Память о тебе

      Четверг прошел в тумане, наполненный неловкими разговорами с Блейзом и работой, которую нужно было сделать в отсутствие Драко. Мэл и Блейз так ничего и не нашли в Фалмуте, поэтому я отправила их к Гарри. Поскольку отношения между нами тремя были настолько напряженными, мне хотелось, чтобы решения принимал кто-то незаинтересованный.       Перед тем, как я ушла, Блейзу удалось загнать меня в угол.       — Что происходит, Гермиона? — спросил он. — Неужели это все? Одно путешествие по воспоминаниям, и между нами все кончено?       Я покачала головой.       — Я же сказала тебе. Мне нужно время, чтобы все обдумать, Блейз. У меня есть вопросы…       — И как на них можно ответить, если ты не разговариваешь со мной?       — Мы можем просто… Мне нужно время до субботы, — выдавила я, стараясь держать себя в руках.       Он прищурил глаза, глядя на меня.       — Ты понимаешь, что это уже третья неделя подряд, когда ты затыкаешь меня?       Подумав, я поняла, что он прав. Первый раз это произошло, когда он расстроился из-за моей работы с Драко, второй — после публикации фотографий в «Ежедневном пророке».       — Мне жаль, что так получилось, — тихо сказала я. — Это нелегко для меня.       Его разочарование было почти осязаемым.       — Мне тоже нелегко. Но, как всегда, ты, похоже, этого не понимаешь, — отстранившись, он развернулся к двери. — Думаешь, я просто буду ждать, пока ты решишь, стоит ли держать меня рядом, раз Драко знает твои маленькие грязные секреты?       — Это нечестно, Блейз!       — О, а держать меня в неведении о том, что ты чувствуешь, это как? — ответил он. — Ты обещала, что не будешь этого делать, и вот сейчас ты убегаешь, потому что он вернулся, чтобы вновь превратить твою жизнь в дерьмо!       — Что я обещала? — спросила я, не понимая, о чем он говорит.       Блейз издал смешок, который звучал скорее саркастически, чем как-либо еще.       — Забудь об этом. Думаю, ты пришлешь мне сову или смс, когда будешь готова по-настоящему меня поиметь.       Прежде чем я успела ответить, он ушел, направляясь к дверям отдела и лифтам. Когда я выглянула из своего кабинета, то увидела, что другие сотрудники отдела смотрят на меня с раскрытыми ртами. Мои щеки вспыхнули от смущения, и я начала собирать свою сумку. Я была в ярости от того, что он устроил сцену прямо в офисе.       Чувствуя, что слезы вот-вот угрожают пролиться, я с трудом подавила свои эмоции. Когда все необходимое было уложено в сумку, я вышла из кабинета и заперла дверь. Дверь в кабинет Гарри была закрыта, и я решила, что он уже отправился домой.       Я спустилась на лифте в атриум и, когда шла к камину, услышала, что меня зовут по имени. Повернувшись, я увидела Кингсли, который направлялся ко мне.       — У меня не было возможности отправить тебе записку, но то, что мы обсуждали в понедельник… все готово, если ты все еще хочешь. Подумай об этом на выходных, Гермиона, — тихо сказал он. — Дай мне знать, если тебе понадобится это обсудить.       — Спасибо, — ответила я. — Обязательно дам знать до вторника.       — Хорошего вечера. Я тоже уже ухожу.       Стоя перед камином, я раздумывала, куда пойти. Я знала, что площадь Гриммо всегда открыта для меня, но не хотела полностью полагаться на Гарри и Панси. Я осталась там прошлой ночью и приходила каждый раз, когда с Блейзом что-то шло не так.       Мне нужно научиться разбираться в себе и справляться с этой неразберихой самостоятельно.       Зная, что в моем доме нет еды, я решила пойти в «Дырявый котел», молясь, чтобы Драко не сидел в баре.       

***

      Когда Ханна увидела меня, ее глаза почти комично расширились.       — Он здесь? — спросила я.       Она кивнула.       — В своей комнате.       — Надеюсь, он там и останется. Ты можешь упаковать мне пару порций еды? Что-нибудь на сегодня и завтрашний вечер?       — Конечно, — ответила Ханна. — Что насчет завтрака? У нас есть немного выпечки.       — Звучит отлично. Я только заскочу во «Флориш и Блоттс». Мне нужно кое-что взять. Вернусь через минут пятнадцать, — сказала я ей, и она в ответ помахала мне рукой.       Как только я оказалась в книжном магазине, мне стало легче дышать, зная, что Драко нет в том же здании. Я подошла к полке с пустыми блокнотами и выбрала два. У меня было чувство, что они мне понадобятся, и Пенелопа, скорее всего, посоветует мне снова начать все записывать. И съеденную еду, и мысли.       Вернувшись в «Дырявый котел», я взяла еду и ушла, направившись домой. Омут памяти и сундук с воспоминаниями Драко все еще лежали на моем столе, вместе со всеми остальными вещами, что я убрала, чтобы добраться до воспоминаний. Решив, что они мне еще понадобятся, я просто спрятала случайные предметы и письма. Мои пальцы пробежались по краям коробочки «Картье», и я открыла ее, посмотрев на бриллиант.       По какой-то случайности я взяла фигурку дракона и поставила ее на место рядом с выдрой на каминной полке. Я пристально уставилась на них, не зная, правильно ли это — оставлять их так или нет. Поскольку все вещи Драко были убраны из большей части дома, я решила, что дракон может остаться. Иначе я бы все равно постоянно доставала его из сундука.       Или так я себе говорила.       

