Память о тебе

      Последние несколько недель были ужасными. Каждый день носить маску и скрывать свои эмоции было сущим адом, и мне пришлось снова брать с собой дневник, куда бы я ни пошла. Я не хотела беспокоить Гарри и Панси своим сумасшествием, а с Блейзом открыто не поговоришь. Я записалась на прием к Пенелопе, но до начала июня у нее не имелось ни одного свободного окошка.       Каждый день, приходя рано утром на работу, я в срочном порядке баррикадировалась в своем кабинете. В отдел я выходила только в случае крайней необходимости и всегда старалась как можно меньше смотреть по сторонам. Бывали моменты, когда я не могла удержаться и поднимала глаза, чтобы мельком посмотреть на Драко. Чаще случалось так, что в эти моменты его взгляд всегда был устремлен на меня. Блейз, как привязанный, сопровождал меня везде, несмотря на то, что я не говорила ему о том, как мне было тяжело. И из-за этого я чувствовала себя ужасно виноватой.       И я не знала, действительно ли он считал, что со мной все в порядке, ведь он не спросил, как я себя чувствую. Это меня очень удивило — он всегда был в курсе моих эмоций.       Есть опять стало трудно, а сон не приходил ко мне даже тогда, когда я спала в постели Блейза. Я старалась спать с ним как можно чаще, но не была с ним эмоционально. В большинстве дней наша сексуальная жизнь граничила с грубостью и собственничеством, а первоначальная нежность и осторожность сошли на нет. Всякий раз, когда я кончала, Блейз хотел слышать, как его имя срывается с моих губ, и следил за тем, чтобы это происходило несколько раз за ночь.       Честно говоря, мое тело никогда не чувствовало такого насыщения. Проблема была в моем разуме.       Неважно, что я делала, как сильно цеплялась за Блейза или пряталась в своем кабинете — мой мозг все еще был зациклен на Драко. Мало что могло отвлечь его.       По мере приближения родов Панси меня начали преследовать слова Рона.       Как только ты останешься одна, он снова попытается сблизиться с тобой…       У меня не получалось перестать думать об этом, но, несмотря на это, я старалась сохранять дистанцию. Драко никак не мог этого не заметить — теперь он посылал мои книги через Блейза и не просил больше. Тем не менее я знала, что он внимательно следит за мной, когда я появляюсь в отделе.       Блейз еще в первую неделю это заметил и прокомментировал, но я изо всех сил старалась успокоить его, говоря, что не обращаю внимания, что я действительно не заметила.       Но я заметила. И до сих пор замечаю.       Я просто не могла заставить себя кому-либо в этом признаться, и я выстроила свои щиты на сознании до такой степени, что они стали непробиваемыми. К счастью, Блейз не практиковал магию разума, поэтому не заметил, что я от него отгородилась.       Понимая, что вечно так продолжаться не может, я считала дни до встречи с Пенелопой. Мне нужен был совет. Мне нужно было знать, что делать, чтобы успешно справиться с этой ситуацией. Все варианты, которые я придумывала, казались мне недостаточными.       

