Я скорее сам сгорю в этом огне, чем смогу его укротить

- Неожиданно как- то, - севшим голосом бормочет Сокджин, опускаясь на полку для обуви, не отрывая взгляда от кольца в коробочке, - я не знаю, Намджун…Почему вообще ты это делаешь? Тот подползает и усаживается на жалобно скрипнувшую полку рядом:- В моих планах все должно было выглядеть иначе, знаешь, с ухаживаниями, знакомство с родителями и прочее. А потом менеджер в общем чате начал хвастать, с кем тебе предстоит поработать, а ведь все знают, что из себя Имин представляет, я как увидел, что эта тварь к тебе лапы тянет- совсем голову потерял, весь план на смарку, - он горестно вздыхает, качая головой. - Как давно у тебя этот план? - С прошлой недели моды. - Полгода?? -Я тщательно готовился, правда. Кольцо купил еще в Париже, только вот за лилиями погоняться понадобилось, - он улыбается, нежно касаясь его руки. - Ты был так уверен, что я соглашусь? - Не был уверен, но я бы все сделал для этого. Джин молчит, рассматривая в полумраке прихожей цветы, пока Намджун рассматривает его. На самом деле, его план был куда масштабнее и дольше по времени, просто он не стал озвучивать, ни к чему это. Помнится, он учился на последнем курсе университета, на международника, и относился к категории людей, которых обычно называют «ботаны». Ему нравилось учиться, нравился определенный, устоявшийся уклад его жизни, где все было предопределено, даже его сердце билось постоянно в одном и том же ритме. Пока он не потерял свои наушники и не отправился в ближайший магазин электроники восполнить потерю. Выбирая между маленькими и удобными и большими с невероятным звучанием, случайно поднял голову на витрину с телевизорами, где на десятках экранов крутилась приевшаяся реклама спрайта, он слышал ее сотни раз,но увидел впервые. Именно тогда сердце сбилось с привычного ритма и,кажется, какое то время не стучало вовсе. Ибо главным героем этого ролика был никто иной, как Сокджин. Звучит совсем не поэтично, но в джуновой жизни все пошло по наклонной после рекламы. Если бы его тогда спросили — как поступают люди, погруженные на неразделенную любовь, он бы не раздумывая ответил — сталкерят. Плакаты с Джином, обои на телефон с Джином, разные фотографии и видео с неожиданных ракурсов,даже пресловутый спрайт, где на этикетках фигурировал Джин, гордо стоял на полке в общажной комнате Намджуна. Возможно, на этом бы все и закончилось, если б не новая реклама, теперь уже мужских часов. В журнале, на основном развороте, Джун мог лицезреть, как джинова рука доверчиво лежит в руке другого мужчины, на запястьях обоих красуются часы, стоимостью равняющиеся самолету. Самое печальное — другой мужчина так ласково смотрел на его Джина… Это позже Намджун узнает, что Хосок так же мучается от неразрешенных чувств, только к другому человеку, но на тот момент он ломает большую часть мебели в приступе ярости, а после приходит к выводу, что пока он тут сталкерит, другой там- действует. Поэтому вскоре директор агентства,с которым работает Сокджин, попадает в осаду одного надоедливого альфы, которому вдруг приспичило податься в модельный бизнес. Директор предъявляет немало требований, приходится поменять очень многое в своей стабильной жизни, и еще больше- в своем внешнем облике, но Намджун делает это без раздумий — теперь у него есть возможность общаться со своей мечтой лично и даже называть хеном. Затем планомерно узнает Сокджина, и чувства, прежде основанные на физическом влечении, перерастают во что-то такое, что рационально объяснить не получается. Но очень хочется каждое утро просыпаться вместе весь остаток жизни. - Если ты хочешь подумать-я готов ждать, сколько понадобится, - нарушает затянувшуюся паузу Намджун, - не думай, что наседаю, но после того, что я сделал с тобой прошлой ночью...И до нее...Я просто обязан заключить брак,- добавляет с лукавой улыбкой. -Это просто гон, такое случается, — откликается бета, поглаживая лепестки в своих руках. - Нет, со мной случился ты. Джин обещает подумать и они отправляются спать. Нежась в объятиях уже мерно сопящего альфы, он рассматривает в отблеске уличного фонаря кольцо, которое надел по настоянию Намджуна, мол, так думать будет удобнее. Ободок из белого золота с немаленьким бриллиантом посередине — он бы тоже такое взял. И согласился бы на это предложение не раздумывая, если б не знал, что этот брак обречен. После ночи на диване Юнги не с первого раза смог подняться — спина отказалась выполнять свои обязанности, а мозг, уже привыкший встречать рассвет в хмельном тумане, отказался включаться вовсе. Он чистит зубы, параллельно листая твиттер и взгляд невольно цепляется за самую залайканную запись: «Известные модели Чон Чонгук и Ким Тэхен на своих страницах в инстаграм объявили,что состоят в отношениях». Зубная паста стекает в горло, пока Мин снова и снова перечитывает запись. Затем тяжело вздыхает, явственно ощущая, как на голове появляются седые волосы. Не зря он не хотел вчера везти Тэхена к Чимину, вот ведь маленькая сваха, чувствуется его рука. Мин пишет всем троим краткое «Какого хуя?» и наливает кофе. Чонгук ожидаемо молчит, Тэхен присылает фото рекомендаций вчерашнего врача, где маркером выделена строка про течку и альфу, Чимин присылает смайлик удивленно раскинутых рук — все, как обычно. Если б Юнги специально пустил такую новость в маркетинговых целях — не было бы такого эффекта, какой произвела эта. Не то, чтобы у них был недостаток контрактов или работы, но все доступные миновские каналы связи были завалены предложениями участия в тех или иных проектах. «Хочешь стать мегапопулярным — спроси у Чимина — как» - пишет он опять всем троим, в этот раз молчат все. В агентстве он наблюдает какую то невероятную картину — на диванчике сидит Чонгук, по хозяйски закинувший руку на плечи Тэхена, уткнувшегося в телефон. При этом Гук, абсолютно не скрываясь, обнюхивает Чимина, привалившегося к его боку с другой стороны. Ну просто шведская семья. Юнги отмечает, что Тэхен выглядит неважно, посеревший и осунувшийся, синяки под глазами никаким консилером не скрыть, а Чонгук как бы увеличился в размерах, хотя как это возможно, за пару дней? На Хосока и вовсе смотреть страшно, он будто плачет сутками. Потом он переводит взгляд на Сокджина, подпиравшего подбородок рукой, с улыбкой рассматривающего троицу напротив. На его руке Юнги видит то, что разом разрушает все то хрупкое, что он успел возвести в своих мыслях, и вроде даже выключает солнце.