Короли и Королевы Кеттердама

— … и скоро заканчивается контракт с обслуживающим персоналом. Продлеваем? Тейлор рассеянно кивнула, практически не прислушиваясь к словам Теодора. Тот сделал пометку на полях своей записной книжки и перешел к следующему пункту. Поток слов о юридических формальностях и распределении финансов прошел мимо ушей девушки. Обычно она была более внимательна к таким вещам: она всецело доверяла Теодору и знала, что ему просто не хватит мозгов подсунуть ей на подпись что-то не то, но когда у тебя на счету почти миллиард, нужно быть в курсе, на что идут деньги. Сегодня же ее сил едва хватило на то, чтобы причесаться и с помощью макияжа скрыть следы того, что она проплакала почти сутки без паузы. Она бы и сегодняшний день провела, заперевшись в спальне, но команда стала беспокоиться, а безудержно рыдать не так-то уж легко, когда каждые несколько часов нужно реагировать на стук и отвечать: «Я в порядке, просто неважно себя чувствую». Можно было бы сказать «отстаньте от меня и дайте мне умереть», но тогда бы Лиам просто-напросто вышиб бы дверь, и ей бы пришлось объяснять причину своих слез. — Тейлор? — А? — У тебя все хорошо? — осторожно спросил Теодор. Сначала Тейлор хотела соврать, но в итоге лишь тяжело вздохнула и покачала головой. — Болит голова? Я могу позвать Иду, она… — Все в порядке, — Тейлор выпрямилась в кресле. — Просто уже слышать ничего не могу о финансах. И о собственной банде, и об этом треклятом городе, и живущих в нем монстрах… Теодор пожал плечами. — У тебя слишком много недвижимости, отсюда и все проблемы с содержанием и переоформлением прав собственности. Нет, серьезно: зачем тебе все это? Ты не можешь жить во всех своих квартирах и домах одновременно. Нет, но так ей всегда есть куда бежать и где прятаться. И разве не говорят, что дом там, где твое сердце? А сердце Тейлор любило свободу и не принадлежало кому-то одному. — А как же вся эта атрибутика богатой жизни? — Тейлор заставила себя звучать наигранно-обижено. Тео чаще работал с документами, нежели с людьми (за исключением моментов, когда его отправляли выкупать контракты и заключать новые), однако даже он мог сообразить, что у босса какие-то проблемы. — Дома, кареты, слуги, чьи дела покрыты золотом? — На этой прекрасной ноте я оставляю тебя в покое. Теодор собрал все свои вещи и покинул кабинет. Тейлор откинулась обратно на спинку кресла и закрыла глаза. Казалось, будто под веки насыпали песка. Хотелось спать, но девушка знала, что как только ее голова коснется подушки, сон уйдет. Последнее время она плохо спала — если не считать того раза в спальне Каза, когда она проспала… сколько, кстати? Двенадцать часов? Больше? Меньше? Удивительно, что он так долго ждал прежде чем пошел ее будить. С ухода Теодора прошло не больше двух минут, как в дверь коротко постучали. — Что? В кабинет просунулась голова Теодора. — Если что-то с чеками, то это наверняка может подождать до завтра, — раздраженно сказала Тейлор. Вышло резче, чем она хотела, но не всегда же ей быть милой с подчиненными. — К тебе пришли. Теодор исчез, и на его месте появился тот, кого Тейлор совершенно не ожидала сегодня увидеть. Тем более — в Оранжерее. — Можно? — поинтересовался Каз. «Нет, нет, и еще раз нет,» — подумала Тейлор, удивленная тем, что Бреккер вообще стал спрашивать разрешения, а не вошел в кабинет, словно хозяин особняка. Она сказала ему «прощай». Ясно дала понять, что больше его не потревожит. Зачем же он пришел? Ей на ум пришел только один ответ. Он узнал, кто она, и пришел за отмщением. Тейлор едва заметно мотнула головой, позволяя непослушным локонам скрыть ее лицо с покрасневшими от слез глазами, и спросила, изображая заинтересованность: — А ты с подарками? — Даже так? Во множественном числе? — Каз прошел внутрь и присел в кресло напротив, вытянув вперед больную ногу. По пути его взгляд ненадолго задержался на афише на стене. Тейлор показалось, что он