***

      Четвертого июня — в день, когда у меня должна была состояться встреча — у Панси начались роды, и меня вызвали на площадь Гриммо, чтобы я осталась с мальчиками. Поскольку мне разрешили присматривать за детьми, я поняла, что Гарри тоже не заметил, что я снова стала плохо соображать. Я не могла его винить — у него было много дел с Панси, а ситуация во Флоренции, над которой мы работали, быстро накалялась.       Поскольку Блейз был единственным аврором, свободно владеющим итальянским языком, его назначили ведущим в этом деле, и он мог быть отозван в любой момент. Казалось, что слова Рона с каждым днем все больше и больше сбываются. Скоро я останусь наедине с Драко, и мне нужно попытаться справиться с грядущим.       Когда я прибыла на площадь Гриммо, в мои объятия тут же влетел Джеймс.       — Тетя Ми! Скоро родится малыш!       — Я знаю! Разве это не волнительно? — сказала я, впервые за несколько дней искренне улыбнувшись ему, когда наклонилась, чтобы обнять его.       Его темные волосы были так похожи на волосы Гарри, но глаза он взял от Панси. Джеймс был идеальной смесью этих двух людей, в то время как Сев больше походил на отца. Мне показалось уместным, что ребенок, названный Северусом, унаследовал глаза Лили Поттер — один из тех сценариев, которые разыгрываются только в любовных романах.       С расстроенным видом Панси направилась на кухню.       — Честно говоря, можно подумать, что мы никогда не делали этого раньше, учитывая, как Гарри паникует. Как он сохранял спокойствие, когда за ним охотился Волдеморт, я понятия не имею.       Я рассмеялась, зная, что на самом деле она сама нервничает и пытается отвлечь внимание на Гарри. Ее руки поглаживали большой живот, и она начала морщиться.       — Схватки? — спросила я, подхватывая Джеймса, переходя на ее сторону и предлагая свою свободную руку.       Она приняла ее и всего на секунду слегка сжала.       — Они еще не такие сильные. Я в порядке.       — Мам, а ребенок — мальчик или девочка? — спросил Джеймс.       Панси сузила глаза, глядя на сына.       — Ты же знаешь, что мы не узнаем, пока он или она не родится. Твой отец никогда не хотел знать заранее.       — Я надеюсь, что это будет девочка, — сказал он. — Не хочу еще одного брата.       Я поцеловала его маленькую щечку.       — Но если это будет мальчик, ты все равно будешь ему отличным старшим братом.       Он начал извиваться, желая, чтобы его поставили на пол. Как только его ноги коснулись пола, он убежал, крикнув:       — Буду!       — Я не могу поверить, что у меня будет трое детей младше трех лет. Мне все равно, что это всего на неделю или две. Это все равно ужасно, — сказала Панси. — Я шутила, что скоро буду похожа на Молли Уизли, но, честно говоря, думаю, что у меня может быть столько же, если я не остановлюсь.       — Ты уверена? — спросила я.       Указывая на меня, она ответила:       — Я думаю, что с нас хватит. Пришло время кому-то другому заняться населением волшебного мира.       Мое сердце замерло, когда я поняла, на что она намекала.       — Мы с Блейзом вместе меньше года, Панси!       Она пожала плечами.       — Мы с Гарри встречались… сколько? Год? А потом через шесть месяцев мы поженились. Вашим отношениям сейчас как раз уже полгода, Грейнджер.       — Я знаю, но я не чувствую себя готовой. Давай просто… не будем говорить об этом сегодня, — ответила я. — Давай сосредоточимся на том, чтобы маленький Поттер номер три благополучно добрался в эту сумасшедшую семью.       Выпустив вздох, она сказала:       — Отвлеки меня. Расскажи мне, как обстоят дела с Драко. Гарри говорит только, что вы держитесь подальше друг от друга.       — Это довольно точное описание, — Панси жестом показала, чтобы я продолжала. — Он поговорил со мной в первый день после возвращения, а потом Блейз начал меня опекать, и с тех пор я не подходила к Драко. Иногда я чувствую, что он наблюдает за мной, но не разговариваю с ним.       Она хмыкнула, подтверждая мои слова, но не внося ничего в разговор, который начала.       — Не то чтобы я думала, что не могу с ним поговорить, но Блейз так расстроился… Он — последний человек, которого я хочу беспокоить. Он потратил годы, заботясь обо мне, — продолжала я. — И не знаю, как я буду себя чувствовать, если Драко попытается подружиться со мной. Не знаю, выдержу ли я это.       Губы Панси разомкнулись, и она втянула воздух.       — Я думаю, ты поступаешь правильно, держась от него подальше. Ничего хорошего не выйдет, если вы снова сблизитесь. Вы как огонь и бензин. Как только вы соприкоснетесь, все вокруг вспыхнет.       