***

      На следующее утро в глубине души я ожидала, что Блейз ворвется в мой кабинет и потребует, чтобы я с ним поговорила. Когда он этого не сделал, я ощутила облегчение.       А потом я почувствовала себя последним куском дерьма из-за облегчения от того, что он не разговаривает со мной.       За исключением обеда с Гарри, я на весь день сосредоточилась на работе. Я все еще замечала, что Драко не заходил в офис, но старалась не думать об этом, не задаваться вопросом, вернется ли он когда-нибудь обратно.       Не успела я оглянуться, как наступило пять часов вечера, и я поняла, что должна вернуться домой, чтобы начать готовиться к очередному просмотру воспоминаний о сексуальных похождениях Драко и Гермионы, но на этот раз в моем кабинете.       Даже мысль об этом заставляла мое сердце колотиться от предвкушения и паники. Я не знала, в каком настроении будет Драко, и понятия не имела, буду ли я возбуждена или расстроена, или и то, и другое сразу.       Я просто понимала, что именно я должна показать ему, что между нами произошло. Я бы не дала никому другому доступ к этим воспоминаниям. Они были личными, разделенными только между мной и Драко, а мне не хотелось делиться ни с кем посторонним.       Я поспешила через Министерство, желая попасть домой с достаточным запасом времени, чтобы переодеться. Переступив порог своего дома, я тут же бросилась вверх по лестнице, вошла в свою спальню и начала наугад вытаскивать одежду. Втиснувшись в джинсы и натянув через голову черный жилет, я посмотрелась в зеркало. Мои волосы были собраны сзади, и я распустила их, расчесывая пальцами локоны, пока они не стали выглядеть как обычно.       Как только я оказалась в гостиной, то села за стол, чтобы подождать. Я не желала мешкать, когда он ступит через камин, мне хотелось держать в тайне беспокойство, которое испытывала по поводу второй встречи. Хотя я уже сказала ему, что он сделал меня слабой, мне не хотелось, чтобы он увидел, что это все еще правда.       Через несколько минут Драко вышел из-за каминной решетки, и я поняла, что он в плохом настроении. Его взгляд упал на меня и тут же прищурился.       — Ненавижу ожидание просмотра собственной жизни, Грейнджер, — сказал он вместо приветствия. — Хочу покончить с этим дерьмом побыстрее.       — По одному воспоминанию за раз, как сказал целитель, — терпеливо ответила я ему, не обращая внимания на то, как он со мной разговаривал. Я не хотела с ним спорить. — Так что мы будем просматривать по одному воспоминанию за раз. Ты не можешь занимать все мои вечера, Малфой.       Это были не подходящие в данный момент слова.       — О, я знаю, — огрызнулся он. — Тебе нужно проводить время с Забини.       Честно говоря, я не думала о Блейзе с тех пор, как вошла в свой дом, но не собиралась в этом признаваться. Было ясно, что он пытается затеять ссору, но мне этого совсем не хотелось.       — Так что мы увидим сегодня вечером, Грейнджер? — спросил он, его тон был жестким. — Собираешься показать мне мой медовый месяц? Или…       — Прекрати, — прервала его. — Я понимаю, что ты злишься на меня, но мне нужно, чтобы ты перестал быть последним куском дерьма. Мы пройдемся по воспоминаниям, которые выберу я, и ты увидишь мою точку зрения. Потом я передам все тебе, и ты сможешь пройти через это в своем собственном темпе, если целитель сочтет это нормальным.       Он насмехался, а я уже была вне себя от раздражения. Его черты лица были хмурыми, а вокруг глаз залегли темные круги, что говорило о том, что он плохо спал. Мне было интересно, видел ли он Скорпиуса, говорил ли он с Асторией или своими родителями?       Но я не спрашивала. Вместо этого я придерживалась плана.       — Сначала надо немного прояснить ситуацию, — сказала я ему. — Ты вернулся на работу примерно через месяц после свадьбы. Я изо всех сил старалась избегать тебя…       — Как в этот раз, — заявил он.       — Да, как в этот раз. Только вот, похоже, что, несмотря ни на что, мы постоянно возвращаемся к старому.       И я имела в виду то, что сказала, — с первой нашей ночи, каждый раз, когда мы оказывались рядом, все начиналось сначала. Чувства, влечение, ревность.       Он жестом попросил меня продолжать.       — Ты был неумолим, Драко. Ты находился в моем кабинете почти каждый день, не раз ходил за мной на обед и обязательно подходил ко мне, когда видел одну, независимо от того, где мы находились, — объяснила я. — И я вспомнила все с той ночи, как это было напряженно, как чувствовала связь с тобой, которую никогда в своей жизни раньше ни с кем не чувствовала, — я сделала глубокий вдох. — Но ты был женат на Астории. Я пыталась жить дальше — забыть, — но ты всегда находился рядом.       Он огрызнулся:       — Значит, ты полностью избавилась от меня во второй раз.       — Это не имеет ничего общего с тем, что было в начале, но да. Я предполагала, что все повторится! — мой голос прозвучал громче, чем я хотела, но он был таким засранцем! — Я не хотела постоянно проходить через это.       Я чувствовала, как слезы уже скапливаются в уголках моих глаз, пока я смотрела на него. Он сел за мой стол, положил локти на него и закрыл лицо руками.       — Хорошо. Как скажешь, Грейнджер. Так что случилось, когда я вернулся на работу?       — Неделю я не могла сосредоточиться на делах, потому что ты всегда был рядом. Ты оставил меня в покое примерно на неделю, когда вернулся, а потом все началось сначала. Через пару недель я решила пойти в офис на выходных, чтобы наверстать упущенное. Я так много времени проводила, избегая тебя, что сильно отстала от прежнего темпа. И все шло хорошо, пока однажды в субботу ты тоже не пришел, — сказала я.       — Там был кто-то еще? — спросил Драко.       Я покачала головой.       — Нет. Мы весь день были одни в офисе, и в конце концов ты попросил меня о помощи. Я хотела отказаться, но не смогла, — потерев переносицу, я призналась: — К тому моменту ты уже практически сломал меня. Я хотела проводить с тобой время. Я была одинока и слаба.       Посмотрев на меня, он сказал:       — Слаба?       — Как я тебе и говорила, ты делаешь меня слабой. Я знала, что это неправильно и что наша совместная работа приведет к еще большей боли или к чему-нибудь похуже, но я все равно согласилась, — ответила я. — Но я не думала, что это произойдет так быстро, и уж точно не в тот день.       — В ту первую субботу?       Я кивнула.       — В ту самую первую субботу. Твой день рождения в 2004 году. Это то, что я собираюсь тебе сейчас показать.       Поднеся палочку к виску, я изъяла воспоминание, серебристые пряди легко вылетели наружу, как будто они не были зарыты так глубоко. Я положила их в омут памяти, и на нем тут же отобразился мой кабинет. Не дожидаясь Драко, я прикоснулась пальцем к поверхности и исчезла в вихре памяти.       Мгновение спустя он тоже исчез. Он огляделся, осматривая окружающую обстановку. Мой кабинет не сильно изменился за последние три года, и я была уверена, что он это отметил.       Гермиона сидела за столом, выглядя изможденной и напряженной, и яростно заполняла формуляр, выданный Министерством. Когда ее перо перестало двигаться, она вздохнула. Ее осанка выпрямилась, и она потянулась, выпятив грудь.       Я не пропустила то, как Драко смотрел на нее. Он ненавидел ее — меня — не в прошлом, а в настоящем. Он не смотрел на меня с желанием с тех пор, как узнал об Обливиэйте.       Она освободила волосы из пучка на макушке, и локоны рассыпались по лицу и плечам. Я заметила, что ее волосы были все еще немного влажными, когда она провела по ним пальцами, заправила их за уши и потянулась за другой формой — еще одной просьбой об информации или помощи по какому-то делу.       Минуту спустя Драко из воспоминания постучал в дверь. Когда Гермиона подняла голову, я увидела, что на ее лице отобразились противоречивые чувства. Поэтому она быстро отвернулась.       — Малфой. Чем могу помочь?       Драко из воспоминания шагнул в дверь и занял место перед ее столом, но промолчал. В конце концов, она подняла глаза, выходя из ступора.       — Как прошло свидание? — спросил он, как только завладел ее вниманием.       — Какое свидание?       Закатив глаза, Драко пояснил:       — Я слышал, как ты разговаривала с Поттером. Ты сказала, что вчера вечером у тебя было свидание с каким-то придурком из «Магических игр и спорта». Все еще препочитаешь посредственных игроков в квиддич?       Гермиона сверкнула на него глазами.       — Я не собираюсь обсуждать это с тобой. Убирайся из моего кабинета, — она сделала паузу. — Или, что еще лучше, иди домой к своей жене.       — Успокойся. Я здесь, чтобы поработать. Мне просто хотелось тебя немного взбудоражить. Но мне нужна твоя помощь…       — Ни в коем случае, — огрызнулась Гермиона. — Не хочу иметь с тобой ничего общего.       Его лицо опустилось, и она снова отвернулась.       Драко из настоящего повернулся ко мне.       — Это всегда было твоей отличительной чертой. Ты слишком прозрачная.       — В каком смысле? — спросила я, взмахнув рукой и приостановив воспоминание.       Он жестом указал на Гермиону.       — В этом. Ты отворачиваешься, как будто злишься, но очевидно, что для тебя это, по сути, флирт. Ты делала то же самое с Уизли, когда мы были подростками.       — Я так не делала!       — Делала, — констатировал он. — К счастью, ты не забрала у меня эти воспоминания, поэтому я могу ясно видеть все твои любовные хитрости.       Прищурив глаза, я ответила:       — Кто бы мог подумать, что ты так внимательно следишь за мной, Малфой?       Конечно, как только эти слова слетели с моих губ, я почувствовала себя самой большой сукой на планете. Он сказал мне, что втайне все время обращал на меня внимание. Мой желудок сделал кульбит, а мои собственные воспоминания захлестнули мой мозг. Вместо того чтобы продолжать разговор, я снова махнула рукой. — Пойдем, Грейнджер, — сказал Драко из воспоминания, его голос был низким и сексуальным, пытаясь привлечь ее к себе. — Мне нужна помощь в исследовании новых следящих заклинаний для информаторов. Мы бы не хотели, чтобы кто-то полезный Аврорату пропал.       Гермиона не сразу подняла глаза, но я вспомнила, как она боролась с желанием немедленно сказать «да». То, над чем он работал, было очень важно, и она хотела помочь. И хотела провести с ним весь день, подкидывая друг другу идеи. И ей хотелось, чтобы он лишил ее выбора, просто снова поцеловал, сорвал одежду…       Но она знала, что он этого не сделает. Он не прикоснется к ней, пока она не даст ему четкое «да».       — Я действительно думаю, что это неуместно, — пробормотала она. — Мы не должны… мы не можем работать вместе.       Я услышала насмешку и поняла, что она исходила не от этого Драко.       — Неуместно. Опять это слово. Должно быть, тебе это действительно нравится, Грейнджер.       То, как Драко произнес «Грейнджер», теперь было совсем другим. Он ничуть не походил на Драко из воспоминания.        Драко из воспоминания вздохнул.       — Мы можем работать вместе. Я знаю, что ты не хочешь повторения того, что произошло в апреле. И я не собираюсь продолжать преследовать тебя. Месяц отказов чертовски ясно дал мне все понять.       Склонив голову, Гермиона сканировала его лицо, пытаясь понять, искренен ли он. Я вспомнила, как мне было больно, как мне хотелось, чтобы он продолжал преследовать меня. Я помнила, как близка была к тому, чтобы сломаться, сдаться, когда он решил, что с него хватит.       — Хорошо, — тихо сказала Гермиона. — Мы можем попробовать, если только ты обещаешь не превратить это в еще один способ соблазнить меня.       С улыбкой на лице Драко достал из карманов книги. Древние книги из Малфой-мэнора, содержащие непонятные заклинания слежения.       — Я уверен, что твои трусики стали мокрыми, когда ты увидела их, — проворчал Драко из настоящего. — Ты непредсказуема, когда дело доходит до таких вещей.       Я посмотрела на него.       — Отвали, Малфой. Серьезно, почему ты не можешь просто заткнуться и смотреть?       — Мне напомнить тебе, что я здесь только потому, что мне нужен кто-то, кто пройдет через воспоминания вместе со мной? Я не хочу быть здесь. Я не хочу быть рядом с тобой. Ты лживая сука, и мне невыносимо даже смотреть на тебя.       Сглотнув боль, я промолчала, позволяя ему извергать любую язвительность. Я не ожидала, что он будет таким, но за прошедший день что-то явно задело его. Но это не имело значения. В конце концов, он поймет. Он увидит, как эти отношения разрушали нас обоих.       Драко из воспоминания передал Гермионе книгу, и они оба начали читать, тишина между ними стала комфортной.       — Может, перейдем к сути, Грейнджер? — сказал нынешний Драко. — У меня есть дела поважнее, чем смотреть, как мы читаем.       Я жестом указала на часы.       — Для них сейчас около 10 утра. Я отмотаю вперед.       Ускоряя темп, я остановилась на почти пяти часах вечера.       Драко встал со своего места в третий раз за этот день, потянулся и усмехнулся.       — Мы так много сегодня сделали. Я в полнейшем восторге.       Гермиона улыбнулась ему в ответ и согласилась:       — Мы действительно проделали большую работу.       — Мы хорошая команда. А ты знаешь, что делают хорошие товарищи по команде?       Когда она закатила глаза, на ее щеках появился румянец.       — Что, по-твоему, делают хорошие товарищи по команде, Малфой?       — Они ужинают вместе, продолжая работать. Давай я закажу для нас что-нибудь. Это ведь мой день рождения, в конце концов.       — Какого хрена ты работаешь в свой день рождения? — недоверчиво спросила Гермиона. — Ты должен праздновать!        Драко из воспоминания пожал плечами.       — Это было веселее, чем обычное празднование дня рождения среди чистокровных.       — Но как же Блейз, Гарри и все остальные? Они устроили тебе мальчишник!       — У Поттера скоро появится ребенок, и я уверен, что Блейз занят другим… делом. Мне было приятно провести день, работая с тобой. Мы многое успели сделать, так что на следующей неделе я не буду торопиться, — ответил Драко. — Так что давай поужинаем перед уходом. Можем даже здесь.       Гермиона закусила губу, внутренне размышляя, чем привлекла внимание обоих Драко.       — Да ладно. Это всего лишь ужин в твоем кабинете, Грейнджер.       — Ужин, а потом я сразу пойду домой. Одна, — уступила она, когда его серебряные глаза сфокусировались на ней, тем самым завершая сделку.       Ухмыляясь, Драко вышел из кабинета, а Гермиона вздохнула, глядя ему вслед.       Я снова ускорила события, пропустив момент его возвращения. Я не хотела разговаривать с Драко, если можно было этого избежать.       Когда Драко из воспоминания вернулся в комнату, в руках у него была бутылка огневиски.       — Ни за что, Малфой. Убери это отсюда, — выругалась Гермиона из воспоминания. — Зачем она тебе вообще на работе?       — Мы с Блейзом обычно выпивали по рюмке, когда раскрывали дело, — ответил он, пожимая плечами. — Мне просто хочется выпить немного за ужином. В честь моего дня рождения.       Встав, она скрестила руки на груди.       — Ты избалованный болван. С чего ты взял, что я позволю тебе пить здесь только потому, что у тебя день рождения?       Драко из воспоминания поставил бутылку и их пакет с едой на стол. Ухмыляясь, он окинул взглядом Гермиону с головы до ног, заставив ее покраснеть.       — Ты находишь меня очаровательным. Сегодня ты тоже получила удовольствие. Я знаю, что ты не признаешься в этом, и это прекрасно. Продолжай играть.       — Малфой…        Он покачал головой.       — Я больше ничего не скажу. Просто добавлю, что уже давно не видел, чтобы ты улыбалась так, как сегодня, Грейнджер. Тебе нравится спорить и подшучивать надо мной. Это не имеет ничего общего с сексом.       Потянувшись за пакетом с едой, она ответила:       — Ладно. Могу признать, что мне нравится, когда кто-то может идти в ногу со мной.       Драко улыбнулся и наколдовал два стакана, налив в каждый щедрое количество огневиски. Пока она распаковывала еду, он поставил один из них на ее сторону стола.       — Всего лишь ужин и стакан виски, — сказала она. — А потом мы отправимся домой. По отдельности.       — Это будет не просто ужин, — сказал нынешний Драко, глядя Гермиону из воспоминания. — Я… я был… Он соблазняет ее.       — И это работает, — признала я. — Мы выпьем не один стакан, и это не закончится ужином.       Драко посмотрел на меня.       — Это все перетечет в секс?       Я покачала головой.       — Не все, но я бы солгала, если бы сказала, что это не повлияло на наши грядущие отношения. Мы занимались сексом при любой возможности.       Мы наблюдали, как они ужинали, разговаривали о рабочей неделе и об их общих друзьях. Особенно о Блейзе.       — Он такой развратник, — рассмеялся Драко, держа в руке второй стакан огневиски. — Тебе лучше поберечься, Грейнджер. Не успеешь оглянуться, как он попытается залезть тебе в трусики.       — Я и забыла эту часть, — сказала я вслух.       — Забавно. Я тоже, — отшутился Драко.       — Мы с Блейзом едва ли перекидывались десятком слов за раз. Я действительно не в его вкусе, — ответила Гермиона, проводя пальцами по своим кудрям.       — Да, а сиськи-то у тебя вроде как настоящие, — проворчал Драко. — И у тебя действительно есть мозг.       Наблюдая за тем, как мы смеемся над предыдущими завоеваниями Блейза, я чувствовала себя больной. Это подтвердило то, что мы видели в среду в «Дырявом котле», то, как он говорил о Саре, словно она была просто очередной из огромного списка.       Гермиона наклонилась вперед и прошептала:       — Полагаю, ты уже знаешь, что они настоящие.       Первый стакан огневиски был выпит, и она наливала второй.       — Наверное, да, — ответил Драко. — Хотя я всегда готов проверить еще раз, если это нужно.       Она бросила в него скомканную салфетку.       — Свинья. Ты женат.       Он пожал плечами.       — Наверное, да, хотя моя жена отсутствовала всю неделю.       Они оба продолжали пить, и Гермиона больше не задавала никаких вопросов об Астории.       — Ты действительно тогда ходила на свидание? — спросил Драко.       Она вздохнула.       — Да. Это было ужасно скучно. Он даже не притворялся, что ему интересно то, что я хочу сказать.       Челюсти Драко из воспоминания сжались, и я посмотрела на Драко из настоящего. Его лицо было нечитаемым, никаких явных эмоций. Я не была уверена, закрылся ли он ментальными щитами или ему просто было уже все равно.       — Ты…       Гермиона подняла руку.       — Не спрашивай. Тебе не позволено спрашивать об этом, Малфой.       На ее слова Драко отвернулся.       — Я знаю, просто… не хочу, чтобы ты пострадала.       — Я вполне способна позаботиться о себе. Со мной все будет в порядке.       Он резко кивнул в ответ и продолжил разговор.       — Есть планы на завтра?       Покручивая огневиски в своем стакане, Гермиона пожала плечами.       — Наверное, проваляюсь дома, как и всегда… — она подняла стакан и немного отпила из него, — а потом мне нужно будет сходить за покупками и все такое.       Тут Драко прервал ее.       — Остановись на секунду, — я снова сделала паузу в воспоминаниях. — С кем ты была на свидании?       Фыркнув, я ответила:       — Роджер Дэвис. Когтевран. На несколько лет младше нас.       — Тот самый, который пригласил вейлу на Святочный бал?       — Тот самый.       — И вы…       — Мой ответ тот же, Малфой. Ты не имеешь права спрашивать об этом, — ответила я. — К тому же это было много лет назад.       Его глаза просканировали меня, ища подсказки. Я убедилась, что мое лицо безучастно, и запустила воспоминание.       — Звучит скучно, — сказал Драко из воспоминания.       — А что насчет тебя? Чем займешься в поместье?       В голосе Гермионы сквозило презрение, и я представила себе, что прозвучала бы точно так же, если бы заговорила об этом месте сейчас. Возможно, сейчас я ненавижу его больше, чем тогда.       — Ничем. Думаю, мне нужно поискать дом. Мне не нравится возвращаться в поместье.       Гермиона кивнула, осушив последний стакан.       — Что ж, было приятно пообщаться, но мне пора.       Я смотрела, зная, что будет дальше. Драко тоже опустошил свой бокал, а затем встал. Но он не пошел к двери. Вместо этого он обогнул стол, развернул ее стул, обхватив руками и положив ладони на стол.       — Ты сводишь меня с ума, Грейнджер, — сказал он, его лицо находилось всего в нескольких сантиметрах от ее лица. — Я так сильно хочу тебя, что мне становится больно.       Она подняла на него глаза, на мгновение застыв. Он не двигался и ничего не говорил, но она чувствовала его дыхание на своих губах, его желание, волнами исходящее от него.       — Я не могу перестать думать о той ночи, — призналась Гермиона, ее голос стал мягче, чем обычно.       Глаза Драко переместились на ее губы, и было очевидно, что он борется сам с собой.       Приняв решение, Гермиона подалась вперед и прижалась губами к его губам. Он застонал ей в рот, и его руки переместились на ее запястья, помогая ей встать. Кресло было отодвинуто с дороги, а дверь захлопнулась по взмаху руки Драко.       Как только послышался щелчок замка, Гермиона начала расстегивать пуговицы на его рубашке дрожащими пальцами. Руки Драко переместились к ее ягодицам, приподняли ее и усадили на поверхность стола. Его пальцы запутались в ее волосах, оттягивая голову назад, а губы двинулись вниз по ее шее. Резко вдохнув, он снова застонал.       — Ты так чертовски хорошо пахнешь. Я вспомнил об этом… как умирал от желания прижаться носом к твоей шее с тех пор, как вернулся.       Его рубашка была расстегнута, только одна пуговица в самом низу удерживала ее, а руки Гермионы блуждали по его спине, впиваясь ногтями в кожу, словно она хотела удержать его при себе навечно.       — Нам не обязательно смотреть на это, — сказала я, мое лицо покраснело. — И так понятно, что произойдет…       Драко приподнял бровь.       — Тебе не нравится шоу?       — Нет, просто… Я знаю, что ты не хочешь быть здесь.       Я оглянулась на наши прошлые версии. Молния, идущая вдоль позвоночника Гермионы, была расстегнута, и они неистово ласкали друг друга.       Через мгновение Драко из настоящего заговорил.       — Мы будем наблюдать за каждой секундой. Если ты не хочешь видеть, как мы трахаемся, ты можешь выбрать другие воспоминания для презентации.       Кивнув, я сглотнула вязкий комок в горле, прежде чем переключить внимание на воспоминание, разворачивающиеся вокруг нас.       Гермиона соскользнула со стола, сняла с себя платье и позволила ему упасть на пол, пока она затягивала ремень Драко из воспоминания. Его рубашка уже исчезла, брошенная на стул, а его руки пробрались по ее спине, чтобы расстегнуть лифчик.       