Память о тебе

      После того как Драко выбежал из моего кабинета, я осталась в одиночестве до конца дня. Я хотела поговорить с ним, попытаться объяснить, что его дружба значила для меня все, но не могла, не выдав слишком многого. Все становилось еще сложнее, и я понятия не имела, как распутать этот змеиный клубок.       Я пыталась сосредоточиться на своей работе, но это казалось невозможным. Я потратила так много времени, работая над делом в Италии с Блейзом и делом зельевара с Драко, что сильно отставала от всех остальных. Я знала, что несколько авроров ожидают моего ответа, и мне нужно было переключить внимание, перестать волноваться о Драко и Блейзе и заняться тем, что я уже давно должна была сделать.       Потянувшись к сумке, я достала айпод и вставила в уши наушники, пытаясь заглушить свои мысли, чтобы успеть сделать хоть что-то. Я не хотела, чтобы весь день прошел впустую. Обычно подобная электроника выходила из строя в Министерстве, но я создала заклинание, защищающее его от магии в воздухе, что позволяло мне использовать его как в маггловском, так и в магическом мире.       Пока музыка играла в моих ушах, мое перо летало по пергаменту: я отвечала на записки и письма так быстро, как только могла. Если бы я была занята, я бы не думала ни о Драко, ни о Блейзе, ни о том бардаке, в котором сейчас нахожусь.       Прошло два часа, а в мою дверь так и не постучали. Она открывалась только тогда, когда мне нужно было выйти. Слезы наполнили мои глаза, но я не была уверена, из-за кого я готова расплакаться. Была ли я больше расстроена тем, что Блейз не попытался извиниться, или тем, что Драко, похоже, отказался от попыток стать моим другом?       Нуждаясь в передышке, я встала и направилась к своей двери, открыла ее и выглянула в отдел. Как только мой взгляд остановился на Драко, я замерла. Перед ним стояла Астория с пакетом еды на вынос. Мое сердце тут же бешено заколотилось. Она пришла, чтобы поговорить с ним о фотографии, чтобы поговорить со мной о том, что я снова делаю с ее мужем.       Как раз в тот момент, когда я собиралась отступить обратно в свой кабинет, он посмотрел мне в глаза, а затем наклонился и сладко поцеловал ее. Я отвернулась так быстро, как только могла, тут же направившись в сторону женского туалета и молясь, чтобы Астория не заметила меня. Я не хотела сегодня иметь с ней дел. С Блейзом и противостоянием с Драко я и так получила все, что могла вынести за день.       Войдя в туалет, я закрыла и заперла дверь, прислонилась к ней спиной, делая глубокие вдохи и пытаясь успокоиться. Однако вместо этого я поняла, что начинаю злиться.       Как он посмел? Как посмел этот Драко — тот, кто не знал, что между нами было все что угодно, но не дружба, — наклониться и поцеловать свою жену только для того, чтобы заставить меня ревновать? Как он мог так хорошо меня знать, если он меня совсем не помнил?       Конечно, раньше он уже использовал эту тактику против меня, когда я обманывала себя, думая, что у нас «просто интрижка», и продолжала отталкивать его…       Пока я стояла в ОМП, я чувствовала на себе его взгляд.       Я продолжала разговаривать с делегатом из Франции, улыбаясь и смеясь в нужные моменты. Когда он положил руку на мою руку, я не отстранилась, зная, что это сведет Драко с ума. Я сказала ему, что между нами все кончено, что последний раз был действительно последним. Это продолжалось слишком долго — почти два месяца.       В глубине души я знала, что мне нужно перестать уступать ему. Я должна была показать ему, что могу двигаться дальше, что не думаю о нем и только о нем. Конечно, это была ложь; если бы я могла получить его полностью, я бы в одно мгновение присвоила его, но он был женат на Астории. Он не показывал никаких признаков того, что пытается разорвать отношения, а я отказывалась навсегда оставаться любовницей.       Я бы не стала этого делать. Мне нужно покончить с этим, пока чувства не стали еще глубже, еще реальнее.       Когда делегат пригласил меня на ужин, я улыбнулась и кивнула, сказав ему, что он может встретиться со мной в моем любимом французском ресторане на Косой аллее в семь часов. Он улыбнулся мне в ответ и сказал:       — Это свидание.       Серые глаза Драко наполнились огнем, когда я перевела на него взгляд. Покачав головой, я отвернулась, зная, что он будет держаться на расстоянии, если я действительно этого хочу.       Позже тем же вечером, когда я пришла в ресторан, французский делегат положил руку мне на поясницу, ведя меня через столы, пока мы следовали за метрдотелем. Оглядев зал, я заметила их. Драко сидел за столиком с Асторией и улыбался ей. Она выглядела прекрасно, как будто ей понадобилось несколько часов, чтобы подготовиться к этому свиданию.       А может, она всегда так выглядела. Я была уверена, что Драко подслушал мой разговор.       Во время еды я изо всех сил старалась не смотреть на них, но это было трудно, когда Астория смеялась или голос Драко долетал до моих ушей. Мой разум слишком привык концентрироваться на нем.       Перед десертом я отлучилась в туалет: мне нужно было отдохнуть от их гребаного счастья, которое они навязчиво пихали мне в лицо. Я знала, что он делает, и меня взбесило, что это работает. Он пытался манипулировать мной, чтобы я уступила, пригласила его обратно в мой дом.       Я не могла этого сделать.       Он с ней — с Асторией, — и я не могла быть его любовницей. Это неправильно. Неважно, насколько правильным казалось то, что мы были вместе. Это все равно оставалось неправильным.       Когда я стояла перед раковиной, дверь открылась, и он вошел, закрыв ее за собой. Я не смотрела на него, но он подошел ко мне сзади и встретил мой взгляд в зеркале.       — Что ты делаешь, Грейнджер? — тихо спросил он. — Почему ты отрицаешь, что хочешь этого?       — Ты знаешь, почему, — ответила я. — Это неправильно, Драко. Ты женат.       Он обхватил меня за талию, его подбородок почти упирался в мою голову. Мне нравилось ощущать его прикосновения, даже если я понимала, что не должна этого делать. Чувствуя, что мое тело начинает реагировать на него, я повернулась в его руках и посмотрела на него.       — Отпусти меня, — потребовала я.       Глядя на меня сверху вниз, он ответил:       — Я не могу. Ты — все, о чем я могу думать.       — Возвращайся к своей жене. А я продолжу свидание.       — Ты собираешься пригласить его к себе домой?       Я пожала плечами, хотя понимала, что не собираюсь.       — Еще не решила.       — Не надо, — взмолился он. — Пожалуйста, не делай этого, Гермиона.       — Мои решения — не твое дело.       Я отстранилась и пошла к выходу, чувствуя себя еще хуже, чем раньше.       Когда Драко снова появился, он улыбнулся Астории и наклонился, чтобы поцеловать ее. Я хотела отвернуться, но не смогла. Это было похоже на автокатастрофу — видеть, как он целует свою жену прямо у меня на глазах. Ревность заставляла мой желудок переворачиваться, а магию трещать в моих венах.       Драко Малфой был чертовым мудаком, но я хотела его. Я хотела его так сильно, что мне становилось больно.       Но он был женат. Для него я могла быть только любовницей, но никак не женой. Никогда матерью его законнорожденных детей. Не имело значения, что было между нами.       Она всегда будет на первом месте.       Воспоминание пронзило меня насквозь, с легкостью вернулось чувство обиды. Как будто это произошло вчера, а не три года назад.       Он совсем не изменился, совсем.       И я не знала, хорошо это или плохо. Я не изменила его сущность, когда удалила его воспоминания. К сожалению, это означало, что он все еще оставался полнейшей задницей, все еще зацикливался на мне, заставляя ревновать к его идеальной маленькой чистокровной жене, чтобы добиться своего.       Это была смесь плохого и хорошего, как и все остальное в наших отношениях.       И вот я снова в ванной, пытаюсь забыть, что он только что поцеловал свою жену у меня на глазах, чтобы задеть меня. На этот раз он не стал бы бегать за мной, но в этом была моя собственная вина. Он знал, что я с Блейзом, и понятия не имел о наших прошлых отношениях.       Вздохнув, я привела себя в порядок — с помощью магии скрыла красноту глаз и поправила макияж — и вернулась в свой кабинет, не бросив и взгляда на стол Драко, прежде чем снова закрыть за собой дверь.       

