Коклз и Дэстиэль драббельки

Он отдал все ради него. Поставил на чашу весов свою благодать, свои крылья, свой дом, и, наконец, самого себя, ступив на узкую, не пройденную никем ранее до конца, тропу. Но чаши колеблются, не могут определиться, чего же больше – ангела или же небесной справедливости в виде веры в Отца, божественных истин. Гром сотрясает Землю, а молния, яркая вспышка, пронзает небосвод своим острым лезвием, рассекая её желтой полосой на долю секунды, и вот ангел стоит перед своим человеком. Помятый, ослабленный, с потерянным взглядом, но не сломленный, не побежденный. Его вера рядом, тянет к нему руки, обнимает, облегченно шепчет что-то в шею, наверняка это извечное: «Ты вернулся, пернатый!». Пернатый… Интересно, как человек будет называть его, когда он потеряет свои крылья, когда станет таким же, как и он – смертным. Бросит, оставит ли один на один с незнакомым, огромным миром, или будет прижимать к себе, как сейчас, согревая в своих объятиях и учить всему? Он боится думать об этом, ведь его крылья окровавлены, а сам он стоит на могилах своих братьев, среди крестов. Это его рук дело, он уничтожил их, он сподвиг их на смерть, приблизил конец. И он должен ответить за это, чего бы не стоило. Его человек должен жить в лучшем мире, в мире, где не будет войн, сумасшедших ангелов. Где он заживет нормальной, счастливой жизнью с любимым человеком. И пусть это будет не он, не он по утрам будет будить мужчину легким поцелуем и варить для них кофе. Это не так страшно, как то, что человек может быть несчастен. Нет… И когда небосвод вновь вспыхивает желтым пламенем, и ангел исчезает, выскальзывает из объятий человека, весы принимают своё решение, преклоняясь перед небесами. И даже вырванное сердце ангела, положенное на чашу весов в последнюю секунду, не в силах изменить судьбу… http://pp.vk.me/c413830/v413830340/90dd/7Zy7EalNR0M.jpg