Плохой мир сказок

      — Я введу чрезвычайное положение в Волшебном колледже после Осеннего фестиваля, — сказала Василиса, не меняя своего положения на стуле. — Именно тогда мне пообещали прислать документы с моим назначением как директора колледжа. Но это не меняет наших планов, и мы всё так же ищем убийцу…       — А почему именно сейчас, после пропажи директора, вы вводите чрезвычайное положение? Почему же вы не сделали этого раньше?       — Потому что тогда был всего лишь один ученик, который толком обороняться-то не умел, — она нахмурила свои тонкие брови. — Сейчас же кто-то напал на Еруслана Лазаревича, который является одним из великих воинов и волшебников всего Сказочного мира, — Василиса посмотрела на Морока. — Теперь будут вопросы?       Влад, нахмурившись, не отводил взгляда от неё. У него было куча вопросов, но всё его нутро подсказывало ему, что на все найдётся какой-нибудь ответ, и Владу он будет не по вкусу. Так что он, нацепив злую ухмылку, задал единственный вопрос:       — Действительно ли вы волнуетесь из-за этого, а не из-за того, что вы спали?       Василиса на секунду застыла, но потом, поднявшись, ударила Морока по лицу. Звук пощёчины, который так резко прервал блаженную тишину, показался Владу слишком громким, но он не отрицал, что это может быть всего лишь звоном в ушах. Мощный удар развернул его как тряпичную куклу. Когда он повернулся обратно к Василисе, её уже не было.       — Видимо, в точку… — сказал Влад, потирая ушибленное место и немного щуря левый глаз.       Резко открылась входная дверь. В комнату без стука влетела сонная Алиса с Доспехами.       — Морок, тебя, наверное, во всём колледже слышно! — Влад повернулся на голос. — Ой, а что с тобой?       Он не желал больше с кем-либо о чем-либо беседовать и вытолкнул за порог своих незваных гостей.       — Я упал, а вы двое больше не заходите в мою комнату без стука!       Дверь захлопнулась перед носом Алисы и шлемом Доспехов, прерывая возможность на дальнейший разговор или хотя бы какое-нибудь разъяснение ситуации.

***

      — Неужели?!       — Потише, Алёнка! Весь колледж услышит…       — Да и пусть! Варя и Владик помирились! Надо же… надо же устроить праздник!       — Тебе одного праздника мало? — сказала Маша, поднимая кверху клубок запутавшихся красных ленточек.       Волшебный колледж горел приготовлениями к Осеннему фестивалю. Повсюду были неразобранные коробки, украшения, которые ждали своего часа выполнять приписанную им функцию — украшать, инструменты нужные и ненужные, а также толпа учеников, которая добровольно это всё разгребала. Атмосфера ещё не сулила торжества, но лица учеников горели предвкушением празднества. Магией здесь принципиально не пользовались, чтобы отдать дань уважения людям, которые данный фестиваль и придумали, и чтобы сплотить учеников общим трудом.       «Сказочный патруль» не мог пропустить данное событие и вовсю сейчас украшал ярмарочные домики, сделанные из белого дерева, цвет которого был крайне приятен глазу, с коричневыми металлическими вставками, такого же материала крышей и маленькими клумбами внизу, огороженными декоративным забором из дуба. По дизайнерскому плану Вари и Алисы их должны были украшать венки из ярких оранжевых листьев, маленьких ягодок, цветов, в частности подсолнухов, с вплетёнными красными лентами; край крыши должен быть украшен декоративным плющом с добавлением красных и оранжевых оттенков, ягодок и флажков, и гирляндой, светящейся золотом и приманивающей вечером будущих покупателей. Сверху каждого прилавка висела красивая табличка, также обрамлённая растениями, с тщательно написанной Снежкой каллиграфической надписью, соответствовавшая товарам на прилавке, которые и будут главными украшениями всей композиции.       — На самом деле, это и правда хорошая новость, — сказала Варя и немного смутилась, увидя направленные на неё многозначительные взгляды подруг. — В том смысле, что Морок может нам помочь в поиске Феликса.       — Ух ты ж ежики! Варя сама предлагает позвать на помощь Владика! — донесся голос Алёнки, которая наверху цепляла непослушное растение.       — Думаешь, действительно стоит ему обо всём рассказать? — спросила Маша. — Он же вроде бы новую жизнь начал, а мы тут его…       — Одно хорошее дельце в его «новой жизни» ему не навредит, а другим поможет! — сказала Варя, скрещивая руки.       — Я тоже «за», чтобы Владик нам помогал! — влезла Алёнка.       — Помощь нам не помешает, Машенька… Мы же ничего-то толком и не нашли, и не узнали, — сказала Снежка, отмывая в ведре белые от краски руки.       — Да уж… Как-то всё не вяжется. Будто правда ускользает от нас, — задумчиво произнесла Маша и положила распутавшуюся ленточку на прилавок, которую Варя тут же взяла и вплела в венок.       — Я тоже это чувствую… — произнесла Варя и, заметив, как Маша съежилась от холода, посмотрела на небо, на котором теплые солнечные лучи не могли пробиться через массивные облака, уносимые сильными порывами ветра.       — Именно для этого нам нужен Владик! Он-то быстро разберется, что там ускользает и что там не вяжется!       Девочки переглянулись, чтобы понять, что они действительно поддерживают друг друга в данном решении, и посмотрели на Машу.       — Ох… Хорошо, Алёнка! Влад так Влад…       Алёнка радостно спрыгнула с лестницы прямо в объятия Маши.       — Скажем ему прямо сегодня!       — Ага… Если настроение у нашего князя будет! — сказала Алиса, которая до этого тихо сидела без дела на одной из коробок.       — Ты о чём, Алиса? — спросила Варя тоном, который не намного походил на заинтересованность.       — Ой, девочки, вы просто не видели, как он вчера на меня с Доспехами наорал и за дверь вытолкнул! — Алиса скрестила руки на груди и вздернула подбородок. — Вот теперь за свое плохое поведение пусть и ходит с синяком под глазом…       — Ты его ударила?! — спросила Варя тоном, который теперь намного походил на заинтересованность.       — Хотелось, но нет. Сам себя наказал — упал, видите ли!       Девочки разразились заразительным смехом, пока Алиса всё ещё сидела с оскорблённым видом, но лёгкую усмешку была не в силах сдержать.       — Кхе-кхе, я не помешала? — раздался тихий голосок, такой мелодичный и спокойный, что сразу заставил девочек замолчать и прерваться от беззаботного и шумного веселья, будто это стало чем-то постыдным.       «Сказочный патруль» обернулся и увидел перед собой темноволосую девочку, которая глядела на них такими же темными и бездонными, как ночь, глазами, неловко сложив руки перед собой.       — О, это ты, Инга! Какими судьбами? — сказала Варя, подходя ближе к знакомой.       — Любава сказала всем собраться у главной сцены, — сказала Инга, смотря, как ветер раскачивает подол её платья.       Варя немного надула губы, но ничего не сказала и, нахмурившись, отвернулась, повесив готовый венок на его законное место.       — А почему Любава тебя попросила всех созвать? Как я знаю, ты здесь не работаешь, — сказала Маша, склонив голову набок.       — Я всегда рада помочь, — Инга мило улыбнулась, — причём Осенний фестиваль с его ярмарками я очень люблю.       Положив вещи в надёжное от ветра укрытие, девочки последовали за Ингой. Дорога предстояла нелёгкая. Ярмарочные домики располагались внизу холма и дальше всех остальных сооружений, которые должны были фигурировать на фестивале. Наверное, поэтому Любава, как организатор фестиваля, приказала девочкам работать там.       Небо было тёмное от надвигающейся грозы, но Владу это не слишком мешало. Он шёл по безлюдной тропинке, которая в образовавшейся темноте не сверкала огоньками гирлянд, не разрывалась от гула голосов, громких песен или плясок. Переступая через груду появившихся из ниоткуда досок и проходя всё дальше и дальше, нельзя было представить, что уже через несколько дней здесь пройдет тот самый «Осенний фестиваль».       