В глубине души я понимала, что она, скорее всего, права. Случайное приветствие, время от времени разговор о прочитанной книге — все это было хорошо и прекрасно. Но если бы я позволила ему снова приблизиться ко мне, мы бы в конце концов вспыхнули и сгорели, как это случилось чуть больше трех лет назад. Мы могли без проблем существовать на орбите друг друга, но как только мы становились слишком близки… это уже чересчур.       — Я собираюсь держаться от него как можно дальше. Видеть его каждый день тяжело, но пока что я справляюсь, — ответила я.       В комнату ворвался Гарри с Севом на руках и больничной сумкой Панси через плечо, прерывая наш разговор.       — Привет, Гермиона. Ты уверена, что сможешь справиться с этими двумя в течение нескольких дней?       Кивнув, я ответила:       — Конечно! Я проводила с ними время, когда гостила здесь, разве ты не помнишь? Я не совсем бесполезна с детьми.       — Блейз с удовольствием приедет и останется с тобой, — добавил он. — Я должен был сказать тебе раньше.       — Я напишу ему. Уверена, он тоже с удовольствием приедет и проведет время с мальчиками.       Сев был передан мне. Он улыбнулся и засмеялся, когда увидел меня, и я крепко обняла его.       — Привет, малыш. Я скучала по тебе.       Обнимая Панси, Гарри сказал:       — Мы очень ценим это. Рон и Полумна были готовы взять их, но Полумна…       — Она беременна и должна присматривать за Стеллой. Даже не беспокойся об этом, Гарри. Мы все будем в порядке. Я буду соблюдать режим сна и следить за тем, чтобы их правильно кормили. Просто дай мне знать, когда родится очередной Поттер, — перебила я. — Серьезно, у нас все будет хорошо. Убирайся отсюда, пока она не родила ребенка прямо здесь. Без обид, Панси, но я не хочу этого видеть.       Панси рассмеялась.       — Грейнджер, это мое тело, но даже я не хочу этого видеть. Они предложили мне зеркало, и я чуть не заавадила их на месте.       — Это правда? — спросила я Гарри.       Он пожал плечами.       — Она не пускает меня в родильный зал. Что ты всегда говоришь, Панс?       — Наложи Муффлиато, Грейнджер, — ответила Панси, жестом указывая на Сева. Когда я это сделала, она продолжила: — Я не хочу, чтобы он видел, как что-то размером с арбуз выдавливается из моей пизды. После этого он никогда не взглянет на меня.       Мои глаза от ее слов шокировано расширились, хотя я не была уверена, почему. Это определенно не было самым вульгарным из того, что она когда-либо говорила.       — Что ж, спасибо за этот мысленный образ, — проворчала я.       Гарри закатил глаза.       — Она определенно умеет обращаться со словами, да?       — Я говорю правду! Я же не преувеличиваю! Арбуз может быть и маленький, но это все равно чертов арбуз!       Смеясь, я обняла своих друзей.       — Я люблю вас, ребята, но вы просто смешны, — Панси выглядела так, словно собиралась снова протестовать, но я остановила ее. — А теперь давай, вытолкни свой арбуз.       — Джеймс Сириус! — крикнула Панси, и послышался топот маленьких ног, направляющихся к нам.       Когда он появился, Гарри подхватил его на руки, и они с Панси обняли и поцеловали своего первенца.       — Мы увидимся через несколько дней, Джеймс. Будь хорошим с тетей Ми и дядей Блейзом, — сказал Гарри. — Давай поменяемся, Гермиона.       Я передала Сева и взяла Джеймса. Попрощавшись с обоими мальчиками, Панси с затуманенными глазами положила руку на живот.       — Не могу дождаться, когда снова стану нормальной, — сказала она, фыркнув. — Эти гормоны просто отвратительны.       Я усадила Джеймса на стульчик, и Гарри передал Сева обратно мне, после чего снова обнял Панси.       — Ты в порядке, милая. На данный момент это почти что нормальное для тебя состояние, — поддразнил он, заработав яростный взгляд и легкую пощечину. — Гермиона, позвони мне, если что-то понадобится. У меня с собой телефон, батареи должно хватить на несколько дней. Я дам тебе знать, если что-то изменится.       — Идите. Мы в порядке. Нам ничего не понадобится, — ответила я, отпихивая их. — Мы пойдем наверх и найдем чем заняться, не так ли, мальчики?       Джеймс с энтузиазмом хлопнул в ладоши, и Сев сделал то же самое, подражая своему старшему брату.       Повернувшись, я направилась к лестнице вместе с Поттерами-младшими.       Впервые за несколько недель я была по-настоящему счастлива и не думала ни о Драко, ни о Блейзе, ни о том беспорядочном эмоциональном состоянии, в котором находилась. Джеймс и Сев дали мне цель, и я по-настоящему наслаждалась ими.       

