокручивал в голове сцену в коридоре снова и снова. Точно ли он закрыл все замки? А те ли? Он никогда не допускал подобных ошибок, но сегодня он определенно не в себе. — Что это был за напиток? — не выдержав, задал Каз интересующий его вопрос. — И не говори, что обезболивающее. — Это обезболивающее, — возразила Тейлор. Каз решил было, что на этом девушка остановится и из нее придется клещами доставать правду, но Феникс благосклонно поделилась с ним еще одним кусочком информации. — Но оно влияет не на пораженные ткани, а на сознание. Меняет восприятие, из-за чего ты перестаешь ощущать боль или страх. Она покосилась на него. — А что? Каз промолчал. Тейлор и так забрала у него сегодня слишком много. Она ему не нравилась. Каз знал ее, по сути, всего несколько недель. Она врала ему, играла с ним, пудрила мозги. Была слишком открытой и вульгарной, иногда даже чрезмерно настойчивой. Этим она частично напоминала ему Нину, только вот сердцебитка ни за что бы не полезла его целовать, даже для прикрытия. Они могли уйти дальше по коридору, пятясь от охранника, но Тейлор предпочла рискнуть, лишь бы повеселиться с ним. Слишком быстро она отходила от намеченного плана — или слишком легко лгала о реальном плане. Тейлор никогда бы не заинтересовала его. А теперь все мысли Каза будут только о ней — потому что после многих лет она стала первой, прикосновение к кому он смог выдержать. Это было неправильно. «Почему, ради всех святых, я не мог пойти на это дело с Инеж?» Каз испугался и разозлился этой мысли. По многим причинам, она была неправильной. У входа раздался какой-то шум. Перебравший купец не удержался на ногах, и упал. Из его карманов посыпались браслеты и кольца. — Это мой браслет! — завопила высокая брюнетка. Она попыталась поднять браслет с рубинами с пола, но ее саму чуть не сбила с ног женщина лет шестидесяти. — Мое обручальное кольцо! — Что же это такое?! — Вор! — Грабитель! — Охрана! Караулящие на нижних этажах охранники мигом подлетели к незадачливому купцу и выдернули его на ноги. При этом из карманов высыпались и другие украшения. Дворецкому и хозяину особняка пришлось приложить немалые усилия, прежде чем толпа успокоилась. С пола подняли выпавшие украшение и выложили их на стол, туда же сложили все, что извлекли из карманов брюк и пиджака купца. Тот заплетающимся языком пытался объяснить, что он ничего не брал, но его никто не слушал. — Послушайте! — перекрикивая возмущенных женщин, сказал хозяин вечера. — Дамы и господа, успокойтесь! Сейчас мы во всем разберемся. Пожалуйста, проверьте, все ли ваши вещи на местах. Если нет, давайте составим список укра… Конец предложения утонул возгласах с названием украденного предмета и его стоимости. Пользуясь суматохой, Каз и Тейлор выскользнули на улицу. Нины нигде не было видно, но она должна была уйти, как только купец сыграл роль приманки. Они прошли к оставленному на аллее кэбу. Многие гости доплатили извозчикам, чтобы они ждали их до конца бала, но за воротами особняка ждали своей возможности подзаработать свободные экипажи — мало ли, госпожа Н. и господин Н. так поссорятся во время танцев, что предпочтут поехать домой в разных кэбах. Каз не знал, принадлежал ли кэб, на котором они приехали, Огненным Саламандрам, или же девушка наняла экипаж на вечер. Собственно говоря, ему уже было все равно. Он хотел поскорее закончить этот цирк и вернуться в Клепку, где никто не смеет к нему прикасаться и его обманывать. Бреккер открыл дверцу в кэб и подал Тейлор руку, помогая ей забраться внутрь. Она подвинулась, предлагая ему сесть не на сидение напротив, а рядом с ней. — Я пройдусь, — заявил Каз. — Но действие обезболивающего закончится через полчаса, — напомнила Тейлор. — Только лишь через полчаса. Тейлор нахмурилась. На ее лице пробежал калейдоскоп эмоций: недоумение, обида, злость. Каз ожидал, что она потребует от него объяснений, но, похоже, девушка и сама устала от сегодняшней ночи в его компании. — Как скажешь, — огрызнулась она. — Сделка выполнена. Она захлопнула дверцу перед носом Каза. В следующую минуту кэб тронулся с места, оставляя Бреккера одного у подъездной дорожки.