Сейчас Владу нужна была спокойная прогулка, чтобы собраться с мыслями, которых за несколько дней накопилось слишком много. Свободное время нашлось только вечером — уроки закончились, слишком поздно для всяких «важных» ученических дел, и погода благоприятствовала, поэтому пока он гуляет, никто его не потревожит. К сожалению, Морок не мог поделиться своими мыслями с кем-то из его окружения. Всё касалось Феликса, а теперь уже и Еруслана Лазаревича.       Пропажа директора крайне удивила Влада своей неожиданностью — он даже не предполагал такой исход событий. Это было страшно, но пугало больше то, что все знали, что вряд ли он найдется живым или со своей магией. Единственное, что Морок теперь понимал — противник силен и умен, а ещё у него есть четкий план. Раньше все считали убийцу невеждой в области магии из-за попытки забрать у Феликса его тёмную часть. Но разве невежда решился бы проделать тот же трюк с Великим магом после той неудачной попытки? Морок считал, что нет. Дело в другом. Вряд ли убийце требуется тёмная магия, он совершает это из-за других побуждений. Что-то другое ему необходимо в волшебниках, но Влад был малокомпетентным в области магии, чтобы понять, что именно.       «Сейчас бы пригодилась Василиса, но кто знал, что кто-то может обидеться на мою наблюдательность».       Дорога в размышлениях привела Морока к большой сцене с большой площадкой для зрителей. В темноте было трудно что-либо разглядеть, но, всмотревшись, Влад заметил наверху большую красивую вывеску, буквы которой были выложены из множества букетов ярко-оранжевых листьев с добавлением приближённого оттенка цветов и ягод, которые вместе составляли надпись «Осенний фестиваль». Влад предположил, что в неё так же, как и в декор из растений, обрамлявший край сцены, встроен светодиод, который сейчас по понятным причинам не горел.       Влад поднялся на сцену, желая получше осмотреться. Фоном выступало большое белое полотно, украшенное вьющимся золотым узором, над сценой были повешены такого же цвета фонарики разных диаметров, а из-за больших колонн по бокам выглядывали перегородки, по форме плавно сужающиеся вниз, с вырезами, напоминавшими жилки листьев. Но Морока впечатлила не со вкусом расставленная сцена, а вид, открывавшийся с неё. Вид на уходящую вдаль тёмную площадь, которая скоро будет скрываться за ширмой дождя, хотя гром, раздавшийся только что намекает, что будет гроза. И ещё раз. И ещё. За спиной.       Влад резко оборачивается. Он понимает, это уже не гром, а что-то прогремевшее за сценой. Взгляд улавливает на полу лежащий без дела молоток, который Влад, не задумываясь, хватает в обе руки и, аккуратно шагая, чтобы деревянный пол не выдал его, направляется за кулисы. Он замечает разбросанные деревянные коробки на земле, которые, видимо, снёс ветер. Или кто-то неуклюжий о них зацепился. Вглядываясь из-за угла в темноту, он уже было думает, что у него просто разыгралось воображение, но вот глаз улавливает лёгкое движение. Широкие плечи, страшно высокий рост, мощные руки, выглядывавшие из-за скрывающего лицо плаща. Это был не ученик, забывший что-то во время работ, по крайней мере, Влад не встречал подходящих под данное описание. Фигуру было еле заметно в её темном плаще, да и ещё в тени палатки, хоть и раскрытой, так что найдя место поближе, но так же скрывающее его присутствие, Морок быстро перебрался туда. Теперь наблюдательный пункт был удобнее, что позволило ему заметить то, что палатка принадлежала его подружке Любаве — это гласила вывеска на ней. Теперь стало точно ясно, что здесь разворачиваются крайне сомнительные делишки, но Влад решил пока не вмешиваться. Он заметил, что ночной гость что-то ищет, и пока он не найдет это, брать его сейчас не имеет смысла.       Долго ждать не пришлось. Загадочная фигура замерла, разглядывая предмет в руках, и издалека Мороку показалось, что это некая книга или что-то похоже на неё. «Чёрный плащ» положил её в сумку и собирался уже выходить, но в проходе стоял Влад.       — Думаю, — он принял боевую стойку, взяв молоток в ведущую правую руку, которую предусмотрительно отвел назад для усиления удара, — это не твоё!       