Ты — моя последняя надежда

Если бы у Сергея спросили «Что такое любовь?» — он бы не смог ответить однозначно. Игорь сидел, откинувшись на спинку дивана, и закрыл глаза, чувствуя чужое дыхание на своей шее. Сергей, прижимаясь к майору, просто наслаждался присутствием уже родного человека и теплом его тела. На душе было тепло и спокойно. Раньше он подобного не ощущал, но с Игорем всё чувствовалось по-другому. Гром за короткое время стал таким родным, таким близким. Разумовский правда очень устал от всего дерьма: чувство обречённости просто разъедало изнутри, а чувство отчаяния безжалостно терзало всё, что осталось. Именно поэтому, парень так безраздумно вцепился за Грома. Этот человек был в глазах Сергея спасателём. Да, майор конечно относился к Серёже немного холодновато, но всё равно позволял ему им делать практически всё. Тем более, это отличный способ ворваться в доверие. Для Игоря, Сергей был в первую очередь преступником, убийцей, и пока что менять свои убеждения он не собирался. Разумовский заставил Грома лечь на диван и сам умостился около него, положив голову на его грудь. Сергей закрыл глаза, вслушиваясь в сердцебиение Игоря. — Мне кажется, я могу сказать, что люблю тебя. Майор немного удивился этим неожиданным словам. Нет, в его план конечно входило то, что Сергей должен быть ближе к нему, доверять, но не до такой же степени. — Что такое любовь для тебя? Разумовский молчал, раздумывая над этим вопросом, и, когда Игорь уже решил, что не дождётся ответа, Сергей сказал: — Я не могу сказать точно. Это странное чувство. Но мне так тепло, когда ты рядом. С тобой я забываю обо всех проблемах, особенно о.. — парень запнулся, как будто вспомнил кое-что важное и начал что-то выжидать, но так и не дождавшись, неуверенно продолжил. — Мне просто с тобой хорошо, Игорь. Серёжа приблизился к губам Игоря, оставив на них лёгкий поцелуй. Гром задумался, обдумывая всё, что сказал Разумовский. В конце концов он, усмехнувшись, даже почти поверил. Но что ответил бы Чумной Доктор, если бы ему задали точно такой же вопрос? Тварь сидела на том же диване, одной рукой держа бокал с каким-то дорогим алкогольным напитком, а другой рукой сжимая волосы Грома, стоящего на коленях между ног Твари. Игорь даже привык к явному недотраху Чумного Доктора, но всё ещё чувствовал себя унизительно, перебывая в подобных ситуациях. Посмотрев вверх, по спине майора прошёлся холодок. Он так и не свыкся с этой маниакальной улыбкой «Сергея» в такие моменты. Тварь, внимательно смотря на Игоря, всё же отпустила его волосы, выпив всё содержимое бокала и поставив его на стол. — Будешь? Разумовский указал взглядом на бутылку с алкоголем, на что получил от Грома отрицательный ответ. Майор вытер рот рукой и, не успев даже встать в полный рост, почувствовал, как Чумной Доктор потянул его на себя. Губы Твари впились в губы Игоря жадным и грубым поцелуем. Разорвав поцелуй, Разумовский сладко прошептал Грому на ухо: — Мне кажется, я могу сказать, что люблю тебя. Игорь, вспомнив, что Сергей уже определённо говорил это, всё равно спросил: — И что же такое любовь для тебя? — Секс. Ожидая что-то в духе «Я уже говорил», майор опешил, услышав столь неожиданный ответ. — Вот как. — Да. Я думаю, для определения любви больше подходят такие термины, как: секс, похоть, страсть и всё в этом роде. — А как же тепло в душе и вся эта херня? — Вот, правильно подмечено. Это херня. Двуличный ублюдок. Именно так Гром может описать Разумовского.