***

      Вечером, после работы, через камин вошел Блейз. Я уже сидела за обеденным столом, разделяя еду на маленькие кусочки для Сева и наблюдая за Джеймсом, чтобы убедиться, что он действительно ест сам. Свой ужин и ужин Блейза я поместила в стазис. Как только он пришел, Джеймс выкарабкался из своего детского кресла.       — Привет, Джеймс! — с энтузиазмом сказал Блейз, поднимая его и легонько подбрасывая в воздух.       — Блейз! Он ел! Ты не должен этого делать! — выругалась я. — Его сейчас стошнит!       С укоризненным видом он усадил Джеймса обратно.       — Твоя тетя Ми права. Мы не хотим, чтобы тебе стало плохо. Садись и доедай ужин, а потом мы займемся чем-нибудь интересным.       Как только Джеймс снова уселся, Блейз подошел ко мне и легонько поцеловал.       — Как все сегодня прошло?       — О, нам было весело. Это был хороший перерыв от работы, — с улыбкой ответила я. — Я рада, что ты сейчас здесь. Эти двое превращаются в маленькие торнадо, когда начинают носиться по дому.       — Мне надо переодеться. Я заехал домой и взял кое-какие вещи. Сейчас вернусь, — сказал он.       Я продолжала следить за ужином и слушать болтовню маленьких детей. Джеймс наперебой рассказывал о новом ребенке и о том, как он надеется, что это будет девочка. Смеясь и вставляя реплики, когда он позволял мне, я просто подыгрывала ему. Меня немного беспокоило то, как сильно он хотел сестренку, но с почти трехлетним ребенком невозможно рассуждать о чем-то подобном.       Когда Блейз спустился вниз, он был одет просто, в спортивные штаны и обычную белую футболку. Он выглядел очень подтянутым, и мне пришлось напомнить себе, что с нами двое детей, о которых нужно позаботиться. Однако такие дела, как уборка грязных тарелок и подготовка мальчиков ко сну, не мешали мне фантазировать. Как бы ни запутался мой мозг, мое тело было полностью готово к тому, чтобы провести каждую минуту в постели с Блейзом.       

***

      Когда Джеймс и Сев улеглись спать, мы вернулись на кухню, чтобы поужинать самим. Я поставила две тарелки на стол и села напротив Блейза. Он наколдовал два стакана и наполнил их водой.       — Итак, чем ты сегодня занимался? — спросила я. — Из-за этих двух маленьких монстров у меня так и не получилось тебя распросить.       Улыбаясь, он ответил:       — Я немного продвинулся с делом по Флоренции. Мы думаем, что там может находиться цель, которая будет поражена в выходные. Завтра утром я поеду туда, чтобы поговорить с их ОМП.       — Это уже что-то. Знаю, как расстраивает это дело тебя и Мэл.       Блейз пожал плечами.       — Это скоро закончится. Они с Малфоем соединили несколько ключевых моментов, и теперь мы почти у цели. Я буду только рад, когда смогу перестать так часто ездить туда-сюда.       Драко.       — Я тоже, — машинально ответила я. — Понимаю, что ты не уезжал на ночь, но я скучаю по тебе, когда остаюсь одна.       — Вот как? — спросил он, и я услышала намек, прозвучавший в его голосе. — Ну, мисс Грейнджер, я хочу, чтобы вы знали, что я тоже скучаю по вам, когда я один. На самом деле, я могу проводить нездоровое количество времени, думая о наших… встречах.       При его словах во мне снова распространилось тепло.       — Заканчивай есть. Мы должны убедиться, что мальчики спят, прежде чем начинать все это, — ответила я.       Ухмыляясь, он закинул в рот очередную вилку, проглотил и вновь продолжил дразнить меня.       — Мне нравится, как ты мыслишь. Я не был уверен, что ты будешь в моем меню сегодня вечером, поскольку мы в доме Поттера.       — О. Это даже не пришло мне в голову. Может, нам не стоит…       Он протянул руку через стол и прижал палец к моим губам.       — Мы будем вести себя тихо, чтобы не мешать мальчикам, и обязательно отмоем любую поверхность, которую оскверним.       — Магия для этого весьма полезна, — чопорно резюмировала я.       