***

      К пяти часам вечера, когда не появилось никаких вестей ни от Драко, ни от Блейза, я чувствовала себя напряженной. Это было иррационально, но я ничего не могла с этим поделать. Мне хотелось, чтобы кто-то пришел за мной, чтобы отчаянно хотел, чтобы я его простила. Я знала, что могу обратиться к любому из них, и они, скорее всего, выслушают то, что я скажу, но мне не хотелось быть той, кто извиняется, особенно перед Блейзом. Я не сделала ничего, чтобы заслужить гнев Блейза этим утром. Он увидел в газете один невинный случай взаимодействия и раздул из мухи слона.       А Драко? Он даже не попытался выслушать меня.       Я решила, что мне нужно на выходные выбраться из отдела, к черту Фалмут. Драко мог оставаться здесь всю ночь и ждать Блейза. Если они оба хотели, чтобы я молчала, — прекрасно. Я просто не буду торчать здесь.       Собрав свои вещи, я снова посмотрела на часы, стараясь не думать о том, почему Блейз до сих пор не пришел. Я бы не стала беспокоиться о нем, не сейчас. Они с Мэл умные, с ними все будет в порядке.       Когда я открыла дверь своего кабинета, я почувствовала на себе взгляд Драко, но не посмотрела на него. Он был тем, кто усилил напряжение между нами, поцеловав Асторию сразу после того, как посмотрел мне в глаза и выбежал из моего кабинета, не выслушав ни слова из того, что я хотела сказать. Заперев дверь, я развернулась и вышла.       Я чувствовала себя сильнее, чем в начале дня, и с гордо поднятой головой шла к лифту. Однако я предвкушала погоню, надеясь, что Драко последует за мной и попытается заговорить.       Но это был уже не тот Драко, который знал, что может очаровать меня одной лишь улыбкой или прикосновением своей руки к моей обнаженной коже.       Поскольку я не доверяла себе в том, что могу пойти домой и остаться одна, я поднялась на лифте в атриум и направилась к ближайшему доступному камину. На мгновение я задумалась, пытаясь понять, хочу ли я отвечать на вопросы Гарри и Панси. День и так был дерьмовый, так что я решила, что с этим лучше покончить.       Подойдя к решетке, я бросила порошок в камин, сосредоточившись на адресе «площадь Гриммо 12».       Как только я вошла в кухню, то услышала шаги на лестнице. Появилась Панси и сразу же бросила на меня подозрительный взгляд. Лили, пристроившись у нее на руках, мирно спала.       Она указала на лестницу, показывая, что я должна следовать за ней. Гарри сидел на диване, мальчики играли у его ног. Когда он посмотрел на меня, его глаза были полны беспокойства. Джеймс, однако, подбежал ко мне и крепко обнял за ноги.       — Тетя Ми! — воскликнул он, побуждая Сева сделать то же самое.       — Привет, ребята, — сказала я, взъерошив их волосы. — Решила заглянуть к вам.       Панси продолжала подниматься по лестнице, вероятно, собираясь положить Лили в ее кроватку, чтобы мы могли поговорить, не разбудив ее. Мальчики были не прочь поболтать и наедине, не говоря уже о том, когда приходили гости.       — Гермиона… — осторожно начал Гарри.       Я покачала головой.       — Позволь мне сначала побыть с мальчиками, Гарри. Пожалуйста. Мне нужно немного расслабиться.       — Да, папа, — сказал Джеймс, заставив меня вздрогнуть.       Гарри только ухмыльнулся нахальству своего сына.       Когда я села на пол, то поняла, что все еще в рабочей одежде, и быстро трансформировала юбку в удобные джинсы. При виде волшебства Джеймс и Сев захлопали в ладоши.       Примерно через десять минут вниз вернулась Панси и внимательно посмотрела на меня, пока я играла с ее сыновьями. Краем глаза я заметила, как Гарри покачал головой, давая понять, что мне нужно немного времени.       — Ты останешься на ужин, Грейнджер? — спросила она, ее голос был жестким.       — Если это не проблема.       — Конечно, нет. Мы просто закажем что-нибудь на дом. Лили считает, что сон — для слабаков, так что мы без сил, — ответила Панси. — Побудь немного с мальчиками, а потом мы поговорим, хорошо?       Я кивнула, хотя мне решительно не хотелось говорить ни о чем, что произошло за последние двадцать четыре часа. Как всегда, время, проведенное с Джеймсом и Севом, успокаивало меня, вызывая улыбку на моем лице. Я была уверена, что Лили станет такой же, когда подрастет, хотя у меня всегда будет особая связь с мальчиками: они помогали мне найти цель, сконцентрироваться, когда я в этом нуждалась, и я никогда этого не забуду.       Когда ужин был завершен и все дети уложены спать, я сидела в гостиной Гарри и Панси с бокалом эльфийского вина в руках. Нервы сдавали, и я не знала, как начать разговор. Они ждали меня, не приставали, поэтому я глубоко вздохнула и собралась с мыслями.       — Полагаю, вы видели утреннюю газету?       — Конечно, видели. Все в этом чертовом волшебном мире видели. «Малфой и Грейнджер: Отпуская прошлое» — это был действительно отличный заголовок. А потом там рассказывалось, как вы больше не ненавидите друг друга, — сказала Панси, закатывая глаза. — Не совсем новость для меня.       — Все было не так, как выглядит! — ее губы раздвинулись, готовясь оборвать меня, но я подняла руку. — Слушай, он каким-то образом узнал, что мы проводили много времени вместе до его несчастного случая. В книжном магазине, куда мы ходили в Лютном… У продавца было в резерве что-то для нас. Это была книга о разуме магглов, когда мы искали, как помочь моим родителям. И я думаю, что кто-то еще что-то сказал ему.       Гарри резко втянул воздух.       — Кто бы мог это сделать?       Пожав плечами, я продолжила:       — В любом случае, на одной фотографии я действительно упала, а он поймал меня. Я растерялась, не знала, как реагировать, поэтому понимаю, что отразилось на моем лице — Блейз сакцентировал на этом внимание, — но ничего не было.       — А та, где Драко обнимает тебя? — спросила Панси.       — Это небольшое объятие длилось примерно столько, сколько показано на фотографии. Я сказала, что готова помочь ему с этим делом, и мы только говорили о том, что когда-то были друзьями… Думаю, он благодарил меня. Я не совсем понимаю, почему он это сделал.       — Потому что он — Малфой, — сказал Гарри, в его голосе не звучало ни одной эмоции, — а ты — это ты, и он наблюдал за тобой с Забини. Я уверен, что это сводит его с ума. И он снова хочет заполучить лакомый кусочек.       Пытаясь подавить свои эмоции, я перевела взгляд на Панси.       — Ты думаешь, дело в этом?       — Не знаю, — начала она. — Думаю, ты играешь с огнем. И думаю, что чем больше времени ты проводишь рядом с Драко, тем сложнее все становится. Для вас обоих.       — А где Блейз? — спросил Гарри.       Я почувствовала, как жар поднимается к моему лицу.       — Мы… немного поссорились сегодня утром. Я сказала ему, что мне нужно пространство.       — О, ради Салазара! Что он сказал тебе, Грейнджер?       — Он обвинил меня в том, что я все еще влюблена в Драко. И бросил мне в лицо, что я еще не сказала ему, что люблю его, — вспомнила я, и боль тут же пронзила меня. — Он также назвал меня Грейнджер, и я вышла из себя, сказав ему не делать этого. Он не воспринял это адекватно.       — Он никогда не называл тебя так, — заметил Гарри. — На самом деле, я не думаю, что он так делал даже в школе.       Панси покачала головой.       — Он и не называл. Он пытается быть Драко. Он думает, что это заставит тебя сосредоточиться на нем, я уверена, — через секунду она спросила: — Ты все еще любишь Драко?       — Не знаю, — призналась я. — Думаю, часть меня всегда будет его любить. Мы никогда по-настоящему не расставались. Все просто… оборвалось.       — Мы в курсе, — заявила она. — А Блейз? Ты любишь его?       Вздохнув, я ответила:       — Люблю. Но я не уверена, что это то же самое, что я чувствовала к Драко в самый разгар событий. Мне кажется, что если я скажу Блейзу, что люблю его, то наступит конец. Все закончится. Через год я стану миссис Забини на сносях, а я еще не готова к этому. Я чуть не запаниковала, когда он сказал, что ночевки с мальчиками — это тренировка для того времени, когда у нас появятся свои дети.       Гарри посмотрел мне в глаза.       — И ты этого не хочешь?       Хотела ли я этого? Хотела ли я выйти замуж и завести детей? Хотела ли я, чтобы это случилось с Блейзом?       — Я хочу семью, — начала я, понимая, что это правда, — но боюсь. И Драко снова рядом… Это подняло для меня слишком много вопросов. Я просто ни с кем об этом не говорила.       — Вот почему я не хотела, чтобы ты торопила события с Блейзом до того, как снова увидишь Драко, Грейнджер, — не без злобы сказала Панси. — Я знала, что это будет тяжело для вас обоих. И понимаю, почему Блейз так отреагировал, даже если это было неправильно.       — Знаю. Я дала ему некоторую свободу действий и отнеслась к этому с пониманием, — я встала и начала шагать взад-вперед, запустив руки в волосы, — но я не собиралась позволить ему продолжать говорить мне, что я не могу работать с Драко. Пока он в отделе, если ему нужна моя помощь, я должна относиться к нему так же, как и к любому другому.       Потянувшись и схватив меня за руку, Гарри остановил мою суету.       — Гермиона, ты не должна…       — Я должна, — твердо заявила я. — Гарри, он знает, что мы были друзьями до Обливиэйта. Если я ни с того ни с сего начну его игнорировать, он поймет, что что-то не так. Хотя сейчас он все равно со мной не разговаривает, так что, возможно, это не имеет никакого значения.       — А почему Драко не разговаривает с тобой? — спросила Панси.       — Блейз столкнулся с ним, и Драко подумал, что за этим стою я, что на самом деле я не хочу работать с ним или быть его другом, и что я слишком боялась сказать ему об этом сама, — ответила я, чувствуя, как содержимое желудка начало подступать к горлу. — Все в полнейшем беспорядке, и я действительно не знаю, как с этим справляться дальше.       Я почувствовала, что слезы снова наворачиваются на глаза, и поняла, что нахожусь на грани срыва. К моему удивлению, Панси встала и подошла ко мне, взяв меня за руки. Если бы не это, я бы подумала, что она снова даст мне пощечину.       — Грейнджер, для такого умного человека у тебя самый ужасный вкус в мужчинах, — сказала она, поглаживая меня по спине. — Я имею в виду… верно, я знаю, что призывала тебя жить дальше с Блейзом, но тебе нужно держаться подальше от Драко, если ты хочешь, чтобы эти отношения сложились.       Мое сердце сжалось, и я поняла, что в ближайшие дни мне предстоит принять много решений.       Хочу ли я, чтобы у нас с Блейзом все получилось?       Как я могла продолжать работать в ОМП и держаться подальше от Драко?       Могу ли я оттолкнуть Драко, не вызвав у него подозрений по поводу моих причин?       Действительно ли я хотела полностью отдалиться от Драко?       — Знаю, — ответила я, фыркнув. — Все налаживалось, а теперь все снова запуталось. Не знаю, почему Астория и Люциус не попытались остановить его.       Гарри прочистил горло, и я подняла на него глаза.       — Ты не думала о работе в другом отделе, Гермиона? Я уверен, что Кингсли позволил бы тебе делать все, что тебе нравится.       — Ты не…       — Конечно, я хочу, чтобы ты работала в ОМП, — прервал он, поняв, куда ведет ход моих мыслей. — Но если так будет лучше для тебя — быть подальше от Малфоя, — этот вариант ты должна рассмотреть.       Хотя это было не то, что я когда-либо представляла, я знала, что он прав. В Министерстве было много других отделов, или я могла пойти работать в частную контору.       Было так много возможностей. Я просто должна была понять, открыта ли я для чего-то нового.       

