Короткая жизнь

Кроули снова медленно приходил в себя. Во рту будто кошки нагадили и страшно хотелось пить. Вместо головы ощущался жестяной куб, в котором перекатывались шары для боулинга. — Кроули, — послышался откуда-то сверху незнакомый голос. — Трезвей. — Что? Как? — прохрипел несчастный. — Не знаешь как? Кроули открыл глаза и обнаружил себя лежащим на диване в задней комнате книжного магазинчика. Было светло, о чем говорило окно, забывшее, что оно неуместно, когда так болят глаза. — Странно. Твои глаза, — пробормотал незнакомец. — Мне можно воды? Пожалуйста! — взмолился Кроули. — Я принесу, но ты же можешь и сам наколдовать. И вообще избавиться от похмелья легче легкого! — Мистер, вы о чём говорите? Сквозь солнечную дымку Кроули заметил легкое движение, и губ коснулся край стакана с водой. — Спасибо, сэр. Как мне вас отблагодарить? Дьявол! Я опаздываю на работу. — Работу? — удивился незнакомец. Кроули подскочил и немедленно сел. От резких движений сильно закружилась голова. Незнакомец с тревогой смотрел на потуги Кроули. — Не демон, — вздохнул незнакомец. — Ты совершенно меня не помнишь? — А должен? — удивился Кроули. — Прошу прощения, мне пора идти, — и поспешил выйти из магазинчика. На выходе он заметил вывеску «А. З. Фелл и Ко» со странным графиком работы. Но ему было некогда запоминать всякий вздор. Странный человек. И явно не убийца и не маньяк, вообще такой божий одуванчик. Но от него исходила какая-то опасность на уровне инстинкта. Кроули поспешил поскорее смыться из магазина. Ему нужно было поразмышлять о всех необычных вещах, окружавших его. Кроули не думал о букинисте целых два дня, а в субботу после завтрака он нашел, что времени у него достаточно, чтобы прогуляться и купить что-нибудь почитать. Неожиданное решение, но что он теряет? К тому же ему было интересно узнать, кто этот человек, приютивший его на ночь. Неожиданно для самого себя он вспомнил адрес и легко нашел магазинчик. Было открыто. В помещении пара человек разглядывала какие-то атласы на прилавке, и его приход выглядел совершенно обычным. Он пришел купить книгу! Дама в соломенной шляпке и брючном костюме улыбнулась ему. — Мистер Кроули, вы давно здесь не бывали. Вы куда-то уезжали? Кроули буркнул что-то об отпуске и схватил первую первую попавшуюся книгу. Это была книга «Тысяча и одна ночь» с картинками. Вначале ему не понравилось, что его здесь знали, но его осенило, что он мог узнать о себе побольше, расспросив своего так называемого друга. — Простите, мэм, — исправился Кроули, — я попал в автомобильную катастрофу, раны я получил пустяковые, но травма головы оказалась намного сильнее, и я потерял память. Вы можете сказать, как имя владельца магазина? — Азирафель Фелл, дорогуша. Вы такая замечательная пара. Очень жаль, что вы забыли, как вам здесь было хорошо. Вы прямо светились в его присутствии. Кроули улыбнулся в ответ. — Какая мило вы смущаетесь! Чудесно, чудесно… Неизвестная дама ушла, так и не сделав покупки, но Кроули вооружился решимостью не сбегать в первые пять минут разговора. Когда появился Азирафель, Кроули улыбнулся самой широкой и обаятельной улыбкой. Он хотел очаровать незнакомца. Не то, чтобы он нуждался в дружбе, ему было достаточно общения в офисе, но узнать свое прошлое было важнее. Кто его родители, где он учился, чем зарабатывал на жизнь до потери памяти, в какие клубы он ходил и так далее. И именно Азирафель мог дать ответы. — Привет! — поздоровался Кроули. — Азирафель, — добавил. — Ты что-то вспомнил? — Нет, просто спросил имя у твоих посетителей, — ответил Кроули, — я пришёл купить книгу. — Ты не читаешь, — насторожился Азирафель. — Нужно когда-то начинать, — пожал плечами Кроули. — Я же не совсем дремучий. — Да уж, это точно. Ты очень умный, и у тебя хорошее воображение. — Вы так хорошо меня знаете? — засмеялся Кроули. — Шесть тысяч лет, — ответил Азирафель. — Ха-ха! Смешно. У Азирафеля сияла улыбка, мелкие морщинки появились у глаз (он вообще выглядел очень сияющим), но все же тон был серьезным и даже пугающим. Кроули вдруг смутился, потому что в облике букиниста было что-то такое, что хотелось завернуться в сияние его улыбки и излить ему душу. — Может, пообедаем вместе? — предложил Кроули. — Вы мне заодно расскажете о нас… обо мне, — запнулся он. — Я думаю, что не стоит, — сухо ответил