Вопросы требуют ответов

- Боюсь, вас неверно ввели в курс дела, - во взгляде Ширру промелькнула насмешливая искра, промелькнула и тут же угасла. – Я, милсдарь Рубэ, отнимаю жизни, а не спасаю их. Франсуа Рубэ, глава шёлковой гильдии, неловко утёр платком одутловатое жёлтое лицо. - Это мой сын. Мой единственный сын, - задетый широким рукавом кубок со звоном прокатился по столешнице и упал метису под ноги. Король содденских шелков даже не взглянул. – Нежный, балованный мальчик ... он рос без матери… вы меня понимаете?.. Ширру бросил взгляд на массивный перстень с аметистом, сдавивший пухлый палец купца. Нет, он не понимал. … Около месяца назад юг Каркано взбудоражила история с гнилым – во всех смыслах – душком. Яруга отрыгивала трупы. Это с ней случалось и раньше, особенно в половодье: тонуло зверьё, заметали свой след лесные разбойники. Но в этот раз к берегу прибило не палую лошадь, а труп ребёнка. Девочки. Дочку пекаря удалось опознать по медному перстеньку – остальное было изуродовано настолько, что уже мало походило на человека. Пару дней спустя рыбки выловили голову маленькой цветочницы-полуэльфки Анжу: кто-то выколол бедняжке оба глаза и обрезал уши. Когда вниз по течению всплыла ещё пара девочек, горожане заволновались не на шутку. Поначалу грешили на бестию, охочую до детского мяса, но судя по последней, наиболее свежей жертве, неизвестный изувер был ещё и насильником. Сладострастия за трупоедами не водилось, стали искать среди живых. Искать вяло, то и дело сваливая подарочки Яруги на лесные банды и гетто нелюдей - до тех пор, пока не пропала племянница градосмотрителя. Тут уж зашевелились все. По горячим следам опросили свидетелей (девочку усадил в карету господин с пышной завивкой, обещавший показать ей зерриканского попугая) и уже к вечеру поставили вверх дном особняк сына “шёлкового короля”. В подвале, как после болтал за кружкой ривского секретарь суда, солдаты обнаружили “следы злодеяний, не поддающихся описанию словесному”. И тут же со смаком описывал. В потайной комнате бледного, как мел, Этьена Рубэ нашли арсенал заправского палача и части детских тел – тех, что не достались Яруге. Сперва Рубэ-младший блеял что-то несвязное, но когда из бочки достали голову племянницы градоначальника, маринованную в уксусе, обмяк и сдался. - Солдатики курвина сына прямо там растребушить хотели, - икая, рассказывал секретарь, - но закон есть закон. Палачи Каркано сделают это лучше. У них –ик! – опыт, который – и-и-к!.. – не пропьёшь… Ширру снимал комнату напротив южного берега. Об убийце детей он слышал. - Этьена всегда немного заносило, - купец теребил в мокрых пальцах батистовый платок, - собаки, кошки… но он напуган, милсдарь полуэльф, он дьявольски напуган! Четвертование… немыслимо… такая варварская казнь… - господин Рубэ нервно утёр блестящий лоб. Кресло под его тушей угрожающе скрипнуло. – Начальник тюрьмы, этот пройдоха, обещал затолкать флорены моему посыльному в глотку, если тот явится ещё раз. Стража тоже не берёт денег - все в Каркано настроены против мальчика. Мне говорили, вы творите настоящие чудеса… так сотворите, чёрт бы вас побрал! Метис насадил полоску груши на десертный нож, ощутив смутное желание воткнуть его в складчатую шею милсдаря Франсуа. Настойчивость торгаша раздражала. - Единственное чудо, которое тут можно сотворить - это передать вашему сыну яд. Я не магик, чтобы пройти сквозь стену камеры и выйти оттуда с заключённым. К тому же, - убийца усмехнулся, ощерив по-эльфьи мелкие зубы, - я вас действительно…кхм…не понимаю. Повисла пауза, плотная и вязкая, как молочный кисель. В тишине было слышно тяжёлое сопение купца. - А мне вас отрекомендовали