***

      — Джеймс! — выругался Гарри. — Ты действительно напугал нас.       Мои глаза открылись от бешеного тона моего лучшего друга, и я поняла, почему он так напуган. Посмотрев на него, я сказала:       — Мне так жаль. Я не подумала о том, что вы, ребята, будете переживать, если утром его не окажется в его комнате.       — Когда он пришел сюда? — спросил Гарри.       Я пожала плечами.       — Понятия не имею. Он делал то же самое, когда вы с Панси были в больнице. Он просто забрался прямо к нам в постель.       — Прости, пап, — сонно сказал Джеймс, потирая глаза.       Выдохнув, Гарри ответил:       — Все в порядке. Я знаю, что ты любишь свою тетю Ми. Я уверен, что она была счастлива устроить небольшую ночевку.       Джеймс задремал, больше не отвечая Гарри.       — Который час?       — Около половины седьмого. Джеймс обычно будит нас раньше, поэтому, когда он этого не сделал, я пошел проверить, как он там, — объяснил Гарри. — Интересно, почему сегодня утром он так устал?       — Может быть, он растет.       — Может быть. Мерлин, надеюсь, что нет.       — Не могу поверить, что ему уже три года, — сказала я, проводя рукой по темным волосам Джеймса. — Мне кажется, что он родился только на прошлой неделе.       Гарри засмеялся.       — Ты столько всего пережила с тех пор, как он родился. Я не совсем понимаю, как тебе может казаться, что это было недавно.       — Не говоря уже о том, что ты быстро добавил к счету еще двоих, — поддразнила я. — Не знаю, как вам с Панси так повезло…       Я снова почувствовала, как слезы наполняют мои глаза, и мои мысли устремились к Блейзу. Я знала, что он готов сделать это со мной — дать мне семью, детей и ленивые утра в постели, — но я не была уверена, готова ли, и тот ли он, с кем я хочу провести остаток жизни. Я знала, что отчасти это потому, что меня сбил с толку Драко, но не могла позволить себе снова зациклиться на нем.       Могу ли я принять все, что предложил мне Блейз? Или было бы неправильно сделать его моим утешительным призом? Оставить его при себе, потому что я не могла быть с Драко? Потому что я лишь немного любила его, а секс был замечательным?       Это казалось несправедливым, даже если я была уверена, что он согласится на это.       Я не хотела соглашаться. Не тогда, когда дело касалось любви.       Но потом мои мысли снова закрутились по спирали. Драко никогда не будет рядом. Эта часть моей жизни была закончена. Это длилось уже почти два года. А Блейз… он сделал меня счастливой за последние шесть месяцев. Он помог мне восстановить мою жизнь и мое сердце, а я отплатила ему сомнениями и эмоциональной нелояльностью.       — Гермиона? — сказал Гарри, отрывая меня от моих мыслей.       Я смотрела, как он забирается на кровать, ложится на бок и поворачивается лицом ко мне, оставляя Джеймса лежать между нами.       — Хм-м-м?       — Тебе тоже может повезти. Просто нужно решить, чего ты хочешь.       — Все не так просто, — ответила я, встретившись с его глазами поверх головы Джеймса. — Если бы Драко не вернулся, думаю, все было бы совсем по-другому. Но он все усложняет.       Гарри нахмурил брови.       — Он не должен вообще как-то влиять на твои решения. Ты не собираешься снова начинать с ним отношения, и он не знает, что в прошлом вы были вместе. Кажется, он предан своему сыну. Он отступит.       В моем воображении я увидела платиновые волосы и серые глаза, красивое лицо, которое точно знало, какое выражение нужно принять, когда пытаешься добиться своего. А потом я увидела Драко у Фортескью, кормящего сына мороженым и говорящего, что ему нужно вернуться домой к Астории, даже если он смотрел на меня с тем же вожделением, что и до Обливиэйта.       — Ты можешь быть прав. Возможно, ему просто кажется, что он в меня влюбился. Кто знает?       Он снова серьезно посмотрел на меня.       — Думаю, тебе действительно стоит подумать о переводе. Как бы я ни хотел продолжать с тобой работать, не думаю, что тебе полезно находиться в офисе вместе с Драко и Блейзом. Отдел Тайн уже давно тебя интересовал, верно?       Я кивнула, воображение начало бурно развиваться. Вполне возможно, что я смогу проводить более значительные магические исследования, если сменю профессию. Может быть, тогда я почувствую себя достаточно удовлетворенной, чтобы остепениться.       — Я свяжусь с ними в понедельник и узнаю, есть ли вакансии. В любом случае, проверить не помешает.       — Не делай этого ради меня. Сделай это ради себя, если это то, чего ты действительно хочешь.       — В том-то и дело, Гарри, — начала я, решив быть с ним предельно честным. — Не знаю, чего хочу. Я просто понимаю, что не могу продолжать в том же духе, с тех пор, как вернулся Драко.       — Знаю, — он переплел свои пальцы с моими, нежно сжав их. — Я здесь ради тебя, независимо от того, что ты решишь.       — Спасибо.       — И, если ты считаешь, что работа в Отделе Тайн того стоит, мы все равно сможем встречаться за обедом, и тебе всегда будут здесь рады. Ты это знаешь.       — Знаю, и я так благодарна тебе и Панси. Я просто хочу, чтобы все не сводилось к этому — к тому, чтобы я уехала или каждый день находила способ избегать Драко, — ответила я. — Я пропустила встречу с Пенелопой…       — Что? Почему ты не пошла? — обеспокоенно перебил он.       Джеймс между нами зашевелился и перевернулся на спину. Когда он успокоился, я сказала:       — Это было в день рождения Лили, Гарри. Я перенесла встречу на понедельник. Это было не намеренно.       На его лице отразилось облегчение.       — Хорошо. Я уверен, что она сможет помочь тебе во всем разобраться. Возможно, она гораздо лучше меня разбирается во всем этом эмоциональном дерьме.       Пытаясь подавить смех, я немного поколебалась и снова сжала его руку.       — Ну, ты в этом лучше меня, похоже.       — Нет, на самом деле нет. Ты чувствуешь все так… глубоко. Это захлестывает тебя…       Я прервала его.       — Это действительно хреново. Ты видел, в каком состоянии моя жизнь?       — Но когда ты во всем разберешься — а я не сомневаюсь, что ты это сделаешь, скорее рано, чем поздно, — ты будешь счастливее всех на планете. Ты сильнее, чем мог бы быть я в этой ситуации.       Хотя я подозревала, что это правда, я все равно чувствовала себя не лучшим образом.       

