Дитя тьмы и света

Сознание могло оборваться в любую секунду, София продолжала карабкаться по метровым ступеням. Спасение за воротами дворца или новая беда — неважно. Девушка выбирала неизвестность вместо гнева Заклинателя теней. Он никого не прощал за проступки, разве что Алину. Только София совсем не похожа на Старкову, поэтому на благосклонность не стоило рассчитывать. На ворота пришлось навалиться и толкнуть из последних сил. София вползла в узкий проем, опустилась на порог, переводя дух. Никто не встречал гостью, она и не звала, только дышала через рот, пока боль медленно отступала. Совершить марш-бросок через Каньон оказалось не лучшей идеей. Но она до сих пор жива, и Дарклинг больше не преследовал. Осталось набраться сил и вернуться обратно.

***

Вместо уже привычной комнаты, Софа проснулась на том же месте у парадного входа, рядом по-прежнему никого не было. Прояснившийся взгляд прошелся по необычному убранству холла. Всё казалось сделанным из песка. На предметах прослеживалась обычная фактура. Лишь внимательно всмотревшись, заметно, что лестница, мебель, даже портьера состоят из мелкого песчаника, вместо древесины и ткани. — Субстанциалы, — ответила самой себе София. Кто ещё мог сотворить такой замок? Только место гриши выбрали совсем неудачное. Софа с радостью сменила бы странную обстановку на родные стены Большого дворца, но из-за слабости не получалось управиться даже с тенью. Перемещение откладывалось, чтоб не тратить силы впустую. Единственным вариантом стало исследовать замок, пока организм не восстановится хоть наполовину. Залы и коридоры не поддавались здравой мысли. София всхлипнула от неожиданности — прямо перед ней дверь в комнату исчезла. Голая стена без потайных ручек тянулась до конца коридора. В его тупике образовался проход. Он уводил в другую часть дворца, где песчаник сменялся на гранит. София рассматривала барельефы и мелкую фурнитуру. Гербов и инициалов на них не значилось. Страницы книг пустовали без строчек, а все портреты казались безликими. За окном стелился неизменный туман, ни в одной из комнат не отбивала ход стрелка часов. Счёт времени потерялся. Коридоры продолжали вести в неизвестном направлении, и в какой-то момент София поняла, что окончательно заблудилась и не может вернуться к выходу. Когда из очередной залы послышались голоса, она сочла их за игру воображения, но поспешила на звуки, пока проход не исчез. — Мы здесь три сотни лет. Не сложно потерпеть… год-два, — говорил кто-то с явным усилием. — Или двадцать! — восклицания принадлежали девушке. — Нужно снова пытаться выбраться, пока он здесь, а девчонка… — … сейчас слушает нас и даже не поздоровалась, — встрял ещё один собеседник. Разговор стих. Три пары глаз устремились на Софию. — Здравствуйте, — машинально поприветствовала она. Смятие сменилось на удивление, стоило шагнуть в залу и разглядеть говорящих. — Кто вы?! Изумления не получилось сдержать. Обитатели замка выглядели достаточно странно. Белокурая женщина держалась горделиво. Морщинка между сдвинутыми бровями стала единственным изъяном на идеальном лице. Такая красавица приманила бы много воздыхателей, если не рой пчёл вокруг. Насекомые покорно зависли напротив бутонов роз, которыми было усыпано платье незнакомки. — Что ж, язык он тебе не отрезал — уже хорошо. — Елизавета, будь мягче с гостями. — Рослый мужчина указал на свободный стул. — Вернее их вовсе не было, кроме Александра и тебя… София. Хищная улыбка в сторону гостьи придавала мужчине схожесть с диким зверем. Мелкая кольчуга тихо позвякивала при движении. Ладонь, жестом которой он предложил сесть, была слишком морщиниста даже для старика. Длинные мутно-желтые ногти завивались под подушечки пальцев. Выбор был невелик, София без лишних притязаний села в кресло, опустив взгляд от странных рук. Мужчину не смутил интерес, он сильней выпрямил осанку и шире