челове…субъектом без лишних сантиментов. Детишек жалеете?.. – первым нарушил молчание “шёлковый король”. – Младшему брату дворянина, который посоветовал вас, было тринадцать. И это не помешало вам свернуть мальчонке шею. - Верно, - Ширру допил вино и отодвинул кубок, вставая из-за стола, - не помешало. И не жалею. Детишки на Севере мрут пачками, как щенки у приблудной суки. Но трахать их и засаливать в бочках кажется мне чем-то нездоровым. Не люблю вырожденцев. Прощайте, господин Рубэ. - Тысяча флоренов! Повелительный окрик купца настиг метиса уже в дверях. Безутешный отец взял себя в руки и вернулся в привычную стихию – торговать и торговаться. - Тысяча флоренов и не монетой меньше, милсдарь полуэльф, если спасёте мне сына. Наличными. Задаток прямо сейчас. Ширру остановился на пороге и задумчиво потеребил кончик тёмного хвоста. - Вернитесь на место, поговорим как деловые люди. Убийца привычно посчитал в уме, переводя деньги сначала в кроны, потом – в орены, и остался доволен. Тысяча флоренов. Да, таких гонораров ему ещё не платили. - А насчёт деток, - видя, что наёмник возвращается, задетый за живое “вырожденцами” купец скривил узкие губы, - вы Богиню-Девственницу-то не стройте. Знаю я, как в вашем цеху детишек любят – и вдоль, и поперёк. Будто в своей ганзе никогда малолетками не баловались? Девочками и мальчиками, не ко времени под руку попавшими? Баловались, баловались - по глазам вижу… Рыбьи глаза милсдаря Рубэ встретились с жёлтыми, по-кошачьи раскосыми… Ширру неприятно осклабился. - Нет, кметских ребятишек я не зажимал. А те, кто приходит работать в ганзу, давно не дети, даже если лет им мало. Те, кто приходят убивать – уже не дети… мне понадобится план подъездов к тюрьме. …Городская площадь Каркано гудела, словно растревоженный улей, когда изувера Этьена Рубэ привязывали к лошадям. Сначала руки, потом – ноги. Убийца не радовал криками – сомлел от ужаса и с самого начала казни болтался в крепких пальцах палачей тряпичной куклой. - Эй, выродок, что-то не шибко ты храбрый!.. Это тебе не девок резать, да? – кто-то залез на дощатое ограждение, чтобы лучше видеть процесс. – Посмотри, посмотри сюда, курвин сын! За спиной твоя смерть! Ещё раз проверив узлы на безвольных конечностях, четверо палачей дали первый кнут лошадям. Чтобы найти бродягу, похожего на Этьена Рубэ, у Ширру ушли сутки и полтюбика грима. Благо, физиономия растлителя девочек оказалась банальной – а мелкие детали наёмник дорисовал кистью. Парню он перед этим плеснул медовухи, хорошо сдобренной летаргическим зельем: если б тому суждено было проснуться, это случилось бы не раньше следующего утра. Дальше вышло совсем просто. Закрытая повозка с осуждённым въехала в подвод торговца горшками, невесть откуда перегородивший узкую улочку. Пока липовый торговец материл солдат на двух наречиях, Ширру вытащил сынка Рубэ, заменив его мирно дрыхнувшей “куклой”. Одуревшему от страха уродцу пришлось влепить пару пощёчин – бесшумно уволочь его, пожалуй, было самой тяжёлой частью плана. - Вы настоящий чародей!.. – в рыбьих глазах Франсуа Рубэ подрагивала влага. Кажется, он успел изрядно надраться. – Это чудо, истинное чудо! Через несколько дней отправлю мальчика подальше из города, пока шум не уляжется… спасибо вам… спасибо. Тысяча флоренов легла на счёт в банке Вивальди: метис не любил носить гонорары в карманах. А ещё через пару дней вниз по течению всплыл труп Этьена Рубэ. Горло любителя девочек было раскроено от уха до уха сильным, явно профессиональным ударом, но золотые перстни и кошелёк остались при нём. И ещё ужас, повисший в блёклых глазах. Полуэльф Ширру любил деньги, но всё-таки очень не любил вырожденцев.