читал имена задействованных в пьесе актеров, но половина из них была слишком стерта, чтобы что-то разобрать. Тейлор опустила подбородок, делая вид, что изучает оставленный на столе документ. Нужно было что-то сказать. Что бы ответила Тейлор Нокс, босс Огненных Саламандр? Ей пришлось приложить усилия, чтобы снова нацепить маску беспечной и открытой девушки. — Зачем мелочиться? Я хочу все и сразу. — Тейлор потянулась к цепочке, но затем отдернула руку и уронила ее на колени. — Что тебе нужно? — Что ты знаешь о загородном доме Роллинса? Пульс Тейлор участился. Легкие стали сжиматься. «Говори, — приказал себе девушка. — Говори, что угодно, но не молчи.» — Не так уж много. Я раздобыла адрес, когда я еще была Элис, и отправила туда Инеж в качестве третьего задания, но на этом все. Могу поискать ее отчет, там должно быть больше деталей. — В этом нет нужды. Я с ней уже поговорил. Вот теперь девушка удивилась. Она не следила за своими людьми, и если у них не было срочных заданий, они имели полное право делать все, что хотят, но насколько Тейлор знала, Призрак и Бреккер не поддерживали отношения с тех пор, как ее выкупили. Видимо, ситуация изменилась. — Тогда я еще в большем недоумении, зачем ты пришел ко мне. — Завтра день рождения сестры невесты Роллинса, Эсси Янсен. Планируется грандиозная вечеринка в загородном доме. Много людей, слабая охрана. Хочу изучить обстановку и послушать, что будут говорить гости. Тейлор выдержала паузу. — Тебе нужна Инеж? — Нет. Ты. Она не удержалась и подняла голову, чтобы посмотреть на него. Каз едва заметно напрягся, когда он увидел ее покрасневшие глаза. Или его удивил их цвет. Зеленые, но не как изумруд, а немного болотные. Из-за слез Тейлор не смогла сегодня надеть линзы, за которыми обычно прятала радужку. Каз не спросил ее, в порядке ли она, но внимательно изучил ее лицо, изучил взъерошенные волосы, которые она толком не причесала после пробуждения. Тейлор привыкла носить парики, даже периодически спала в них, и теперь никак не могла справиться с непослушными от рождения прядями. — Я не понимаю, — выдавила Тейлор. — Ты хотела объединиться против Пекки. Я готов попробовать. Посмотреть, что из этого может получиться. Вечеринка в его доме — неплохое начало, как мне кажется. Она не нашла лжи в его словах. Но Тейлор сама ему говорила, что есть тысячи способов лгать, манипулируя правдой. — Заманчивое предложение. Но я вынуждена отказаться. — Почему? — резко спросил Каз. — Разве это не то, чего ты хотела? Работать вместе? «Скажи ему, что это тебя больше не интересует. Соври, что теперь не нуждаешься в нем.» — Я хотела работать вместе с тобой, — медленно произнесла Тейлор. — Все еще хочу. — Но? — Но я не могу. — Так себе ответ. — Не помню, чтобы мы обговаривали длину ответов, — попыталась пошутить Тейлор. Каз наклонился вперед, перегибаясь через стол и заглядывая ей в лицо. Тейлор подумала, что если он сейчас протянет руку и прикоснется к ней, то она умрет прямо здесь, так и не сказав ему, как ей жаль, что она разрушила его жизнь. — Назови хотя бы одну причину, — попросил он. — Ты разобьешь мне сердце. Почти правда. Почти ложь. Каз фыркнул и откинулся обратно на спинку своего кресла. Он ей не поверил, либо поверил, но решил, что она прячет существенную причину за, на его взгляд, несущественной. Репутация Тейлор играла ей на руку. — Кроме того, у меня сейчас очень много дел, — сказала Тейлор, изображая безразличие. Ведь так она раньше и поступала, да? Говорила что-то, что было ей важно, а потом делала вид, что это была шутка. — Некогда даже кофе выпить, что уж тут говорить про вылазки за город. Пусть хватается за эти причины, пусть поверит, что дело только в этом. Тогда он не будет искать правду, и у нее остается шанс все исправить. — Какая жалость. Каз встал. Тейлор ждала, что он что-нибудь скажет, но он ушел, даже не попрощавшись. Она рвано вздохнула, чувствуя, как ком подкатывает к горлу. Святые, она