Азирафель. — Вы мне не поверите или посчитаете меня сумасшедшим. — Так всё ужасно? Вы мой дилер и поставляете мне наркотики? — Чушь! Конечно нет! Просто правда настолько невероятна, что это выходит из рамок реальности. — Но почему же? — недоумевал Кроули. — И как же мне жить без прошлого? Без воспоминаний? Он совсем смутился и начал бормотать всякие глупости и оправдания. Азирафель лишь с сомнением качал головой. Было видно, что ему очень трудно было сдержать эмоции. Самое главное, что Кроули были непонятны мотивы отказа. — Я думаю, вам не стоит приходить, — с печалью в голосе проговорил Азирафель. — Вот как! — сказал Кроули. Кроули будто заморозили изнутри. Глыба льда застыла в груди. Отказ, печаль, недоверие… Клубок эмоций, отражавшихся во взгляде Азирафеля, убивал. Не было никакой надежды на откровенность. Более того, казалось, что этот человек отказывался от общения с Кроули навсегда. — Ладно! — сдался Кроули и, пригладив привычным жестом короткие рыжие волосы, вышел на оживлённую улицу. В течение недели Кроули старался не думать о Азирафеле. Работа была несложной, лишь бы не хромать, но мысли волей-неволей возвращались к таинственному человеку. Здесь явно что-то было нечисто, но следить было за букинистом некогда. Работа выматывала, к концу дня он едва приползал домой, готовил ужин и заваливался спать. В пятницу он посещал клуб и снимал парня или девушку и шёл в отель. Ему была противна мысль водить людей домой. В пятницу он напился в пабе, и, как нарочно, в субботу к обеденному времени рванул в книжный магазин. Азирафель сидел на кассе и сразу заметил посетителя. Он недовольно сдвинул брови, а Кроули ухмыльнулся как можно ехидней. Он схватил первую попавшуюся книгу и подошёл к кассе. — Книга! — буркнул Кроули. — Вы разводите розы? — спросил Азирафель, глядя на обложку. — Буду. Азирафель пробил чек и собирался уходить. Но Кроули не сдвинулся с места. — Сейчас обед, — мягко сказал Азирафель, — и я хочу есть. — Я угощаю, — ответил Кроули. — Нет! — слишком ровно сказал Азирафель. Будто уговаривал пятилетнего ребенка от покупки спичек. — Это слишком опасно для вашей души. Кроули стал закипать. — Что вы знаете о душе! Я расколот на части! Я не знаю, кто я такой. Из-за вас я нахожусь как в аду, потому что вы — эгоист и сволочь! Я хочу знать, кто я такой! Стальные глаза Азирафеля потемнели, и Кроули не заметил, как оказался на улице. Кроули послал Азирафеля к дьяволу, и ему вдруг стало легче. Он ненавидел этого предателя. Да, предателя. Кроули был уверен, что Азирафель с ним поссорился, довел до амнезии и теперь не хочет его видеть. Кроули пнул колесо велосипеда, стоявшего у входа в магазин, и решительно зашагал в сторону дома. На душе было отвратительно. Кроули посетила мысль исчезнуть из этого мира навсегда. Бремя оказалось настолько огромным, что он зашатался на ногах и чуть не упал. На него никто не обращал внимания, и ему пришлось взять себя в руки и медленно идти по улице домой. Ему ничего не хотелось, только напиться и забыться лет на сто. Но он физически не мог столько спать. К тому же ему нужно было как-то зарабатывать на жизнь. Кроули не оставляла мысль, что всё неправильно. Он не должен был пахать как проклятый. Хотя кто знает? Может, он обречен быть полунищим одиночкой? Кроули верил, что неизвестный Азирафель задолжал ему ответы, и решил взять его измором. Он стал ходить каждые выходные в книжный магазинчик. Его личная библиотека стала пополняться, и пришлось добавить в интерьер несколько стеллажей для книг. Шекспир, Вудхауз, Честертон, Уэллс… У Кроули не было системы, и он покупал книги просто для удовольствия. Некоторые книги были довольно старые, и Кроули замечал сложную гримасу на лице букиниста, но Кроули нравилось его дразнить. Азирафель дулся три месяца, но к лету встречал его с кислой улыбкой. Кроули заметил эту перемену, но приглашать куда-либо своего — друга? партнера? — он ещё не решался. Относительно дружелюбный разговор был вполне приятным дополнением к покупке. Однажды Кроули пришёл довольно поздно, практически к ужину. Лёгкий налёт опасности витал в воздухе. Что-то неуловимое, что будоражило кровь и щекотало нервы. У Кроули даже мурашки пошли по коже. Ему захотелось любить и обожать весь мир. Всеобъемлющее чувство любви наполнило пространство магазина с такой силой, что