Фальшивая война

      Малфою казалось, что его не иначе как прокляли.       Ничем другим он не мог объяснить то, что его жизнь за последний год совершила какой-то безумный круг и вернула его обратно в ту же точку, с которой все началось двенадцать месяцев назад.       Снова — тридцать первое августа. И снова он стоит на вокзале Кингс-Кросс, на платформе 9 и ¾, ждет отправления Хогвартс-экспресса, чтобы поехать в школу. И снова взбешен из-за помолвки.       Правда, существовали небольшие, малозначимые отличия: директором школы теперь был Снейп, причем считалось, что его предшественника на этом посту убил лично он, Драко Малфой; обучение стало обязательным, а родители были только рады отослать его подальше от мэнора; преподавать в Хогвартсе будут Пожиратели смерти, да и сам он теперь — один из них. Ах да, еще пара мелочей: он женат, его жена неизвестно где, а помолвлен он совсем с другой девушкой, которая прямо в эту минуту камнем повисла: фактически — на его руке, метафорически — на шее.       Просто, блядь, волшебно.       Не жизнь, а мечта.       Ей-Мерлин, если верить в реинкарнацию, то он должен был в прошлой жизни топить беспомощных низзлов сотнями, чтобы заслужить то, что его теперешняя жизнь превратилась вот в это.       Стряхнуть с себя Асторию удалось с трудом, отговорившись тем, что ему нужно в вагон старост. На самом деле плевать он хотел на старост: ему отчаянно необходимо было побыть в одиночестве и разложить по полочкам сумятицу, царившую в голове. Обстоятельства вновь сделали крутой поворот, возвращая его в школу, куда он после всего содеянного и не надеялся попасть вновь. Но что ему делать там?.. Ходить на уроки как ни в чем ни бывало, писать эссе в библиотеке и зарабатывать баллы для факультета?.. Серьезно?!. В мэноре от него была хоть какая-то польза, а теперь все полетело к чертям. Все, что ему оставалось — это просто сидеть в школе, в то время как Грейнджер там будет рисковать жизнью, спасая вечно попадавшую в неприятности задницу Избранного. Весьма сомнительная перспектива, которая приводила Малфоя в состояние тихого бешенства от собственного бессилия и невозможности что-либо изменить. Из двух зол он предпочел бы присоединиться к этим гриффиндорским безумцам, но, во-первых, едва ли ему был там кто-нибудь рад, кроме Грейнджер, а во-вторых, подобного дезертирства Малфоям едва ли простили бы, несмотря на все заслуги Люциуса.              Он нашел свободное купе и с наслаждением вытянул ноги, уверенный в том, что никто не посмеет его побеспокоить. Однако его надеждам не суждено было сбыться: не прошло и десяти минут, как дверь купе открылась, и в нее сперва протиснулась голова одного хорошо ему знакомого итальянца, а затем и он сам целиком.       — Забини, какого хрена ты тут делаешь?! — оторопел Малфой. — Я думал, мать тебя увезла в Италию еще в начале лета.       — Я с удовольствием поведаю тебе эту занятную историю, Малфой, как только ты объяснишь мне, что это за херня.       Забини с громким, сочным шлепком швырнул на стол “Ежедневный пророк”, на первой странице которого бесконечно целовались Малфой и Астория Гринграсс. Заголовок гласил:

Юные, красивые, богатые: объявлена помолвка самой блистательной пары года!