плакала больше суток — неужели у нее еще остались слезы? Но было не время устраивать истерику в незапертом кабинете. Дверь неожиданно открылась, заставив ее подскочить на месте. Пока Теодор аккуратно ставил на стол поднос с кофейником и чашками, Тейлор украдкой вытерла скатившуюся по щеке слезу. — Это что? — выдавила она. Теодор выглядел еще более недоуменным, чем Тейлор. — Кофе, — тон Теодора можно было расшифровать как «А с виду она не сошла с ума». — Это я вижу, — тон Тейлор говорил: «Я не свихнулась». — Я не просила. — А господин Бреккер сказал, чтобы я принес тебе кофе и вафли. Тейлор распахнула рот, но сказать ничего не успела: на пороге появился Каз собственной персоной. Похоже, из дома он и не выходил, зато прошелся по зданию, как хозяин. Эта мысль оказалась достаточно отрезвляющей, чтобы Тейлор моментально пришла в себя. Это мой дом! — Во-первых, приказы здесь раздаю я, а не он, — Тейлор повернулась к Казу. — А во-вторых, с тебя сотня крюге. Быстро почувствовав, что он здесь лишний, а с кофе они и сами могут разобраться, Теодор ретировался из помещения. Каз вернулся в кресло, в то время как Тейлор разливала в чашки горячий напиток. — За кофе? — полюбопытствовал Каз. — За бутылочку Алконоста, которую ты стащил из лаборатории Миранды, — Тейлор протянула ему чашку ручкой вперед. Когда он взял ее, взгляд девушки замер на его перчатках. «Я не хочу знать, почему он их всегда носит.» — А я ведь почти поверила в байку о совместной работе. Если так подумать, ты не говорил, что хочешь, чтобы я пошла с тобой на вечеринку, а «объединить усилия» вполне может означать «позаимствовать обезболивающее». Мог просто попросить. — Я хочу, чтобы ты пошла со мной на вечеринку. Тейлор недоверчиво на него посмотрела. Каз вздохнул. — Я хочу, чтобы ты пошла со мной на вечеринку, которую устраивает Полин Янсен в доме Пекки Роллинса, чтобы ты могла определить, говорят ли гости правду, — Каз глотнул кофе. — Довольна? Или мне как-то еще нужно изнасиловать предложение, дабы ты не обвиняла меня во лжи без слова неправды? Тейлор рассмеялась и тут же прикрыла рот рукой, чтобы сдержать смех. — Хорошо, я верю тебе. Но мне кажется, ты и сам неплохо умеешь определять ложь. Я только привлеку лишнее внимание. — Нам также могут пригодиться твои лингвистические способности. — Боюсь, у тебя проблемы с памятью: я знаю только два языка. — И один из них каэльский, а половина гостей — с Блуждающего острова. Тейлор прикусила нижнюю губу. — Почему ты передумал? Когда мы виделись в последний раз, мы поцапались, — Тейлор призадумалась. — И в позапрошлый. И кучу раз до этого. Ты отказывался от любой помощи с моей стороны, а теперь просишь поучаствовать в деле, для которого я даже не нужна. Что изменилось? Только один приходящий на ум ответ: он узнал, кто она, и решил от нее избавиться. В городе у нее преимущество, но если отъехать на пару километров, любая слежка станет заметна. — Инеж, — это определенно был не тот ответ, который ожидала услышать Тейлор. — Она считает, что нам следует работать вместе. Я обдумал ее аргументы и пришел к выводу, что она может быть права. Ты невыносимая и упрямая, но ты не теряешься, если что-то выходит из-под контроля, не медлишь. У тебя есть связи, и ты быстро заводишь дружбу с богачами. — Я бы не назвала это дружбой, — пробормотала Тейлор. — Мне нужна команда. Ты не самый приятный вариант для сотрудничества, но, как говориться, лучше дьявол, которого знаешь, чем тот, которого не знаешь. Тейлор был привычнее равкианский аналог этой поговорки — из двух зол выбирают меньшую — но она не могла согласиться, что керчийский вариант больше подходит под ситуацию. Тем не менее, оставалась еще одна проблема, на которую девушка не могла закрыть глаза. — В том доме живет ребенок Пекки, — она пыталась угадать план Каза, настоящую причину, зачем ему потребовалось лезть в дом. — Ты же не собираешься ничего с ним делать? — Почему нет? В голосе