Фальшивая война

      Гарри не знал, сколько времени он простоял здесь. Чья-то маленькая и теплая ладонь взяла его за руку и потянула за собой. Гарри подчинился ей почти бездумно. И только когда шел по коридору, то и дело натыкаясь на людей в пижамах, ничего не видя вокруг, вдруг понял по веявшему в воздухе аромату цветов, что это Джинни ведет его куда-то.       — Мы идем в больничное крыло, — сказала Джинни, словно подслушав его мысли.       — Я не ранен, — ответил Гарри.       — Это приказ МакГонагалл, — сказала Джинни. — Все уже там. Рон, Невилл, Люпин… все, кроме…       Гарри не желал слушать продолжения. Ему казалось, он и так знал, что может услышать. Но тут в груди вновь шевельнулся страх — он и забыл о том, что внизу кипел настоящий бой.       — Кто еще погиб, Джинни?       — Из наших — никто, не бойся.       — Но Черная Метка…       — Никто не погиб, Гарри, — повторила Джинни. — Билл ранен, но с ним все хорошо, он жив.       Однако что-то в ее голосе заставило Гарри понять — случилась беда.       — Ты уверена?       — Конечно, уверена… он… немного изуродован, вот и все. На него напал Сивый. Мадам Помфри говорит, что он… он уже не будет выглядеть, как прежде… — голос Джинни чуть дрогнул. — Мы просто не знаем, какими могут быть последствия, все-таки Сивый — оборотень, хоть он и в эту ночь и не преображался.       — Он мертв.       — Что?! — Джинни вскинула на него полные изумления глаза.       — Сивый. Он мертв. — безучастно повторил Гарри. — Он упал… упал с башни.       — Так ему и надо!       Джинни стиснула зубы, а её рука, ухватила Гарри чуть крепче. Или ему показалось.       — А другие? — спросил Гарри, не желая развивать тему.       — Невилл лежит в палате, мадам Помфри считает, что он поправится полностью, ну еще профессору Флитвику досталось, но он тоже чувствует себя неплохо, слабость в ногах, вот и все. Он все требует, чтобы его отпустили посмотреть, как там его когтевранцы. А вот один из Пожирателей смерти убит, попал под смертоносное заклятие, их расшвыривал повсюду тот огромный блондин.       Они уже добрались до больничного крыла. Гарри, пинком распахнув дверь, увидел на койке у входа спящего Невилла. Рон, Луна, Тонкс и Люпин стояли у другой койки, в дальнем конце палаты. Услышав скрип двери, все они обернулись. Люпин с встревоженным видом шагнул ему навстречу.       — С тобой все в порядке, Гарри?       — Да, все… как Билл?       Никто ему не ответил. Гарри глянул поверх плеча Луны, и увидел на подушке Билла неузнаваемое лицо, рассеченное и разодранное так страшно, что оно казалось гротескной маской. Мадам Помфри наносила на раны какую-то остро пахнущую зеленую мазь.       — Разве нельзя исцелить Билла какими-нибудь чарами? — спросил Гарри у волшебницы.       — Чары тут не помогут, — ответила мадам Помфри. — От укусов оборотня лекарства не существует.       — Но его же искусали не при полной луне, — сказал Рон, смотревший в лицо брата с таким выражением, как будто надеялся, что раны затянутся от одного его взгляда. — Сивый не преобразился, так что Билл не станет… настоящим…       И он неуверенно взглянул на Люпина.       — Нет, думаю, настоящим оборотнем Билл не станет, — сказал Люпин, — но отсюда не следует, что в кровь его не попала никакая зараза. Это зачарованные раны. Они вряд ли исцелятся полностью, и… и в Билле будет, возможно, проступать время от времени что-то волчье.       — Дамблдору наверняка известно, как можно помочь, — сказал Рон. — Где он?       — Рон… Дамблдор в очень плохом состоянии, — произнес Гарри. — Он был очень слаб, и… и я не знаю, что с ним. Малфой хотел его убить, и Пожиратели...       — Малфой?! Драко Малфой? Студент с пятого курса хотел убить Дамблдора?! — со всех сторон одновременно раздались голоса, возмущенные и неверящие.       — Может, он только так говорил, — неуверенно предположил Люпин. — Намерение не означает, что он и вправду сделал бы это...       — Малфой ударил Дамблдора Авадой в грудь, — мрачно выплюнул Гарри. — Если бы не защита Гермионы, директор был бы мертв. Какие еще нужны доказательства, Римус, если у него хватило решимости и сил на Аваду?       Люпин стушевался и опустил глаза. Повисло неловкое молчание.       — Сивый мертв, — глухим голосом сообщила Джинни.       — Как это? — спросила Тонкс. — Что случилось? Он поднимался на башню, с ними…       — Его сбросила вниз Гермиона, — безучастно ответил Гарри, все еще не до конца веря в то, что сказал. — Я был там и все видел. Мы прилетели на Астрономическую башню, потому что Метка висела именно над ней… Дамблдору было плохо, он очень ослаб. Там была Гермиона, хотя я сразу не понял... Она обездвижила меня, и я ничего не мог сделать, на мне была мантия-невидимка… и тут откуда-то появился Малфой и обезоружил его…       Тонкс закрыла ладонями рот, Рон застонал, у Луны задрожали губы.       — Потом появились Пожиратели смерти, и Малфой запустил в Дамблдора Авадой… но Дамблдора закрыла сфера, как та, на Турнире, помните? Я думаю, Гермиона тогда оставила себе артефакт... И я не понял, как, но потом появилась она. Гермиона… она договорилась с ними. С Пожирателями. Что она пойдет с ними, а они никого больше не тронут. Сивый хотел на неё кинуться, и Гермиона сбросила его через ограждение. Просто… ветром сдула. И ушла с ними.       — Она сама пошла с ними?! — в ужасе прошептала Джинни.       Гарри не мог продолжать, и просто кивнул.       — Там был Снейп, но их все равно было четверо, и Малфой, и Снейп… Наверное, она подумала, что не справится с ними…       — И была права, — Римус положил руку ему на плечо. — Даже такой сильной ведьме, как Гермиона, было не одолеть сразу четверых. Мы… Гарри, нас было куда больше, но и мы не смогли. Если бы она не сделала то, что сделала, Дамблдор бы погиб. Мы все могли бы погибнуть.       Тут больничная дверь снова открылась, и в палату вошла профессор МакГонагалл. Как и на всех остальных, на ней были видны следы недавней битвы — ссадины на лице, разодранная одежда.       — Молли с Артуром уже летят сюда, — сказала она.       — Что с Дамблдором, профессор? — бросился к ней Гарри.       — Он очень слаб, Гарри, — покачала головой МакГонагалл. — Им занимается профессор Снейп, но пока ничего обнадеживающего не говорит. Однако директор просил вам передать, что, если с вами свяжется мисс Грейнджер, вы должны немедленно придти к нему и сообщить об этом. Что там произошло, Гарри? По словам профессора Снейпа, ты был с профессором Дамблдором, когда… когда все это случилось. Зачем они забрали мисс Грейнджер?       — Я знаю не больше вашего, — пожал плечами Гарри. — Я даже не понял, как она там оказалась.       — На карте её не было, Гарри, — заговорил Рон. — Ну, когда я увидел Малфоя у Выручай-комнаты. Я подумал, что она опять на своих тренировках и… в общем, я не искал её больше.       — Все так смешалось… — взволнованно сказала профессор МакГонагалл. — Дамблдор сказал, что на несколько часов оставит школу и что нам нужно будет, просто на всякий случай, патрулировать коридоры… К нам должны были присоединиться Римус, Билл и Нимфадора… ну, мы и патрулировали. Казалось, все тихо. Каждый потайной ход, идущий из школы, был перекрыт. На все входы в замок были наложены мощные заклинания. Я и сейчас не знаю, как сумели Пожиратели смерти проникнуть…       — Это я напортачил, Гарри, — Рон выглядел совершенно пришибленным. — Я сделал, как ты сказал: проверил Карту Мародеров, и увидел, что Малфой шел на восьмой этаж. До этого был на третьем, видимо, ходил к Дамблдору в кабинет, да только никого не нашел... Ну, я решил, что он в Выручай-комнате. Я, Джинни, Невилл и Луна отправились следить за ней… но Малфой проскочил мимо нас…       — Он вышел из комнаты примерно через час после того, как мы начали наблюдение, — сказала Джинни. — Бросил что-то в воздух, и все погрузилось в непроглядную тьму…       — Перуанский порошок мгновенной тьмы, — горько промолвил Рон. — Фред с Джорджем… Я еще поговорю с ними о том, кому они продают свои товары.       — Чего мы только не перепробовали — Люмос, Инсендио, — сказала Джинни, — ничто эту тьму не брало. Нам осталось одно — на ощупь выбраться из коридора, при этом мы слышали, как кто-то пробежал мимо. Видимо, Малфой провел остальных. Заклинаниями мы пользоваться не решались, боялись попасть друг в друга, а когда добрались до освещенного коридора, их уже не было.       — К счастью, — хрипло сказал Люпин, — ребята почти сразу наткнулись на нас и рассказали о случившемся. Через несколько минут мы отыскали Пожирателей смерти, они направлялись к Астрономической башне. Малфой, скорее всего, не ожидал усиления стражи, да и порошок у него весь уже вышел. Началась битва, они бросились врассыпную, мы погнались за ними. Один из них, Гиббон, прорвался к лестнице на башню…       — Чтобы оставить Метку? — спросил Гарри.       — Наверное. Должно быть, они договорились обо всем ещё в Выручай-комнате, — сказал Люпин. — Правда, не думаю, что Гиббону так уж хотелось в одиночку дожидаться там Дамблдора, потому что он скоро спустился вниз, присоединился к сражению и попал под Аваду, на волосок пролетевшую мимо меня.       — Нам приходилось туго, — негромко сказала Тонкс. — Гиббон был убит, но остальные Пожиратели готовы были драться насмерть. Невилла ранили, Билла погрыз Сивый… было темно… повсюду летали заклятия… Малфой куда-то исчез, должно быть, проскользнул мимо нас наверх, в башню… потом и другие Пожиратели смерти устремились за ним, и один из них перекрыл каким-то заклинанием лестницу за собой… Невилл бросился к ней, но его отбросило в воздух…       — Никому из нас прорваться не удалось, — сказал Рон. — А этот бугай, Пожиратель смерти, расшвыривал повсюду заклятия, они отскакивали от стен, чуть не ударяя нас, а потом тоже сбежал…       — И тогда появился Снейп, — перебила его Тонкс, — и он проскочил через проклятый барьер, точно того и не было.       — Я попытался последовать за ним, — сказал Люпин, — но меня отбросило точно так же, как Невилла…       — Снейп поднялся наверх последним, — подтвердил Гарри. — Но он ничего не сделал! Ничего! Только сказал Беллатрикс, что Гермиона нужна живой, и её нельзя трогать… а потом… потом он просто дал им уйти!       — Как и мы, Гарри… — глухо произнесла Тонкс. — Как раз перед этим здоровенный Пожиратель смерти выпалил заклинанием, которое обрушило половину потолка. Мы пытались пробить барьер заклинаниями, во всяком случае, те, кто еще стоял на ногах, и когда из облака пыли появились Пожиратели, Гермиона была с ними.       — Её вела Беллатрикс, и её палочка… она упиралась прямо в Гермиону, — сказал Люпин. — Она сказала, что, если мы не дадим им уйти, они убьют её… и мы их пропустили.       Двери больничного крыла резко распахнулись, заставив всех испуганно вздрогнуть. В палату торопливо вступили мистер и миссис Уизли, а следом за ними Флер с искаженным ужасом прекрасным лицом.       — Молли, Артур, — воскликнула профессор МакГонагалл, вскакивая и бросаясь к ним навстречу, — мне так жаль…       — Билл, — прошептала миссис Уизли, увидев изуродованное лицо сына, и метнулась мимо МакГонагалл к его кровати. — О, Билл!       Люпин и Тонкс торопливо встали и отступили в сторону, чтобы позволить мистеру и миссис Уизли приблизиться к Биллу. Миссис Уизли склонилась над сыном, коснулась губами его окровавленного лба.       — Вы сказали, что на него напал Сивый? — встревоженно спросил профессора МакГонагалл мистер Уизли. — Но ведь он не преобразился? Так что же это значит? Что будет с Биллом?       — Пока мы этого не знаем, — ответила МакГонагалл, бросая беспомощный взгляд на Люпина.       — Какое-то заражение, вероятно, произойдёт, Артур, — сказал Люпин. — Случай редкий, быть может, уникальный… Не ясно, как поведет себя Билл, когда очнется…       Молли Уизли отобрала у мадам Помфри остро пахнущую мазь и начала сама покрывать ею раны Билла.       Гарри заметил какое-то движение стоявшей рядом с ним Джинни и взглянул на нее. Чуть сузившиеся глаза Джинни не отрывались от Флер, которая, замерев, вглядывалась в Билла.       Миссис Уизли могла сейчас думать только о сыне. Она заплакала, слезы ее падали на изуродованное лицо Билла.       — Конечно, какая разница, как он выглядит… это н-не так уж и важно… но он был таким красивым мальчиком… всегда таким красивым… и с-собирался жениться!..       — А это еще что такое? — внезапно и громогласно осведомилась Флер. — Что значит — соби’гался?       Миссис Уизли повернула к ней залитое слезами, испуганное лицо.       — Ну… только то…       — Думаете, Билл не захочет тепе’гь взять меня в жены? — гневно спросила Флер. — Думаете, ‘газ его покусали, так он меня и ‘газлюбит?       — Нет, я совсем не об этом…       — И п’гавильно, потому что он захочет и еще как! — заявила Флер, распрямляясь во весь рост и отбрасывая за спину длинную гриву белокурых волос. — Чтобы помешать Биллу любить меня, т’гебуется кое-что пок’гуче какого-то обо’готня!       — Да, да, конечно, дорогая, — торопливо подтвердила миссис Уизли, — просто я подумала, может быть… раз он теперь… то как же…       — Вы думали, что я не захочу за него выйти? — гневно раздувая ноздри, спросила Флер. — Что меня инте’гесует одна его внешность? По-моему, моей к’гасоты вполне хватит на нас обоих! А все эти ш’гамы показывают только, как отважен мой муж! Пустите, я сама! — яростно воскликнула она, отталкивая миссис Уизли и вырывая из ее рук мазь.       Миссис Уизли отпрянула назад, к мужу, и с растерянным видом наблюдала, как Флер обрабатывает раны Билла. Все молчали. Гарри не решался даже пошевелиться. Подобно всем остальным, он ожидал какого-то взрыва.       — У нашей тетушки Мюриэль, — произнесла после долгой паузы миссис Уизли, — есть редкой красоты диадема… гоблинской работы… Я не сомневаюсь, что уговорю ее одолжить эту диадему вам на венчание. Знаете, она так любит Билла, а диадема очень пойдёт вашим волосам.       — Спасибо, — чопорно ответила Флер. — Уве’гена, это будет к’гасиво.       А через миг — Гарри не успел даже заметить, как это произошло, — две женщины уже плакали, обнимая друг дружку.       — Видишь! — произнес сдавленный голос. Тонкс гневно взирала на Люпина. — Она все равно хочет выйти за него, пусть даже он и искусан! Ей наплевать на это!       — Тут другое, — едва шевеля губами, ответил напрягшийся вдруг Люпин. — Билл полным оборотнем не станет. Это два совершенно разных…       — Да мне-то что, какое мне дело? — воскликнула Тонкс, хватая Люпина за отвороты мантии и встряхивая его. — Я миллион раз говорила тебе…       Вот тут-то все детали, которые раньше замечал Гарри, встали на свое место. Тонкс была влюблена в Люпина!..       — А я миллион раз говорил тебе, — произнес Люпин, стараясь не встречаться с Тонкс взглядом, — что я слишком стар для тебя, слишком беден… слишком опасен…       — Сколько раз я тебе повторяла, Римус, ты ведёшь себя просто смешно, — объявила миссис Уизли через плечо Флер, которую она продолжала гладить по спине.       — Ничего не смешно, — не сдавался Люпин. — Тонкс заслуживает кого-то помоложе и поздоровее.       — Да ведь нужен-то ей ты, — сказала, слабо улыбнувшись, миссис Уизли. — И в конце концов, Римус, человек молодой и здоровый вовсе не обязательно навсегда таким и останется.       И она печально повела рукой в сторону лежащего между ними Билла.       — Сейчас… сейчас не время говорить об этом…       Больничная дверь распахнулась снова — вошел Хагрид.       — Я все сделал, профессор, — сообщил он. — Мракоборцев под воротами Хогвартса уйма была, войти не могли. Ну так я пустил… они этих-то забрали. Оборотня и того, второго… Профессор Спраут отправила детишек по постелям. А профессор Слизнорт сказал, что сообщил в Министерство, хоть они сами как-то узнали, не зря ж понабежали…       При упоминании мракоборцев Гарри как током ударило.       — Профессор МакГонагалл! — воскликнул он, — мы должны немедленно рассказать им о Гермионе! Если она нужна была им живой, значит, её еще можно спасти! Мы должны найти её!       — Гарри, — Минерва поджала губы, подбирая слова, — мы, конечно, поговорим с ними и все расскажем, но…       — Она не могла так просто сдаться! — Гарри почти кричал. — Я знаю, Гермиона жива, и мы должны спасти её!       — Никто не знает, где скрываются Пожиратели, — тихо сказала Тонкс.       — И что?! — гневно вкричал Гарри. — Она спасла Дамблдора, увела их отсюда, и мы вот так просто её бросим?!       — Вам нужно успокоиться, Гарри, — мягко сказала МакГонагалл. — Я уверена, Северус поможет выяснить, что с ней. А пока пойдемте, поговорим с мракоборцами и представителями Министерства. Сейчас мы все равно не можем сделать большего.       Гарри неуверенно кивнул, признавая ее правоту, и вдвоем они покинули больничное крыло.