      Драко уронил голову на руки. Прелестно. Теперь Грейнджер увидит это еще и в газетах…       — Малфой, если ты не заметил, я жду, — напомнил о себе Блейз.       — Блядь, Забини, я понятия не имею, что тебе сказать, — простонал Малфой. Вышло довольно жалко.       — Драко, что с Грейнджер?.. — решился осторожно спросить Забини. — Я видел, что она в розыске, неужели…       — Нет!!! — почти закричал Малфой, поняв, что итальянец имеет в виду. — Она жива, Блейз, — уже тише добавил он. — Мы все еще женаты. Наверное. Мне хочется в это верить. Не бросит же она меня из-за этого, правда?.. — вот теперь вышло и правда жалко. — Тем более, развода я ей все равно не дам…       — А она в курсе? — решил уточнить Блейз. Вопрос был заведомо идиотским — надо быть слепым, чтобы пропустить колдографию Малфоя, которая занимала всю первую полосу.       — Она при этом присутствовала, — криво усмехнулся Малфой. — Все это дерьмо случилось прямо у неё на глазах. Салазар, она чуть не сравняла мэнор с землей, и с тех пор со мной не разговаривает.       — Так, блядь, — потряс красивой головой Забини. — Я ни хрена не понимаю. Начни сначала.       Драко поднялся и осторожно выглянул за дверь купе, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает. Затем запер дверь, наложил заглушающие чары и рухнул обратно на сиденье.       — Часть политики Нового мира Лорда, — бросил Малфой так, как будто это все объясняло, но потом все же решил пояснить. — Чистокровные должны незамедлительно озаботиться продолжением рода, до него дошло наконец, что нас таких не так много осталось. На днях в мэноре был большой прием в честь смены власти, и он объявил об этом в своей торжественной речи. А я, понимаешь, первая ласточка, всем пример и образец для подражания. Повезло еще, что Лорд сообщил отцу об этом за полчаса до начала приема, и он успел хоть что-то предпринять. У них какие-то дела с Гринграссом, и Люциус смог с ним договориться о помолвке на своих условиях. Устная договоренность, никаких контрактов и обязательств. Мне было позволено только выбрать: Дафна или Астория.       — Ты мог выбрать Дафну, — криво усмехнулся Забини.       — Мог, — пожал плечами Малфой. — Если бы не знал, что она тебе нравится. Кроме того, Астория младше, ей всего шестнадцать. Можно оттянуть свадьбу хотя бы до её семнадцатилетия, прикрываясь нормами морали и прочей чушью. С Дафной мне пришлось бы лечь в постель в тот же вечер, Лорд жаждет наследников.       — Вряд ли он в таком случае одобрит твои попытки сберечь девичью честь Астории, — скептически заметил Блейз.       — Ну, в тот вечер ему было определенно не до того, — усмехнулся Малфой, — А трахать её в Хогвартсе меня никто не заставит.       — И что, через год ты на ней реально женишься? — поднял бровь Забини.       — Я женат, Забини, — отрезал Малфой. — И никакой другой жены мне не надо.       — Ладно, — покладисто сменил тему итальянец. — Ты еще не рассказал, каким ветром занесло твою жену на прием в честь твоей помолвки.       — А вот это тебе знать не надо, — покачал головой Драко. — Она была там под Оборотным, её никто не узнал. Даже я. Искал, чтобы предупредить, но… не нашел. И она все это услышала. И увидела.       — И?..       — Ей было больно, Блейз, — тихо, измученно проговорил Малфой и отвел глаза. — Наши кольца… мы связаны, ты знаешь. Я на своей шкуре почувствовал её боль через все щиты, и думал, что сдохну прямо там. А она… она как-то справилась. Я понятия не имею, как.       — Ты говорил с ней? Потом? — нахмурился Блейз.       Блондин отрицательно помотал головой.       — Малфой, она умная девочка, она все правильно поймет. Тем более, если видела все полностью, а не только это, — он кивнул на “Пророк”.       — Я знаю, что она поймет, — глухо согласился Драко. — Её кольцо будет нагреваться каждый раз, когда Астория будет лезть ко мне с поцелуями. И это Грейнджер тоже поймет, ведь я должен притворяться, что эта помолвка — не фарс. Блядь, Забини, почему я должен быть таким мудаком с единственной женщиной, которую люблю, а? Сколько еще дерьма она “поймет”, прежде чем до неё дойдет, что даже гребанный Уизел заслуживает её больше, чем я? Что хорошего она видела от меня, Блейз? На кой черт ей вообще сдался помолвленный Пожиратель смерти? Она должна была выбрать кого-то другого. Кого-то хорошего, понимаешь? Кто может быть рядом с ней, защищать её, поддерживать, заботиться…       — Тебе бы тоже гораздо больше подошла Астория, — холодно оборвал его Блейз. — И все же ты сидишь и наматываешь тут сопли на кулак из-за гриффиндорки, которая тебе не пара и никогда не была. Тебя же это не останавливает, так ведь? Почему её должно?       — Она умнее меня, — хмыкнул Малфой.       — Ненамного, раз замуж за тебя вышла, — поддразнил его Забини, и Драко почувствовал, что тугая пружина внутри немного, совсем чуть-чуть, ослабла — ровно настолько, что он снова смог дышать.       — Я рад, что ты вернулся, Забини, — усмехнулся блондин. — Хотя, честно говоря, это было чертовски глупое решение.       — Все мы здесь умом не отличаемся, — фыркнул итальянец. — Тоже мне новость.       Весь оставшийся путь до Хогвартса пролетел куда быстрее — даже несмотря на голубоглазую блондинку, которая вскоре отыскала их купе и ни на шаг больше не отходила от своего жениха.