Кроули растерялся. Казалось, магазин посетил священник или сам Папа Римский. Святость и благодать, догадался Кроули. Кто же здесь? Из подсобки вышел очень красивый мужчина. Высокий, статный, с лёгкой улыбкой на лице. В руках он держал перчатки и зонтик. Кто летом так одевается? Изумлению Кроули не было предела. — Добрый вечер, — поздоровался Кроули. — Погода весьма дождливая. Мужчина обернулся, и на его лице отразилась гамма отвращения и брезгливости. — Погода как погода, — буркнул он и ретировался как можно быстрее из помещения. — Это ваш знакомый? — спросил Кроули. — Красавчик. — Его зовут Габриэль, и тебе не стоит связываться с ним, — произнёс Азирафель. — Кто вы такой, чтобы указывать мне? Мы с вами даже не друзья, — пожал плечами Кроули. — Мы больше, чем друзья, — яростно проговорил Азирафель. — Я просто берегу твои чувства и жизнь. Габриэль опасен. — Вот как, — задумчиво произнес Кроули. — Расскажите. — Я не могу, — ответил Азирафель. — Ты же простой человек. Ты не сможешь с ним бороться. — Я не собираюсь с ним бороться. Мне он интересен. — Кроули, перестань. Азирафель взял его за руку, и это оказалось намного сильнее аргументов, потому что Кроули чуть не задохнулся. Такое же чувство всеобьемлющей любви, радости и счастья наполнили все существо, и Кроули забыл о Габриэле. Теперь он видел одного Азирафеля. Его одухотворенное красивое лицо и теплые, сильные руки. — Забудь о нём. Азирафель погладил запястье, и Кроули подумал, что между ним и Азирафелем точно что-то было. Габриэль явно был лишним в тандеме с Азирафелем. — Хорошо, я забуду, — ответил Кроули. — Тогда я приглашаю вас на ужин. — В «Ритц»? — улыбнулся Азирафель. — Завтра? — Отлично! — обрадовался Кроули. Они сердечно попрощались. Кроули насвистывал нечто незамысловатое по дороге домой. Наконец Азирафель сдался! На следующий день Кроули оделся как можно лучше и отправился домой к Азирафелю. Ему нужно было как можно быстрее все вспомнить! Этот человек был полон загадок и странностей. Магазин был полон раритетов, и весь образ жизни Азирафеля располагал к неспешному, будто перед ним распахивала крылья целая вечность. Кроули даже завидовал ему. Ему нужно было спешить, торопиться и бежать. Быстрее получить удовольствие, не ждать подарков, а самому брать всё. Кроули в книжном магазине застревал. Время текло незаметно, и он не считал часов, сколько разглядывал книжные раритеты и новинки. Это было захватывающее приключение в мир выдуманных страстей, и половину времени за сегодняшним обедом Кроули рассуждал о жизни, любви и смерти Ромео и Джульетты. Но это было половина правды. Вторая половина заключалась в том, что Кроули наблюдал за своим спутником, а Азирафель украдкой замечал новые привычки самого Кроули. Это был едва заметный танец, где водил более опытный танцор. Победил Кроули. Азирафель настолько любил поесть, что ослабил бдительность. Нежные блинчики и абрикосовое парфе на десерт окончательно угробили разведывательную деятельность Азирафеля, и он стал наслаждаться происходящим. Обед плавно перетек в беседу в магазине за бутылкой вина, куда они вернулись после переговоров в Ритце. Азирафель ослабил бабочку, опьяненный и счастливый. Ему очень не хватало Кроули. Его Кроули. Бросать своего друга-демона было верхом подлости, и он всё же решил приоткрыть тайну перед своим собеседником. — Ты что-то мне хотел сказать? — приподнял брови Кроули. Он был пьян не меньше Азирафеля. Ему хотелось размяться, и он привстал, чтобы переместиться с кресла на диван. Ему было мало места, а он сам был готов к уходу домой. Слишком долго он сидел здесь, а ему нужно было на работу утром. — Да, — ответил Азирафель. — Нет смысла прятать эту тайну. Ты посмеешься и забудешь, а у меня на душе станет легче. Кроули — ты демон, а я ангел. Пять тысяч лет назад мы заключили Соглашение, и с тех пор мы помогаем друг другу. Два года назад мы предотвратили Апокалипсис. То, что ты мне рассказал о себе, очень важно. Как я понял из твоего рассказа, тебя лишили памяти и сделали человеком. Я не знаю как, но знаю почему. Тебя наказали. И похоже, что слишком жестоко. Если тебя убьют… Тут вдруг Азирафель всхлипнул пьяными слезами. — Да что там! — воскликнул он. — Если ты просто умрешь, я не представляю, что с тобой сделают! Азирафель сел рядом с Кроули на диван и взял его