***

      Через пару часов я осталась в одних трусиках и футболке, сидела на бедрах Блейза и крепко целовала его. Его руки скользили вверх и вниз по моей внутренней поверхности бедер, не добираясь до вершины. Я прижималась к нему, скользя по ткани его штанов.       — О, черт, — зашипел он, его руки гладили мою спину. Расстегнув мой лифчик, он снова придвинулся ко мне. — Ты нужна мне, Тесоро.       Потянувшись к его поясу, я потянула его вниз настолько, чтобы обнажить его член, и сдвинула трусики в сторону, снова скользя по нему.       — Я не хочу раздеваться, просто на всякий случай, — объяснила я. — Ты не против?       В ответ он схватил меня за бедра и направил вниз на свой член. Я спускалась неглубокими движениями, снова подстраиваясь его ритм.       — Я более чем не против, — тихо сказал он. — Любой способ получить тебя меня устраивает.       Я поцеловала его, села полностью и начала скакать на нем. Его руки пробрались под подол моей футболки и скользнули к груди, а пальцы начали дразнить мои соски. Мягкие прикосновения — трение его кончиков пальцев, танцующих по ним, — заставили меня прильнуть к нему, отчаянно желая большего. В конце концов, он сдался, ущипнул меня чуть сильнее, заставив застонать.       — Тише, — сказал он. — Если ты не замолчишь, мне придется остановиться.       Мои глаза открылись и сфокусировались на нем, на нашем окружении. Двигая бедрами быстрее, я прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы подавить следующий стон удовольствия, который грозил вырваться наружу.       — Намного лучше, — похвалил он, прежде чем отпустить мои соски и обхватить рукой основание моего позвоночника. Он притянул меня ближе, заставляя прижаться к нему. — Кончи для меня. У нас не так много времени.       — Что ты имеешь в виду? — спросила я, мой голос отчаянно прерывался.       — Дети, — ответил он. — Мы ведь не хотим, чтобы нас поймали.       Блейз запутался одной рукой в моих волосах, притянул меня к своим губам и ускорил темп. Когда он стал двигаться быстрее, я постаралась подстроиться под его ритм, усиливая трение о клитор. Я начала задыхаться и разорвала поцелуй.       — Я держу тебя, — сказал он, его движения продолжались, в то время как мои начали прерываться. — Поцелуй меня. Я помогу тебе не шуметь.       В этот момент я была беспомощна, не в силах сопротивляться тому, что он говорил. Каким-то образом он всегда точно знал, что мне нужно, даже больше, чем Драко. Когда я думала об этом, то мысленно видела лицо Драко, его светлые волосы, спадающие на лоб, когда он занимался со мной любовью, его серые глаза, наблюдающие за мной, когда я кончала. Несмотря на то, что это было неправильно, я поцеловала Блейза сильнее, подстегивая его, и через несколько секунд уже кричала ему в рот. Я выплеснула все свои противоречивые чувства в эти звуки, почти всхлипывая у его губ.       А он оставался рядом, стонал, вбиваясь в меня в последний раз, совершенно не обращая внимания на то, что только что произошло в моем сознании.       Я была так благодарна ему за то, что он никогда не пытался читать мои мысли.       Когда я скатилась с него, рухнув на подушку, он перевернулся на бок и обхватил меня за талию. Прижавшись к моей шее, он сказал:       — Это было потрясающе. Возможно, в одежде было даже жарче.       Я выдавила из себя смешок, не в силах говорить после того, что только что произошло. Мне нужно было отстраниться, а не впасть в наши обычные объятия и разговоры на подушке. Я хотела побыть одна, чтобы попытаться понять, почему я произвела такое сравнение, когда уже так давно этого не делала.       Блейз продолжал говорить.       — Это было почти как взгляд в будущее.       Эта фраза заставила меня посмотреть на него.       — Что?       — Будущее, когда у нас будут дети. Нам придется быть такими, а не такими, как сейчас, — сонно сказал он. — Нам придется научиться тихо заниматься сексом.       Мое сердце начало колотиться в груди, и не в хорошем смысле. Я была на грани того, чтобы запаниковать и оттолкнуть его. Я не могла вымолвить ни слова, но он тоже не продолжал говорить. Я чувствовала, как его дыхание на моей шее выравнивается, как его губы находятся всего в нескольких сантиметрах от моей кожи.       Я попыталась успокоить дыхание, чтобы заглушить всепоглощающее чувство предательства и вины. Я мысленно предала его, а потом он сказал мне, что хочет иметь от меня детей. Я думала о другом мужчине, когда трахалась, а Блейз хотел только меня.       Навсегда.       Уставившись в потолок, я ждала, что он отвернется, перевернется на другой бок, как он часто делал после того, как задремал. Я все еще паниковала, эмоции проносились сквозь меня с огромной скоростью.       