Когда ее грудь оказалась на свободе, Драко из настоящего резко вдохнул, пораженный разыгравшейся перед ним сценой. Он смотрел, как его прошлая версия целовала ее соски, прижимая ее спиной к столу.       Брюки Драко из воспоминания собрались вокруг его лодыжек и застряли на ботинках. Гермиона хныкала и выгибалась в такт его прикосновениям. Одна из его рук гладила ее трусики, лиловый шелк потемнел от ее возбуждения.       — Я затрахаю тебя, — шептал он, касаясь ее кожи. — Я хотел этого каждый чертов день.       Она застонала, ее рука проникла через его трусы и погладила член. А потом ее трусики упали на пол, и Драко из воспоминания перевернул ее, прижав к столу.       Он целовал основание ее шеи, его губы прошлись по ее позвоночнику. Одна его рука прижалась к ее спине, успокаивая ее, а другая пробиралась между ее ног, поглаживая клитор.       — Ты, блядь, вся мокрая, — его пальцы скользнули внутрь нее, и она вскрикнула. — Скажи мне, что это все для меня. Скажи мне, что ты хотела этого с тех пор, как я оказался в тебе в тот день.       — Это все для тебя, — прерывисто вздохнула Гермиона. — Я хотела, чтобы ты прикоснулся ко мне, с первого дня твоего возвращения.       Я посмотрела на настоящего Драко, и он нахмурился. Тем временем мои трусики намокли от того, что я наблюдала за нами вместе.       — Ты должна была сказать мне, — сказал Драко из настоящего. — Я мог бы заставлять тебя кричать неделями.       Гермиона двигалась навстречу его пальцам, насаживаясь на них так, словно она не кончала уже много лет. Этого нельзя было увидеть, но я это знала, что в этот момент большой палец Драко начал обводить ее клитор. В конце концов, вздох и последовавшие за ним стоны были такими же, как и мои собственные.       — Ты все еще принимаешь зелье? — спросил он, и она кивнула. — Хорошо, потому что ночь будет долгой.       И с этими словами он вынул пальцы, стянул трусы и вошел в нее, толкаясь вперед и заставляя Гермиону вскрикнуть от облегчения. Ее руки вытянулись над головой, а ладони уперлись в край стола. Драко погружался и выходил из нее, задавая темп их соитию. Одна его рука гладила ее шею, а другая вернулась к клитору.       Я вспомнила, какими были эти первые прикосновения, как магия шипела и искрилась под моей кожей. Ощущения вызывали привыкание, но я была уверена, что почувствую то же самое, если он прикоснется ко мне сейчас.       Меньше чем через минуту Гермиона кончила, дрожа и стоная под ним, мышцы ее влагалища обхватили его так крепко, что его лицо напряглось.       — К счастью для тебя, я наложил чары на кабинет, — поддразнил он. — Я вспомнил, как громко ты кричишь, когда кончаешь, Грейнджер.       — Двигайся, — зашипела она, а он добавлял обороты к каждому толчку. — О, блядь, да, вот так!       — Я не верю, что ты трахаешься со мной, — прохрипел он. — И ты такая тугая, что заставишь меня кончить слишком быстро.       Мои глаза были прикованы к руке Драко, которая разминала ягодицы Гермионы. Отсюда его обручальное кольцо было хорошо видно, и я поняла, что забыла об этой детали: он перестал носить его только в конце года.       — Все в порядке, — сказала Гермиона, в ее голосе немного спало напряжение. — Я уже.       Его руки опустились на ее бедра, притягивая их назад, навстречу его толчкам.       — О, Грейнджер, разве мы закончили?       Она снова застонала, звук стал намного громче, чем раньше, так как она продолжала позволять Драко входить в нее сзади.       Глядя на Драко из настоящего, я потеряла дар речи. Что я должна была сказать в этой ситуации? «О, посмотри, как сильно ты заставил меня кончить».       Это вряд ли было уместно.       Очевидно, у него были такие же мысли.       — Посмотри на наши лица, — сказал он. — Посмотри, насколько мы испытали облегчение.       Я кивнула.       — Мы бегали друг от друга несколько недель, а до этого у нас была всего одна ночь.       Когда Драко из воспоминания вытащил член и перевернул Гермиону, усадив ее на столе, наши прошлые личности установили зрительный контакт и вновь потеряли контроль. Она обвила ногами его талию, и он снова вошел в нее, заставив его бедра бешено двигаться. Они целовались так, словно другой возможности больше не представится, и я помнила, что Гермиона из прошлого думала о том, что это будет просто одна ночь, что это не станет началом чего-то грандиозного.       — Черт, Грейнджер, — пробормотал Драко, прижимаясь к ее шее. — Это прекрасно. Ты так потрясающе обхватываешь меня.       Его рот переместился ниже, лаская ее горло и ключицы, пробираясь к груди. Как только его губы обхватили ее сосок, она вздрогнула. Я наблюдала, как он медленно отстраняется, дразня чувствительный бутон, поглаживая его зубами. Гермиона вцепилась в его волосы, притянула его рот к своему и глубоко поцеловала, вновь разрываясь на части.       Драко не отставал. Он качнул бедрами еще несколько раз, а затем кончил, глубоко проникая в нее и прижимаясь лицом к ее шее. Переведя дыхание, он поцеловал ее за ухом.       — Куда мы пойдем? — прошептал он.       — Я иду домой, — ответила Гермиона, паника и сожаление поселились в ее душе, когда их соитие закончилось. — Ты должен сделать то же самое.       — Я вернусь домой с тобой, — ответил он, прижимаясь к ней и не понимая, что она имела в виду. — И буду ласкать тебя всю ночь.       Она тяжело сглотнула.       — Малфой, мы не можем…       — Не надо, — сказал он. — Пожалуйста, просто… не надо.       — Астория…       — Ее нет дома, — прервал он. — И она мне не нужна. Я хочу тебя. Только тебя.       Я снова посмотрела на настоящего Драко. Его зрачки были расширены, он наблюдал за происходящим, сосредоточившись на Гермионе и ожидая, что она скажет.       — Только на этот раз, — ответила она. — Ты можешь прийти и остаться на ночь только в этот раз. Потому что сегодня твой день рождения.       Драко поднял голову и ухмыльнулся, прежде чем снова поцеловать ее.       Нас выбросило из омута памяти, и мы снова приземлились в моем доме. Я заметила, что на щеках Драко появился слабый румянец, но ничего не сказала. Он отодвинул стул и сел за мой обеденный стол.       — Грейнджер, я хотел трахнуть тебя так с тех пор, как вернулся на работу, — признался он, не встречаясь с моими глазами. — Неужели каждое воспоминание будет подобным? Словно пощечина?       Вздохнув, я ответила:       — Знаю, что говорила тебе, что с воспоминаниями нелегко жить. Ты увидишь параллели и даже поймешь, что недавно говорил мне вещи, которые говорил и до Обливиэйта.       — Как ты с этим живешь?       — Честно говоря, у меня это плохо получается, — ответила я. — Половину времени я нахожусь в своей собственной голове. Другую половину любыми способами отвлекаю себя.       Драко наконец-то поднял на меня глаза, его гнев, казалось, потух.       — Наблюдать за этими воспоминаниями… тебе тяжело?       Я кивнула.       — Конечно. То, что я помню, что произошло между нами, не означает, что мне легко это видеть.       — Полагаю, что одна ночь довольно быстро превратилась в большее?       — Одна ночь превратилась в неделю, пока Астория была в Париже с твоей мамой, — объяснила я, вспоминая каждую деталь, как будто это произошло на прошлой неделе, а не три года назад. — А потом эта неделя превратилась в лето, а потом все безостановочно продолжалось и продолжалось.       Он провел руками по лицу.       — Точно. Как только мы начали, мы просто не могли остановиться.       — Я пыталась все оборвать. Но нет, мы никогда по-настоящему не расставались, пока я…       — Пока ты не забрала мои воспоминания, — закончил Драко. — Я понял.       Глядя ему прямо в глаза, я ответила:       — Если на то пошло, мне очень жаль. С тех пор я жалею об этом каждый день.       Пожав плечами, он встал.       — Ты уже знаешь, что ты собираешься показать мне дальше?       — Пока не думала об этом. Может быть, несколько коротких летних воспоминаний.       — В воскресенье? — спросил он.       Он собирался уйти, но мне этого не хотелось. Я хотела, чтобы он задавал больше вопросов, разговаривал со мной и рассказывал, что у него на уме. Но я знала, что потеряла право знать, о чем он думает, когда потревожила его разум и применила Обливиэйт.       Когда я ответила, мой голос звучал чуть громче шепота, и я не смотрела на него.       — Да. Так будет лучше для меня.       — Тогда до встречи, — сказал Драко, повернулся и пошел к камину.       Перед тем как уйти, его взгляд задержался на выдре и драконе, и он на мгновение замер. Бросив на меня последний взгляд, он ушел, и я сразу же ощутила его уход, то одиночество, которое было со мной в течение нескольких недель после его Обливиэйта.       И, оставшись одна, я вспомнила разговор в омуте памяти о Блейзе. Мы шутили, говорили о том, с кем он спал. Эти кусочки и фрагменты я бы никогда не вспомнила, если бы не пересматривала воспоминания за пределами своего сознания.       Лицо Сары постоянно мелькало у меня перед глазами, особенно когда я вспомнила, что всего неделю назад он был в ее ресторане и был очень зол. Мой разум зациклился на этом факте.       Мы снова поссорились, и он проводил свой вечер пятницы без меня. Будет ли он с Мэл? С Сарой? С кем-то еще?       У меня заурчало в животе.       Весь месяц между нами что-то не ладилось, и я понимала, что это скорее моя вина, чем его, но он не был похож на человека, который захочет ждать, пока я разберусь со своими проблемами. Если бы он чувствовал, что им пренебрегают или игнорируют, он, скорее всего, бросил бы меня.       Мысль о том, что меня снова бросят, беспокоила меня гораздо больше, чем следовало бы.       Я начала вышагивать перед камином, мое тело умоляло меня просто отправиться в Фалмут, чтобы узнать, не был ли Блейз снова с Сарой. Паранойя во мне шептала, что он будет там, и что она предложит ему свое плечо в такой сложный момент. Черт, когда у нас было первое свидание, она разговаривала с ним гораздо дольше, чем я считала нужным, и она явно спала с ним.       Мне нужно узнать, был ли он с ней.       Инстинктивно я отправилась на площадь Гриммо. Гарри сидел на диване, прижавшись к Джеймсу. Увидев мое взбешенное лицо, он спросил:       — Что случилось, Гермиона?       — Мне нужно одолжить мантию-невидимку, — сказала я, быстро пытаясь придумать оправдание, зачем она мне нужна.       Он пожал плечами.       — Она в шкафу в коридоре. Только верни в целости и сохранности.       — Серьезно? И даже не спросишь?       — Честно говоря, я слишком устал, чтобы спросить о том, для чего она тебе нужна. Если это связано с Драко или Блейзом, просто возьми. Ты не успокоишься, пока не воспользуешься ею.       — Ты хороший друг, — сказала я ему, направляясь к шкафу и беря мантию. — Я как-нибудь отплачу тебе.       Покачав головой, он сказал:       — Только не попади под арест.       Направляясь в коридор, я ответила:       — Обещаю. Мне просто нужно кое-что проверить.       Завернувшись в такую родную мантию, я выбежала через парадную дверь, окруженная ароматом одеколона Гарри и поглощенная своими мыслями. Я не была уверена, хочу ли найти Блейза с Сарой или нет. Я просто чувствовала, что должна узнать.       Он уже спал с ней раньше, и я не сомневалась, что, судя по тому, как она смотрела на него и разговаривала с ним, она захочет все повторить.       Исчезая, я сосредоточилась на маленьком книжном магазинчике, который так любила.       