руки в свои. — Именно поэтому тебе опасно рядом со мной находиться. Ангелы вроде Габриэля… Кроули не мог поверить, слишком невероятна была правда. Он вспомнил свой первый день существования в человеческом обличье. Море крови, страх, желание убежать… Всё говорило о том, что следует прислушаться к словам Азирафеля. — Так я тебе небезразличен? — спросил Кроули. — Боже мой, ты самое дорогое мне существо на Земле! — воскликнул Азирафель. — Я уже жалею, что чуть не оттолкнул от себя. Я не могу тебя бросить, но и тебе нельзя рядом со мной находиться. Мои собратья могут уничтожить тебя святой во… Кроули просто заткнул его поцелуем. Губы ангелы были мягкими, со вкусом вина и шоколада. Азирафель от неожиданности отшатнулся, но Кроули его не отпускал. — Позволь мне… — прошептал Кроули, — если моя жизнь так коротка, то я не намерен ждать ни минуты… В глазах Азирафеля отражалось собственное желание и желание Кроули. Наверняка наутро никто из них ничего не вспомнит, и это было совершенно не важно. Сейчас существовали только они друг для друга. Поцелуй из изучающего быстро стал жаждущим и страстным. Для Азирафеля и Кроули больше ничего не существовало. Казалось, Кроули нашёл какую-то новую грань своей личности. Он впервые любил по-настоящему. Не сравнить с обычной интрижкой. Здесь был восторг, пьянящее чувство победы и острое ощущение риска. Кроули будто склонился над бездной и оставался лишь один шаг, чтобы взлететь или упасть. Кроули хотел Азирафеля. Уже давно. Какая-то древняя запечатанная часть души ликовала и пела, потому что желание было взаимным. Они были созданы друг для друга. Губы находили все больше граней испытать всеобъемлющее желание. Когда стало мало губ, в ход пошли руки, с нетерпением раздевая друг друга, чтоб коснуться больше кожи. Взобраться над подкорку, запечатлеть чувствительное местечки на шее и груди, сжать соски. Теми же губами прихватить маленькие комочки плоти, и от легкого сжатия и покусывания они стали крайне твердыми. Под руками Кроули Азирафель дышал как от сильного бега. — Кроули! — простонал Азирафель. — Что, любовь моя? Кроули ошалел от счастья и тем более не мог представить выражение страдания на лице Азирафеля. Это было сомнение и желание, печаль и удивление — смесь настолько невероятная, что Кроули остановился. — Ты совершаешь ошибку, мы совершаем ошибку. Утром ты пожалеешь о том, что мы сделали. — Молчи, — прошептал Кроули, целуя его и склоняясь над пахом. Его ангел был возбуждён. Кроули был уверен, что тот хочет его сильнее, чем он сам. Кроули проложил цепочку поцелуев к паху и взял в рот. Азирафель застонал, к восторгу Кроули. И стоны увеличились, когда Кроули нашёл подходящий темп. Он не отпускал член до самого основания, как можно сильнее расслабив горло и стимулируя рукой местечко между членом и мошонкой. Кроули сам замычал от удовольствия и не отстранился, даже когда сперма выстрелила глубоко в горло. Не пролилось ни капли, а лицо Азирафеля застыло в блаженном экстазе, будто он стоял перед Всевышней, изливавшей на него свою благодать. Кроули с благоговением уставился на лицо своего любовника. — Кроули. Рука Азирафеля коснулась губ Кроули и тут же исчезла. — Ты очень красивый сейчас, — проговорил Азирафель. — Как ты? — Я уже, — хрипло прошептал Кроули. Он не заметил собственного оргазма, поскольку был полностью занят своим ангелом. Кроули приблизился к лицу Азирафеля и снова его поцеловал. Под его губами Азирафель улыбался, потом не выдержал и стал покрывать поцелуями бывшего демона. — Я очень люблю тебя, Кроули, — шептал он. — Ты не представляешь как давно и как сильно. Прости, что держал на расстоянии. Мне казалось, что так будет лучше. — Ничего не лучше, — возражал Кроули. — Мы не можем по-другому. Тем более, когда моя жизнь так коротка. Стоит ли терять время на сущие пустяки? Азирафель вдруг окаменел, и на лице застыла бесстрастная маска. Он вдруг понял, что этот Кроули ничего не помнил, и вся его любовь — это несколько встреч раз в неделю. Он приподнялся и неторопливо стал убирать беспорядок в одежде. — Я думаю, тебе пора уходить, мой дорогой, — очень сдержанно сказал Азирафель. Кроули очнулся только дома. Он очень разозлился и открыл бутылку вина, к которому он почувствовал сильнейшую тягу. Так и уснул, в обнимку с бутылкой, раздражённый и глубоко несчастный.