Каза не было жестокости, только любопытство. Он не планировал вредить сыну Роллинса. По крайней мере, пока. — Он всего лишь ребенок, которому не повезло с родителями. — Он — неплохой рычаг, если мы останемся ни с чем, — Каз сложил руки на набалдашнике трости. — У тебя с этим какие-то проблемы? — Я не трогаю детей, — твердо сказала Тейлор. — Так что если твой план включает убийство или причинение вреда ребенку Роллинса, на меня не рассчитывай. — Это значит, ты в деле? Каз ловил ее на словах. Тейлор хотела отказаться. После всего, что она узнала, после всего, что сделала, это был самый правильный вариант. Держаться в стороне, как бы больно не было. Забыть о Пекке и похоронить воспоминания о Казе, мальчишке с Лижа и подонке из Бочки. Трусливо поджать хвост и переждать в безопасном месте, пока ураган не утихнет, а ее имя не канет в Лету. Она подняла голову и посмотрела в темные, как горький шоколад, глаза Каза. Как некстати в голове вспыхнуло воспоминание о его мягких губах и теплом теле, прижимающегося к ее. Единственный раз, когда они поцеловались, даже не был настоящим. Жалкая импровизация. Неоправданный поступок. Тейлор отдала бы все на свете, чтобы поцеловать его в последний раз. — Если Пекка узнает меня… — Его там не будет. У них там что-то вроде девичника. Сплошь подружки и жены крупных купцов. Тейлор ярко представила себе эту картину и на минуту в ней снова проснулась язвительная натура. — А, то есть я пойду как гость, а ты в качестве стриптизёра? Тейлор рассмеялась, увидев, как помрачнело лицо Бреккера. — Нет, правда, как мы туда войдем? — запоздало Тейлор сообразила, что фактически дала согласие на участие в этой авантюре. — Как прислуга. Как я уже говорил, ожидается много гостей. Помимо постоянного обслуживающего персонала наняли людей из города, которых даже толком не проверяли: лишь бы были две руки, да умели держать язык за зубами. Мы войдем, походим по дому и уйдем, пока именинница будет задувать свечи на торте. Тейлор зажмурилась. Она отчетливо слышала, как взводится курок невидимого пистолета, направленного на нее. — Ладно. А теперь еще один раз, но со всеми деталями и подводными камнями.

***

Тейлор научила его, как разбавлять Алконост и как высчитывать правильную дозировку в зависимости от случая. Согласно плану, они должны были пробыть в доме не дольше трех часов. Еще по часу на дорогу туда и обратно, и два часа сверху — для погрешности в плане и расчетах. — Тогда здесь останется еще на пять часов, — сказала Тейлор откладывая карандаш и разминая пальцы. Бреккер с сомнением посмотрел на корявые вычисления девушки на клочке бумаги. Она постоянно зачеркивала числа и писала поверх них новые, прошептывая промежуточные результаты, отчего ход ее мыслей нельзя было восстановить по записям. — Объясни, как ты считаешь, — попросил он. — Не доверяешь моим расчетам? Каз не ответил, но в его взгляде читалось: «АБСОЛЮТНО ТОЧНО ДА». — Это никак не скажется на побочных эффектах, — заверила его Тейлор, имея нулевое желание снова погружаться в нудные математические расчеты. — Только на расход обезболивающего, но Миранда изготавливает новую партию в начале каждого месяца. — Ну же, утоли мой интерес. Тейлор протяжно вздохнула. Ей потребовалась еще одна чашка кофе, прежде чем она смогла внятно объяснить схему, после чего Каз взглянул на обведенные в кружок числа и покачал головой. — Ты ошиблась на два часа. Ты рассчитывала на нас двоих? — Да, — раздраженно вздохнула девушка. — Тогда в результате останется еще на три часа, а не пять. — Никогда не любила математику, — пробурчала Тейлор, снова черкая записи. — А ты зануда. К ее удивлению, Каз слабо улыбнулся. — Я всегда любил числа. «Я знаю.» — Хорошо, эту часть прояснили, — подытожила Тейлор. Это было странно: следовать чужому плану, а не руководить самой. Но работа с Казом казалась чем-то обыденным и… правильным. Она скучала по этим разговорам и подколкам. — Что дальше?