***

      В середине ночи Сев проснулся и больше не успокаивался. Я отнесла его обратно в нашу кровать, крепко прижав к своей груди.       — Ты хочешь спать здесь со мной, любимый? — прошептала я. — Я знаю, что твоей маме это не понравится, но мы ведь ей не скажем.       Он кивнул, и я забралась обратно в кровать. Глаза Блейза на минуту открылись, и он посмотрел на меня вместе с Севом. На его лице появилась улыбка, и я поняла, что он снова представляет себе будущее. Черт, теперь и я начала это представлять, потому что он заговорил об этом.       Вот только меня это пугало до смерти. Я не улыбалась, хотя знала, что должна. Это то, чего я хотела, часть того, почему я в первую очередь бросила Драко. Я хотела иметь свою собственную семью с мужчиной, который принадлежал бы только мне и был полностью предан мне.       Так почему же меня так напугало, когда Блейз сказал, что хочет дать мне желаемое?       Я попыталась сосредоточиться на Севе, поглаживая его по спинке и успокаивая его. Через несколько минут он уже крепко спал. Я медленно повернулась, пытаясь устроиться поудобнее, чтобы поспать хотя бы пару часов. Что бы я ни делала, я никак не могла найти правильное положение.       — Положи его посередине, — предложил Блейз, его голос был тихим от сна. — Так он не сможет свалиться. Мы не слишком крепко спим, поэтому проснемся, если он попытается встать.       Я осторожно положила Сева между нами, и он заснул, медленно притягиваясь ко мне. Я перевернулась на бок и оказалась лицом к Блейзу. Его глаза встретились с моими, и я улыбнулась, пытаясь успокоить его.       — Я знаю, что напугал тебя, — прошептал он. — Прости меня. Я просто… я подумал… — из него вырвался выдох. — Я думал, что все к этому и идет.       Мне надо было что-то сказать.       — Я просто не ожидала, что ты затронешь эту тему именно так, — сказала я, избегая главной проблемы. — Не то чтобы я этого не хотела. Просто… не сейчас.       — Ну, конечно, — ответил он дразнящим тоном. — Я хочу, чтобы ты побыла со мной еще немного.       Я снова улыбнулась, но на этот раз искренне.       — По-моему, это звучит неплохо.       