Влад одним прыжком преодолел расстояние между ними. Фигура в чёрном покачнулась и чудом избежала удара молотком в голову. Второй удар не заставил себя долго ждать и был нанесен в ногу. Черный плащ потерял равновесие и грохнулся на стеклянный столик, повалив его и всё содержимое на нём. Влад, ощущая приближающийся сладкий вкус победы, навис над лежащим в обломках человеком. Молоток взметнулся в воздух, разгоняясь для последнего удара. Черный плащ что-то выкрикнул, заставив Влада немного растеряться, и поднял одну руку вверх.       «Волшебник!»       Палатка наполнилась дымом, от которого щипали и слезились глаза, а от запаха к горлу подступала тошнота. Влад схватился двумя руками за лицо, тем самым выронив молоток, и тот свалился ему на ногу. Следующим он почувствовал сильный толчок в плечо, который повалил его на грязный пол. Морок громко выругался и принялся вылезать из злосчастной палатки. Это было вовремя, потому что, как только он выполз за порог, она развалилась. Влад глотал ртом свежий воздух, старался быстрее проморгать неприятные ощущения в глазах и, как только был в силах открыть хотя бы один, бросился вслед за Черным плащом, который выбрал неверную дорогу, чтобы скрыться — пустую, неизвивающуюся тропинку, которая шла с холма.       Влад наплевал на всякую боль, наплевал на погоду, которая вконец испортилась и била градом по лицу. Он нечётко, но видел цель перед собой и во что бы то ни стало должен был её достичь. Но расстояние, несмотря на все его старания, ни капли не сокращалось, но, к счастью, и не увеличивалось. И тут неожиданно «Чёрный плащ» зацепляется обо что-то на земле и падает. Влад ускоряется. Бежит, уже не чувствуя опоры под ногами. Летит. Он знает, если это волшебник, то значит, он может… телепортироваться.       Морок упал. «Чёрный плащ» растворился в воздухе. На месте, где он только что был, разлилась большая лужа. В ней то Влад и валялся. Уставший, промокший, слабый. Жуткий раскат грома, град, не прекращающий бить по лицу, и даже грязная лужа не вызывали в нём ничего: ни страха, ни боли, ни отвращения. Не было никаких мыслей. Не было никаких сил. Но валяться здесь до утра и быть разбуженным каким-то учеником Владу не хотелось. Князь бы не вытерпел такое унижение.       Он медленно встал, сначала на четвереньки, потом на колени, и наконец, в полный рост. Влад посмотрел по сторонам. Он стоял на широкой улице, а по бокам от него располагались ярмарочные домики. Морок подумал, что они очень красивые, и сам осекся от такой мысли. Разве об этом сейчас нужно думать? Вдруг он упустил убийцу Феликса и директора? Самоугнетение — вот, что в данный момент поможет Мороку справиться с физической слабостью.       Он всё ещё стоял в луже и, когда попытался вылезти из неё, приметил что-то в грязной воде и, не брезгуя, сразу это поднял. Влад взглянул на один из ярмарочных домиков. В его руках оказался грязный венок: листья размякли и порвались, почти все ягоды были раздавлены либо им самим, либо Чёрным плащом, от подсолнуха осталась только половина цветка, а красные ленты всё так же оставались яркими и почти не тронутыми.       «Раньше ты тоже был красивым…»       Сверкнула молния, осветив на малую долю секунды округу, но Владу хватило этого, чтобы заметить, что в венке было что-то ещё.       Маленькая круглая подвеска. Золотая оправа со множеством ювелирно-мелких узоров обрамляла стекло, которое было немного больше человеческого зрачка. Влад поднёс подвеску к целому глазу. Посмотрел сначала по сторонам, а потом наверх. Влад не мог скрыть своего удивления. Он отодвинул от себя подвеску, потряс головой и снова взглянул через её маленькое стёклышко на небо, плотно покрытое грозовыми тучами, которые ещё всю ночь будут мешать крайне впечатлительным детишкам спать, стуча по стеклу огромными каплями, и трясти оконную раму сильными порывами ветра.       Влад не мог поверить своим глазам (точнее, глазу), ведь через маленькое стекло в золотой подвеске он видел яркое звёздное небо.