улыбнулся: — Была б ты сильней, мы обязательно сразились! Брови Софии поползли вверх. Почему-то ей совсем не хотелось проверять на себе его способности. — Юрис, признай, тебе также надоело здесь слоняться. Ты уже готов вызвать на бой девчушку, чтоб ощутить вкус былых побед. — Затем Елизавета обратилась ко второму собеседнику: — Неожиданно, Гриша. Сам вывел её к нам. — Сколько ей ещё околачиваться… Пора уже место подыскать. Слова терялись в бесформенной сыпучей массе. Голос становился отчётливей, когда среди песчинок появлялся рот, а следом вся голова. София сильней вжалась в кресло от речи уже трёхголового существа. — Вы все… — Софа забегала взглядом по троим незнакомцам, вернее она уже догадалась, в чью компанию забрела. Правильность мысли подтвердила вздёрнутая бровь Юриса. Он ждал, когда девушка огласит предположение вслух.  — Вы святые… — медленно начала она. — Но разве вы не ходите по Равке и не помогаете людям? Елизавета опять обратила внимание на гостью и кивнула. От упоминания о святых её лик и речь стали мягче: — Так было до вмешательства Дарклинга в естественный ход вещей. — Встрял, да ещё и провали свой эксперимент со скверной! — подхватил Юрис. — Нас притянуло в Каньон. Мы не можем его покинуть, только здесь нам доступна физическая форма, — объяснил Григорий. — Это ты называешь физической формой? — Юрис рассёк воздух драконьей лапой. — Без вкуса и запаха, без биения сердца и горячей крови! Какой от неё толк? Между тремя святыми завязалась словесная перепалка. Похоже, она продолжалась довольно долго и никак не могла сойтись к единому решению. София молча следила за разговором, не желая встревать между ними. Не каждый день встречаешь настоящих святых, Алина, разумеется, не в счёт. Сама Санкта-Елизавета сидела в паре метров от девушки. Когда в её деревню пришли захватчики, пчелы откликнулись на зов и спасли всех. Не сумев повторить чудо, она была убита людьми соседнего поселения. В тот день белые розы окрасились её кровью, став символом невинной жертвы. О Санкт-Юрисе и Санкт-Григории София помнила ещё из самых первых сборниках по Малой науке. Древнейшие гриши оказались в ловушке по вине Чёрного еретика. Неловкость ситуации зашкаливала: святые укрывали Софу от Дарклинга, зная кем она ему приходится. Возможно, за их милостью скрывались иные мотивы. Спокойно вздохнуть получиться лишь вдали от разборок вековой давности. — Меня это порядком утомило. — Елизавета направилась к выходу, пчёлы полетели за ней. — Приятно расположиться, надеюсь, тебе недолго осталось терпеть наше общество. Санкта остановилась в проходе, задержавшись на Софе. Темно-карие глаза прищурились. Их форма стала пчелиной, от пристального взгляда хотелось расплыться бесформенной жижей, как Григорий. — Я тоже на это надеюсь, — натянуто улыбнулась гостья. После ухода Елизаветы странное напряжение спало. София немного оживилась и снова обратилась к святым: — Откуда вы меня знаете? — Ну как же, — хмыкнул Юрис. — Летаешь туда-сюда через весь Каньон. Нам только и остаётся, что наблюдать. — Звучит жутковато, — вжала голову в плечи Софа. — Тебя так легко напугать? Что ж не стоит бояться. Дарклинг бы не дал нам просто так к тебе приблизиться. Хоть я давно не мерился силой, Александр последний с кем состоится бой, желательно последний в его жизни. Ну что ты? — Юрис ободряюще хлопнул увесистой лапой по плечу угловатому плечу. — Без его жертвы нам отсюда не выбраться. — Сколько нужно времени, чтоб я вернулась обратно? — спросила Софа, хотя теперь её начали мучить совершенно другие вопросы. — Точно не сказать, я впервые… сталкиваюсь с подобным. — У ног девушки зашуршали песчинки. Фигура сформировалась совсем рядом, чтоб было слышнее. — Человек или гриш из плоти и крови почти не ощущает на себе действие Каньона. Мы же против воли питаем его, как и сам Дакрлинг, соответственно, как и ты сейчас. Этот место