***

      Утром меня разбудил резкий стук. Когда я открыла глаза, то увидела, что Джеймс и Сев лежат между нами на кровати. Джеймс прижимался лбом к плечу Блейза, и мое сердце растаяло.       Осторожно встав с кровати, я подошла к окну, открыла его и впустила сову. Гарри прислал короткую записку, его неопрятные каракули занимали большую часть маленького кусочка пергамента.       Это девочка. Лили Поттер, насчет второго имени мы еще спорим. Она родилась незадолго до полуночи. У Панси явно все хорошо, раз она со мной ссорится, хотя она сказала, что ее фабрика по производству детей теперь закрыта. Надеюсь, мальчики не доставили много хлопот. Завтра мы будем дома.       По мере того, как я читала записку, моя улыбка становилась все шире и шире. Я была так счастлива за Гарри и Панси. Их семья была полной, а у меня появился еще один ребенок, которого можно любить. Я не могла дождаться встречи с маленькой Лили.       — Блейз? — тихо позвала я. Его глаза медленно открылись и остановились на Джеймсе, когда он понял, что это не я прижимаюсь к нему. Он улыбнулся и перекинул руку через него.       — Доброе утро, Тесоро. Когда он пришел?       — Я не знаю, — призналась я. — Гарри прислал сову. У них родилась девочка, и Панси уже сказала ему, что теперь у них больше не будет детей.       Он усмехнулся.       — Это замечательно. Я рад за них.       — Тебе нужно вставать, если ты собираешься на работу. Уже почти восемь, — сказала я.       — Возвращайся в постель и прижимайся к нам, — ответил он. — У меня есть немного времени. Мой портключ активируется только в одиннадцать, а я взял все с собой.       Я поджала губы, понимая, что не должна уступать, что мне нужно спуститься вниз и начать готовить завтрак для мальчиков.       Блейз надул губы, потянулся и положил руку на спину Сева.       — Я останусь здесь с ними в любом случае, но я бы предпочел, чтобы мы были все вместе.       Смеясь, я положила записку Гарри на прикроватную тумбочку и вернулась под одеяло. Я осторожно подвинула Сева ближе к Джеймсу и наклонилась над обоими мальчиками, встретив губы Блейза и нежно его поцеловав.       — Хорошо. Еще несколько минут.       