***

Им даже не пригодились поддельные документы. Все двери были распахнуты, чтобы не задерживать доставщиков с продуктами и кондитерскими изделиями и прибывающие группы временной прислуги. Каз и Тейлор проскользнули внутрь незамеченными и затаились в комнате на первом этаже. Они слышали, как старшая горничная отдавала указания не попадаться на глаза гостям, а от официантов требовала скорости, аккуратности и незаметности. — И помните, что пирог с мраморной говядиной нужно подавать не ранее восьми часов, — донесся до них пронзительный голос горничной. — Так закатываешь глаза, словно сама никогда не устраивала подобные вечеринки, — прошептал Каз Тейлор. — Устраивала, но уж точно без пирогов из мраморной говядины! Им что, больше некуда девать деньги? Каз выгнул бровь и вопросительно посмотрел на Тейлор. Та цокнула языком. — Я не транжирю деньги. — Почему, кстати? — поинтересовался Каз. Шум в коридоре вырос, ознамевая приезд первых гостей. — Ты, наверное, могла бы выкупить каждое издание в Кеттердаме и построить свой собственный город. Возможно. Тейлор не знала, сколько именно денег у нее на счетах. Они приумножались каждый час благодаря растущим ценам на акции и успеху предприятий Огненных Саламандр вроде клуба в Кеттердаме или типографии в одном городе в Равке. В обязанности Теодора входило анализировать рынок и находить новые способы увеличения капитала банды, в то время как Тейлор больше занималась покупками недвижимости. — Может, когда-нибудь я именно так и сделаю, — сказала Тейлор, пробираясь через выгруженную из гостиной мебель. Ей хотелось посмотреть на гостей, пусть даже сквозь замочную скважину. — Однажды ты проснешься у себя в Клепке и обнаружишь, что даже твоя каморка под крышей принадлежит мне. Тейлор замолчала, опустившись на колени и приблизив глаз к замочной скважине. Через нее было практически ничего не видно, и тогда девушка отстранилась только для того, чтобы прижаться ухом. — …и не говорите, сейчас столько хлопот со свадьбой, но я не могла лишить сестру праздника. Вопрос гостя Тейлор не расслышала, в то время как все, что говорили сестры Янсен, звучало совсем рядом с ухом. — Мы пропускаем все веселье, — недовольно пробурчала девушка, уступая место Казу. Тот сразу перешел к подслушиванию, минуя попытку что-либо разглядеть через небольшое отверстие. Каз слушал дольше, чем Тейлор. Когда ей надоело стоять без дела, она легонько пихнула его ногой, но парень лишь отмахнулся. Через три минуты он выпрямился. — Сейчас, пока официанты разносят напитки. Они прошмыгнули в дальнюю часть дома, закрытую для гостей и обслуги. Каз за пять секунд взломал замок на двери, и они оказались в музыкальной комнате. — Если мы ищем что-то конкретное, лучше скажи сейчас, чтобы потом не было сюрпризов, — попросила Тейлор, проводя пальцем по пианино. Она поморщилась, увидев, что собрала толстый слой пыли. — Документы. Письма. Вещи, которых не должно быть у Роллинса. Все, что может помочь нам его закопать в землю. Нам. Магическое слово, дающее надежду. — Ладно. Давай искать лопаты и мешки для трупов.