может постоянно забирать у силы. Однако в отличие от нас ты можешь попытаться воспользоваться самим Каньоном и покинуть его. — Почему вы мне рассказываете всё это и помогаете? Замок же не случайно появился в нужный момент. Думаете, раз я бежала от Дарклинга, то пойду против него? — Думаем показать тебе комнату, — Юрис подмигнул Григорию. В стене раздвинулся проход, через который недавно ушла Елизавета. — Пошли, Заклинательница. Злоупотреблять гостеприимством святых не стоило. София последовала за ними в новую часть замка. Будь на её месте Зоя или Николай, они бы держались намного лучше, даже с древнейшими гришами. — Считай это своим вторым домом! — Юрис отворил выросшую дверь. — Наши спальни дальше по коридору, заглядывай, если будет скучно. София осталась одна обживаться на новом месте. Внешние убранства наводили тоску по прежней комнате. Девушка надеялась, что Юрис выразился образно, и она не останется здесь надолго, хоть легко привыкала к смене обстановки. Было нетрудно расставаться со старым местом и переезжать на новое. Покои в Каньоне стали в новинку. Хотя София столько раз перелетала его, совсем не задумываясь, что под завесой скрывался Дарклинг и святые из книг. Край кровати скрипнул под весом девушки. Вместо положенного отдыха назрели очередные вопросы. Софа раздраженно поёрзала на углу. Сон совсем не шёл. Казалось, куда сложнее — разрываться между двумя огнями? Внезапное появление третьего лица в образе святых, меняло всё неизвестно в какую сторону. Конечно, они не раскроют свой замысел по освобождению. Пребывание Софии в замке уже могло быть спланированной частью заговора. От догадки живот неприятно скрутило. Если она стала негласной пленницей, то стоило провести время с пользой, вместо бессмысленных метаний. Что ещё можно выведать у святых? Матрац отрывисто скрипнул в пустой спальне. Похоже, гостья не собиралась обжить её как следует. Куда большее внимание девушки привлекали чужие покои.

***

— Быстрее, чем ожидалось, — фигура обернулась подобием человека. — Сидеть и ждать манны небесной не самый действенный способ. — Разумно. Помогу чем смогу, — форма подплыла ближе. — Только не надо благодетеля. Скрывать ваш интерес бессмысленно, — София не отступила, даже когда прямо перед ней выросла стена до самого потолка, желая остудить пыл девушки. — Как мне освободить Дарклинга? Песчаник сплошным потоком рухнул на пол. Лохматая медвежья голова ощенилась, вплотную приблизилась к Софии. Новое коренастое тело зверя обросло лохмотьями шерсти. Песок сыпался с них на одежду. Девушка не потрудилась стряхнуть его, сосредоточив внимание на звериной морде. — Всем нам придется не сладко, если Александр вступит в полную силу и освободится. Будь он чистейшей души гришь, я бы всё равно тебе не ответил. Не знаю. Следующий вопрос о молодом короле? София возмущенно откинула клочок возле плеча и стиснула зубы: — Конечно про него. Только какой в этом смысл, раз вы не ответите. Слишком охотно Григорий согласился помочь. Тем более его интересы были совершенно противоположны. — Правильно, — рыкнула вторая выросшая голова. — И не расскажу про тебя саму. О-о… на этой теме мы бы остановились подробней. Сколько всего тебя мучает. Маленькую девочку втянули в большие игры. — Я не маленькая девочка, если на то пошло, — обидчиво огрызнулась София. — Как по мне, очень похожа. Григорий знал куда надавить. Продуманные фразы святого не задевали должным образом, а наводили внимание на самые очевидные вещи, подкидывая новую пищу для размышлений. Пусть у Григория были свои интересы, Софе он хотел дать намного больше, чем она спрашивала. Медведь обошел девушку вокруг и улёгся у её ног. Оступившись в длинной шерсти, София упала ему на бок, песчинки юркнули за шиворот. Она удивленно обернулась к головам. Одна спала, вторая не сводила маленьких круглых глаз с девушки. — Мы отвлеклись, — София