***

      Позже в тот же день Панси спустилась по лестнице, держа в руках свиток пергамента, и сообщила, что его доставила сова. Я поднялась с пола, уже узнав письмо от одного из Малфоев. Панси, должно быть, тоже это поняла: она застыла, наблюдая за мной. Мальчики почувствовали напряжение в комнате и сразу притихли.       Когда я сломала печать, то увидела аккуратный почерк Люциуса, испещряющий страницу.       Мисс Грейнджер,       Нарцисса и я хотели бы пригласить вас и мистера Забини на чай сегодня днем. Можете ли вы поговорить с нами?       Пожалуйста, дайте мне знать как можно скорее.       ЛМ       Я прочитала его три раза, а затем передала Панси, не зная, как ответить. Я действительно не хотела знать, в чем им нужна моя помощь. Если это как-то связано с Драко, я не была уверена, что вообще захочу им помочь.       Панси насмешливо хмыкнула.       — Они хотят поговорить с тобой? — она разорвала письмо Люциуса в клочья. — Скорее, им, наверное, нужна твоя помощь в чем-то, и ни за что. После того, как он узнал о твоей измене, им придется переступить через мой труп, прежде чем они снова начнут тобой манипулировать.       С расширенными глазами Джеймс посмотрел на свою мать, чувствуя ее эмоции.       Она вздохнула.       — Все в порядке, Джеймс. Мама просто немного сердится на кое-кого. Ты и Сев должны пойти в свою комнату и поиграть, пока я поговорю с тетей Ми.       — Сев, хочешь, чтобы я тебя отнесла? — спросила я, не ожидая разговора с Панси.       Он покачал головой и двинулся к лестнице. Панси стояла внизу, наблюдая за мальчиками, держа в руке палочку на случай, если кто-то из них упадет.       — Лучше позволить им делать все самим, — сказала она. — Моя мать никогда не позволяла мне этого, и мне потребовалась целая вечность, чтобы обрести хоть какую-то независимость. Я не хочу вечно таскать этих детей за собой.       Кивнув, я пересела на диван и устроилась поудобнее.       — Я знаю, что ты поступила правильно, но что, если дело в Драко? Что, если…       — Грейнджер, если бы Драко что-то вспомнил, я уверена, что он уже оказался бы у тебя дома, ломился бы в дверь, а если бы не нашел тебя там, то пошел бы к Блейзу. Все в конце концов оказались бы здесь, когда не смогли бы найти тебя.       — Где Гарри? — спросила я. — Он ускользнул сегодня утром и еще не вернулся.       Панси пожала плечами.       — Он собирался немного погостить у Уизли. Мы не хотели ничего говорить, потому что не были уверены, что сегодня ты будешь в состоянии справиться с вопросами Рона. Ты же знаешь, что он спросит, почему Блейз не с тобой.       Она была права, но сейчас я была готова на любой отвлекающий маневр. Я была расстроена из-за Блейза, из-за Малфоев… И мне просто хотелось до хрипоты закричать.       — Что мне делать с Блейзом?       — Пойди и поговори с ним завтра вечером. Дай ему выходные, чтобы все обдумать. Он звонил?       — Не знаю. Я вообще не проверяла.       Она приманила мою сумку, порылась в ней, достала маленький телефон и открыла его.       — Три раза. Не так уж плохо за день, — когда она открыла мои сообщения, у нее расширились глаза. — О, но он прислал тебе много чего почитать.       Взяв свой мобильный обратно, я пролистала сообщения Блейза.       Гермиона, прости меня. Я знаю, что сказал кое-что из ряда вон выходящее. Клянусь, если бы это был не Малфой, меня бы это не волновало.       Пожалуйста, ответь мне.       Я вернулся из Фалмута. У нас с Мэл есть новости. Позвони мне, когда сможешь.       Я уже дома. Я очень надеялся, что ты будешь здесь.       Мне так жаль. Не могу спать без тебя. Пожалуйста, вернись, Тесоро.       Пожалуйста, дай мне знать, что с тобой все в порядке.       Гермиона, я люблю тебя. Пожалуйста, вернись домой. Нам нужно поговорить.       Когда я подумала о том, что он не спал всю ночь, мое сердце сжалось от боли, но его слова ничем не отличались от тех извинений, которые он уже мне принес.       Панси спросила, глядя на меня:       — Что ты собираешься теперь делать?       — Ты только что сказала, что я должна вступить в завтрашний день, — эти сообщения ничего не меняют, верно? Думаю, я должна заставить его подождать еще немного.       — Мне ужасно его жаль. Он явно разрывается без тебя, и, черт возьми, он же мой друг, — казалось, она была в растерянности.       Когда я снова проанализировала его слова, то почувствовала смесь эмоций и не знала, что было правильно, а что нет. Мне было неприятно причинять боль Блейзу, но я знала, что не могу позволить ему управлять мной. Я должна была убедиться, что остаюсь верной тому, кем должна быть. Кем я хочу быть. Я не хотела быть женщиной, которая бросает все, что ей дорого, чтобы убедиться, что ее парень счастлив. Это было опасно.       Я знала, потому что уже делала это раньше. Я бросила все ради Драко. Как только он давал мне знать, что свободен, я снова бежала к нему.       — Я отправлю ему сообщение. Не хочу видеть его сегодня, но я дам ему знать, что мы поговорим завтра. Хочу провести остаток дня с мальчиками, а вечером поеду домой, — сказала я ей, принимая решение.       Панси кивнула.       — Хорошо. Что ты собираешься ему сказать?       Я начала набирать текст, нажимая на кнопки мобильного телефона.       Я еще не готова к разговору. Дай мне вечер, а завтра я приду к тебе. Прости, но мне нужно все обдумать.       Прежде чем нажать «отправить», я показала сообщение Панси, и она дала свое согласие. Через несколько секунд он прислал ответ.       Тогда увидимся завтра. Я люблю тебя.       Слова Блейза «я люблю тебя» заставляли меня чувствовать себя виноватой, как будто я делала что-то неправильное, не отвечая ему тем же. Однако я понимала, что не хочу говорить это в первый раз по смс, и была уверена, что он тоже этого не хочет. Я ничего не ответила, спрятав мобильный в карман.       — Знаешь, я думаю, что вы очень подходите друг другу, но Драко… он будет стоять между вами до тех пор, пока остается рядом, — сказала Панси.       Вдохнув, с дрожью в голосе я ответила:       — Я знаю. Вот почему мне нужно подумать. Может быть, прошлой ночью Гарри был прав. Я могла бы заняться чем-то помимо работы в ОМП.       — Как ты думаешь, тебе понравится поработать где-нибудь еще?       Пожав плечами, я ответила:       — Думаю, да. Было бы неплохо сменить обстановку. Стать невыразимцем или кем-то в этом роде. Уверена, я могла бы стать Стирателем памяти или исследовать магию памяти.       Панси засмеялась.       — Прости. Знаю, что это неуместно, но это смешно.       Одарив ее грустной улыбкой, я кивнула.       — Верно, но, может быть, я смогу превратить свои знания во что-то, что действительно поможет людям.       — Я уверена, что у тебя получится, Грейнджер, — она подняла меня с дивана. — Пойдем. Пойдем посидим с мальчиками и проверим, как там Лили. Гарри, наверное, скоро вернется, и тогда мы все пойдем ужинать куда-нибудь в маггловский Лондон, устроим зрелище с моими непослушными детьми.       Мне это показалось идеальным решением.       