***

      К среде я вернулась на работу, а Блейз уже второй раз за неделю возвращался в Италию. Поскольку Гарри не было, большинство людей обращались ко мне как к человеку, который может помочь. Хотя я не была аврором, меня все равно считали заместителем Гарри. Я не знала, было ли это потому, что я была членом Золотого трио, или Гарри сказал всем этим людям обращаться ко мне.       Я провела утро, давая указания по делам, с которыми не была полностью знакома, быстро читая документы и пытаясь найти ответы, которые были нужны каждому человеку, и я была более чем немного разочарована. Моя собственная работа покоилась на столе, совершенно нетронутая, и я закрыла глаза, поднеся пальцы к вискам и потирая их от напряжения. Когда это не помогло, я оперлась локтями на стол и уперлась лбом в ладони.       Когда раздался стук в дверь, я не подняла глаз. Мне не хотелось видеть никого до конца дня. Но пришлось вздохнуть и сказать:       — Войдите.       — Все в порядке, Грейнджер?       Этот голос, такой глубокий, мужественный и полный заботы, прочно засел в моей памяти. Он исходил от Драко, который любил меня и чуть не сломал. Нельзя, чтобы это повторилось.       — Просто тяжелое, напряженное утро, — сказала я, все еще не глядя на него. В моих глазах стояли слезы. — Чем я могу тебе помочь, Малфой?       На несколько секунд повисла тишина, а потом я услышала, как закрывается моя дверь. Когда я подняла голову, он все еще стоял там, прислонившись к ней. Я почувствовала, как мои губы разомкнулись, пытаясь выразить протест, но он покачал головой.       — Переведи дух, Грейнджер, — сказал он. — Возьми десять минут, чтобы собраться с мыслями. Ты вот-вот рассыплешься передо мной. Я никому не скажу.       Я не была готова полностью развалиться на части, пока он не сказал эту фразу, которую он сказал мне в самом начале всей этой неразберихи.       Слезы хлынули из моих глаз, и я отвернулась, вытирая их. Он не двигался и ничего не говорил, но я чувствовала на себе его взгляд. От этого взгляда у меня все еще бегали мурашки по коже. Сделав глубокий вдох, я спросила:       — Почему ты здесь?       — Я… Я давно не здоровался с тобой, — сказал Драко. — Ты всегда с Блейзом, и я помню, каким он был в мой первый день возвращения. Я не хотел создавать тебе проблем.       Я почувствовала, что одна из ран на моем сердце снова начала открываться. Он говорил так неуверенно, как в тот первый раз, когда он пришел ко мне в офис после медового месяца.       Мне пришлось ответить:       — Все в порядке. Ты бы не стал.       — Что тебе нужно, Грейнджер? — спросил он. — Ты сейчас так напряжена. Чем я могу помочь?       Я тупо уставилась на него.       — Я… Отвлеки меня. Расскажи мне что-нибудь. Что угодно.       — Хорошо, без проблем. В выходные я брал Скорпиуса во «Флориш и Блоттс». Он любит, когда я ему читаю, — сказал Драко, его глаза все еще смотрели на меня, оценивая мою реакцию.       Я закрыла глаза, сдерживая слезы.       Скорпиус. Он проводит свои выходные с сыном, как я и хотела. Все складывается так, как я хотела.       — Я читаю Джеймсу и Севу, когда бываю в доме Гарри, — немного справившись со слезами, сказала я. — А что любит Скорпиус?       — Грейнджер…       Я посмотрела на него.       — Пожалуйста. Расскажи мне. Я хочу услышать о С-Скорпиусе.       — Он любит все, что связано с животными. Та книга, которую я купил на выходных, была про Нюхлера, — он на мгновение сделал паузу. — Но больше всего ему нравится книга о маленьком драконе по имени Норберт.       Я засмеялась и вытерла глаза.       — Ты ведь знаешь, кто это написал?       Покачав головой, Драко ответил:       — Понятия не имею. Я не смотрел на автора.       — Он не указан, но это был Хагрид. Ну, вообще-то, это написала Полумна, но Хагрид рассказал ей историю. Разве ты не помнишь Норберта с первого курса?       Я увидела, как он задумался.       — Ты, блядь, шутишь. У него действительно был дракон?       — Был, — подтвердила я. — И в ту ночь, когда нас всех поймали, мы отдали его каким-то хранителям драконов, которые направлялись к брату Рона.       Через мгновение он улыбнулся, и у меня перехватило дыхание. Я не ожидала когда-либо снова увидеть это выражение на его лице. Он был таким чертовски открытым, таким, каким он был со мной раньше. Я тут же подняла свою защиту, закрыв свой разум.       — Ничего себе, Грейнджер. В двенадцать лет ты контрабандой отправила дракона, а в восемнадцать уже летала на нем, — поддразнил он. — Чем займешься дальше?       — Сейчас я живу гораздо более спокойной жизнью, спасибо тебе большое, — сказала я примитивно, придерживаясь шутливого тона, чтобы заглушить чувства в груди. — Ну, разве это не эгоизм? Драко покупает книги о драконах?       Усмехаясь, он сказал:       — Может быть. Я всегда любил драконов. Большинство детей в магическом мире растут, читая о них.       — Логично.       Я снова почувствовала, как его глаза пробежались по мне, вероятно, оценивая мою внезапную перемену. Я надеялась, что он скоро уйдет, и я смогу оставить шараду и попытаться привести себя в порядок до возвращения Блейза.       — Ладно, кажется, тебе лучше, но не совсем. Не хочешь ненадолго выйти отсюда? Сходить на обед или еще куда-нибудь?       Какого хрена?       — Не думаю, что это хорошая идея, — ответила я.       Он вопросительно поднял бровь.       — Гермиона Грейнджер не похожа на ту ведьму, которая держится подальше от парней только потому, что у нее ревнивый парень.       Мое имя на его губах…       — Это не из-за Блейза. Мне нужно быть здесь, раз Гарри нет. Разве ты не видел людей, которые весь день входили и выходили из моего кабинета?       Драко кивнул.       — Конечно. Вот почему ты так напряжена. Люди обычно всегда мучают тебя?       — В основном, кроме нескольких авроров, с которыми я работаю напрямую. Разве ты не заметил? — спросила я.       На его щеках появился румянец, и я поняла, что он заметил, что означало, что он наблюдал за моим кабинетом. Это означало, что он видел, как Блейз приходил и уходил, закрывал дверь и давал нам возможность уединиться…       Встретившись с моими глазами, он сказал:       — Даже тебе нужно есть, Грейнджер. Они не успеют соскучиться за полчаса. Мы можем просто поесть в кафетерии.       Я покачала головой.       — Спасибо, но сейчас действительно неподходящее время.       Он повернул дверную ручку и открыл дверь.       — Хорошо. Тогда увидимся.       — Закроешь дверь? — спросила я.       С грустной улыбкой он закрыл дверь, и у меня появилось достаточно времени, чтобы набросить заглушающие чары, прежде чем меня охватили безудержные рыдания.