скрестила руки на груди. — Расскажи тога сам, что нужно. Девичья спина выпрямилась, но гостья продолжала сидеть рядом с медведем. От него исходило спокойствие и уверенность. Если у Юриса энергия лилась через края, то Григорий удерживал всё в себе под множеством песчинок. Ситуация повторялась. София уже оказывалась в чужих утешительных объятьях. Вновь она до конца не понимала зачем пришла. Она билась, как рыба об лёд. Под толстой коркой, в темной глубине, есть всё, что ей нужно. От многочисленных ни трещинки, только силы иссякли. — Напомни-ка главное правило новой науки. Это у вас так теперь называется, — подала голос крайняя голова. — Подобное притягивает подобное. — И что это значит? — Гриш и его сила неразрывно связаны, ибо он и есть воплощение силы, — повторила слова Жени Софа. — Раньше, ещё до первых царей, не существовало орденов и деления между гришами. Но это правило оставалось неизменным. Орденов не существовало, но правило уже было. Как такое возможно? С десяток раз София мысленно повторила слова Григория. Он ставил в тупик половину учебников по Малой науке. В итоге ни старинные писания, ни самый первый гриш не помогали разобраться в проблемах. — Где мне искать все ответы? Простой и наивный вопрос. Вот бы в руках оказалась книга со всеми знаниями или кто-то сказал, как правильно поступить. Но, София уже понадеялась на письмена и светлые умы. Ничего действенного. Спящая голова приоткрыла один глаз. — В себе, — зевнула она. — Очень емко! — всплеснула руками девушка. — Я уже рассчитывала на что-то дельное. — Представь себе, есть неизведанные мной силы гришей. Разберешься —найдутся все твои ответы. — Я ставлю под сомнение каждый шаг, а вы говорите искать решение всех проблем в себе. Как бы я ни старалась, нет хорошего исхода для всех. — Начнём рассуждать о хорошем и плохом, наш разговор затянется на месяца. Чувство меры за столько лет у меня притупилось. Ищи Заклинательница, пока сама не поймешь, грош цена моим словам. — Обязательно поразмыслю над нашей беседой, когда окажусь во дворце. Как там одолжить силы у Каньона? — София встала, отряхнулась, поправила платье и коротко улыбнулась. Будто не было чудной беседы. — Это по части Юриса. Он наглядно покажет, как настроиться. — Медведь расплылся по полу. — Надеюсь, он показывает, не как вы объясняете. По прорехам застучали каблуки. Прежде чем Григорий сформировался в новое существо, Софа скрылась в коридоре. Гриш остался лежать сыпучей массой. За девушкой струился тяжкий шлейф скверны. Что под ним скрывалось не решался сказать наверняка даже самый древний гриш. Вопреки надеждам Софии вместо результата, она получила только подначки от Юриса. Слабые тени меркли на фоне драконьего облика. София могла только позавидовать его неиссякаемой энергии. — Жаль! Место, которое держит вас, не хочет подчиняться мне с первого раза, — ответила Софа на очередную поддёвку. — Александр постарался, чтоб ты не понимала самой сути. Ему-то не светит управится с Каньоном. Девушка проигнорировала слова Юриса, сосредоточившись на тенях. — Хочешь освободить его? — продолжал гриш. — Разве он заслужил? В твоих возможностях запереть его здесь и отпустить нас. — Нет! В сторону дракона полетела дымчатая лента и, преодолев полпути, развеялась. — Нет? — рыкнул Юрис. — Тогда позволь Дарклингу возродиться. После поражения над Алиной его амбиции возросли до небес. Он больше не будет выжидать, а сразу разворотит Равку. — Всё. На сегодня хватит, у меня ничего не выходит, — перевела тему Софа. — Уже устала? Сколько времени слонялась по замку без дела. — Юрис принял человеческий образ, окончив занятие. — Тебе нужно научиться управляться с Каньоном, вы из одного теста. — Поэтому он решил полакомиться моей силой? Эх… — Упоминание сдобы возродило аппетит. — Сейчас бы свежих булочек. — Или сладкой медовухи. — Мечтательно прикрыл глаза Юрис. — Попроси