***

      Когда после ужина я вернулась домой, то открыла свой самый первый дневник из больницы Святого Мунго.       Пусть это и была ужасная идея, но я решила перечитать все, что написала Драко за последние полтора года. Я хотела напомнить себе, как далеко продвинулась, как много могу потерять, если позволю себе снова вернуться к старым привычкам в отношениях с ним.       По мере того, как я переворачивала страницы, у меня текли слезы. Вначале я была такой разбитой, бросалась на своих друзей, когда они пытались мне помочь, и когда я смотрела на записанные мною блюда, я удивлялась, как я просто не упала в обморок от голода.       Однако в моих словах было столько любви. Конечно, я помнила, что любила Драко, но она лилась со страниц. Несмотря на то, что я сделала выбор отпустить его, я любила его так, как никогда никого раньше. Если бы Астория не забеременела, у меня, наверное, не хватило бы сил уйти, будь прокляты угрозы Люциуса. Конечно, когда я была любовницей, было так много проблем, но между нами также было невероятное количество страсти и романтики.       Я читала маленькие анекдоты о наших поездках, которые записывала в дневники, списки того, что мы делали… И когда я открыла второй дневник, тот, который я начала вскоре после выписки из больницы, я почувствовала, как во мне произошел сдвиг. Я приняла то, что произошло, и действительно пыталась жить дальше. Сожаление все еще сохранялось в написанном — это никогда не изменится, — но я больше не ходила по дорожке воспоминаний.       В этом дневнике хранилась фотография Драко и Скорпиуса, и теперь я не заплакала, глядя на нее. Нет, если уж на то пошло, я чувствовала себя немного рассерженной. Я сделала себя несчастной, отказалась от многого, чтобы Драко мог быть со своим сыном, а он все еще ведет себя как эгоист. С тех пор как он вернулся на работу, он все больше и больше сближался со мной. Хотя я видела, что это происходит, у меня не было сил остановить это. Мое сердце, моя магия, сама моя душа помнили его, и я не могла просто оттолкнуть его.       Если бы это был не Драко.       И тут меня осенило — именно эти слова произнес Блейз.       Если бы это был не он.       Я продолжала читать, перебирая в памяти прошедший год, вспоминая, что чувствовала, когда решила рискнуть с Блейзом, перечитывая запись о первой встрече с Драко, о том, как я чуть не сошла с ума, когда Гарри сказал мне, что он возвращается на работу.       Прочитав последнюю запись, я закрыла глаза и позволила своему разуму расслабиться. Блейз помог мне выбраться из ямы, но в конечном итоге я сделала это сама. Я не сразу начала строить с ним отношения, и, оглядываясь назад, могу сказать, что это было бы легко. Он всегда был рядом, кроме тех случаев, когда я жила с Гарри и Панси.       Когда он все-таки дал понять о своих чувствах, я боролась с решением, начинать что-то или нет. Я знала, что все еще нахожусь на стадии заживления, но я также хотела стать лучше. Почему-то я приравнивала начало новых отношений к исправлению и в то время не понимала этого.       Но, честно говоря, к тому времени, как в августе я покинула дом Гарри и Панси, я уже почти пришла в себя. Я не вернулась в ту яму отчаяния, в которой жила с октября по апрель. Я задумалась о свиданиях задолго до того, как Блейз сказал мне, что я ему интересна. Я просто никогда не начинала действовать в этом направлении.       Я еще больше запутала себя.       К моему большому удивлению, я больше не могла видеть то будущее, которое когда-то представляла себе с Драко. Насколько я была глупа, что поверила в то, что он уйдет от Астории? Я представляла себе глупый сценарий с белокурыми детьми на платформе 9 ¾, счастливую жизнь, где мы были вместе. Теперь в моей памяти от этого не осталось и следа. Я не знала, пытается ли мой мозг защитить мое сердце или я действительно отстранилась от Драко, но я обнаружила, что плачу от потери.       А потом, прикрыв глаза, я увидела Блейза. Он стоял прямо передо мной — как он делал это годами — просто ждал меня. Всегда ждал, когда я догоню его.       Я не была уверена, что когда-нибудь смогу, но я хотела попробовать. Я хотела поговорить с Кингсли, не ввязываться в разборки с Малфоями и жить дальше.       В понедельник я так и сделаю. Я поговорю с министром и узнаю, какие для меня есть варианты.       Но пока…       Я упаковала дневники обратно в сундук, взяла свою сумку и не стала больше раздумывать.       Когда я шагнула в камин, мое сердце едва не заколотилось от волнения. Игнорирование Блейза не было решением проблемы. Я должна была все исправить, ведь он был прав в одном — мы были счастливы до того, как Драко вернулся в нашу жизнь.       И поскольку Драко никогда не станет для меня вариантом, пришло время создать новую картину, в которой ему не будет места.       