***

Едва вернувшись с бала, Каз собрал участвующих в этом плане Отбросов у себя в Клепке. Уайлен, утомившийся долгими разговорами с купцами, подремывал на стуле, в то время как из Нины и Джеспера била неизрасходованная энергия. Матиас, который сегодняшней ночью выполнял другое задание, стойко выдержал собрание, хотя весь его вид говорил о том, что он бы предпочел пойти в кровать — причем вместе с неугомонным вихрем по фамилии Зеник. Не хватало только Инеж, но Отбросы не рискнули спросить, нужно ли звать и Призрака. — Осторожнее! — воскликнула Нина, едва успев убрать ноги под стол. Каз словно бы и не заметил, что пытался отдавить чьи-то ноги, и пошел на очередной круг по комнате. Его терпения хватило на краткий пересказ того, что произошло на балу (конечно, он опустил детали, ограничившись упоминанием того, что их едва не поймали), после чего он стал кружить вокруг стола, несмотря на ногу. Действие обезболивающего закончилось, и Бреккер был благодарен растекающейся по телу боли, приглушающей другие чувства. — Самодовольная девчонка, — пробормотал он, тяжело опираясь на трость. Это была запасная, и ему не хотелось сейчас думать о том, что рано или поздно придется нанести визит в Оранжерею, чтобы забрать свою любимую трость. — Заставила меня поверить, что собирается украсть диадему, а вместо этого взяла картину. Почему именно ее? Проще сбыть? Или есть другая причина? Очевидно, вопрос был риторический, потому что Каз покачал головой и, развернувшись на пятках, пошел в обратную сторону. — Она говорит, что ее план заключается в одном, но затем оказывается, что это совершенно не так. Не могу понять, что она замышляет. И это… — Ужасно раздражает, не так ли? — услужливо подсказала Нина. Каз молча посмотрел на нее. Надвигающуюся катастрофу остановил громкий зевок Уайлена. — А это обязательно обсуждать сейчас? — паренек устало потер глаза. — Уверен, завтра днем мне будет куда проще помочь тебе подобрать подходящие эпитеты для Тейлор. Каз провел рукой по волосам, отбрасывая их со лба. Он сам толком не знал, зачем собрал Отбросов, и уж тем более зачем стал выкладывать им свои сомнения насчет Тейлор. После бала он определенно был не в духе, и, возможно, он просто желал убедиться, что его команда еще предана ему. — Идите, — раздраженно бросил Каз. — Обсудим это потом. — Эм… — Нина и Матиас переглянулись. — Насчет этого «потом». Мы с Матиасом собирались отплыть из Кеттердама послезавтра. Раз уж отплатили твой долг. Вот и вся преданность. Хотя чему удивляться? Он знал о планах Зеник и Хельвара покинуть негостеприимную Керчию и отправиться на новое место. Сначала его бросил Паук, потом сердцебитка и фьерданец. Остаются только Уайлен и Джеспер, но и те будут заняты созданием собственной империи. Каз всегда знал, что заканчивать эту историю будет также, как и начинал — в одиночку.

***

Выходя из Клепки и направляясь к экипажу, Уайлен взял Джеспера за руку. — В чем это у тебя пальцы? — полюбопытствовал купчик, рассматривая оставшиеся на пальцах пылинки после прикосновения к коже земенца. — Наверное, тальк, — пожал тот плечами. — Фишки иногда обрабатывают им, чтобы пьяные в стельку игроки не роняли их каждые несколько минут. Та девушка, из Саламандр, предупредила, что после игры нужно тщательно вымыть руки. Кстати, заглянем в Оранжерею? Саламандры обещали нам бесплатную выпивку, и я считаю, что это не то предложение, от которого стоит отказываться. Уайлен покачал головой, но этот жест не был ответом на вопрос Джеспера. Ему не казалось, что порошок на пальцах Джеспера, это тальк. Но что же тогда?

***

— Какое задание тебе поручили? — спросила Нина, практически повиснув на руке Матиаса, пока они неспешно брели к отелю. — И не говори, что тебе запрещено о нем рассказывать. Я найду способ тебя разговорить. Матиас покраснел. — Да я ничего особенного и не делал. Меня попросили надеть форму дрюскеля и побродить вокруг одного дома в Западном Обруче вот и все. Не знаю, зачем им это было нужно. — И все? — разочарованно протянула Нина. После трюка с кражей лота она ожидала нечто такое же грандиозное и сложное. — И все. — Хм. Улица, по которой они шли, практически не освещалась, и пляшущие по стенам тени заставляли представлять худшее. Плотный туман, окутавший канал, был не лучше. Кто знает, какие преступники или призраки в нем скрываются. — А это был жилой дом или публичный? — неожиданно спросила Нина. — Жилой. Трехэтажный, многоквартирный. А что? — Хм, — повторила Нина. Она представила, что почувствовала бы, если бы жила в таком доме, а выглянув в окно, обнаружила, что за домом следит дрюскель. Даже обычному человеку от такого бы стало не по себе, а гриш и вовсе бы принял решение скорее смыться, не дожидаясь худшего. Но кого хотели припугнуть Саламандры? И зачем?