Елизавету. С её пчёлами это легко устроить! — Если бы я мог хоть немного чувствовать вкус. Поболтав с Юрисом ещё немного, София вернулась в новую комнату. Странный разговор с Григорием и провальная тренировка не давали покоя. Без теней в ладонях, возникающих по первому зову, стало совсем непривычно. Источник силы находился повсюду, только воспользоваться им не получалось. Софа застряла в Каньоне, осталась в человеческом теле и не могла обратиться! Даже не так. У неё не было физической формы! Окажись она здесь во плоти, то дела бы пошли быстрее. Интересно, про неё не забыли в замке? Сколько времени она лежит себе в спальне и будто мирно спит? Кто-нибудь навещает её? Как же хотелось проснуться, заявить всем о себе. Сколько София не пыталась приручить Каньон — всё безуспешно. Вдобавок Григорий отказывался давать новые подсказки, Юрис трагично разводил руками и подмигивал другу. Дракон тоже что-то знал, но скорее Елизавета явится в хорошем настроении, чем Юрис поможет разгадать тайну. Елизавета меньше всех участвовала в попытках вернуть гостью домой. За всё время между ними состоялся лишь один разговор. В тот раз Софа не оставляла привычных попыток вернуть силу обратно. Она мысленно взывала скверну. Обратного отклика не последовало. Догадка, что святые являются непроизвольным барьером становилась всё убедительней. За стенами замка Софию наверняка ждал Заклинатель теней. Как бы ей не хотелось вернуться, настроя на встречу с Дарклингом совсем не было. После очередной неудачи Софа замахала кистями, будто стряхивала с них остатки воды. — Давай же! Я не останусь тут навсегда! — В руку девушке врезалось. — Ой! Простите… В воздухе коряво закружила сбитая пчела. Она сразу полетела к Елизавете и села на одну из роз на платье. — Я не услышала их. — Софа спрятала саднящую руку в карман. — Ты так усердно занималась, что не слышала ничего вокруг. — Старалась сосредоточиться. Здесь не происходит чего-то важного, чтоб я была начеку. — Смотрю, тебе уже наскучило у нас. — Елизавета лукаво склонила голову набок. — Смею огорчить, такими темпами ты не скоро выберешься отсюда. — Вы знаете другие способы? — Лишь хочу сказать, что Юрис и Григорий слишком осторожны, и не стоит надеяться на быстрые результаты. Уж я то знаю, сколько веков с ними провела и всё без изменений. Вмешиваться в перепалки святых София не собиралась. Она лишь пожала плечами и уже направилась к себе, как Елизавета окликнула её: — Скажи, неужели все повелись на названную Заклинательницу солнца и считают её святой? — звучный голос Елизаветы изменился, стал тише. Будто она боялась собственных слов. — Для многих сила Алины стала настоящим чудом, как ваш поступок в своё время. — В моё время… Ясный взгляд заволокла дымка воспоминаний. София замерла на месте, не смея тревожить святую. В одночасье девушка прониклась пониманием к Елизавете. Её красота и надменность теряли силу при одном воспоминании о людях. Они убили, не пощадили девушку и спустя время воздвигли на алтарь святых. Елизавета в свою очередь простила и приняла их молитвы. Спустя года их вера угасла, появилась новая святая, которая спасла целую страну от Чёрного еретика. Её лику поклоняются, молятся в храмах, носят на себе мощи. Названная святая тем временем живёт тихой жизнью, не зная горя, и не доходят до неё чужие молитвы, и остаётся Санкта-Алина всегда нема к людям. Место Елизаветы заняли, пока она томилась в Каньоне. Не стоило винить святую за излишнее высокомерие. Когда она станет свободна, то расцветет её добродетель не хуже самых пышных роз на платье. Неспешные шаги Елизаветы стихли вместе с жужжанием пчёл. София нехотя побрела к себе. Она обрадовалась бы даже Поле с Таей. На новом месте её никто не ждал. Кровать скрипнула под весом тела. Из него уходили остатки последних сил, по рукам и ногам разлилась слабость. Кровать впервые показалась тёплой и уютной.