***

      Когда я вошла в квартиру Блейза, было темно.       Было только девять часов. Он никогда не ложился спать так рано.       Я ходила из комнаты в комнату, но его нигде не было. Пожевав губу, я решила позвонить ему и снова полезла в сумку. Когда я открыла мобильный, новых сообщений там не оказалось.       Прокрутив список контактов, я нажала кнопку «позвонить», когда было выбрано его имя. Гудки прозвучали три раза, а затем он ответил.       — Гермиона?       На заднем плане слышались музыка и смех. Звучало так, будто он был на вечеринке, и у меня свело живот.       — Где ты? — спросила я.       — Я гуляю с другом. Я не мог… я не хотел снова оставаться один на всю ночь.       Мое сердце сжалось, когда я подумала о том, что могут означать эти слова, особенно сказанные человеком с сексуальным прошлым Блейза.       — Я в твоей квартире, — тихо сказала я. — Я… вернусь к себе домой. Мне жаль. Было глупо с моей стороны предположить…       — Остановись, Тесоро. Я бы предпочел быть с тобой. Я не думаю, что мне стоит сейчас аппарировать, но если ты придешь за мной, мы сможем поговорить, — ответил он, его слова были немного более невнятными, чем обычно.       Он сидел где-то пьяный, и я отчетливо слышала женские голоса на заднем плане. У меня засосало под ложечкой, хотя я знала, что его действия могут быть совершенно невинными.       — С кем ты?       — Только что приехал в Фалмут. Я в ресторане Сары. Мы можем остаться здесь или сразу вернуться в мою квартиру, — сказал он нервно и разочарованно.       Сара.       Вспомнив, как она прикасалась к нему и переигрывала во время нашего первого свидания, я представила, как она наряжается, пытаясь убедить Блейза, что я не стою таких переживаний. Я только что прибежала к нему, желая извиниться и все исправить, а он был с ней. Неуверенность в себе, все еще присутствующая во мне с тех пор, как я была с Драко, всплыла на поверхность.       Меня никогда не будет достаточно.       — Мы можем просто поговорить завтра. Мне нужно идти…       — Гермиона, не надо! Пожалуйста, просто приди за мной. Это ничего не значит, — перебил он. — Клянусь тебе, я перестал пить почти час назад, чтобы успеть протрезветь и добраться до дома. Я не собирался выходить из себя.       Мысленно я видела Блейза на протяжении многих лет, на каждом приеме у него в руках была другая женщина. Все они были красивы — обычно безмозглые, но определенно красивые, — и я начала дрожать. Он мог разговорить любого, и я была уверена, что это не изменилось.       Но как только мы с Драко расстались, он был рядом со мной, когда я в нем нуждалась. Он сказал, что с тех пор у него больше никого не было. Это было почти два года назад.       Я хотела, чтобы все наладилось. Он просто проводил время с подругой, вероятно, рассказывая ей, какая я ужасно сварливая. Это ничем не отличалось от того, как я провожу время с Гарри или Роном, когда наступают трудные времена…       — Хорошо, — ответила я, хотя в животе у меня заныло. — Уже иду.       Услышав его вздох облегчения, я закрыла мобильный и убрала его в сумку. Я сосредоточилась на Фалмуте, на фасаде ресторана, и исчезла.       Как только я материализовалась, Блейз обнял меня, и аромат его одеколона тут же проник мне в ноздри. Он выскочил на улицу, чтобы встретить меня. Я ответила на его объятия, и он прошептал извинения в мои волосы, его губы то и дело останавливались, чтобы поцеловать мою голову. Его руки прошлись от поясницы до затылка, запутались в моих волосах и подняли мой подбородок вверх, чтобы наши глаза встретились.       — Мне так жаль, — сказал он, и его страдание было заметно. Я причинила ему большую боль за последние два дня.       Не желая говорить, что все в порядке — потому что то, как он вел себя, не было нормально, — я просто кивнула. Он посмотрел на мои губы, невербально спрашивая, можно ли меня поцеловать, и я приподнялась на цыпочки, чтобы встретить его. Одна его рука нежно обвилась вокруг моей шеи, а другая опустилась на спину, притягивая меня к своему телу.       Через минуту я разорвала поцелуй и подняла на него глаза.       — Позволь мне зайти и поздороваться. Не хочу быть грубой.       Он тяжело сглотнул и кивнул, жестом указывая мне дорогу. Переступив порог, я с удивлением увидела Мэл, дующуюся в бокал с вином, и Сару, сидящую рядом с ней и делающую то же самое. Сара была старше нас, а Мэл — значительно моложе. Единственной их связью, на мой взгляд, был Блейз.       — Ты был здесь с Мэл?       Он потер лицо руками.       — Был. Я… Она попросила меня пойти с ней.       Облегчение, которое я почувствовала, когда он поцеловал меня, тут же улетучилось.       — Ты рассказал ей обо всем?       — Мы вчера весь день провели вместе, Гермиона. Было совершенно очевидно, что я расстроен, — ответил Блейз. — Она позвонила мне сегодня и спросила, не хочу ли я поужинать и выпить. Я указал ей на это место…       — Это было свидание? — рыкнула я, и обе женщины подняли на меня глаза.       Боже, я говорила, как сварливая бабка.       Глаза Блейза расширились от шока.       — Конечно, нет! Я люблю тебя.       Посмотрев на Мэл, я попыталась понять, что она думает, но она лишь слабо улыбнулась.       — Я знаю, что вы вместе, Гермиона. Я бы не стала приглашать его на свидание. Я просто пыталась побыть хорошим другом.       У них никак не могло быть времени, чтобы поговорить об этом. Я аппарировала, а он уже был снаружи…       Подозрительная часть моего мозга говорила, что он не хотел, чтобы я видела Мэл, знал, что она была с ним в ресторане, где состоялось наше первое свидание.       — Хорошо, — сказала я, пообещав себе, что позже изучу все это более тщательно. — Я не знала, что ты здесь. Я просто хотела зайти и поздороваться с Сарой. Я подумала, что будет невежливо, если я этого не сделаю.       Они обе кивнули, вся ситуация была крайне неловкой.       — Привет, Гермиона. Рада снова тебя видеть, — сказала Сара, успокаивая меня.       — Да, и я тебя тоже, — неловко ответила я.       Рука Блейза обвилась вокруг моих плеч, и он сказал:       — Я скучал по тебе, Тесоро. Отвези меня домой.       Я чувствовала запах огневиски в его дыхании, и мне хотелось наброситься на Мэл и Сару за то, что они позволили ему довести себя до такого состояния. Когда он прислонился ко мне, я крепко обхватила его за талию.       — Ну, очевидно, что его нужно уложить в постель. Увидимся в понедельник, Мэл, — я посмотрела на нее, а затем на Сару. — До встречи.       Махнув нам рукой, она сказала:       — Позаботься о нем, Гермиона. Ты ему нужна.       Ее тон был менее дружелюбным, чем обычно, и я знала, что он, скорее всего, рассказал им о нашей ситуации. Она была зла на меня.       Когда мы начали уходить, Мэл поднялась и схватила меня за руку. Когда я встретилась с ней взглядом, она выпрямилась.       — Не делай ему больно. Он не заслуживает того, чтобы кто-то с ним так поступал.       Покачав головой, я ответила:       — Я не собираюсь делать ни того, ни другого, но я не понимаю, почему наши отношения тебя касаются.       — Это затрагивает больше людей, чем ты думаешь, — смело заявила она. — Все чувствуют напряжение в офисе с тех пор, как Драко вернулся на работу.       — Мэл, хватит, — прервал ее Блейз. — Я в порядке. Мы поссорились. Гермиона здесь не единственная, кто виноват.       Она пожала плечами.       — Я видела фотографии ее и Драко, как и ты. Теперь мне все понятно, как все между вами изменилось, когда он вернулся на работу, — она продолжила, глядя мне в глаза: — Просто интересно, как вы с Драко смотрите друг на друга, когда думаете, что никто не смотрит. Мне даже почти кажется, что между вами было что-то большее, чем дружба, до его несчастного случая…       Ее голос прервался, и я увидела искру в ее глазах. Скорее всего, она этого так не оставит.       — У Драко, Блейза и меня сложное прошлое. Тебе нужно это отпустить.       Прежде чем она успела ответить, Блейз сказал:       — Пойдем домой, Тесоро.       Обняв Блейза, я повернулась к двери. Он был тяжелым, но я удержала его. Когда мы вышли на улицу, я тут же закрутилась на месте, исчезая.       Через несколько секунд мы приземлились в его гостиной, и он прижался губами к моим. Я застонала и ответила на поцелуй, когда он прижал меня к стене и склонился надо мной. Я все еще злилась, все еще ревновала, но я хотела поцеловать его. Мне нужно было поцеловать его.       Мне казалось, что весь мир вокруг меня рушится, и Блейз был моей опорой вот уже несколько месяцев. Всякий раз, когда я была расстроена, я теряла себя в нем, хотя и знала, что это неправильно.       Разорвав поцелуй, я подняла на него глаза.       — Ты пьян. Мы не должны… Нам нужно поговорить, прежде чем мы ляжем в постель.       Моя голова ударилась о стену, когда его губы переместились к моей шее, искушая меня передумать.       — Я знаю тебя, Гермиона, — пробормотал он. — Ты хочешь похоронить все свои чувства с помощью секса. Ты хочешь хотя бы ненадолго забыть обо всем, что не так.       Глубоко вдохнув, я сказала:       — Ты прав. Ты абсолютно прав. Но мы не можем продолжать в том же духе, — я прижала руки к его груди. — Давай просто… Мы должны поспать и поговорить уже утром.       — Ты уверена?       Я кивнула. Как бы мне ни хотелось отключить свой мозг, я должна была перестать избегать своих проблем.       Блейз неохотно отступил и пошел в сторону ванной, не продолжая разговор. Я осталась на месте, опираясь на стену, пока я думала о том, как он пошел на свидание с Мэл.       Но Сара тоже была там — возможно, я была слишком подозрительна.       Блейз не вернулся, и я проследила за его шагами, пройдя в спальню. Я услышала, как зашумел душ, и открыла дверь в ванную. Когда я заглянула, то увидела, что он прислонился к стене, уткнувшись лицом в предплечья. Тихо раздевшись догола, я вошла в душ и обхватила его сзади руками.       — Мне так жаль, Гермиона, — сказал он, его невнятные слова еще больше заглушала рука. — Я так облажался за последние два дня.       — Ты не единственный, — ответила я. — Мне не следовало соглашаться работать с ним так близко. Если бы я держала дистанцию…       — Он бы все равно хотел тебя. Это не имеет никакого значения, — отрезал он, повернувшись в моих объятиях. Его спина прижалась к плитке, а подбородок наклонился вниз, его глаза встретились с моими. — Он всегда будет хотеть тебя, и я был глупцом, надеясь на обратное.       Я тяжело сглотнула.       — Когда это дело закончится, я думаю, что сменю отдел. Быть рядом с ним каждый день… это слишком.       На его лице отразился шок, но он ничего не сказал. Пытаясь подобрать слова, я просто смотрела на него, надеясь, что он понимает, что я делаю это ради нас. В комнате не было слышно ни звука, только вода ударялась о кафель и нашу кожу, прежде чем стечь в слив.       Он не ожидал, что я выберу его, что я предпочту наши отношения дружбе с Драко. Это было ясно. Хотя я не говорила ему прямо о своих чувствах к нему, я думала, что он знает, как сильно он мне дорог.       Однако, судя по тому, как он сейчас выглядел, это было не так. Ему нужно было услышать, как я это говорю. Он не собирался верить, что это правда, пока я этого не сделаю, и я чувствовала, что теряю его, особенно когда думала о том, как Мэл говорила со мной сегодня вечером и как она смотрела на него.       Наконец, я сдалась, и слова поспешно покинули мой рот.       — Я люблю тебя, Блейз. Я хочу, чтобы у нас все получилось. Я не хочу возвращаться к тому, какой я была раньше…       Заставив меня замолчать поцелуем, он притянул меня к своему обнаженному телу.       — Я тоже тебя люблю, — ответил он, задыхаясь. — Боги, я так сильно тебя люблю. Я скучал по тебе.       — Я тоже скучала по тебе.       Его руки опустились ниже и сжали мои ягодицы, проверяя мою решимость. Я снова прижала ладони к его груди, отталкиваясь.       — Блейз…       — Я знаю — не сегодня, — сказал он. — Я пьян, но я понял. Не буду давить.       Я кивнула.       — Хорошо. Тогда давай затащим тебя в постель.       После того как мы обтерлись полотенцем, Блейз устроился на своей половине кровати. Я села рядом и сказала:       — Сейчас вернусь. Хочу отключить свой мобильный и принести тебе маггловский аспирин. Он понадобится тебе утром.       Его веки наконец закрылись, и я вышла на кухню, наполняя стакан водой и думая о сцене в ресторане Сары. Теперь, когда он не прижимался ко мне, я видела все немного яснее, чем раньше.       То, как прозвучал голос Мэл, когда она сказала:       — Мне даже почти кажется, что между вами было что-то большее, чем дружба, до его несчастного случая…       Как много Блейз им рассказал? Я могу понять, что он жаловался на настоящее, но рассказывал ли он им о прошлом? Или она просто намекала на это, чтобы задеть меня и вбить клин между нами?       Рассказала бы она Драко, если бы узнала всю правду?       Честно говоря, я надеялась, что Блейз не был настолько глуп, ведь мы никогда никому не рассказывали о том, что произошло на самом деле, и на то были веские причины.       А если бы он рассказал Мэл и Саре, он бы разрушил мое доверие к нему, и я не думаю, что наши отношения переживут это.       Стоя в дверях спальни, я смотрела на его спящую фигуру, держа стакан с водой и пузырек аспирина в руке. Блейз был моим лучшим другом уже много лет, а моим парнем — шесть месяцев. Переход был таким легким и правильным, что я ни о чем не задумывалась.       Конечно, сначала я немного колебалась, но списала это на страх, ведь это были мои первые отношения после Драко.       А теперь, возможно, потому что я прочитала все дневники раньше, я начала видеть сходство между Драко и Блейзом, которого не замечала раньше. Они оба были ревнивцами и собственниками, всегда хотели пометить свою территорию перед другими, если не подобрать лучшего сравнения. Вчера вечером и сегодня Блейз умолял меня простить его, вернуться, как это делал Драко каждый раз, когда я пыталась разорвать отношения.       Блейз встретил меня возле ресторана, вдали от посторонних, как это всегда делал Драко. На самом деле, если подумать, я никогда не проводила время с семьей или друзьями Блейза. Ни разу за шесть месяцев. Мы всегда были с моими друзьями — Гарри и Панси, Луной и Роном, другими Уизли и их супругами, Ханной и Невиллом.       По мере того, как осознание за осознанием приходило ко мне, я понимала, что не смогу уснуть.       Неужели я просто заменила Драко на Блейза?       А может, я вовсе не изменилась?