***

      Я стояла возле ресторана Сары, размышляя, стоит ли мне туда заходить? Ресторан будет открыт еще несколько часов, но это не значит, что он будет работать все это время.       Когда одна пара открыла дверь и вышла из здания, я решила рискнуть и проскользнула внутрь. Я не увидела Блейза ни в открытой зоне, ни в баре, но моя паранойя взяла верх. Я осторожно пробиралась между столиками к более уединенному месту.       Мой желудок тут же ухнул вниз.       Он сидел с напитком в руке за самым дальним от двери столиком, а напротив него расположилась Сара. Они смеялись, улыбались и выглядели так, будто у них свидание.       Я не смогла устоять перед искушением — придвинулась ближе, отчаянно желая услышать, о чем они говорят.       — …Когда мы поехали в то местечко в Сорренто на выходные?       — Как я мог забыть? — ответил он, смеясь.       — Боже, вода была такая холодная! — вспоминала Сара. — Не могу поверить, что ты уговорил меня искупаться голышом!       Меня затошнило. Поездка на выходные в Сорренто звучала как нечто большее, чем просто секс на одну ночь или случайная связь.       — Ну, это было логичнее всего. В тот момент мы уже были голыми.       Сара положила руку на его предплечье, и он поднял на нее глаза.       — Блейз, это были действительно лучшие выходные. Мы должны…       Он отдернул руку, прервав ее.       — Сара, ты же знаешь, что я с Гермионой…       — Да, но, судя по всему, она не собирается оставаться с тобой, — ответила она. — Я просто хочу сказать… ты свободен, я свободна. Как и раньше.       Я прикусила губу, чтобы промолчать, но мне хотелось узнать больше о том, что было раньше.       — Кто знает о том, что было раньше, Сара? Кроме нас.       Она пожала плечами.       — Несколько моих друзей. Мэл, после прошлых выходных.       — Подожди, что? — спросил он. — Ты рассказала Мэл?       — Ну, она сказала, что у меня… — Сара запнулась, обдумывая свои дальнейшие слова. — Она сказала, что видит, что между нами что-то есть, и я ей все рассказала. Я не думала, что это какой-то большой секрет. Ты ходил со мной на вечеринки, прежде чем…       Блейз вздохнул.       — Гермиона не знает. Я никогда не говорил ей, и она не узнала тебя. Сейчас ты выглядишь совсем иначе, чем несколько лет назад.       — Но почему?       Я приготовилась к его ответу, думая, что это будет что-то ужасное.       — Когда она впервые встретила тебя, то приревновала, — начал он. — И была уверена, что я ни с кем не был с тех пор, как она и Драко расстались. Если бы я рассказал ей о тебе, то уверен, что она бы спросила, когда мы прекратили наши… договоренности.       И вот оно — подтверждение того, что он рассказал Саре о моих отношениях с Драко и что он, очевидно, солгал мне. Он не был одинок с тех пор, как я рассталась с Драко, — он спал с Сарой неопределенное количество времени.       — Это было больше, чем просто договоренность, — тихо сказала она. — Мы были так близки, Блейз. Мы были больше, чем просто… Это длилось более трех лет!       — Но я люблю Гермиону, Сара. Я так долго ждал своего шанса, — ответил он, глядя ей в глаза. — У меня должно все получиться.       Ее губы дрогнули.       — Но мы… Ты и я… Мы подходим друг другу. Я всегда была рядом с тобой. Всегда, когда ты нуждался во мне последние шесть лет.       Как бы мне ни хотелось выбежать за дверь и никогда не оглядываться, я не могла перестать смотреть на них.       — Я знаю, Сара. И ценю это, но ты всегда знала, что я хочу ее.       — Не думаю, что она тебя любит.       Блейз пожал плечами.       — Она говорит, что любит. Все было хорошо, пока в ее жизнь не вернулся Драко. Я уверен, что как только она закончит показывать ему воспоминания и переведется в другой отдел, между нами все наладится.       Когда Сара посмотрела на него, я увидела слезы в ее глазах.       — Ты этого не знаешь.       — Не знаю, — заявил он. — Но надеюсь на лучшее.       — На прошлой неделе ты казался не таким, а теперь она снова оттолкнула тебя.       Ее слова были точны — я отталкивала его. И, услышав все это сегодня вечером, я не была уверена, что смогу впустить его обратно. Честно говоря, я не могла поверить, что он пошел к женщине, с которой у него были длительные сексуальные отношения, чтобы обсудить проблемы наших отношений.       — Она поймет, что он снова причинит ей боль, — сказал Блейз. — Я надеюсь, что воспоминания напомнят ей о том, как ужасно он с ней обращался, трахал ее, а потом убегал спать с Асторией.       Мои губы задрожали. Боль от того, что он поделился моими секретами с человеком, которого я едва знала — с человеком, которому я явно не очень-то нравилась, — брала верх. Я глубоко вздохнула и повернулась, пробираясь обратно через ресторан и выходя на улицу Фалмута.       Я встала возле фонарного столба и наложила на себя Муффлиато. Наконец из меня вырвался сдавленный всхлип. Я стояла и ждала, не выйдет ли Блейз. Когда прошел час, а он так и не вышел, я решила аппарировать домой.       Мне нужно было многое обдумать, прежде чем начать с ним разговор.