***

Давно пробуждение не сопровождалось приятной негой. София сладко потянулась с закрытыми глазами. Они широко распахнулись, когда шею обдало чужим дыханием. Комната расплывалась, Софа попыталась отползти от неясной фигуры у самого подножия постели. Тело отказывалось слушаться, теперь оно было не в её власти. — Убежать снова не получится. Я был слишком мягок к тебе в прошлый раз. Шёпот Дарклинга прошиб насквозь. София вскочила бы в панике, если только могла. Под контролем Заклинателя теней она лишь отвернула голову к стене. — Это всё Елизавета с дурацкими пчёлами… — А ты уже думал, что нашла место, где я тебя не достану, — Дарклинг цокнул и выдохнул у самого уха девушки: — Его не существует. По-прежнему мягкий и притягательный голос звучал неизбежным роком, от которого никуда не деться. Губы заклинателя нарочито задели мочку уха и ненадолго задержались на тонкой шее. София не дрогнула от неожиданных прикосновений. Тело оставалось неподвижным, только глаза зажмурились до белых пятен, а зубы прикусили язык до крови. Она пыталась сделать всё возможное, чтобы сбить непрошеные приятные ощущения. Мочка и шея пылали от прикосновений Дарклинга. Такое просто не возможно, стал бы он относиться к Софии не как к средству достижения целей! Похоже укус пчелы лишь одурманил сознание. Разум творил невесть что, или же показывал самое тайное. Разве София никогда раньше не мечтала о Дарклинге, заведомо зная о его безответности? Поведи он себя по-другому с самого начала, всё могло сложиться иначе. Незнакомая близость Дарклинга пугала. До сего момента он не проявлял ни одного намёка на большее, чем наставничество и некое покровительство. Резкая смена в отношении взволновала. София ощущала его присутствие, тень Дарклинга стремилась к обессиленной девушке. Это просто не могло быть наваждением! — Зачем всё это? — еле слышно спросила Софа. — Разве ты не должен злиться на меня? Нежность Заклинателя теней не могла быть реальностью. Если он хотел усыпить бдительность Софии, перед ударом наотмашь, то у него получилось. — Я зол. Очень, — без грубости ответил Дарклинг. — Вопреки убеждениям, я не прочиню вреда, хотя следовало бы. Горький смешок донесся из-за спины девушки. — Ты это решил только сейчас? — ехидство послужило пощёчиной самой себе, отрезвив от мыслей о невесомых следах на коже. Осмелев, София продолжила: — Я знаю, что мне было уготовано на непослушание. И это я должна собственноручно вручить тебе! Очень изощрённо, как и все твои наказания. Женя, Зоя, Николай сколько они натерпелись от Заклинателя теней! На самых близких Софии оставляла свой след тень Дарклинга. На самом деле, сейчас в Софии говорила обида, вместо порывистой смелости. Дарклинг стал для неё всем. Будь он немного добрее и мягче, то поводов усомниться в Заклинателе было бы гораздо меньше. Только во дворце София, наконец, поняла какая между ними зияла пропасть, несмотря на прочную связь. Утайки и полное подчинение глубже вырывали и без того бездонную пучину. Сейчас София нашла в себе силы открыто высказать несогласие. Пусть для Заклинателя теней это будет детский лепет, и он отмахнется от него, как от назойливой мухи, но пусть хоть раз выслушает её. — Считай меня ещё одним неудачным экспериментом. Я правда очень старалась тебе во всём угодить, как и задумывалось тобой… Фраза оборвалась от тихого стона. В груди опять начало саднить тупая боль. Невозможность сдвинуться с места только усиливала нарывы. Дарклинг повернул Софу за подбородок обратно к себе. Она потеряла нить рассказа. Позади Заклинателя раскачивалась комната, а он обеспокоенно разглядывал Софу. Кажется, она заметила незнакомую печаль в его обычно холодных чертах лица, или это пчелиный яд опять решил сыграть злую шутку. Заклинатель освободил её. Тело наполнилось лёгкостью. Грудная клетка вздымалась от глубоких вдохов. Стало лучше, и София смогла приподняться на локтях. Дарклинг подложил подушку под спину и аккуратно усадил Софу. Его ладонь легла ниже ключицы, прямо на больное место. Ещё с одним глубоким вдохом тяжесть почти ушла. — Мой замысел, действительно, был таковым. — Дарклинг переместил руку на узкое плечо, собираясь с мыслями и медленно поглаживая его. — Всё шло по плану, ровно до твоего рождения. Оно заменило целую армию. От внезапного поцелуя в лоб София вжалась в подушку, но не отвернулась и не оттолкнула Дарклинга, хотя уже могла. — Я никогда не причиню тебе вреда, — заверил Дарклинг, отстраняясь. — Флакон из дворца мне всё же необходим. Самое время нам отправиться обратно. По немому приказу тени окутали их. София, не веря, разглядывала руки, к которым тянулись чёрные ленты. Сила быстро наполняла её. Теперь можно за считанные мгновения оказаться в замке.